Испытание на прочность

19.02.2015

Евразийский экономический союз стартовал отнюдь не в тепличных условиях. Однако, по мнению экспертов, внешние вызовы – это не препятствие для интеграции, а стимул для совместного решения назревших проблем.

С 1 января 2015 года мы официально живем в рамках ЕАЭС. Четыре страны – Казахстан, Россия, Беларусь и Армения – создали условия для свободного передвижения капитала, услуг, товаров и рабочей силы, а в мае к договору присоединится пятый участник – Кыргызстан. Проблемы, с которыми столкнулось самое молодое интеграционное объединение планеты, пути их решения и тренды ЕАЭС-2015, на днях обсуждали в Алматы участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии».

— Начало работы ЕАЭС пришлось на достаточно непростой экономический период: падение цен на нефть и курса рубля, взаимные санкции Европы и России. Также возникли определенные сложности, связанные с тем, что некоторые казахстанские производители, испытывая серьезную конкуренцию с подешевевшими российскими товарами, ратуют за введение ограничений. Ссылаются даже на статью 29 договора о ЕАЭС, которая предусматривает односторонние запретительные меры в случае угрозы национальной безопасности для той или иной страны союза. Мотивация казахстанской стороны понятна, но, на мой взгляд, речь не идет о сложных взаимоотношениях между странами, – отметил политолог Эдуард Полетаев. – Во-первых, сам факт существования единого таможенного пространства рано или поздно приведет к тому, что цены выровняются. Это принцип сообщающихся сосудов: бизнес будет покупать там, где дешевле, и дороже продавать. Во-вторых, российские производители уже реагируют на падение курса рубля – повышают цены, либо вообще приостанавливают производство. Статистика же показывает, что за подешевевшими товарами в Россию отправляются в основном физические лица, в то время как юридические менее оперативно реагируют на данную ситуацию, и потому она не сильно сказалась на товарообороте между Казахстаном и Россией.

Причем, цены могут выровняться гораздо быстрее, чем этого хотелось бы рядовым потребителям. «Судя по всему, в России в конце этого квартала будет очень серьезная инфляция», – сказал заместитель главного редактора делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин, поясняя, почему запретительные меры для защиты казахстанских товаропроизводителей могут и вовсе не понадобиться. В нынешней непростой ситуации, по его мнению, главная задача для стран, подписавших договор о создании экономического союза, – научиться договариваться.

— Есть три основных тренда. Первый – это пережить ситуацию с курсовым диспаритетом и не разругаться. Второй – пережить ситуацию с падением нефтяных цен и тоже не разругаться. И третий – «переварить» присоединение новых членов и опять-таки не разругаться, – подчеркнул Домнин, добавив, что часть ответственности за негативные последствия курсового диспаритета для предприятий лежит на самих производителях и дилерах. – даже сделки с российскими автозаводами у многих казахстанских дилеров, как выясняется, были в долларах. Для всех стран ЕАЭС у импортеров вроде HMC и Toyota были свои, грубо говоря, прайсы: России эта модель могла продаваться за одни деньги, Беларуси и Казахстану та же самая машина продавалась за другие. Партнеры наших дилеров в крупнейших автомобильных корпорациях просто не принимали во внимание тот факт, что существует ЕАЭС со свободой передвижения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы. Что любой курсовой диспаритет может привести к перетоку продуктов на соседний рынок и привести к убытку местных игроков. В Беларуси, кстати, такая же ситуация, как у нас: в прошлом году из 50 тысяч проданных автомобилей почти 50% было завезено по серым схемам, и это обвалило рынок.

Что касается падения цен на нефть, то этот, безусловно, негативный фактор, тем не менее, может сыграть положительную роль для экономики, уверен директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев:

— Серьезным испытанием для стран-участниц союза, в экономике которых преобладает сырьевая составляющая, стало заметное снижение мировых цен на нефть и металлы. Однако это обстоятельство дает им хороший шанс, чтобы превратить проблемы в возможности. То есть, в этих условиях целесообразно развивать производство и создавать конкурентоспособные предприятия в несырьевых секторах, осуществлять совместные проекты в сфере малого и среднего бизнеса, особенно в рамках межрегионального сотрудничества.

Действительно, ситуация на мировом рынке углеводородов вынуждает и Казахстан, и Россию, наконец, серьезно, взяться за выполнение одной из главных задач – диверсификации экономики. Между тем генеральный директор консалтинговой компании «Алмагест» Айдархан Кусаинов и вовсе призвал не брать в расчет то, что не произведено, а только добыто.

— Возможно, было бы целесообразно считать ВВП Казахстана и товарооборот без учета нефти. В этом нет серьезной проблемы. Если вы посмотрите отчетность и экономические показатели Ирана, там все – и ВВП, и экспорт – указывается без нефтяных доходов. Логика в этом есть, тем более что в Казахстане имеется Национальный фонд – наша страна отделяет нефтяные доходы на физическом уровне. Давайте тогда отделять их и в статистике, – предложил эксперт.

Такой подход, по мнению Кусаинова, позволит трезво оценить состояние казахстанской экономики, перспективы и приоритеты. Но, конечно, изменения подхода к статистике для диверсификации явно недостаточно. Измениться должна сама экономическая политика, убежден Айдархан Кусаинов. Это залог устойчивого развития и Казахстана, и ЕАЭС. Причем, новая экономическая политика должна разрабатываться скоординировано всеми участниками интеграционного объединения. Тем более, что в 2019 году должен начать работать общий рынок электроэнергии, а в 2025 году – единый рынок нефти и газа и общий финансовый рынок. В следующем же году будут созданы единый фармацевтический рынок и рынок медицинских изделий.

О необходимости экономических преобразований говорил и эксперт из Кыргызстана – генеральный директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад» Дмитрий Орлов:

— На мой взгляд, наше с вами будущее зависит от того, смогут ли члены этого объединения – Армения, Казахстан, Россия, Беларусь, а в дальнейшем и Кыргызстан – найти новую модель экономического развития. Потому что модель, которая сложилась с начала 90-х годов, показала свою ограниченность, так как направлена, по большому счету, на обеспечение постоянных доходов только двум категориям: ростовщикам и спекулянтам. Если не будет у евразийской интеграции главного двигателя — отличного от того, который до сих пор используется, и который весь мир договорился называть экономикой, то проблемы будут усугубляться. Если, допустим, Казахстан, либо Россия, смогут найти какие-то новые механизмы, то у других стран появится дополнительный стимул более тесно взаимодействовать с этими странами.

Орлов также прокомментировал грядущее вступление Кыргызстана в ЕАЭС. Напомним, данное событие намечено на май 2015 года. По его оценке, потенциал у республики есть, однако в ближайшие пять, а, может, и десять лет Кыргызстан будет нуждаться в финансовой поддержке.

— Источников доходов госбюджета — всего три: это «Кумтор» (месторождение золота, – прим. авт.), финансовые поступления от трудовых мигрантов, которые сейчас резко сократились из-за падения курса рубля, и легкая промышленность, которая не обеспечивает необходимых объемов. Поэтому экономисты в Кыргызстане говорят, что нам сейчас нужны производства полного цикла – начиная от добычи сырья и заканчивая переработкой в конечный продукт для последующей продажи на экспорт. Но дело в том, что сейчас у Кыргызстана своих денег для этого нет. Взять их тоже неоткуда. – признал гендиректор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад».

Опасения казахстанских экспертов вызывает тот факт, что Кыргызстан также как Россия и Армения является членом Всемирной торговой организации. По их мнению, это может вызвать дополнительные сложности в работе ЕАЭС. Однако есть повод и для оптимизма: президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев не случайно объявил 2015-й годом укрепления национальной экономики. Признавая, что есть определенные сложности, вызванные как внутренними, так и внешними факторами, эксперты оптимистично высказались и в отношении перспектив интеграции в целом.

— Средства массовой информации и ряд аналитиков эмоционально реагируют на внешние вызовы, – отметил Эдуард Полетаев. – Тем не менее, существуют сферы, где легко добиться успеха в случае интеграции, где есть не только природные ресурсы, но и человеческий капитал. Например, атомная индустрия: интеграция в данной сфере происходила достаточно эффективно еще до создания ЕАЭС. Уже оценили преимущества экономического союза жители приграничных регионов, потому что они более всего заинтересованы в свободе передвижения капитала, рабочих рук, товаров и услуг. Также надо признать, что такое негативное явление как контрабанда исчезает благодаря созданию единого таможенного пространства. А ведь сколько проблем было связано с этим до создания ТС и подписания договора о ЕАЭС…

Юлия Майская

Источник: Caspian bridge — информационно-аналитический центр