Казахстан – объект смысловых интервенций?

07.07.2016

Эксперты из Казахстана, России, Украины и Кыргызстана на площадке Центра аналитических исследований «Евразийский мониторинг» обсудили проблему информационных атак, целью которых оказались не только внутренние процессы, но и отношения стран с союзниками, партнерами, соседями. Каковы, по мнению специалистов, пути и механизмы укрепления информационной безопасности стран постсоветского пространства от чужих смысловых интервенций?

Обозначая рамки заданной темы, исполнительный директор Информационно-аналитического центра МГУ им. М.В. Ломоносова Сергей Рекеда отметил: «Основной вопрос: как нам реагировать на подобную политику без шума и суеты? Наверное, правы те, кто говорит о том, что самая лучшая защита от таких провокаций – это создание единого информационного поля и консолидация».

По мнению эксперта, общее информационное пространство во многом уже состоялось, и в то же время процесс его формирования сталкивается с рядом проблем, главным из которых он назвал отсутствие интереса к информационной повестке стран-партнеров по евразийскому проекту.

«Как представитель России скажу, что проблема наших СМИ и нашего инфополя заключается в том, что в них довольно мало уделяется внимания нашим соседям и самой тематике евразийской интеграции, – подчеркнул эксперт. – Многие оппоненты, с которыми мне приходилось общаться на эту тему, говорят, что у России, помимо второстепенных евразийских, есть глобальные интересы, что Россия – это игрок на глобальной арене и в соответствии с этим нужно выстраивать приоритеты информационной политики. Таким образом, эти люди не желают признать, что процессы, которые проходят у соседей, зачастую гораздо важнее, чем процессы, которые происходят где-то в далеких Соединенных Штатах или в Европейском союзе».

В свою очередь, представитель украинского экспертного сообщества, социолог, основатель компании по маркетинговым и социологическим исследованиям «Research&BrandingGroup» Евгений Копатько высказал мнение о том, что основной причиной кардинального геополитического разворота Украины в сторону Запада и разрыва связей с Россией стало отсутствие у российской элиты системного и долгосрочного проектирования смыслов на постсоветском пространстве, в том числе и на Украине. Долгие годы Украина находилась на периферии интересов России, в отношении к ней преобладали бизнес-интересы, и рассматривалась она прежде всего как страна, по территории которой проходит газовая труба.

«Знаете, почему мы проигрываем информационные войны? – задался вопросом Копатько. – Ответ простой. Наши оппоненты работают системно и на долгосрочную перспективу. Это очень грамотные и серьезные люди. Других объяснений нет. В то время как мы в информационной политике на своей территории ведем себя, как партизаны. Потому что если у нас есть задачи, которые требуют своего решения, их нужно решать. Если есть сложности в отношениях, их нужно обсуждать напрямую, не стесняясь. В обратном случае их за нас будут обсуждать другие люди в очень невыгодном для нас ключе».

«Казалось бы, это банальные вещи, но их необходимо проговаривать, – уверен эксперт. – Второй момент: если мы будем только обороняться в нашей информационной политике – ничего хорошего это не принесет. Мы почему-то постоянно оправдываемся! В то время как у нас есть свои интересы. Давайте их отстаивать! Это простой ответ на простые вопросы. Здесь нет ничего экстраординарного. И для этого нужны люди, которые будут работать не ради галочки – журналисты, которые пишут, аналитики, которые общаются друг с другом. Когда будет синергия интересов – тогда и будет результат».

Кыргызстанский участник дискуссии, главный редактор центральноазиатского новостного сайта StanRadar.com Григорий Михайлов сделал акцент на необходимости построения информационного пространства стран ЕАЭС со своей системой приоритетов и стратегией защиты своих интересов.

«Информационные войны – это абсолютно нормальное состояние для современного общества, и мы в этом состоянии будем находиться теперь перманентно, – сказал кыргызстанский эксперт. – Если мы к этому еще не привыкли, то придется привыкать: либо нас «сожрут», либо мы научимся выживать в новой реальности. У нас есть замечательные партнеры, они же конкуренты, которые умеют отстаивать свои интересы. И если мы не научимся давать отпор, защищаться и работать на опережение, то рано или поздно нам придется сдать свои позиции».

Главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при Президенте Республики Казахстан (КИСИ) Леся Каратаева поставила под сомнение целесообразность использования термина «информационная война» в казахстанских реалиях и предложила заменить его понятием «смысловая интервенция».

«Сегодня информационных войн против Казахстана не ведется, мы не являемся объектом информационной войны, но наша глубокая погруженность в российское информационное пространство определяет нашу вовлеченность в информационное противоборство», – подчеркнула она.

Зачастую же за тем, что в Казахстане называют информационными войнами, стоят поверхностные попытки реинтерпретировать определенные события и инфоповоды, усугубляемые отсутствием оперативной реакции. В то же время, по мнению эксперта КИСИ, казахстанское общество (как и постсоветское в целом) имеет дело с более серьезной угрозой смысловой интервенции.

«Вот это действительно сложная проблема, потому что это не просто реинтерпретация события или какого-то инфоповода, а замена когнитивной матрицы, формирование новых ценностей, – заключила Каратаева. – Все евразийское пространство, и Казахстан в том числе, давно уже является объектами таких смысловых интервенций. В 90-е годы это был либерализм, ценности общества потребления, которые мы с готовностью восприняли. Сегодня мы наблюдаем процесс смены традиционных акторов смысловых интервенций на новых, которые приходят со стран Ближнего Востока. И это более плачевно».

Как только разговор зашел о необходимости противостояния чуждым ценностям и смыслам, дискуссия перетекла на поиск объединяющей идеи для стран евразийского пространства, которая бы позволила противостоять негативным внешним воздействиям и атакам.

Социолог Евгений Копатько предположил, что таковой мог бы стать страх перед потерей идентичности, инстинкт самосохранения. Ведущий научный сотрудник КИСИ Леся Каратаева считает, что основой для мобилизации евразийской общности должна стать именно идея, а не голый прагматизм.

«Мне кажется, что хорошим подходом был бы поиск некой объединяющей идеи. Сегодня мы позиционируем ЕАЭС как пространство, нацеленное на улучшение благосостояния граждан. Это очень хорошо, но объединяющая идея не может быть ориентирована только вовнутрь. Необходимо определить миссию, которую евразийское пространство может нести во внешний мир. Нужно искать эту общую идею, брендировать ее и продвигать. И возможно, она станет тем фактором, который будет формировать интерес участников евразийского пространства друг к другу», – подчеркнула она.

Исполнительный директор ИАЦ МГУ Сергей Рекеда отметил, что дебаты о том, что должно преобладать в евразийском проекте, являются сегодня едва ли не самыми злободневными.

«С одной стороны есть прагматики, которые считают, что необходимо деидеологизировать проект Евразийского союза, полностью отказаться от обсуждения ценностей и исходить только из принципов прагматизма. С другой стороны есть те, кто считает, что без ценностей невозможно сформировать образ будущего. А только через образ будущего мы можем найти платформу для объединения без образа внешнего врага. Проблема в том, что мы не можем определиться, по какому из этих путей идти. Хотя очевидно, что если мы откажемся от обсуждения ценностей и смыслов и пойдем по пути исключительного прагматизма, договоримся, что главная цель союза – улучшение благосостояния граждан, высок риск того, что мы проспим еще одну смысловую интервенцию», – заключил Рекеда.

ИА Total.kz

Источник: