В погоне за нефтью из приоритета выпали биологические ресурсы уникального водоема

«Экологические ценности выросли по сравнению с ценами на нефть», – констатировал экономист Айдархан Кусаинов в ходе экспертного клуба ОФ «Мир Евразии». Заседание проходило в формате международной zoom-конференции совместно с Центром международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия» на тему «Перспективы развития нефтегазовой отрасли в условиях «зеленой» экономики как основа устойчивого развития Каспийского региона».

«Каспий в информационном пространстве освещается не так, как должен бы», – отметил Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба. В ходе дискуссии специалисты пытались осмыслить данный факт. Среди причин недостаточного медийного интереса указали и ту, что из всех государств, имеющих выход на акваторию Каспийского моря, только у Азербайджана здесь расположена столица. У всех остальных регионы Каспия – это провинции, что само по себе задает менее масштабный информационный фон и тон.

Елена Егорова из Института нефти и газа (в составе Астраханского государственного технического университета) сообщила, что в российском секторе Каспия на данный момент разведано 9 нефтегазовых месторождений, чьи извлекаемые запасы оцениваются в 1,1 млрд тонн. Основной оператор – «Лукойл-Нижневолжскнефть». Для группы компаний «Лукойл» Каспийское море не является главным регионом добычи углеводородов.

Политолог Замир Каражанов напомнил, что в 90-ые годы прошлого века Каспий рассматривался в качестве энергетического Клондайка. Данный фактор сыграл свою роль в привлечении иностранных инвестиций в Казахстан. Правда, произошло это в форме соглашений о разделе продукции (СРП), которые для государств – владельцев месторождений считаются наименее выгодными.

«Опыт Казахстана по СРП оказался не положительным», – констатировал г-н Каражанов. Данное утверждение базируется на 11 действующих соглашениях о разделе продукции. В Азербайджане в 1994 году была подписана «сделка века» с 11 зарубежными нефтяными компаниями. Там тоже СРП, но доля у Баку куда больше, чем у Казахстана. «СРП – это брак по расчету, но не по любви», – подчеркнул эксперт.

Все согласились с утверждением, что «понятия «чистой добычи нефти» не существует». Поэтому рост добычи «черного золота» неизбежно ведет к росту загрязнения уникального водоема. Хотя Каспийское море – это далеко не только нефть и газ, там экология (одних перелетных птиц 6 млн), туризм, ценные рыбные ресурсы, транспортный потенциал и многое другое.

«Казахстанское руководство очень сильно связывало свое будущее с шельфом Каспийского моря, – указал экономический обозреватель Сергей Домнин. – Но кроме Кашагана ни один проект на шельфе Каспия не выстрелил». С учетом налоговой нагрузки и транспортных издержек экономическая рентабельность нефтедобычи в Казахстане составляет $46-48 на суше и +$10 к этой сумме на море. Опять же это средние цифры с большим коридором разлета. Г-н Домнин отдельно остановился на больших экологических рисках в зоне Каспия и далеко не все они связаны собственно с морем.

«Будущее нефти на Каспии находится под большим вопросом», – считает Лидия Пархомчик, специалист по региону Каспийского моря. Если в прежние времена Казахстан собирался добывать 150 млн тонн нефти в 2015 году, то на 2020-ый прогнозируется 85 млн тонн. «Каспий для нефтяников стал разочарованием», – еще один ее тезис. «Мы уже сейчас видим, что экология влияет на возможности нефтедобычи», – отметила г-жа Пархомчик. По мере того, как Казахстан ужесточал экологическое законодательство, нефтяные компании расширяли свои экологические программы и мониторинг.

В качестве положительного примера сотрудничества нефтяников и экологов Лидия Пархомчик привела кейс с портом Прорва. Порт появился для приема нефтяного оборудования, связанного с проектом расширения ТШО. Из-за того, что море в этом месте мелководное, к порту Прорва на 70 км провели дноуглубительные работы по каналу для прохождения судов. В итоге от проведенных работ выиграли рыбы, птицы, морские животные. «Первый пример, когда деятельность нефтедобывающей компании способствовала улучшению экологии», – прокомментировала г-жа Пархомчик.

В ходе дискуссии ее участники пытались определиться в цифрах по рыбам осетровых пород в бассейне Каспийского моря. Расчеты в данном отношении отличаются, однако счет по черной икре и ценной рыбе идет на миллиарды долларов в год, что однозначно сопоставимо с нефтедобычей в акватории водоема.

«Нефтяные богатства Каспия сильно переоценены, – подчеркнул Айдархан Кусаинов. – Чем раньше мы поймем, что нефть и газ не основа устойчивого развития региона, тем лучше будет всем. Икра, рыба – надежнее нефти». Практически все согласились с экологом Камилжаном Каландаровым в том, что эффективная работа по сохранению водоема может проводиться только всеми прикаспийскими государствами, потому что биологические виды политических границ не знают.

Владислав ЮРИЦЫН

Источник:
ZONAkz

от wefund