Эксперты: вокруг каспийской конвенции будет разгораться серьезная борьба

07.09.2018

Сторонам удалось найти решения, от которых в выигрыше останутся все прикаспийские государства.

Подписание Конвенции о правовом статусе Каспия стало результатом не только 22 лет совместной работы пяти государств, к компромиссу подтолкнула непростая геополитическая ситуация. Этот же фактор, по мнению казахстанских и российских политологов, будет влиять на процесс ратификации и на реализацию достигнутых договоренностей.

Итогом пятого Каспийского саммита, прошедшего в Актау 12 августа этого года, стало подписание документа, работа над которым велась с 1996 года. До последнего момента высказывались сомнения в том, что прикаспийские государства смогут, наконец, найти компромисс. Казахстан, Россия, Туркменистан, Иран и Азербайджан долгие годы не могли договориться, считать ли Каспий морем или озером и как, в зависимости от статуса водоема, делить его акваторию и богатые недра. Под конвенцией сегодня стоят подписи пяти президентов, и это событие признано историческим на международном уровне. Страны пришли к консенсусу, не разрешив многие важные вопросы, в том числе о разграничении, констатировали участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии» (Алматы), организованного совместно с центром геополитических исследований «Берлек – Единство» (Уфа) и центром аналитических исследований «Евразийский мониторинг» (Астана). Эксперты отметили, что сторонам удалось найти решения, от которых в выигрыше останутся все прикаспийские государства.

«Страны могут на многостороннем уровне решать такие вопросы, как разработка нефтяных и газовых месторождений, транзит энергоресурсов, в том числе прокладка трубопроводов по дну Каспийского моря, пользование биоресурсами, – пояснил политолог Эдуард Полетаев.

Политолог добавил, что до этого момента де-факто основные вопросы решались в двустороннем порядке. Конечно, не все острые вопросы оказались прописанными в документе, будучи выведенными за скобки. Например, остались актуальными проблемы разделения дна и недр. Есть еще нюансы, связанные с предпочтениями в выстраивании транскаспийских и вокругкаспийских транспортных коридоров, какой путь будет предпочтителен – «Север – Юг» или «Запад – Восток». Так до сих пор и непонятно, как решили определить Каспий в правовом отношении – как море или как озеро. Одни эксперты называют эти вопросы всего лишь техническими, а другие – весьма щепетильными, подчеркнул эксперт.

Почему многие непростые вопросы, решение которых два десятилетия ставилось в приоритет, сегодня отошли на второй план и конвенция была подписана, несмотря на имеющиеся разногласия? Потому что меняются мир, обстоятельства, предпочтения, отвечают эксперты.

Безопасность прежде всего

Договориться раньше странам во многом мешали сверхоптимистичные прогнозы об огромных запасах нефти и газа, считает Эдуард Полетаев. Новые независимые государства, имеющие выход к Каспию, стремились использовать потенциальные ресурсы моря как средство для решения своих экономических проблем, крупные внешние игроки включили регион в свои энергетические стратегии. Затем прогнозные оценки относительно реального потенциала Каспия были снижены, напомнил политолог.

«Это не помешало построить новые трубопроводы и выйти с продукцией на внешние рынки. Впрочем, ряд громких проектов – например, Транскаспийский газопровод, «Набукко» – оказались нереализованными, сохранив свои перспективы лишь на бумаге», – добавил Полетаев.

На первый план, особенно для крупных игроков, вышла иная ценность Каспия, связанная со сферой безопасности. Как напомнил директор института международного и регионального сотрудничества при Казахстанско-Немецком университете, доктор исторических наук Булат Султанов, «в подпунктах 6 и 7 статьи 3 конвенции прямо говорится о не присутствии на Каспийском море вооруженных сил, не принадлежащих сторонам, и о непредоставлении какой-либо с стороной своей территории другим государствам для совершения агрессии и других военных действий против любой из сторон».

По мнению политолога Ислама Кураева, эксперта по Ближнему Востоку и Центральной Азии, в ходе подготовки конвенции Россия и Иран лоббировали интересы, связанные прежде всего с вопросами национальной безопасности из-за конфронтации со странами Запада.

«Ни одна из трех стран, которые претендовали на экономические привилегии, не имеет серьезного морского флота и вооружения в этом регионе, чтобы говорить о том, что ее интересует только безопасность», – заметил Кураев.

Иран обезопасил себя: в случае возможного военного конфликта внутри страны со стороны Каспия никто не сможет к нему пробраться из внерегиональных стран. Россия же в последние годы укрепляет военно-морское присутствие в Каспии – вводит в строй дополнительные суда, увеличивает военный контингент, считает эксперт.

Укрепление безопасности в регионе и повышение доверия между прикаспийскими странами будет способствовать экономическому развитию, убежден руководитель сектора изучения этнополитики и конфликтологии центра «Берлек – Единство» Артур Сулейманов.

«Конвенция-консенсус выступает гарантом реализации мирных проектов на Каспии, позволяя регламентировать вопросы не присутствия в нем внерегиональных государств», – подчеркнул он.

Однако, как и сфера безопасности, так и экономические, и инфраструктурные проекты на Каспии находятся в сфере внимания внешних игроков, полагают некоторые эксперты.

В центре интересов крупных игроков

Прикаспийские государства, которые совершили настоящий прорыв, подписав конвенцию о правовом статусе Каспия, вскоре столкнутся с новыми вызовами, предрекают политологи. Директор ЦАИ «Евразийский мониторинг» Алибек Тажибаев привел в пример позитивную новость в европейских СМИ – там пишут о том, что Туркменистан сможет поставлять дешевый газ в Европу.

«Но есть и негативная оценка: поставщики сжатого природного газа будут весьма недовольны открывающимися перспективами», – отметил он, намекая на влияние США.

Булат Султанов считает, что поставки туркменского газа европейскому потребителю малоперспективны.

«Сейчас по трем газопроводам из Центральной Азии качается газ в Китай. В следующем году будет запущен очередной, уже четвертый газопровод. Кто из лидеров государств каспийского региона рискнет предложить построить газопровод из Туркменистана по дну Каспийского моря и таким образом перенаправить часть газа вместо китайского в западном направлении? Полагаю, в Каспийском регионе ни у кого нет желания конфликтовать с Пекином», – разъяснил он свою позицию.

В то же время Булат Султанов убежден, что подписание Конвенции о правовом статусе Каспийского моря и ее дальнейшую реализацию стоит рассматривать в свете «главной дилеммы современности – однополярный или многополюсный мир». Он отметил, что конвенцию подписали главы государств, которые отличаются сильными президентскими режимами, и от лидеров зависит, будет ли конвенция ратифицирована в каждой из стран и будет ли она в дальнейшем выполняться. В свою очередь, это зависит от того, какую позицию будут занимать главы прикаспийских государств в конкурентной борьбе между Западом и не-Западом за влияние в мире.

«При этом ситуация в мире стремительно меняется. Если еще недавно мы говорили о коллективном Западе, то сегодня он начал фрагментироваться – во многом благодаря действиям президента США Дональда Трампа. Необходимо учитывать и такой фактор: финансовые накопления политических элит постсоветских стран находятся в западных банках. Следовательно, можно предположить, что вокруг принятой конвенции будет разгораться серьезная борьба, учитывая геополитическое значение Каспийского моря», – полагает Булат Султанов.

Попытки наладить альтернативные поставки природного газа в Европу могут вызвать, как уже упоминалось, противодействие. Правда, как считает Булат Султанов, не только у Туркменистана, но и у других стран возможности гораздо скромнее, чем принято считать.

«Ежегодная потребность Евросоюза в природном газе составляет 500 млрд кубометров газа, – рассказал эксперт, сославшись на данные «Немецкой волны». – Разрекламированный же «Южный газовый коридор» из Азербайджана сможет поставлять в перспективе лишь 10 млрд кубометров газа. По оценкам немецких экспертов, это капля в море».

Мощность российского проекта «Северный поток-2», вокруг которого ведутся большие политические игры, составляет 55 млрд кубометров газа в год, добавил Султанов. По его мнению, Москва подписала конвенцию, тем самым поддержав альтернативные поставки газа в Европу, хорошо понимая, что серьезной конкуренции другие прикаспийские государства ей не составят. Вместе с тем публичная поддержка проектов, которые призваны создать рыночные условия и снизить зависимость государств от российского газа, хорошо воспринимаются европейскими партнерами.

Казахстанские и российские эксперты в ходе дискуссии неоднократно подчеркивали, что благодаря подписанию конвенции вокруг каспийского моря сложился более четкий геополитический и геоэкономический расклад, формируется реальный каспиоцентризм под девизом «Каспий – море дружбы». Такой расклад выгоден всем сторонам, потому и политическим силам, и гражданскому обществу пяти прикаспийских государств важно сохранить и приумножить главное достижение саммита в Актау. Впереди большая работа по ратификации конвенции, созданию нормативно-правовой базы, и никакие внешние влияния не должны этому помешать, резюмировали участники заседания.

 

Сергей МИХАЙЛИЧЕНКО

 
Источник: Информационное агентство Total.kz