81% кыргызстанцев поддерживают Евразийскую интеграцию

15.06.2017

«Экономические возможности Казахстана или России пока не сопоставимы с возможностями Армении или Кыргызстана. Из-за этого появляются то завышенные ожидания со стороны некоторых участников, то некоторое недопонимание», — эксперты из России и Казахстана обсудили предварительные итоги и перспективы Евразийской интеграции.
Оптимисты и пессимисты
Большинство респондентов в странах ЕАЭС поддерживают евразийскую интеграцию, озвучила данные ежегодного соцопроса Евразийского банка развития старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского центра Лидия Пархомчик.
«Однако за последние несколько лет начинают обозначаться негативные тренды, а именно – процент сторонников евразийской интеграции идет на убыль. Рекордное падение зафиксировано в Армении, где произошел рост негативных оценок деятельности Евразийского экономического союза», – отметила эксперт входе заседания экспертного клуба «Мир Евразии», организованного одноименным общественным фондом совместно с российским Центром международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия».
«Вероятно, граждане страны разуверились в перспективности интеграции в силу различных факторов, к числу которых можно также отнести и завышенные ожидания относительно того, как вступление в ЕАЭС может стабилизировать экономическую ситуацию в стране. Итогом стало падение уровня общественной поддержки интеграции на евразийском пространстве до 46% процентов, это притом, что в Казахстане данный показатель составил 74%, а в России – 69%. Только граждане Кыргызстана остаются наибольшими евразооптимистами, с уровнем поддержи интеграции в 81%», – прокомментировала итоги социологического исследования Лидия Пархомчик.
Что нужно человеку?
Бесперспективно пытаться достичь унификации в экономическом поле, убежден профессор Казахстанско-немецкого университета Рустам Бурнашев. «Если речь идет, допустим, об экономическом равенстве между Казахстаном и Россией, между Казахстаном и Арменией, то тогда возникает вопрос: а у нас внутри страны есть экономическое равенство? Нет такого. И если это не решается даже на национальном уровне (хотя, с моей точки зрения, не нужно это решать, так как дифференциация является стимулом развития), то выносить унификацию на международный уровень смысла никакого нет», – сказал профессор Бурнашев.
По его мнению, попытки решить такие вопросы лишь отвлекают от более важного – от того, что видится важным в социальной политике в рамках интеграционного объединения с точки зрения простого человека. «Здесь все достаточно просто. Возникают ли проблемы при моем перемещении из страны в страну или не возникают? Признаются ли образовательные документы, если предлагают работу в другой стране? Или вопрос справедливого перемещения рабочей силы. Например, недавно вице-премьер России Виталий Мутко заявил о том, что ограничения для спортсменов из стран ЕАЭС сохранятся. То есть спортсмены этих стран считаются легионерами в составах российских клубов Российской футбольной премьер-лиги, Континентальной хоккейной лиги. Хотя юридически должны ли они рассматриваться как легионеры в условиях стремления к «четырем свободам»? Не случайно же Евразийская экономическая комиссия просила правительства стран ЕАЭС проинформировать о принятых мерах по устранению ограничений в отношении профессиональных спортсменов-легионеров из стран союза. Таким образом, понятием «спортивное гражданство» Россия ввела ограничение, защищая свой рынок», – отметил Рустам Бурнашев.
Генеральный директор консалтинговой компании «Алмагест» Айдархан Кусаинов напомнил, что в странах ЕАЭС существуют разные подходы к социальной политике. «К примеру, в России дотируется ЖКХ, образование, есть большие трансферты, существенный материнский капитал, а в некоторых регионах – хорошие зарплаты у учителей. Зато в Казахстане низкие налоги у бизнеса». Он считает, что с социальной точки зрения измерять интеграцию бессмысленно, потому что интеграция в рамках ЕАЭС не придумывалась в данном контексте. «Но общее поле должно быть», – полагает эксперт.
Айдархан Кусаинов предложил использовать термин «общественное измерение интеграции» для обозначения степени близости, совпадения настроений, взглядов, убеждений людей на общем пространстве: «Что является ключевым и важным, потому что перед глазами пример с Украиной, где «порвалось» на почве социальных возмущений. В принципе, подобное происходит и в Европе. Там также есть свои противники интеграции. И контекст тот же самый, заключающийся в разрыве общественных приоритетов и убеждений».
Интеграция в цене
«В Европе, несмотря на то, что есть бедные и богатые страны, тем не менее, бедные начинают подтягиваться к уровню богатых. Это был один из факторов того, почему бедные страны восточной периферии всегда стремились, а кто не попал, до сих пор стремятся оказаться в Европейском Союзе. Европейские социальные блага для них являются преимуществом, – в свою очередь заметил главный редактор ИАЦ «Caspian Bridge», политолог Замир Каражанов. – И в ЕАЭС такая интересная тенденция. Есть статистика о том, что социальный разрыв между нашими странами потихоньку начинает сокращаться. Пусть не так сильно – примерно на 0,7% — 1,4% в год, но тем не менее. Правда, дело еще и в том, у России из-за кризисных явлений в мировой экономике идет незначительный рост показателей».
По мнению Замира Каражанова, при интеграции происходит переток капитала в сферу услуг, товаров, трудовых ресурсов. «Все это, так или иначе, приведет к тому, что бедные страны начнут зарабатывать на богатых. А у последних будет изменяться структура доходов. Например, Кыргызстан может зарабатывать благодаря своей рабочей силе за счет ЕАЭС», – предположил он.
При этом, как считает Замир Каражанов, оценивать эффективность работы ЕАЭС стоило бы не по товарообороту, а по ценам на товары – это как раз и будет социальный подход. «К сожалению, у нас есть проблемы в экономике, продолжается кризис мировых цен на природные ресурсы, Россия сталкивается с санкциями, и это тоже накладывает свое влияние на интеграцию. В этой связи, возможно, является реальным показателем не товарооборот между странами, растет он или снижается, а более чувствительный индикатор – цены. Например, Кыргызстан вступил в ЕАЭС, при этом цены в этой стране, как минимум, остались на прежнем уровне. Чтобы была поддержка интеграции на уровне общества, то оно должно ощущать какие-то позитивные моменты от объединения. Но если растут цены на продукты и услуги, то такая интеграция будет сталкиваться с очень большими проблемами. И это утверждение характерно не только применительно к Кыргызстану, но и к ряду других стран. Участникам ЕАЭС стоит задуматься, почему идет рост цен, а интеграция никак не способствует их снижению», – резюмировал политолог.

Источник: StanRadar