Оставить историю историкам

05.05.2016

«Мы не доросли до понятия нерукопожатности в отношении фальсификаторов», «историк отчасти должен быть в оппозиции власти», «история всегда идет под руку с идеологией». Роль истории и историков обсуждали участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии», прошедшего в Алматы на тему «История объединяет: фундамент единства прошлого и реализация возможностей будущего».
Псевдоисторические спекуляции на тему войны в последние годы традиционно всплывают до и после Дня Победы. Укрепление евразийского партнерства сопровождается полемикой вокруг ряда исторических событий общего прошлого. И в целом история оказалась довольно действенным оружием для разобщения стран и народов.
Историю и исторический опыт взаимодействия стран и народов часто стали расценивать как дезинтеграционный фактор. Из-за чего так происходит? Почему экономические, политические, да и вообще многие повседневные бытовые споры часто переключаются на историю?
Дело в том, что историческое и национальное сознание во многом сопряжены. Но при этом не существует истории, которая может понравиться всем. И если в той или иной конкретной стране удается выработать компромиссный взгляд на прошедшие события, то между ними это сделать сложнее. История тем временем все больше подвержена публицистике: много эмоций, мало фактов, иногда и вовсе нет никаких ссылок на первоисточники. Речь идет, прежде всего о публикациях в СМИ и социальных сетях, которые оказывают огромное воздействие на аудиторию, особенно, на молодежь.
Однако медиа, обнародуя ту или иную трактовку исторического события, опираются на историков, или тех, кто именует себя таковыми. По словам директора Института международного и регионального сотрудничества при Казахстанско-немецком университете Булата Султанова, к историкам сегодня причисляют себя люди, не имеющие профессионального исторического образования, тем не менее, они выпускают книги и даже получают за них награды.
— Когда мы говорим об историческом анализе, то должны склоняться перед фактами, собирать источники, и только на их основании делать какие-то выводы, чтобы у нас не было фэнтезийщиков. Еще в XI веке лотарингский дворянин сказал: «Имея чернила, кто угодно может написать, что угодно». А у нас столько всякого понаписано в газетах, журналах и книгах! При этом многие граждане, чуть ли не погребенные этой лавиной вымыслов и откровенных подтасовок, уверены: раз опубликовано, значит, так и было на самом деле, – говорит Султанов.
Об истории в жанре фэнтези ранее в ходе заседания упомянул журналист Владислав Юрицын. По его мнению, настоящая история в общественном сознании заметно проигрывает позиции истории фольклорной. Особенно, когда фэнтезийщиком выступает человек с научной степенью.
— На сегодняшний день я не вижу, как историческая наука может перебить этот тренд. А люди его воспринимают «на ура», — уверен Юрицын.
О мотивации тех, кто интерпретирует и фальсифицирует историю, высказался главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Юрий Булуктаев:
— Я пытался лично разговаривать с одним из тех, кто очернял подвиг победителей Великой Отечественной войны. Оказалось, что у этого профессора отец и дед были репрессированы – значит, им руководит чувство мести, возможно, реванша. Это частный случай, но все же этот профессор всех званий и регалий достиг в советское время. Реванш – это одна мотивация. Вторая – это, конечно, конъюнктурщина. И не в последнюю очередь свою лепту вносят те, кого называют грантоедами. Их кредо – за хорошую плату можно написать что угодно. Такие вбросы, вроде отрицания подвига 28 героев-панфиловцев, чреваты дезинтеграцией и размежеванием не только по традиционным линиям – этничности, конфессиональности, но и по идеологическим. А интеграции невозможно достигнуть, если мы будем все смотреть в разные стороны.
Есть и другая сторона медали: исторические факты, которые не по нраву определенным слоям общества, не воспринимаются. Независимый политолог и публицист Айгуль Омарова рассказала о том, что профессиональный историк, профессор Гульнара Мендыкулова в свое время подверглась критике в социальных сетях и в ряде изданий.
— При этом камни бросают те, кто даже близко не соприкасался с теми источниками, которые профессор изучает на протяжении 30 лет. Она за каждую фразу свою несет ответственность, потому что она работала не только в архивах Алматы, Петербурга, Москвы, но и Франции, Германии, Швеции, Норвегии, США, Монголии и Китая. Она прекрасно знает, о чем говорит. Однако ее судят люди, и судят о том, о чем не имеют ни малейшего представления, – сказал Айгуль Омарова.
В ходе заседания эксперты подняли вопрос об ответственности за неверную трактовку исторических фактов. Однако, как заметил профессор Казахстанско-немецкого университета, кандидат философских наук Рустам Бурнашев, история априори не может быть объективной:
— Известно, что даже физика является идеологически нагруженной. Более того, когда мы говорим, например, об искажении истории, мы предполагаем, что есть некая настоящая история, есть некая абсолютная истина. Но опять-таки этого нет даже в физике. Соответственно, исказить ничего нельзя, а вот фальсифицировать можно – когда я знаю какую-то часть истины и заведомо представляю ее не так, как я ее знаю. Когда же мы говорим, что история не должна искажаться, то мы тем самым ограничиваем право на научный поиск.
Тем не менее, защита информационного пространства от интерпретации исторической событий необходима, полагают эксперты.
— История – безусловно, инструмент политики, идеологии, – отметил политолог Антон Морозов. – Но все-таки есть два уровня – внутренний и внешний. Есть инструмент для формирования внутренних идеологических конструктов, который будет использоваться внутри страны. Что касается, второго уровня, не знаю, правда это или нет, но присутствует мнение, что после развала Союза Украине именно США помогли раскрутить тему голодомора. Это как раз иллюстрирует, что для решения геополитических задач исторические факты тоже могут использоваться. Их цель – разобщение, нестабильность, формирование настороженных отношений, провоцирование каких-то напряжений.
Айдархан Кусаинов, генеральный директор консалтинговой компании «Алмагест», полагает, что неверное говорить, будто идеология влияет на историю – по его мнению, история вытекает из идеологии:
— Я бы отметил неправильную оценку того, что есть историческая наука, которая как бы ищет истину. Таким образом государство оставляет свое информационное пространство и воздействие на собственное общество без контроля. Потому что различные вбросы альтернативной истории происходят как вбросы другой идеологии. Линия ведется сознательно, а потом находится много людей, которые из собственного тщеславия начинают в эту дуду играть, даже не осознавая этого. То есть проекцию истории на общество государство обязано делать только в рамках собственной идеологии, национальной идеи. Государство должно регулировать информационное пространство в том духе, в котором нужно.
А вот Булат Султанов убежден, что настоящий интеллигент, ученый, историк должен быть в определенной степени в оппозиции власти. Он посетовал, что «мы еще не доросли до понятия нерукопожатности, хотя бы в отношении фальсификаторов».
— Пока не будем требовать от историков честности, беспристрастности и объективности, мы никогда не получим четкую картину того, что происходило, – подчеркнул он.
Между тем директор департамента международных отношений Института социальных и политических наук Уральского федерального университета Александр Бурнасов, призвал отделить профессиональное понимание истории от медийного. Эксперт подчеркнул: профессиональная история, это, прежде всего, тяжелый труд по поиску тех или иных фактов и их описанию. И этот труд зачастую остается незамеченным. Его поддержал эксперт российского НКП «Урал-Евразия» Рустам Ганиев.
— Наше мероприятие является прямым отражением того, что происходит с историей. Мы сегодня обсудили историю во всех направлениях, во всем ее многообразии. Но много ли среди нас профессиональных историков? Немного. Я их вычислил: историки сразу начинают говорить об источниках, о методологии, то есть используют профессиональный лексикон. Поэтому скажу кратко и хлестко: оставьте историю историкам! – резюмировал он.

Аманжол Смагулов