Monthly Archives: Май 2018

Синхронизировать программы

Повышение конкурентоспособности на глобальных рынках — ключевая задача, стоящая перед правительствами союзных государств ЕАЭС. Основным инструментом для достижения этой цели становится цифровизация экономики.

Актуальные вопросы внедрения цифровых решений для усиления экономической интеграции приграничных районов государств ЕАЭС обсудили в Алматы (Казахстан) в ходе дискуссии экспертного клуба «Мир Евразии».

По экспертным оценкам, широкое внедрение цифровых технологий обеспечит почти 30-процентный рост мирового ВВП к 2025 году. Эволюционные изменения сейчас происходят стремительно, ключевой момент в этом процессе — не остаться в догоняющих. На сегодняшний момент ключевые игроки Евразийского экономического союза — Беларусь, Россия и Казах­стан — сформировали и приняли программы цифровизации своих экономик. Следующий шаг — синхронизировать программы и сформировать цифровую экосистему ЕАЭС, которая станет одним из ключевых элементов, поддерживающих свободное движение товаров, услуг, людей и капитала.

«Развитие современных технологий и инноваций является одной из стратегических задач стран-партнеров в контексте экономической интеграции, интегрированной информационной системы и так называемого трансграничного пространства доверия», — напоминает Эдуард Полетаев, политолог, руководитель ОФ «Мир Евразии».

Несмотря на активное обсуждение проб­лем и вопросов цифровизации экономики в странах союза, по риторике, звучащей на мероприятиях разного уровня, складывается впечатление, что «цифровые экономики» — дело какого-то будущего, хотя это уже давно наше настоящее.

Казахстан является ключевым партнером среди стран СНГ по торговому обороту для всех регионов Сибирского федерального округа, и это обуславливает необходимость искать возможности создания цифровых платформ для компаний малого и среднего бизнеса, которые на нынешний день наиболее глубоко интегрированы в экономику приграничных регионов. И в этом процессе, по мнению соучредителя новосибирской технологической компании «Айлайн Технологии» Дмитрия Свириденко, инициатива должна быть на стороне регио­нальных администраций, которым надо действовать на опережение: уже сейчас стоит создавать в приграничных районах своего рода цифровые «песочницы», в рамках которых можно отрабатывать и отлаживать новые формы бизнес-сотрудничества, построенные на платформенных решениях.

«Нужно думать о привлечении денег не в криптовалюты, а в совершенно конкретное производство, которое выпускает совершенно конкретную продукцию, — считает генеральный директор журнала «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин. — Банковские и финансовые кредиты все еще дорогие и малодоступные для предпринимателей, а появившиеся инструменты инвестирования через инструменты токенизации, механизмы ICO позволяют человеку с совсем небольшой суммой инвестировать в реальное производство».

«Действительно, крупные корпорации могут себе позволить цифровые решения под свои бизнес-процессы, — соглашается Дмитрий Свириденко. — Малому и среднему бизнесу это недоступно, но именно в этот момент прослеживается ключевое преимущество цифровой экономики, один из основных ее принципов — это создание платформенных решений». И подобные решения, по словам новосибирского эксперта, есть у сибирских технологических компаний.

Так, на данный момент реализуются несколько проектов в Иркутске, например, создание платформы Бета-систем, в которой применены принципы машинного обучения, и платформа успешно применяется в ритейле. В институте математики СО РАН разработан проект «Дельта», для работы со smart-контрактами, который, в свою очередь, является частью, разрабатываемой новосибирской IT-компанией, платформа KIRIK, на основе которой будет строиться полноценная экосистема для компаний малого и среднего бизнеса с возможностью совершения торгового, финансового, инвестиционного и маркетингового взаимодействия участников.

Несмотря на то, что сегодня существует много решений для цифровизации экономических процессов как у российских, так и казахстанских компаний, эксперты отмечают крайне невысокую заинтересованность и несформированный заказ со стороны местных властей союзных государств на внедрение подобных технологий и разработок, а это в свою очередь повышает риски устойчивости формирующихся цифровых экономик.

«Надо выявлять и тщательно анализировать те технологии, которые нам предлагают. Есть опасения, как бы нам не подсунули «троянского коня», — делится опасениями сооснователь новосибирской IT-компании «Айлайн Технологии» Дмитрий Свириденко. — Тезисы нашумевшего доклада президента группы компаний InfoWatch Натальи Касперской об информационной безопасности свидетельствуют о том, что велика вероятность попасть в «цифровое рабство». Единственная гарантия защиты от этого — развивать отечественные подходы и технологии. На самом деле у нас все уже есть». При всех очевидных плюсах цифровизации, по мнению генерального директора делового издания «Эксперт-Сибирь», сохранение независимости экономики становится крайне непростой задачей: «Преимущества цифровой экономики можно реализовать только в том случае, когда она находится на ваших серверах, которые стоят в вашей стране. В любом другом случае это будет чужая цифровая экономика».

Источник: Эксперт

Хайп цифровизации: к чему надо быть готовым?

ЕАЭС активно развивает проект единого цифрового пространства

Построение цифровой экономики повлечет за собой ряд изменений, к которым нужно подготовиться, чтобы минимизировать риски и повысить эффективность новых подходов, считают казахстанские и российские эксперты.

Вызовы и риски

Информационной интеграции в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) был дан хороший импульс: создание интегрированной информационной системы прописано в самом договоре о Союзе. Сейчас уже речь идет о стратегии цифровизации, было отмечено в ходе совместного заседания экспертных клубов «Мир Евразии» (Казахстан) и «Сибирь-Евразия» (Россия). Евразийским государствам следует выработать общие подходы, стандарты и подготовить к изменениям органы государственной власти, бизнес и население, считают эксперты.

«Население, на мой взгляд, пока недостаточно хорошо владеет информацией, что такое цифровизация, что она даст в будущем. Это же не только гаджеты и интернет-технологии, это вопрос системного характера, – подчеркнул политолог Эдуард Полетаев– Тем более, что могут возникнуть определенные проблемы. Многие называют побочным эффектом цифровизации исчезновение ряда традиционных профессий. То, что кажется сейчас нормой, очень скоро благодаря цифровизации может стать архаичным, а новые формы удаленного взаимодействия людей и бизнеса предоставят нам совершенно новые возможности».

Это уже происходит в Китае, рассказал директор Центра китайских исследований ChinaCenter, политолог Адиль Каукенов«Многие ритейлеры стали закрывать магазины, потому что они перестали быть местом, куда человек приходит покупать. Туда приходят посмотреть, выбрать, померить, а потом заказать по интернету из дома и на дом. Производитель теперь напрямую соединяется с потребителем», – проиллюстрировал он изменения, вызванные цифровизацией.

Впрочем, есть примеры и поближе. Даурен Абен, старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского института, напомнил о последствиях внедрения единой транспортной карты «Оңай» в Алматы:

«Потребителям стало удобно производить оплату за проезд в общественном транспорте, но вместе с тем отпала необходимость в кондукторах. Но ни городские власти, ни владельцы автопарков не спешат их сокращать, поскольку речь идет о занятости нескольких тысяч человек. И это только одна сфера деятельности в масштабах одного города. А каковы будут последствия активной цифровизации всех секторов экономики в масштабах страны? В Казахстане проблема безработицы и без того стоит достаточно остро при наличии нескольких миллионов самозанятых. Поэтому нашему государству, испытывающему затруднения с созданием рабочих мест для своего небольшого 18-миллионного населения, необходимо подходить к внедрению цифровых технологий взвешенно и осторожно, с учетом всех возможных последствий».

Кусок мирового пирога

Построение цифровой экономики связывают с различными рисками, но куда большую опасность представляет отставание в данной сфере, убежден главный редактор информационно-аналитического портала Caspian Bridge, политолог Замир Каражанов.

«Лидерство стран в обозримом будущем, скорее всего, будет определять степень цифровизации их экономики. В свою очередь это лидерство будет определять уровень и качество жизни граждан, и качество человеческого капитала. Иными словами, цифровая экономика усилит рост неравенства на глобальном уровне. Поэтому надо бояться не появления такой экономики, а отставания в этой сфере от развитых государств», – сказал Каражанов.

По оценкам международных экспертов, цифровизация экономики может обеспечить треть мирового ВВП к 2025 году – свой кусок от этого пирога намерены откусить и евразийские государства. Именно поэтому ЕАЭС активно развивает проект единого цифрового пространства, которое должно стать одним из ключевых элементов, поддерживающих свободное движение товаров, услуг, людей и капитала, пояснил Эдуард Полетаев.

Он также напомнил, что в Казахстане и России приняты государственные программы, посвященные цифровой экономике. А стратегия цифровизации ЕАЭС определяется документом Евразийской экономической комиссии «Основные направления реализации цифровой повестки ЕАЭС до 2025 года». Задача евразийских государств – использовать цифровые технологии для развития экономик стран-союзниц. Очень важно в этой связи расширить взаимодействие приграничных регионов, сформировать общие подходы при переходе к цифровой экономике, считает Эдуард Полетаев.

В том числе странам надо бороться с цифровым неравенством, добавил представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марат Шибутов. На примере Казахстана и России он рассказал о том, что бизнесу двух стран технологии пока не сильно помогают.

«Кто у нас в стране, допустим, знает, какие есть квоты и стандарты в Новосибирской области, сколько, например, актуальных складов, где увидеть эту информацию? Когда большинство данных даже не отсканированы, взаимодействовать в цифровом виде будет тяжело. Надо начинать хотя бы со знаний о том, какие информационные системы у нас есть», – заметил Шибутов.

По его словам, в Рунете представлено всего 10 % от действующего в России законодательства, тогда как в Казахстане все законы выложены в интернет. В то же время в РФ есть доступ к информации о коммерческих компаниях, а в Казахстане такую информацию получить крайне сложно. Более того, только крупный казахстанский бизнес, да и то далеко не весь, оцифрован.

Договариваться на переправе

Есть много вопросов, которые надо решать в рамках стратегии цифровизации, чтобы сокращать различия между странами-союзницами, тем самым, создавая благоприятные условия для экономического партнерства в рамках интеграционного объединения. В том числе создавать общие подходы, единые стандарты, потребуются изменения и на законодательном уровне.

«Важно, чтобы и Казахстан, и Россия занимались законодательством на опережение, выделяли бы некоторые отраслевые и территориальные фрагменты, где мы бы могли отладить механизмы цифровизации», – заметил профессор Новосибирского государственного университета, сотрудник Института математики Сибирского отделения Российской академии наук Дмитрий Свириденко.

Также необходимо повышать осведомленность граждан, бизнеса о новых технологиях, разъяснять, что такое цифровизация и зачем она нужна, считают эксперты. Один из ожидаемых эффектов – снижение коррупции.

«Коррупцию будут нивелировать со стороны государства, потому что все цифровые решения, при которых нужно отслеживать денежные потоки и документацию, приведут к максимальной прозрачности, – отметил генеральный директор ООО «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин– Крупные компании готовы сами в это играть, потому что для них открытость – это некий бонус. Малому и среднему бизнесу и чиновникам надо либо сейчас включаться игру, либо это произойдет позже насильно».

В США и западной Европе уже используют блокчейн, когда надо максимально открыто показать всю составляющую того или иного продукта. Российские эксперты опасаются использовать данную технологию, говоря о том, что информационную безопасность можно обеспечить, лишь имея собственные технологии и собственные сервера. Казахстанские же участники дискуссии подняли вопрос суверенитета в рамках ЕАЭС.

«До 2025 года должны сформироваться несколько общих рынков ЕАЭС – например, нефти и газа, электроэнергетики. Но в контексте цифровизации это предполагает создание общих баз данных. Где пределы суверенитета в этих процессах? Где будут сервера, на которых все данные будут храниться? Где будут базироваться регуляторы? Надо странам уже на переправе обговаривать правила игры», – призвал независимый эксперт Аскар Нурша.

Участники круглого стола подчеркнули, что вопросов по цифровизации, которые уже возникают и возникнут в будущем очень много. Их надо проговаривать и сообща искать решения, чтобы минимизировать риски и повысить эффективность мер, которые принимаются на уровне государств и интеграционного объединения для того, чтобы евразийские государства стали полноправными участниками четвертой промышленной революции и заняли достойное место в экономике будущего.

Витор САНЬКОВИЧ

 

Источник: Республиканская общественно-политическая газета «Аргументы и Факты – Казахстан»

Будущее сотрудничество России и Азербайджана в руках молодежи

В Баку прошла международная научно-практическая конференция «Новые грани российско-азербайджанского сотрудничества: перспективы молодежного и регионального взаимодействия».

 

В Баку на площадке Азербайджанского университета языков прошла международная научно-практическая конференция «Новые грани российско-азербайджанского сотрудничества: перспективы молодежного и регионального взаимодействия». Организаторами мероприятия выступили Азербайджанский университет языков, Представительство Политологического Центра «Север-Юг» в Баку, Российско-азербайджанская Молодежная инициатива при информационной поддержке Пресс-клуба «Содружество».

В работе круглого стола принимали участие ведущие российские и азербайджанские эксперты, среди которых председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей» Григорий Трофимчук, руководитель Центра международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия» Андрей Сызранов, директор НИЛ Россиеведения Азербайджанского университета языков, доктор философских наук, профессор Мамед Алиев, политолог, профессор Университета Западный Каспий Фикрет Cадыхов, руководитель Пресс-центра Sputnik Азербайджан Ильгар Велизаде, заместитель директора экспертного совета Baku Network Гюльнара Мамедзаде, кандидат политических наук, преподаватель кафедры политологии и политического управления Академия Государственного управления при президенте Азербайджанской Республики Заур Мамедов.

В центре дискуссии были поставлены вопросы интенсификации гуманитарного взаимодействия между вузами, молодежными организациями, экспертными центрами двух стран. Особое внимание эксперты уделили перспективе расширения студенческих контактов между учащимися ведущих вузов Баку, Москвы и регионов России.

Директор НИЛ Россиеведения Азербайджанского университета языков, доктор философских наук, профессор Мамед Алиев рассказал гостям ВУЗа о данном учебном заведении. «В нашем университете действует центр «Россиеведения», который работает, как научно-практическая лаборатория. Азербайджан вообще является очень толерантной Республикой. Мультикультурализм в Азербайджане — это государственная политика страны, обеспечивающая деятельность и совместное проживание народов и религиозных конфессий в условиях дружбы и добрососедства», — сказал он.

Отметим, что в соответствии с идеологией азербайджанства, и с целью обеспечения сохранения толерантности и религиозного, культурного, лингвистического разнообразия, распоряжением президента Азербайджана от 28 февраля 2014 года учреждена Служба государственного советника по межнациональным вопросам и вопросам мультикультурализма и религии. А распоряжением президента Азербайджана от 15 мая 2014 года был создан Бакинский Международный Центр Мультикультурализма.

Далее слово было передано руководителю Центра «Каспий-Евразия» Андрею Сызранову. Он рассказал, что Азербайджан и Астраханская область Российской Федерации могут продемонстрировать успешный пример межрегионального и молодежного сотрудничества. Так, совсем скоро в Астрахани откроется Азербайджанский деловой центр, который станет новым шагом в укреплении двухсторонних отношений, в том числе и в молодежном направлении. «Именно молодежь — будущее Каспийской интеграции. Молодежное измерение прикаспийского сотрудничества является актуальным и востребованным направлением взаимодействия между нашими странами. Сегодня молодежь заинтересована в общем информационном пространстве на Каспии. Это означает, что совместные информационные проекты, в том числе, и для Азербайджана в данный момент наиболее перспективны. Одним из таких проектов является Каспийский медиафорум. На его полях идет не только медиа, но и экспертное взаимодействие. Кстати говоря, в этом году он пройдет более масштабно», — сказал он. По его словам, также в этом году в Астрахани выйдет коллективная монография, посвященная межрегиональным отношениям Азербайджана и Астраханского края.

В свою очередь, как выступил председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей» Григорий Трофимчук. «Новые грани межрегионального сотрудничества диктует время. Сегодня в регионе ситуация сильно изменилась, что дает, как свои плюсы и минусы. Поэтому роль молодежи в регионе, можно сказать, что основная. Именно она влияет на формирование ближайшего будущего. И хотя многие считают ее аполитичной, на самом деле это не так. Новое поколение просто далеко не всегда делится своими интересами. Например, у молодежи свое мнение и по Карабаху. Из общения с ними, я понял, что их волнует эта тематика», — пояснил он.

Поэтому, по словам эксперта, очень важно наращивать сотрудничество между Азербайджаном и Россией. «Я думаю, что Азербайджан даже готов рассмотреть вопрос вступления в ЕАЭС, но только сначала надо показать стране его выгоду. При этом, молодежное сотрудничество, это тот ресурс, который может продвинуть отношения между странами на новый уровень», — пояснил он.

В свою очередь, политолог, профессор Университета Западный Каспий Фикрет Cадыхов комментировал стратегическое сотрудничество между странами. «Мы не являемся членами ЕАЭС, ОДКБ или других организаций, но при этом имеем более тесные связи с Россией. В Азербайджане русский язык один из приоритетных. У нас много школ и вузов с наличием русского сектора, что еще раз показывает заинтересованное молодежи в развитии отношений с Российской Федерацией», — сказал он.

Затем работа конференции продолжилась экспертными дискуссиями. Основная масса вопросов была задана председателю Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей» Григорию Трофимчуку. Он в частности продолжил свою речь по возможному вступлению Азербайджана в ЕАЭС, перечисли выгоду, которую может получить страна и ее граждане.

 

Джамиля Алекперова,

журналист, обозреватель,

представитель азербайджанской

молодежной инициативы Большой Евразии

Троянский конь цифровизации: как найти баланс между интеграцией и безопасностью

Евразийским странам при переходе на цифровую экономику необходимо опираться на собственные технологии, поскольку использование зарубежных несет в себе определенные угрозы.

Готовы ли государства, наука и бизнес к вызовам нового времени, оценили казахстанские и российские эксперты, передает Total.kz.

Развитие современных технологий и инноваций — одна из стратегических задач стран ЕАЭС в контексте экономической интеграции. Евразийские государства не хотят отставать от мирового тренда, связанного с созданием цифровых экономик и соответствующей трансформацией бизнеса. Предпринимаемые шаги и проблемы, которые предстоит решить, обсудили в Алматы участники круглого стола, организованного казахстанским общественным фондом «Мир Евразии» и российским экспертным клубом «Сибирь – Евразия». Один из самых сложных вопросов, по мнению экспертов, связан с информационной безопасностью.

Цифровое рабство

Необходимо тщательно анализировать предлагаемые технологии, считает сотрудник Института математики Сибирского отделения Российской академии наук, профессор Новосибирского государственного университета, доктор физико-математических наук Дмитрий Свириденко.

«Прежде всего, следуя рекомендации президента группы компаний InfoWatch Натальи Касперской, не стоит поддаваться магии чужих технологий. Тот хайп, который поднят вокруг цифровых технологий, попахивает неким управляемым контекстом. Я считаю, что избыточный фанатизм и надежда на фантастические возможности блокчейна инспирированы извне», — отметил Свириденко.

Говоря о зарубежных технологиях, он провел аналогию с троянским конем: неизвестно, что скрывается за тем или иным ноу-хау, насколько оно безопасно и эффективно. Дмитрий Свириденко уверен, что наилучший выход — развивать собственные технологии, иначе можно «попасть в цифровое рабство».

Генеральный директор компании «Эксперт – Сибирь» Виталий Букатин поддержал земляка: «Цифровая экономика хороша только тогда, когда находится на серверах, которые стоят в вашей стране. В любом другом случае это будет чужая цифровая экономика».

Изоляция или интеграция

Страны ЕАЭС, как и многие другие, встали перед нелегким выбором между безопасностью и интеграцией в мировое цифровое экономическое пространство.

«С одной стороны, использование зарубежных разработок в области программного и аппаратного обеспечения повышает риски уязвимости данных, кибершпионажа. Под вопросом оказывается в том числе и цифровой суверенитет. С другой стороны, стремительный ход четвертой промышленной революции не оставляет времени на изобретение «собственного велосипеда», следовательно, отказ от использования иностранных разработок может привести к изоляции национальных экономик», — заметила главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК (КИСИ), доктор исторических наук Леся Каратаева.

Она напомнила, что цифровая повестка ЕАЭС до 2025 года предполагает широкий спектр направлений, по которым будет происходить трансформация экономики государств-членов союза. Среди них эксперт выделила два основных — создание цифровой промышленности и цифровизацию процесса торговых взаимоотношений.

«По оценкам международных экспертов, цифровизация экономики радикально меняет ландшафт мировой экономики и может обеспечить треть мирового ВВП к 2025 году», — сказал политолог Эдуард Полетаев.

По его мнению, именно поэтому ЕАЭС активно развивает проект единого цифрового пространства, которое должно стать одним из ключевых элементов, поддерживающих свободное движение товаров, услуг, людей и капитала. Для стран, находящихся в центре Евразийского континента, чрезвычайно важно усиливать такую сферу бизнеса как цифровые технологии, для которых транспорт и логистика не являются преградой.

Нет доверия — нет развития

Российские гости, в частности Дмитрий Свириденко, который в качестве сооснователя компании «Айлайн технологии» презентовал собственные разработки, говорили о том, что с советских времен на постсоветском пространстве сохранилась сильная математическая школа. Более того, значительная часть ключевых технологий в мире выработана выпускниками именно этой школы, подчеркнули эксперты. Таким образом, есть человеческий ресурс для создания собственных информационных технологий, есть и достойные продукты. Но бизнесмены в большинстве случаев выбирают иностранных поставщиков информационных услуг и оборудования.

Старший преподаватель «Алматы менеджмент университета» (AlmaU) Александр Губертрассказал, что Национальный центр космических исследований и технологий, в том числе его структурное подразделение — Институт космической техники и технологий, предлагает массу отечественных разработок. В частности, казахстанские ученые разработали собственные системы цифрового рудника, дистанционного зондирования земли, отслеживания объектов.

«Но потребители предпочитают зарубежные аналоги известных брендов. И не потому что они лучше и дешевле. Наоборот, всегда дороже и очень часто не лучше. Просто не верят, что у нас могут делать подобные разработки», — пояснил Александр Губерт.

В сложившейся ситуации сложно кого-то винить, считает Леся Каратаева. Стремление бизнеса минимизировать риски, вызванные неуверенностью в отечественных инновациях, естественно. В то же время местные разработчики, не получая заказов, не могут полноценно развиваться, констатировала представитель КИСИ.

Интеллектуальное лобби

Конкурентоспособные технологии требуют серьезных и качественных ресурсов — кадровых, финансовых, инфраструктурных. По мнению экспертов, помочь науке может государство. Леся Каратаева полагает, что хорошим решением проблемы станет расширение практик венчурного финансирования и господдержка стартапов.

Что же касается иностранных технологий, то от них отказаться невозможно, но решения в области цифровой безопасности должны быть отечественными, уверены эксперты.

«Когда закупают какие-то стратегические технологии, первое, что должно волновать, это безопасность. Очень яркий пример: система организации движения воздушного транспорта в Казахстане не отечественная, даже не российская. Она принадлежит компании Boeing. Насколько это важно для безопасности — вопрос риторический. Таких примеров много. Поэтому необходимы заказы от государства и лоббирование отечественного интеллектуального труда», — считает Александр Губерт.

Также государствам ЕАЭС нужно заниматься киберзащитой евразийской цифровой инфраструктуры, добавила Леся Каратаева. По ее мнению, странам-союзницам необходимо выработать совместные межгосударственные действия по превентивной кибербезопасности, а также механизмы взаимодействия правоохранительных органов для расследования киберпреступлений.

В свою очередь, Эдуард Полетаев напомнил, что стратегия цифровизации прописана в документе Евразийской экономической комиссии «Основные направления реализации цифровой повестки ЕАЭС до 2025 года». В Казахстане и России, которые активно развивают межрегиональное и приграничное сотрудничество, приняты государственные программы, посвященные цифровой экономике. И во многом эти программы синхронизированы.

 
Источник: Информационное агентство ТОТАЛ Казахстан

Казахстан и Россия готовятся к вступлению в цифровую эпоху

Алматы. 29 мая. Центр информации. Евразийский экономический союз активно развивает проект единого цифрового пространства для обеспечения свободного движения товаров и услуг, людей, капитала. Перспективы и риски перехода к цифровой экономике обсудили в Алматы казахстанские и российские эксперты.
Астана и Москва работают над синхронизацией госпрограмм, посвященных цифровой экономике. Особая роль в этом процессе отводится соседствующим областям двух государств, отметили участники круглого стола «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС», организованного казахстанским общественным фондом «Мир Евразии» и российским экспертным клубом «Сибирь-Евразия». В мировой практике именно приграничные регионы выступают в роли генераторов экономического сотрудничества между странами, а цифровизация за счет повышения прозрачности и упрощения всех процессов и процедур будет способствовать развитию двусторонних связей.
«Казахстан и Россия активно развивают межрегиональное и приграничное сотрудничество, основанное на приоритетах внешней политики и взаимовыгодных интересах. В обеих странах приняты государственные программы, посвященные цифровой экономике, и во многом они синхронизированы, – отметил политолог Эдуард Полетаев. – В современных условиях странам ЕАЭС необходимо выработать подходы к построению новой системы экономических отношений, основанных на передовых разработках по внедрению цифровых технологий».
Выработка общих подходов предусматривается документом Евразийской экономической комиссии «Основные направления реализации цифровой повестки ЕАЭС до 2025 года». Речь идет о стратегии цифровизации в рамках экономического союза, пояснил Полетаев, что соответствует мировому тренду – в развитых странах мира заявлен курс на цифровую трансформацию бизнеса и построение цифровых экономик. Согласно прогнозам, уже к 2025 году цифровизация экономики может обеспечить треть мирового ВВП.
Участники дискуссии обозначили ряд вопросов и проблем, которые евразийским государствам надо решить для того, чтобы не отстать от развитых государств.
Информационная безопасность и цифровой суверенитет
Российские эксперты выразили мнение о том, что евразийским государствам стоит акцентировать внимание на развитие собственных технологий, использование иностранных, по их мнению, небезопасно. «Надо тщательно анализировать те технологии, которые нам предлагают. Есть озабоченность, как бы нам не подсунули троянского коня», – сказал профессор Новосибирского государственного университета, сотрудник Института математики сибирского отделения Российской академии наук Дмитрий Свириденко. «Цифровая экономика хороша только тогда, когда находится на серверах, которые стоят в вашей стране, – поддержал данный тезис генеральный директор компании «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин. – В любом другом случае это будет чужая цифровая экономика».
Казахстанские эксперты придерживаются иного мнения. В частности, директор центра китайских исследований ChinaCenter, политолог Адиль Каукенов подверг сомнению призыв российских коллег «не поддаваться магии чужих технологий». Это может привести к самоизоляции, считает он. «Сегодняшние геополитические реалии таковы, что Россия выглядит местами как осажденная крепость, есть проблемы с Западом. Не потребность ли это закуклиться в себе, заместить технологии, которые недоступны? Южная Корея, поддавшись магии чужих технологий, сейчас производит автомобили, конкурентоспособные во всем мире. Китайские производители своей продукцией еще 10 лет назад вызывали гомерический хохот, а сегодня дышат в спину мировым производителям авто».
В свою очередь независимый эксперт Аскар Нурша обратил внимание на тот факт, что к 2025 году должны сформироваться несколько общих рынков ЕАЭС, в том числе, нефти и газа, электроэнергетики, что предполагает создание общих баз данных. «Это поднимает еще одну важную проблему – цифровизацию в условиях национального суверенитета. Где будут сервера, на которых все данные будут храниться? Где будут базироваться регуляторы? Каково наше право на взаимодействие с третьими странами? Будем ли мы двигаться вместе с Россией к замкнутости в русле нежелательности всего западного в этой сфере?», – перечислил он ряд принципиальных вопросов. Все они должны получить ответы еще до создания единых рынков, уверен Аскар Нурша.
Развитие собственных технологий и технологическая отсталость
И казахстанские, и российские эксперты согласились в том, что полностью от иностранных технологий отказываться нельзя, да и невозможно, но нужно развивать отечественную науку и IT-сферу. И в России, и в Казахстане уже есть собственные технологии, ведутся разработки, а самое главное – есть квалифицированные кадры, которые способны совершить технологический прорыв. Однако, как отметила главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Леся Каратаева, одна из самых болезненных проблем кроется в недоверии бизнеса к отечественным разработчикам. Аналогичная проблема есть и в России. Не получая заказов, разработчики не могут нормально развиваться. «Хорошим решением будут расширение практик венчурного финансирования и господдержка стартапов», – считает Каратаева.
Бизнес пока еще очень далек от цифровизации, констатировал представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в РК Марат Шибутов: «Только у крупных компаний есть электронный документооборот. Даже в фонде «Самрук-Казына» закупки проводятся на бумаге. А ведь в портфеле фонда – крупнейшие компании страны, оборот более 4 трлн тенге». Он также отметил, что в России в Сеть выложено только 10% от актуального законодательства, в Казахстане же труднее получить информацию о частных компаниях. Кроме того, около 500 государственных баз данных не связаны между собой, как это должно быть.
В отличие от развитых стран, где в развитии цифровой экономики заинтересованы крупные компании, в Казахстане и России крупнейшие игроки представляют так называемый квазигосударственный сектор, заметил главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge, политолог Замир Каражанов: «Это де-факто квазирыночная среда. В такой среде перемены бывают редко и происходят небыстро». Потому и продвижение цифровизации возможно, но только при запросе со стороны государства. А в этом случае, как считает Каражанов, развитие реально в стратегически важных отраслях, таких, например, как оборона и энергетика. Для цифровой трансформации бизнеса и экономического взаимодействия все-таки нужна конкурентная среда.
Цифровизация: угрозы для нее и от нее
Представитель Павлодарской области, директор общественного фонда «Социум-PV» Дмитрий Франк считает, что один из главных рисков реализации цифровой экономики – это высокий уровень коррупции: «При таком ее уровне реализация различных действий, что на государственном, что на бизнес-уровнях затруднена». Виталий Букатин разделяет это мнение, однако он считает, что государство будет бороться с коррупцией самым серьезным образом как раз благодаря цифровизации. «Все цифровые решения, при которых нужно отслеживать денежные потоки и документацию, приведут к максимальной прозрачности», – сказал он.
Букатин отметил, что главный риск, который несет в себе цифровая экономика, кроется в том, что цифровизация исключает человека из производства. Казахстанские эксперты также обеспокоены тем, что новые технологии будут вытеснять с рынка привычные профессии. Таким образом, перед государствами встает вопрос, как не допустить рост безработицы и обеспечить занятость населения в цифровую эпоху.
«Построить цифровой роботизированный завод – это хорошо. Но, может быть, лучше дать работу сотне людей?», – выразил сомнения в целесообразности цифровизации заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане» Сергей Козлов. Леся Каратаева на это ответила, что в Казахстане с его 18-миллионным населением цифровизация как раз более актуальна, чем, допустим, в Пакистане с населением в 208 млн человек. «Опыт Китая показывает, что и при роботизации производства создаются новые рабочие места. У России же есть серьезный стимул в виде санкций, чтобы развивать свое производство, свои технологии. А в Казахстане как раз в условиях относительно небольшого населения процессы цифровизации могут быть более эффективными», – убеждена Каратаева.
В свою очередь Замир Каражанов отметил, что риски, которые несут процессы цифровизации, несопоставимы с теми опасностями, которые возникнут, если евразийские государства не смогут войти в число стран, перешедших на цифровую экономику. «Лидерство стран в обозримом будущем, скорее всего, будет определять степень цифровизации их экономики. А это лидерство в свою очередь будет определять уровень и качество жизни граждан, и качество человеческого капитала. Иными словами, цифровая экономика усилит рост неравенства на глобальном уровне. Поэтому надо бояться не появления такой экономики, а отставания в этой сфере от развитых государств», – резюмировал Каражанов.

Аманжол СМАГУЛОВ

 
Источник: Центр информации IC24

Цифровое сотрудничество ЕАЭС «подвисает»

Цифровизация активно меняет экономический ландшафт только в результате заказа власти

«Цифровая экономика – это когда человек исключается из процесса производства»,– объяснил Виталий Букатин, генеральный директор «Эксперт-Сибирь». «Цифровая повестка стала информационной в последний год на пространстве ЕАЭС», – сообщил Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба ОФ «Мир Евразии». В этот раз он совместно с экспертным клубом «Сибирь – Евразия» проводил заседание на тему «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС».

«Цифровая колонизация – технологии принадлежат не нам и управляются не нами», – дал определение Дмитрий Свириденко, доктор физико-математических наук (в начале заседания он был представлен как человек, «стоявший у истоков цифровой экономики»). Ученый обратил внимание не только на то, что «научив нейронную сеть чему-то, вы не знаете чему она научилась», но и посоветовал «не поддаваться магии чужих технологий».

экспертный клуб

Знакомясь с предлагаемым продуктом нужно «выявлять и тщательно анализировать недостатки предлагаемых технологий; определиться с контекстом обсуждаемых проблем и задач; развивать свои технологии и подходы к решению задач цифровизации»«У нас все есть, только не нужно пиетета перед западными технологиями», – заявил г-н Свириденко.

«Умный контракт» – это формальный алгоритм, который работает в системе бизнес-отношений», – так называется еще один предмет, вокруг которого велась дискуссия. Дмитрий Свириденко считает, что интерпретация «умного контракта» как программы концептуально ошибочна. Сам он сторонник «семантического умного контракта». Но тут непосвященным проблематика малопонятна, а владеющие знанием эксперты так и не сумели его донести до журналистов в доступной форме. Ясно только, что смысл семантического подхода в том, чтобы конкретные люди на земле получили понятный им контракт.

Смыслы озабоченности тем, где находятся серверы и кто командует технологическим процессом, в Казахстане разделяют не все. Здесь Алик Шпекбаев, руководитель антикоррупционного ведомства, озвучивает информацию, согласно которой 82 госслужащих нанесли Казахстану урон на 1,1 трлн тенге, а потому любой вред от хакеров и нечистоплотных владельцев цифровых бизнес-площадок кажется мелким и абстрактным. На данное обстоятельство обратил внимание Марат Шибутов, представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в РК. Политолог Рустам Бурнашев на это заметил, что в государственном руководстве на подобные вещи смотрят иначе, нежели обыватели или в экспертных кругах.

экспертный клуб

Эдуард Полетаев отметил, что от государств ЕАЭС нет внятно сформулированного заказа на технические и цифровые стандарты для эффективного взаимодействия национальных экономик. «В свое время советской власти математики были нужны и математическую школу она создала», – привел пример государственной заинтересованности и результата Сергей Козлов, замглавного редактора «МК в Казахстане».

Информатизация – это использование компьютерной мощи для решения определенных задач. Цифровизация – это создание специальной экосистемы. «Адидас» вернулся из Таиланда. Германия от этого получила всего 100 новых рабочих мест, поскольку новый завод роботизированный», – озвучил будни цифровой экономики Виталий Букатин. В данной связи Даурен Абен, Евразийский НИИ, заметил: «Стоит ли форсировать цифровизацию, если остро стоит проблема безработицы? Цифровой фактор, конечно, важен, но человеческий фактор никто не отменял».

«Программа «Цифровой Казахстан» еще не была принята, а он уже закончился – запрещено держать информацию на заграничных серверах и облаках», – указал Марат Шибутов.

Востоковед Адиль Каукенов предложил не удариться в крайность, отказываясь от зарубежных технологий. «Южная Корея и Китай – тотальное заимствование по автопрому, но сейчас они дышат в спину мировым гигантам», – привел пример г-н Каукенов. «АвтоВАЗ – это сейчас «Рено-Ниссан», но не очень помогает», – указал на «евразийский» пример Виталий Букатин.

экспертный клуб

«Даже цифровой формат проведения закупок не исключает человеческого фактора, – обратила внимание Леся Каратаева, КИСИ. – Наш производитель не доверяет отечественным разработчикам»«Коррупция – один из ключевых рисков в цифровой экономике», – согласился Виталий Букатин. «Госзакупки в «СамрукКазыне» до сих пор идут на бумаге», – ввел в курс дела Марат Шибутов.

«Цифровизация у нас не убирает бумажный документооборот. В образовании и медицине он из-за этого вырос в два раза», – сообщил Аскар Нурша, независимый эксперт.

В ходе дискуссии упомянули Дональда Трампа, которому цифровые технологии помогли победить в президентской гонке, хотя денег он потратил меньше, чем Хиллари Клинтон.

«Там, где деваться некуда, приходится двигаться вперед», – акцентировал Замир Каражанов, политолог. Он особо выделил, что самолет МС-21 в России создан на компьютере, а не по чертежам.

Как бы то ни было, но в свете того, что современный мир не становится более миролюбивым и менее конфликтным, все острее встает вопрос, поднятый недавно Натальей Касперской: «Современная технология упирается в то, кто ее контролирует – вы или внешний игрок».

Источник: Интернет-газета ZONAKZ.net

«Не поддаваться магии чужих технологий»: российские и казахстанские эксперты обсудили перспективы цифровой экономики стран ЕАЭС

В Алматы состоялся международный круглый стол «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС», организаторами которого выступили Экспертный клуб «Сибирь-Евразия» (Новосибирск) и Общественный фонд «Мир Евразии» (Алматы).

Открывая круглый стол, руководитель ОФ «Мир Евразии» казахстанский политолог Эдуард Полетаев подчеркнул, что тема «цифровой экономики» — не сиюминутный политический проект, а долгосрочный тренд развития современных обществ, который порождает не только новые перспективы, но и ставит сложные и неоднозначные вопросы, как перед государством, так и перед бизнес-сообществом. Текущая ситуация характеризуется значительной неопределенностью, следствием чего является отсутствие внятного и четкого понимания того в каком направлении двигаться, в первую очередь, на уровне государственной политики, и каким технологическим решениям отдавать приоритет.

Генеральный директор делового издания «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин сделал акцент на том, что цифровизация экономики и повседневной жизни не так новы, как это часто преподносится общественному сознанию. Многие инновации и технологические наработки уже имеют определенную историю и давно дали вполне осязаемые результаты. При этом, с его точки зрения, при обсуждении данной проблематики следует уделять самое пристальное внимания рискам цифровой экономики, проблеме ухода от посредников «через цифру» и роли среднего и малого бизнеса, который довольно часто остается на периферии тех решений которые принимает государство на макроэкономическом уровне.

В вступлении профессора НГУ, сооснователя компании «Айлайн технологии» Дмитрия Свириденко был представлен развернутый анализ информационно-технологического аспекта цифровизации современных экономик. Он подчеркнул, что принципиально важно не поддаваться магии чужих технологий, что часто сопровождается медийным ажиотажем, который умело подстегивается современными маркетинговыми приемами по всему миру. Кроме того, необходимо выявлять и тщательно анализировать недостатки предлагаемых цифровых технологий, особенно в плане информационной безопасности, что носит критически важный характер для функционирования государства и сохранения конфиденциальности контрактов в бизнесе.

Для стран ЕАЭС важно развивать собственные подходы и технологии, опираясь на существующие в наших странах научные школы. В противном случае вопрос о «цифровой колонизации» станет более чем актуальным для будущего суверенных государств. В этой связи важным аспектом цифровизации является разработка опережающего законодательства в этой сфере и продвижение модели межгосударственного проектного офиса, что создаст условие для гармонизации приграничного сотрудничества стран ЕАЭС в этой сфере.

В свою очередь, представитель Ассоциации приграничного сотрудничества Республики Казахстан Марат Шибутов отметил тот факт, что интеграции в сфере цифровых технологии, не смотря на её значимость, должна предшествовать широкомасштабная работа на межгосударственном уровне в плане разработки общих стандартов и нормативной базы. Именно подобная работа позволит преодолеть «цифровое неравенство», существующее пока среди стран-участниц ЕАЭС.

В выступлениях и комментариях других экспертов были затронуты темы, связанные с преодолением коррупции в условиях цифровизации публичного управления, повышением роли бизнес-сообщества как значимого субъекта принятия государственных решений, значимостью вопросов новой коммуникативной грамотности и повышением доверия населения к национальным разработкам в области цифровой экономики.

 

 
Источник: информационно-аналитическое издание «Контур»

«ПРОБЛЕМЫ НЕ ОТ ЦИФРОВИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ, А ОТ НЕПОНИМАНИЯ ЕЁ СУТИ»

Цифровизация экономики и развитие электронного правительства являются одним из приоритетов развития стран — участниц ЕАЭС. 17 мая 2018 г. в Алма-Ате казахстанские и российские эксперты обсудили связанные с этим проблемы на Международном круглом столе «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС». Его организаторами выступили Экспертный клуб «Сибирь-Евразия» и Общественный фонд «Мир Евразии». Один из участников мероприятия — профессор Новосибирского государственного университета, сооснователь компании «Айлайн Технологии» Дмитрий Иванович Свириденко поделился своим видением перспектив цифровизации экономики стран – членов ЕАЭС.

— Дмитрий Иванович, как можно охарактеризовать состояние цифровизации экономики в странах Евразийского экономического союза?

— Для начала надо определиться с терминами. Экономика — деятельность по управлению активами, что основано на знаниях. Цифровая экономика — это такая стадия, состояние экономики, когда она опирается на цифровые модели, которые и помогают управлению. Цифровизация — это ещё не цифровая экономика, это процесс её перевода на цифровые рельсы. То есть понятия всё же разные, не надо путать цифровую экономику и цифровизацию экономики.

Вот почему так важны круглые столы и любые другие встречи профессионалов, потому что вокруг и цифровизации, и цифровой экономики сложилось много самых разных мнений, вплоть до того, что мы якобы к этому ещё не готовы. Много самых разных терминов в этой сфере используется и не всегда с должным пониманием, в том числе с самым разным толкованием одного и того же понятия. Поэтому надо обсуждать стратегии развития, вырабатывать общие направления действий, определять общность идеологии и терминологии.

И очень важно готовить не только специалистов, но и широкие слои населения к цифровизации экономики, чтобы и школьники, и студенты знали цифровые технологии, понимали их, принимали и активно пользовались. Потому что ы сейчас видим, что цифровизация — пока удел крупного бизнеса, структур, которые могут позволить себе наличие IT-подразделений. Но для среднего и малого бизнеса цифровые технологии тоже очень важны, может быть, даже в большей степени.  Речь идёт о том, что цифровизация для малого бизнеса создаёт специальные экосистемы, благодаря которым предприятия этого сектора смогут полноценно работать. Это так называемые платформенные решения, готовые шаблоны, которые можно использовать для своих нужд, адаптируя под конкретные потребности самостоятельно или с привлечением специалистов.

— Какие ещё проблемы цифровизации экономики могут быть и сейчас, и в будущем?

— Можно отметить боязнь цифровизации как таковой, в том числе социальных последствий в лице безработицы. Уже сейчас можно услышать, что соответствующие действия привели к появлению автобусов без кондукторов и магазинов без продавцов. Это явление есть и будет, надо просто быть готовым к системной работе в этой сфере. Но надо помнить и о том, что, как и любое новшество, цифровизация потребует создания новых рабочих мест.

Боязнь цифровизации — от незнания трендов развития технологий и экономики. Поэтому нам необходимо образование, включая базовое, основное. К примеру, сейчас математику мало преподают, в том числе и в вузах; нет преподавания математической теории измерений. В результате многие не знают, как измерять объёмы данных, как оценивать эту информацию. Отсюда данные не умеют структурировать, что очень важно в цифровой сфере.

Это трудности чисто технические, но есть ещё и социальные: отношения разных слоёв общества, в том числе по возрастному принципу, что может привести к социальной напряжённости. Но смотрите, цифровизация и следующие за ней перемены нередко толкают нас на какие-то шаги по освоению нового: к примеру, из-за банкротства банка пенсионерка начинает осваивать смартфон для того, чтобы лучше управлять своими капиталами. Она в итоге сможет самостоятельно разбираться в этом вопросе и в будущем станет лучше управлять своими деньгами, сможет избежать финансовых провалов. Для этого и надо вести большую работу по образованию и разъяснению сути цифровизации.

 
Источник: Экспертный клуб «Сибирь-Евразия»

РОССИЯ И КАЗАХСТАН ДОЛЖНЫ ВМЕСТЕ ИДТИ ПО ПУТИ ЦИФРОВИЗАЦИИ

Цифровизация экономики и развитие электронного правительства являются одним из приоритетов развития стран — участниц ЕАЭС. 17 мая 2018 г. в Алма-Ате казахстанские и российские эксперты обсудили связанные с этим проблемы на Международном круглом столе «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС». Его организаторами выступили Экспертный клуб «Сибирь-Евразия» и Общественный фонд «Мир Евразии». Один из участников мероприятия — Адиль Каукенов,  директор Центра китайских исследований China Center (г. Алматы) — поделился своим видением текущего положения вещей в сфере цифровизации России и Казахстана.

— Почему на Ваш взгляд важно обсуждать проблему цифровизации и интеграции?

— Сегодняшнее мероприятие международного характера и очень важно держать руку на пульсе не только текущих вопросов развития экономики и новых технологий, но и обмениваться мнениями с партнерами. Россия является одним из самых близких экономических и культурных партнеров Казахстана поэтому то, что сегодня нам удалось именно обменяться мнениями с нашими российскими коллегами. Это свидетельствует о том, что российское и казахстанское экспертные сообщества стремятся найти точки взаимопонимания и обозначить проблемы, которые необходимо исследовать.

— Каковы перспективы на Ваш взгляд развития цифровой экономики в Казахстане?

— Цифровизация – важная для Казахстана тема. И правительство, и общество по-своему занимаются достаточно давно данной темой. Если мы говорим о правительстве, то это прежде всего электронное правительство «egov». Следует отметить, что многие казахстанцы уже освоили и активно пользуются государственными услугами: оплачивают штрафы, записываются на прием, заказывают документы и справки.

Если раньше, например, для получения справки об отсутствии судимости нужно было потратить огромное количество времени, то сегодня документ можно заказать за несколько минут. Это облегчает жизнь людям. Более того именно за счет цифровизации сейчас, например, таксисты используют навигационное оборудование, тем самым происходит широкое использование платформ. Сотовый телефон уже давно стал рабочим инструментом за счет того, что предоставляет доступ к цифровым технологиям: облачным хранилищам, картам, платформам, где человек может взаимодействовать как с производителями, так и с потребителями. Люди сейчас активно заказывают товары на площадках по электронной коммерции. Тот, кто останется в стороне от этих процессов: как страна, так и простой человек он просто останется на обочине жизни. Поэтому сейчас любой производитель и человек пытаясь элементарно найти себе лекарство или, например, если он занимается спортом хорошего тренера хороший спортзал пользуется базами данных в интернете. Люди коммуницируют друг с другом, высказывает мнения о качестве услуг либо качестве товара тем самым стимулируя производителя повышать качество продукции. Это означает, что производители сейчас не один на один с каждым потребителем, а с огромным сообществом. Мы живем в удивительное время. Наша жизнь меняется буквально на глазах. Важно понимать, что же будет завтра и какие новые специальности будут востребованы. Одни профессии вымрут, а какие-то профессии появятся. Поэтому мы сегодня говорили по сути о будущем.  Поскольку Казахстан и Россия находится в едином экономическом пространстве, то важно понимать какие должны быть стандарты нашего взаимодействия в будущем. Это, конечно, большой вопрос. На самом деле таких встреч должно быть намного больше для того чтобы мы как можно быстрее гармонизировали и как можно чаще обменивались креативом и найти точки для того чтобы по крайней мере нам всем жилось хорошо.

— Вы обозначили положительные стороны цифровизации экономики, а какие проблемы можно выделить на Ваш взгляд?

— Любое масштабное явление несет с собой определенные риски.  Мир столкнулся с вызовами, с которыми он не сталкивался. Самая явная проблема – терроризм. Терроризм — это дитя информационного века. С чем связана частота террористических актов? Общество стало информационным. Задача террора – напугать общество, заставить жить в страхе, ужасаться. Если раньше чтобы привлечь внимание радикальным группировкам требовалось тратить больше времени, то сейчас, когда каждый человек по сути представляет маленькое «СМИ» ведь он может просто записать видео и разместить его или написать текст. Это расходится мгновенно. Это обратная сторона информационного века. Следует обратить внимание так же на киберпреступность. Не умение использовать цифровые технологии привело к тому, что часто возникают вопросы имиджевых издержек. В связи с этим, подобные экспертные встречи крайне важны поскольку идет процесс обсуждения не только вызовов и угроз, но и поиск возможных решений проблем в области обеспечения безопасности данных.

 
Источник: Экспертный клуб «Сибирь-Евразия»

Казахстанские и российские эксперты расскажут, как использовать цифровые технологии и продвигать товары на экспорт

17 мая в Алматы специалисты из Казахстана и России примут участие в работе Международного круглого стола «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС».

Актуальность его проведения обусловлена важностью перемен в условиях цифровизации экономики. К примеру, к 2025 году она обеспечит около 1/3 мирового ВВП. Поэтому страны-партнёры по Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС) должны найти механизмы наиболее эффективного взаимодействия национальных экономик, выработать единые технические стандарты и синхронизировать работу законодателей.

В ходе Международного круглого стола «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС» будут рассмотрены такие темы как новые возможности экономического пространства ЕАЭС и развитие регионов, от чего зависит успешность внедрения новых технологий, какими путями надо продвигать продукцию стран ЕАЭС на экспорт.

Казахстанскую сторону представят бизнесмены, сотрудники университетов, специалисты IT-отрасли, журналисты. С российской стороны участвуют представители вузов, предприниматели, журналисты.

Дата и место проведения Международного круглого стола:   Алматы, ул. Гоголя, 127/1, отель «Казжол», зал «Парасат» (1 этаж), 15:00 – 17:00 (время местное).

Организаторы мероприятия: Общественный фонд «Мир Евразии» (Республика Казахстан), Экспертный клуб «Сибирь-Евразия», Сибирский институт управления – филиал РАНХиГС при Президенте РФ (Новосибирск, Российская Федерация).

Интеграция на Востоке – дело тонкое

В марте в Астане состоялась рабочая консультативная встреча глав государств Центральной Азии

В подобном формате лидеры стран не контактировали около 10 лет. Также укрепили двусторонние контакты Казахстан и Узбекистан. «Казахстан всегда стремился к тесному экономическому сотрудничеству с соседями, особенно со странами Центральной Азии, с которыми мы имеем общую историю, культуру, миропонимание и мироощущение», – сказал Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев.

При этом работа ЕАЭС и других постсоветских межгосударственных организаций ставит важный вопрос о будущей роли региона в интеграционных процессах. Об этом эксперты говорили в ходе «круглого стола», организованного общественным фондом «Мир Евразии».

Глава фонда политолог Эдуард Полетаев заметил, что Центральную Азию сегодня называют одним из самых быстрорастущих рынков. Возможно ли в ближайшие годы Центральной Азии выработать единую общерегиональную стратегию, и на чем она будет строиться, задался вопросом эксперт.

«Понятно, что здесь есть всем известные долгоиграющие проблемы, тот же водный вопрос. Хотелось бы понять, что могут сделать страны в направлении углубления сотрудничества. Они, конечно, имеют вековую историю совместного сосуществования. Но, как мы знаем, все соседствующие страны мира ее имеют, но это еще не говорит об идеальных отношениях между многими из них», – подчеркнул он.
Что касается интеграционных процессов, то далеко не все страны Центральной Азии стремятся в них окунуться, считает политолог.

По его словам Узбекистан отдает предпочтение развитию двусторонних отношений со странами-партнерами. Также в регионе расположено уникальное государство Туркменистан, которое обрело нейтральный статус еще в 1995 году. Тогда Генеральная Ассамблея ООН приняла специальную резолюцию о постоянном нейтралитете, который накладывает на страну ряд обязательств, в числе которых неприсоединение к политическим, экономическим, военным союзам и блокам.

Тем не менее нельзя забывать о прогрессе, который дают контакты между главами государств, правительств, высокопоставленных делегаций благодаря таким интеграционным структурам, в той или иной степени присутствующим в регионе, как СНГ, ЕАЭС, ОДКБ, ШОС. На интеграционных площадках лидеры стран Центральной Азии часто друг с другом пересекаются и обсуждают важные вопросы.

Интерес к региону растет

С одной стороны, Центральная Азия является молодым регионом, а интерес к нему в силу его ресурсной и стратегической привлекательности проявляют многие ведущие страны мира. В частности, это определяется межконтинентальной значимостью Центральной Азии для торговых и других связей между странами Европы, Ближнего Востока и Азии. Кроме того, в регионе наблюдается рост культурно-гуманитарного сотрудничества. Это дает предпосылки к разговору о том, что межстрановое взаимодействие способно стать одним из приоритетов политической, экономической и социальной сфер жизни центральноазиатских государств. Но насколько демонстрируемые инициативы по сближению являются долговременными, не может ли быть так, что через несколько лет о них позабудут?

«К тому же Центральная Азия уже долгие годы страдает от ряда экспертных апокалипсических прогнозов. Причины тому, на первый взгляд, просты – новые независимые государства относительно молоды, Европа и Америка, основные центры по формированию мирового общественного мнения, далеко, специалистов по региону мало. В страшилках по будущему Центральной Азии много геополитических словесных упражнений, своих и цитированных. В «затерянном» регионе видятся разные смыслы, свидетельствующие о якобы неизбежности разного рода потрясений. Часто слышны рассуждения о том, как мировые центры силы борются за влияние в Центральной Азии, в результате чего перекрещиваются интересы США, Европейского союза, Китая и России, а это ни к чему хорошему не приведет. Правда, реальная значимость региона для мировой политики преувеличена», – сказал политолог.

Он считает, что государства Центральной Азии стремятся обратить на себя внимание. Ведь их выживание на мировом политэкономическом рынке зависит не только от правильно настроенной многовекторности отношений с сильными мира сего, но и от собственных громких претензий. Однако становление Центральной Азии как региона в современной мировой системе продолжается и является незавершенным. Оно идет на фоне продвижения интеграционных проектов в условиях существования уникальной комбинации вызовов и угроз разного уровня при конкуренции внешних сил и зависимости от усиливающейся глобальной неопределенности, подчеркнул г-н Полетаев.

По его словам, приоритетом для группы центральноазиатских стран является развитие сотрудничества с мировым сообществом, реализуемое через контакты с внешними государствами-партнерами и международными организациями. Также для них особым внерегиональным партнером остается Россия, способная хотя бы отчасти удовлетворить их военно-политические, экономические, социальные, культурно-образовательные потребности. В свою очередь данный регион занимает важное место в российской внешнеполитической стратегии. Россия, как известно, подписала со странами Центральной Азии множество важнейших официальных документов. Не секрет, что Центральная Азия занимает примерно 10% всего Азиатского континента и не имеет прямого выхода к мировому океану. При этом она характеризуется малым количеством региональных организаций и интеграционных группировок, прокомментировал г-н Полетаев.

Торгуем мало, но потенциал есть

Профессор Казахстанско-немецкого университета Рустам Бурнашев считает, что с точки зрения расширения возможностей взаимодействия пяти стран можно быть оптимистичным. В какой-то степени в связи с изменениями в Узбекистане, и в связи с изменениями экономической конъюнктуры для стран, экспортирующих природные ресурсы. Торгуем мы между собой мало, но потенциал присутствует. Отдельный вопрос – как действуют здесь ограничители ЕАЭС. Но то что это направление вполне возможно для развития – бесспорно, считает он.

Конечно, до недавних пор ограничителем торговли выступал Узбекистан, который сдерживал экспорт своей сельхозпродукции, а также импорт из Казахстана исходя из идеологии независимости. Данная идеология получала воплощение не только в политическом, но и экономическом аспекте, например в виде концепций зерновой и энергетической независимости. Эти идеологемы приводили к тому, что Узбекистан не закупал или ограничивал закуп зерна и нефти из Казахстана, заявляя, что есть свое. Хотя понятно, что, например, качество зерна несравнимо. Все равно завозили казахстанское зерно разными путями. Сейчас Узбекистан готов покупать зерно, даже муку и нефть. Тогда как раньше нефтеперерабатывающие заводы в Узбекистане простаивали, в стране был дефицит бензина, подчеркнул Рустам Бурнашев.

Другое направление: Узбекистан стал выносить свои предприятия за пределы страны – появились предприятия по сборке автомобилей, бытовой техники, пошиву обуви в Казахстане. Таким образом, фундаментального сближения в формате интеграции не будет. Но расширение и усиление связей возможно, считает профессор.

Кардинальная трансформация пока не предвидится

Политический обозреватель Евгений Пастухов считает, что кардинальной трансформации общественно-политических и социально-экономических систем в Центральной Азии не будет. Существует внутриполитический фактор, который окажет влияние на процессы региональной интеграции, на эволюцию региона, политическую или экономическую.

Однако на первый план выходит внешнеполитический фактор. И здесь очень важно понимать,  кем мы являемся – геополитической периферией или находимся на острие геополитических процессов? С одной стороны, вокруг нас все бурлит, а мы островок, где вроде бы ничего не происходит. Но по большому счету это вопрос интерпретации. Ничего не происходит, возможно, потому, что это может быть выгодно ключевым внешним игрокам.

«Многое зависит от того, что делается во внешнем мире. Внешнеполитический фактор также окажет влияние на наши попытки кооперироваться. А это можно сделать в двух случаях – либо дружить против кого-то, как в Африке, либо развивать экономическое, политическое и иное сотрудничество друг с другом, как Европейский союз, который фактически начинался, как известно, с Европейского объединения угля и стали», – сказал Евгений Пастухов.

Без центростремительных процессов

Политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов считает, что пока рано говорить о центростремительных процессах в Центральной Азии. За неимением лучшего оптимальным вариантом остается сохранение статус-кво. В этом случае события и протекающие процессы в регионе носят предсказуемый характер. Но вместе с этим есть еще несколько сценариев развития ситуации в Центральной Азии. Это прежде всего фактор растущего Китая. Власти КНР анонсировали политику «Один пояс – один путь», что само по себе является знаковым событием. В этом случае регион рассчитывает на инвестиции Китая, углубление сотрудничества с ним, усиление транзитного потенциала Центральной Азии. В общем и целом движение по реализации данного проекта уже наблюдается в регионе. Но усиление Китая несет в себе опасности, связанные с протекающими в этой стране процессами. К примеру, последние события показали, что экономика КНР несовершенна и уязвима перед мировым кризисом, к тому же у Китая есть торговые споры с США. Другим государством, которое претендует на статус политического и экономического полюса в Центральной Азии, выступает Россия. Однако она сегодня находится под давлением внешних санкций, которые в свою очередь могут стать сдерживающим фактором в деле сотрудничества со странами Центральной Азии. Есть и еще один сценарий развития событий для региона, это проект с условным названием «от Владивостока до Лиссабона». Его еще часто называют Большой Евразией. В отличие от предыдущих вариантов, он не включает в себя «полюсов влияния» (Китай, Россия, Турция или Европейский союз), он не однополярный и не моновекторный. Условием для его реализации выступает заинтересованность евразийских стран и равноправное сотрудничество.

Все непросто

Эдуард Полетаев заметил, что парадокс региона в том, что здесь уже была достаточно высокоинтегрированная экономическая структура – единая энергосистема, сеть железных и автодорог, межреспубликанские связи, отвечающая общесоюзным требованиям. Но по старым правилам в новых экономических условиях до того состояния эту структуру возродить невозможно. Неудивительно, что страны Центральной Азии на пространстве бывшего СССР оказались в лидерах по протяженности железнодорожных путей, построенных в постсоветское время, выстраивая необходимую локальную сеть, потому что, когда их прокладывали, никто на границы не обращал внимания.

«Сегодня на границы обращают внимание не только строители дорог. Очень важно, чтобы государства Центральной Азии были стабильными и могли противостоять экстремизму и терроризму. Проблема региональной безопасности приобрела уже глобальный характер, не случайно противоречивые интересы мировых игроков совпадают в Афганистане. Бесспорно, наибольший успех в отношениях стран Центральной Азии пока имели и имеют двусторонние договоры. Тем не менее контуры новой внутрирегиональной политики все же вызывают сдержанный оптимизм. Проведение со своей стороны каждой из стран четкой артикуляции своих интересов в регионе, как это сделал Узбекистан, а ранее и Казахстан, посильная помощь и поддержка, демонстрация добрых политических намерений – все это облегчает многие проблемные вопросы. Хотя интеграция в Центральной Азии – дело совершенно непростое», – заключил Эдуард Полетаев.

 

Андрей КОРОЛЁВ, Алматы

Источник: Республиканская общественно-политическая газета «Литер»

Сможет ли Мирзиеев объединить азиатов. Экспертное мнение

Политика большей открытости, которую проводит второй президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, подарила надежду на возможность интеграции Центральной Азии, но она весьма призрачна.

Эдуард Полетаев

Политолог Эдуард Полетаев подчеркнул, что 2018 год эксперты называют поворотным в области активизации регионального сотрудничества стран Центральной Азии. Региональная повестка оказалась в тренде. Анализ свидетельствует, что актуализация региональной повестки связана с инициативами Шавката Мирзиёева.

Центральная Азия занимает примерно 10% всего азиатского континента и не имеет прямого выхода к мировому океану. При этом она характеризуется малым количеством региональных организаций и интеграционных группировок. Однако, по словам политолога, торгово-экономические связи между странами остаются довольно слабыми. Основными торговыми партнерами являются внешние игроки: Россия, Китай, Европейский союз.

Но остается открытым вопрос, насколько реальна возможность увеличения товарооборота внутри региона, и чем он ограничен? Например, Казахстан и Узбекистан поставили задачу к 2020 году увеличить товарооборот до $5 млрд долларов с $2 млрд в 2017 году. И вроде перспективы видны. Но наладить полноценный товарообмен, чтобы закрыть основные потребности в необходимых товарах пока маловероятно, заметил эксперт.

Торговли почти нет

Булат Султанов

Политолог Булат Султанов считает, что одним из существенных факторов для региона является то, что средства, накопленные местными богатыми людьми, находятся в основном в западных банках. И там же учатся их дети, туда приезжают жены. Для элит региона сильным будет влияние западного мира через финансовую систему, которая в значительной степени базируется в Великобритании, поэтому интеграция внутри самого региона маловероятна.

«Я думаю, что консультативная встреча президентов стран Центральная Азии, состоявшаяся в марте в Астане, так и останется в формате консультативных встреч, потому что никакой глубокой интеграции стран Центральной Азии ни в ближнесрочной, ни в среднесрочной перспективе не будет. Когда я был в Узбекистане, то процитировал бывшего посла Великобритании в этой стране Крейга Мюррея, который сказал, что элита и многие другие часто вспоминают, что узбеки раньше жили лучше, чем казахстанцы, а теперь наоборот. В советское время Узбекистан был витриной социализма в Азии, значительная часть региональных расходов шла на эту республику», — заметил эксперт.

При этом, по его словам, анализируя процессы в Центральной Азии, стоит отметить, что здесь определяющим фактором будет являться экономика, а не история. Развитие экономического взаимодействия будет происходить трудно, потому что республики торгуют в основном природными ресурсами и продавать их они могут за пределы Центральной Азии. Всего порядка 5% внешнего торгового оборота стран региона приходится на внутреннюю региональную торговлю.

На разных позициях

Уровень жизни населения сдерживает развитие внутреннего регионального рынка. Величина прожиточного минимума в Казахстане, как и минимальный размер заработной платы, составляют 28 284 тенге с января 2018 года. Минимальный размер пенсии — 33 745 тенге, это порядка $100. А ведь Казахстан — это самая благополучная республика Центральной Азии, в других странах ситуация хуже, заметил он.

«Мы находимся на различных позициях к главным региональным вопросам. Например, к вопросу водно-энергетических ресурсов. Есть два государства, которые контролируют воду, и три — которые зависят от воды. И водный вопрос не будет решен, пока не будет общей программы. А она возможна только при наличии взаимных компромиссов. Но в условиях ухудшения экономической ситуации политическая элита на компромиссы идти не будет. Наоборот, она начнет обострять эти противоречия, чтобы доказать свою значимость присутствия в качестве именно правящей элиты», — отметил Булат Султанов.

Рустам Бурнашев

Политолог, профессор казахско-немецкого университета Рустам Бурнашев подчеркнул, что если  посмотреть историю возникновения формата из пяти государств региона, то для этого присутствовало только два фактора. Во-первых, это актуализация этнического фактора в Советском Союзе, конкретно — Ошский конфликт 1990 года, после которого прошла первая встреча лидеров пяти государств.

Во-вторых, это обсуждение подписания нового Союзного договора в рамках СССР. Лидеры пяти стран четко фиксировали в это время практически во всех своих выступлениях, что новое соглашение в экономическом плане несправедливо в отношении к «сырьевым республикам».

Это приводило к тому, что лидеры консолидировались и пытались согласовать, выработать общую позицию. В рамках Советского Союза эта консолидация пяти лидеров имела значение, формировалось чисто политическое объединение. Противостояние «Центру», нежелание быть «подбрюшьем России» фиксируется и на Ташкентской встрече, прошедшей в январе 1993 года, когда, собственно, и было закреплено название «Центральная Азия».

Оснований для фундаментальной интеграции нет

Так сможет ли изменить региональный дух проявляющий активность в этом направлении Мирзиёев?

По словам Бурнашева, разница между позициями Ислама Каримова и Шавката Мирзиёева сейчас просматривается, но нечетко. Так, в 1990-е годы в каримовское понимание регионализации попадал и Афганистан. Например, после падения режима Мохаммада Наджибуллы, Каримов пытался контактировать с новым руководством Афганистана, найти возможности формирования через эту страну «южного транзитного коридора».

В определенной степени то же самое пытается сделать и Мирзиёев — не замыкать пространство только пятью странами, но и получать выход на Афганистан. Центральная Азия — формирование случайное и несистемное. Никаких оснований для фундаментальной интеграции нет, также считает эксперт.

Он заметил, что когда большевики провели национальное территориальное размежевание, они перемешали территории всех этих трех бывших государств, растащили их по разным республикам. И сегодняшний юг Казахстана — это осколок Кокандского ханства, где были другая религиозная ситуация, земледелие, уровень производительных сил. И по сей день у южан несколько иная ментальность. Эксперт сказал, что на политику открытости главы Узбекистана возлагаются большие надежды, но Мирзиёев, если он умный человек, продолжит политику Каримова, потому что в Узбекистане имеются региональные особенности, считает Бурнашев. Есть ташкентские, есть бухарские, и они в первую очередь в интересах своего родного края действуют, сказал он.

Особенности Кыргызстана — это Север и Юг, заметил политолог. Он подчеркнул, что главным местом раздора в позднем СССР был не столько Южный Кавказ, сколько Ферганская долина, где население боролось за землю и воду. Северным кыргызам не просто договориться с южными, многие стесняются об этом говорить, но что есть, то есть. А интеграция предполагает передачу части национальных полномочий на наднациональный уровень. Политическая элита региона не готова к этому. Поэтому, даже несмотря на «добрую волю» Мирзиёева, объединение азиатского региона в ближайшее время не предвидится, констатировали эксперты.

Евгений Андреев

 
Источник: Аналитический сайт Kaktakto

Будущее Центральной Азии: сценарии развития

У государств Центральной Азии есть географическая и культурная близость, развивается торговля. Но большинство политологов не ожидают в ближайшее время глубокой интеграции в регионе.

О динамике и стагнации в отношениях стран Центральной Азии говорили казахстанские эксперты на заседании дискуссионного клуба «Мир Евразии».

Фундаментальный фактор Центральной Азии как полноценного региона присутствует, считает политолог, директор Центра китайских исследований CHINA CENTER Адиль Каукенов.

«Но есть и индивидуализм национальных элит, которые не готовы делегировать властные полномочия. Недоверие между странами Центральной Азии еще остается, и оно порой сметает выгодные экономические предпосылки», — констатирует он.

Кыргызстан, например, все еще опасается Узбекистана. А в прошлом году Бишкек перед недавними выборами президента страны чуть было не «назначил» Казахстан виновником всех своих бед. К тому же отсутствие общей центральноазиатской идеологии часто сводит на нет усилия по кооперации.

«А они должны быть простыми: упрощение перемещения между границами граждан, товаров и услуг, создание условий для развития совместного бизнеса, выработка совместной координационной политики в отношениях с внешними игроками: США, Россией, Европейским союзом и Китаем», — считает политолог.

Профессор Казахстанско-Немецкого университета Рустам Бурнашев добавил, что и относительно географического фактора все не так просто.

Например, очевидно, что страны региона относятся к бассейну Аральского моря. Но тут сразу же возникает несколько аспектов. Первый: существует ли сейчас этот бассейн или нужно говорить отдельно о бассейнах рек Сырдарьи и Амударьи? Второй: значительная часть Казахстана не относится к этому бассейну. Третий, самый главный. Частью этого бассейна является Афганистан.

«Таким образом, я не стал бы мифологизировать некие «объективные» факторы. Говоря о Центральной Азии, мы имеем дело с политическим конструктом. И непонимание этого приводит к принятию ошибочных идеологических, политических решений», — заявляет эксперт.

Экономики с разных планет?

Президент Интернет-ассоциации Казахстана Шавкат Сабиров обратил внимание на разные уровни экономик стран региона.

«Я не представляю, каким образом относительно грантовая экономика Кыргызстана будет сочетаться с казахстанской рыночной экономикой. Все еще остаются сложности в экономических отношениях с Узбекистаном, где недостаточно требуемых для сотрудничества специалистов. Это проблема для наших крупных бизнесменов», — говорит он, указывая на недостаток открытой информации.

«В Казахстане не все понимают, как работает у них экономика и кому будет лучше от планируемого товарооборота с Узбекистаном в размере 5 млрд долларов, — задается вопросом эксперт. — Может повториться ситуация, как у Казахстана в прошлом году с Кыргызстаном, потому что наши соседи завозят очень много, импорт у них колоссальный. То есть у стран экономические алгоритмы существенно отличаются».

Шавкат Сабиров считает, что в Центральной Азии если и будет какое-то объединение, то только в рамках политических, дружественных визитов, экспертных организаций.

«Но с точки зрения близости экономик, мы находимся как будто на разных планетах», — считает он.

Чего ждать от Узбекистана?

Опыт Узбекистана показал нам в очередной раз, что политическая система государства с восточной организацией общества, как и любая другая система, стремится к устойчивости, говорит Евгений Пастухов, заместитель главного редактора журнала «Центр Азии».

«Кто бы ни пришел к власти после Ислама Каримова, в Узбекистане будет все примерно то же самое. Говорить о том, что мы в 2050 году неожиданно будем соседствовать с, условно говоря, кыргызской Швейцарией, узбекской Германией или таджикской Францией — невозможно», — считает он.

По мнению эксперта, кардинальной трансформации общественно-политических и социально-экономических систем в Центральной Азии не будет.

«Однако на первый план выходит внешнеполитический фактор. И здесь очень важно четко понимать, кем мы являемся: геополитической периферией или находимся на острие геополитических процессов?» — говорит Евгений Пастухов.

Внешнеполитический фактор также окажет влияние на попытки кооперации.

«Есть два варианта — либо дружить против кого-то, как в Африке, либо развивать экономическое, политическое и иное сотрудничество друг с другом, как Европейский союз, который фактически начинался, как известно, с Европейского объединения угля и стали», — сравнивает эксперт.

Политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов, отмечает, что нужно снова создавать единые хозяйственные связи между республиками, общий рынок сбыта.

«Потенциал есть — это дешевая рабочая сила, собственная сырьевая база и даже энергетика, но нет политики, ориентированной на реального товаропроизводителя. На мой взгляд, это обуславливает плохую интеграцию экономик стран региона», — говорит он.

Другая проблема, из-за которой товарооборот внутри Центральной Азии низкий, это уровень ВВП стран региона.

«Если говорить о сценариях развития процессов в Центральной Азии, то мы фактически говорим о двух: центростремительном и центробежном. Пока мы наблюдали разобщенность в регионе. И, скорее всего, сохранение статуса-кво закрепит такое положение дел», — предполагает Замир Каражанов.

Многое зависит от элит

Чтобы сломить тенденцию, надо менять сложившуюся в регионе практику. Возникают вопросы касательно того, готовы ли страны и их лидеры к переменам?

«Мне кажется, что смена власти, случившаяся в свое время в Туркменистане, лучше продемонстрировала ситуацию, нежели смена руководства в Узбекистане. В Ашхабаде тоже питали интерес к сотрудничеству с соседями. Только такие настроения продлились недолго. Не повторится ли также ситуация с Узбекистаном?» — сомневается Замир Каражанов.

Действительно, экономические реформы в Узбекистане представляют интерес для Центральной Азии. Власти стали даже обращать внимание на использование административного ресурса при уборке хлопка и затеяли реформы в агросекторе.

Все это, несомненно, огромный шаг вперед. Но насколько хватит ресурса перемен и как далеко зайдут власти в своем желании либерализовать экономику? Ответы на эти вопросы зависят от их готовности реформировать имеющиеся политические институты.

«Мы уже сейчас регулярно слышим критику президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в адрес правоохранительных структур, местных органов власти и т.д. Почему это важно? Элита стран Центральной Азии, как показало время, больше занята решением ситуативных вопросов и не думает о долгосрочных интересах. При этом в большом регионе не появилось яркого реформатора, что указывает на проблемы механизма формирования элит. Поэтому изменения политических институтов имеют большое значение», — считает Замир Каражанов.

Возможны и другие сценарии

Есть еще несколько сценариев развития ситуации в Центральной Азии. Это, прежде всего, фактор растущего Китая. Власти КНР анонсировали политику «Один пояс, один путь», что само по себе является знаковым событием.

«В этом случае регион рассчитывает на инвестиции Китая, углубление сотрудничества с ним, усиление транзитного потенциала Центральной Азии. В общем и целом движение по реализации данного проекта уже наблюдается в регионе. Но усиление Китая несет в себе опасности, связанные с протекающими в этой стране процессами», — отмечает Замир Каражанов.

К примеру, последние события показали, что экономика КНР несовершенна и уязвима перед мировым кризисом, к тому же у Китая есть торговые споры с США.

Другим государством, которое претендует на статус политического и экономического полюса в Центральной Азии, выступает Россия. Однако она сегодня находится под давлением внешних санкций, которые могут стать сдерживающим фактором в деле сотрудничества со странами Центральной Азии.

Есть еще один сценарий развития событий для региона — это проект с условным названием «от Владивостока до Лиссабона». Его еще часто называют «Большой Евразией». В отличие от предыдущих вариантов, он не включает в себя «полюсов влияния» (Китай, Россию, Турцию или Европейский союз), он не однополярный и не моновекторный. Условием для его реализации выступает заинтересованность евразийских стран и равноправное сотрудничество.

«И самое интересное то, что центральноазиатским странам ничего не надо будет предпринимать, так как все сделают за них другие страны. Не это ли качество было отличающим фактором развития нашего региона?» — резюмирует Замир Каражанов.

 
Игорь Осепян

Источник: Информационное агентство ТОТАЛ Казахстан

Орталық Азия одаққа бірігуі мүмкін бе?

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубының кезекті басқосуы «Болашақтағы Орта Азия: әріптестік қарқыны vs статика» атты тақырыпқа арналды.

 Саясаттануы Эдуард Полетаевтың айтуынша, Орта Азия мемлекеттерінің арасындағы әріптестікке бастамашы болған Өзбекстанның қазіргі президенті Шавкат Мирзияев.

«Менің айтпағым, болашақта Орта Азия кеңістігінде нақты стратегиясы бар одақ құрылуы мүмкін бе? Мүмкін. Бірақ, қиындығы көп. Мұның түрлі саяси себептері бар», – деді ол.

Ал профессор Болат Сұлтановтың айтуынша,  Орталық Азия бөлек одақ, бөлек нарық ретінде өзге ұйымдармен әріптесіп жұмыс істеуге әзір дайын емес.

«Бұған кім және не кедергі деген сауалға тоқталайық. Бір кездері мұның басты себепшісі марқұм Ислам Кәрімов еді. Кәрімов көп тарапты әріптестікке қарсы болды. Мұндай әріптестіктің түрін қолдамады ол. Сосын ең басты фактор. Аймақтағы мемлекеттер біржақты келісімге келе алмай отырған жағдайлар көп. Оның ең бастысы су-энергетикалық ресурс. Су мәселесі шешілмей аймақтағы елдердің одаққа бірігуі де мүмкін емес», – деді Сұлтанов.

Сарапшы Рұстам Бұрнашевтың пікірінше, Орталық Азия ешқашан бір болмаған. Кеңес Үкіметінің өзі Қазақстан мен Орта Азияны екі бөлек алып қарастырған.

«Кедергілер де бар. Соның бірі Еуразиялық экономикалық одақ екенін естен шығармаған жөн. Қазақстан мен Қырғызстан Еуразиялық экономикалық одаққа мүше. Олар бір одақта жүріп, бір одаққа қосыла алмайтыны бесенеден белгілі» деді ол.

Өз кезегінде «Стратегия» әлеуметтік және саяси зерттеулер орталығы қоғамдық қорының президенті Гүлмира Илеуова: «Одақ туралы

мәселе көтергенде бұған жалпы жаһандық деңгейде елдердің қалай қарарын, олардың стратегиясын ескеру қажет. АҚШ-тың мақсаты бұл аймақта түгелдей, таза шынайы демократия ортану.  Еуразиялық экономикалық одақ таза Ресейдің жобасы. Қытайдың да өз көздегені бар» деді ол.

Ал саясаттанушы Әділ Кәукенов әріптестерінің сөзіне қарсы шықты. Оның айтуынша, Орта Азияның одаққа бірігуіне жол ашатын алғышарттар өте көп. Бұған географиялық және мәдени фактор себеп болады.

 
Источник: DalaNews

Центральная Азия: между Россией и Китаем

Центральная Азия на сегодняшний день пока является недоинтегрированным регионом, государства которого не смогли выработать эффективные механизмы сотрудничества и регионального диалога в течение многих лет. Получится ли в этот раз?

В начале 1990-х годов новые независимые республики Центральной Азии столкнулись с серьезными проблемами безопасности, такими как отсутствие опыта, проведение демаркации и делимитации границ, сложная экономическая обстановка, угроза этнических конфликтов. Кроме того, этот период ознаменовался появлением таких угроз, как гражданская война в Таджикистане, стремительное ухудшение ситуации в Афганистане и попытки радикальных исламистов обрести большее влияние на происходящие процессы.

Вместе с тем, данный период являлся благоприятным для интеграционных процессов в регионе. Ведь экономики центральноазиатских республик были сформированы в рамках общей советской системы, страны обладали достаточным уровнем взаимозависимости. Кроме того, геополитическая ситуация в регионе была благоприятной для сближения, так как ни Россия, ни Китай, ни США еще не были активно вовлечены в региональные процессы, а опыт Европы демонстрировал в основном положительные преимущества интеграции.

По мнению большинства экспертов, процесс региональной интеграции охватывает период с 1994 по 2005 годы. В течение этих одиннадцати лет страны попытались запустить различные механизмы, такие как Центрально-Азиатский Союз (ЦАС) с 1994 по 1998 годы, Центрально-Азиатское Экономическое Сообщество (ЦАЭС) с 1998 по 2001 годы, Организация Центрально-Азиатское Сотрудничество (ОЦАС) с 2002 по 2005 годы.

Эти структуры на деле не достигли своих целей, таких как создание зоны свободной торговли, таможенного, валютного и платежного союзов. Амбициозные намерения не имели под собой устойчивой основы. У намечавшейся интеграционной конструкции отсутствовал фундамент. Быть может, есть предпосылки для создания такого фундамента сейчас?

Об этом говорили в ходе дискуссии на заседании экспертного клуба «Мир Евразии».

Эксперты заметили, что в марте в Астане состоялась рабочая консультативная встреча глав государств региона. В подобном формате лидеры стран не контактировали около 10 лет.

Поэтому 2018 год эксперты называют поворотным в области активизации регионального сотрудничества стран Центральной Азии. Анализ ряда экспертных мнений свидетельствует, что актуализация региональной повестки связана с инициативами второго президента Узбекистана Шавката Мирзиеева.

Хотя можно оценить ситуацию с другой стороны. Не является ли повышенный интерес к внутрирегиональному сотрудничеству некоей реинкарнацией очередной идеи о создании Центрально-Азиатского Союза, которая была озвучена в Казахстане в 2007 году?

«С одной стороны, Центральная Азия является молодым регионом, а интерес к нему в силу его ресурсной и стратегической привлекательности проявляют многие ведущие страны мира, — сказал политолог Эдуард Полетаев. — В частности, это определяется межконтинентальной значимостью региона для торговых и других связей между странами Европы, Ближнего Востока и Азии. Кроме того, здесь наблюдается рост культурно-гуманитарного сотрудничества. Это дает предпосылки к разговору о том, что межстрановое взаимодействие способно стать одним из приоритетов политической, экономической и социальной сфер жизни центральноазиатских государств».

Но насколько демонстрируемые инициативы по сближению являются долговременными? Не может ли случиться так, что скоро о них позабудут?

«Я считаю, что фундаментальный фактор Центральной Азии, как полноценного региона присутствует. Во-первых, есть географическая близость, общие границы. Это уже влияет на многое, — сказал в своем выступлении директор Центра китайских исследований CHINA ENTER Адиль Каукенов. — Я понимаю, что также есть общие границы, скажем, у Индии и Пакистана или у России и Украины. Но, тем не менее, реален и другой взгляд на общие границы, воплотившийся в результаты – Европейский Союз, АСЕАН. Общность проблем, целей и задач – это очень важно».

«В ближайшее время никакой глубокой интеграции странам не светит, — сказал он. — Весь вопрос заключается в индивидуализме национальных элит, которые не готовы делегировать властные полномочия. Недоверие между странами Центральной Азии еще остается, и оно порой сметает выгодные экономические предпосылки. Кыргызстан, например, все еще опасается Узбекистана. А в прошлом году Бишкек перед недавними выборами президента страны чуть было не «назначил» Казахстан виновником некоторых своих бед».

Созвучно этому мнению было выступление директора института международного и регионального сотрудничества при Казахстанско-Немецком университете Болата Султанова.

«Мы находимся на различных позициях к главным региональным вопросам. Например, к вопросу водно-энергетических ресурсов. Есть два государства, которые контролируют воду, и три — которые зависят от воды. И водный вопрос не будет решен, пока не будет общей программы. А она возможна только при наличии взаимных компромиссов. Но в условиях ухудшения экономической ситуации политическая элита на компромиссы идти не будет», — уверен он.

То есть, если следовать логике экспертов, то причиной отсутствия у нас активного интеграционного процесса является нежелание элит этот процесс осуществлять? А как же тогда мартовская встреча глав государств в Астане? Тем не менее, сам факт этой встречи Владимир Павленко, PR-Консультант Казахстанской коммуникативной ассоциации призвал оценивать «со сдержанным оптимизмом».

«После многих лет затянувшейся паузы поднимались старые и очень непростые вопросы. Вода, региональная безопасность, — сказал он. — И очень интересно было наблюдать, когда президент Казахстана Нурсултан Назарбаев предложил отделять прагматическое решение водных проблем в Центральной Азии от политики. Для этого выработать определенный механизм и придерживаться этого правила при разрешении спорных вопросов между странами региона по водной проблеме. И все участники встречи согласились с этим предложением».

Впрочем, как отметил Павленко, принимая во внимание сложность и многослойность проблемы водных ресурсов в регионе, возможен и другой вариант, при котором рациональные предложения останутся просто фразами, которые повторили СМИ, и они скоро забудутся.

«Если же говорить о сценариях развития процессов в Центральной Азии, то мы фактически говорим о двух: центростремительных, и центробежных, — считает политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов. — Пока мы наблюдали разобщенность в регионе. И, скорее всего, сохранение статус-кво закрепит такое положение дел. Чтобы сломить тенденцию, надо менять сложившуюся в регионе практику. Возникают вопросы касательно того, готовы ли страны и их лидеры к переменам?»

По мнению Каражанова, пока рано говорить об центростремительных процессах в Центральной Азии. За неимением лучшего оптимальным вариантом остается именно  сохранение статус-кво. В этом случае события и протекающие процессы в регионе будут носить малопредсказуемый характер.

Но, вместе с этим, есть еще несколько сценариев развития ситуации в Центральной Азии. Это, прежде всего фактор растущего Китая. Власти КНР анонсировали политику «Один пояс — один путь», что само по себе является знаковым событием. В этом случае регион рассчитывает на китайские инвестиции, углубление сотрудничества с ним, усиление транзитного потенциала Центральной Азии. В общем и целом, движение по реализации данного проекта уже наблюдается в регионе.

Но усиление Китая несет в себе опасности, связанные с протекающими в этой стране процессами. К примеру, последние события показали, что экономика КНР несовершенна и уязвима перед мировым кризисом, к тому же у Китая есть торговые споры с США.

Другим государством, которое претендует на статус политического и экономического полюса в Центральной Азии, выступает Россия. Однако, она сегодня находится под давлением внешних санкций, которые в свою очередь могут стать сдерживающим фактором в деле сотрудничества со странами Центральной Азии.

«Есть и еще один сценарий развития событий для региона, это проект с условным названием «от Владивостока до Лиссабона». Его еще часто называют «Большой Евразией». В отличие от предыдущих вариантов, он не включает в себя «полюсов влияния», он не однополярный и не моновекторный. Условием для его реализации выступает заинтересованность евразийских стран и равноправное сотрудничество. И самое интересное, что центральноазиатским странам ничего не надо будет предпринимать, так как все сделают за них другие», — уверен Каражанов.

Так или иначе, но эксперты в целом сходятся на том, что говорить сегодня об интеграции стран Центральной Азии пока рано, разве что сотрудничестве, и то не во всех областях. Нужно работать над общими знаменателями, поскольку слишком уж разными стали государства за истекшие десятилетия, несмотря на культурную и историческую общность.

Источник: Обзорно-аналитический журнал «Exclusive»

Казахстанский взгляд на Центральную Азию: нам нельзя друг без друга?

«Казахстан всегда стремился к тесному экономическому сотрудничеству с соседями, особенно со странами Центральной Азии, с которыми мы имеем общую историю, культуру, миропонимание и мироощущение»

   Когда в Астане прошла первая рабочая консультативная встреча глав государств Центральной Азии, эксперты назвали 2018 год поворотным в области активизации сотрудничества стран региона, который уже не является лишь объектом преломления интересов России, США, Китая и Евросоюза. Так ли это на самом деле?

   «Казахстан всегда стремился к тесному экономическому сотрудничеству с соседями, особенно со странами Центральной Азии, с которыми мы имеем общую историю, культуру, миропонимание и мироощущение», — сказал Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев.

При этом становление Центральной Азии как региона в современной мировой системе продолжается и является незавершенным. Оно идет на фоне продвижения интеграционных проектов в условиях существования уникальной комбинации вызовов и угроз разного уровня при конкуренции внешних сил. Государствам пока не удалось выработать единой общерегиональной стратегии. Регион зависит от усиливающейся глобальной неопределенности. Однако Центральная Азия сегодня — один из самых быстрорастущих и становящийся внушительным по объему рынок. Означает ли все это, что Центральная Азия в ближайшее время способна оформить региональную интеграционную инициативу? Дискуссия на эту тему прошла на днях на заседании экспертного клуба «Мир Евразии» и тема ее была сформулирована так: «Центральная Азия в оптике будущего: динамика сотрудничества vs статика?»

    «Региональная повестка в 2018 году оказалась в тренде дискурса, многое на данную тему уже сказано в интервью и на различных конференциях и круглых столах, в том числе зарубежными специалистами. Поэтому, думаю, уместно во время данного обсуждения выразить казахстанский взгляд на проблематику Центральной Азии», — предварил обсуждение политолог Эдуард Полетаев.

Если говорить об интеграционных процессах, то далеко не все страны Центральной Азии стремятся в них активно участвовать. К примеру, крупнейшее государство региона Узбекистан отдает предпочтение развитию двусторонних отношений со странами-партнерами. Также здесь расположено уникальное государство Туркменистан, которое обрело нейтральный статус еще в 1995 году. Тем не менее, нельзя забывать о прогрессе, который дают контакты между главами государств, правительств, высокопоставленных делегаций, благодаря таким интеграционным структурам, в той или иной степени присутствующим в регионе, как СНГ, ЕАЭС, ОДКБ, ШОС.

    «Анализируя процессы в Центральной Азии, стоит отметить, что здесь определяющим фактором будет являться экономика, а не история, — сказал директор института международного и регионального сотрудничества при Казахстанско-Немецком университете Болат Султанов. — Развитие экономического взаимодействия будет происходить трудно, потому что республики торгуют в основном природными ресурсами и продавать их они могут за пределы Центральной Азии».

По мнению Султанова, всего 5% внешнеторгового оборота Центральной Азии приходится на внутреннюю региональную торговлю. К тому же покупательская способность основной части населения низкая, что будет сдерживать развитие внутреннего регионального рынка.

    «Мы находимся на различных позициях к главным региональным вопросам, — считает Султанов. — Например, к вопросу водно-энергетических ресурсов. Есть два государства, которые контролируют воду, и три — которые зависят от воды. И водный вопрос не будет решен, пока не будет общей программы. А она возможна только при наличии взаимных компромиссов. Но в условиях ухудшения экономической ситуации политическая элита на компромиссы идти не будет».

Любопытную точку зрения озвучил профессор Казахстанско-Немецкого университета Рустам Бурнашев. Центральная Азия, по его мнению, формирование случайное и несистемное. Никаких оснований для фундаментальной интеграции здесь нет. Есть такие ограничители, как, например, ЕАЭС. Невозможно проводить интеграцию пяти стран Центральной Азии, когда две из них входят в ЕАЭС. Экономическая консолидация не получается. Ну, или ОДКБ — не все страны входят в пространство этой организации. Соответственно региональная военная политика является несогласованной.

    «Но с точки зрения расширения возможностей взаимодействия пяти стран, я был бы более оптимистичен,— заявил эксперт. — В какой-то степени в связи с изменениями в Узбекистане. А также в связи с изменениями экономической конъюнктуры для стран, экспортирующих природные ресурсы».

Президент фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия» Гульмира Илеуованапомнила о том, что в 2002 году на конференции «Ислам и безопасность в Центральной Азии» (на ней присутствовали эксперты всех пяти стран) она провела экспертный опрос. Тогда все говорили, что исламский радикализм, религиозный экстремизм от региона далек, а от Казахстана и подавно – это к вопросу о прогнозном видении экспертов. Но также 78% из них не прогнозировали какого-либо единства в регионе, говоря о том, что все зависит от социально-экономического и политического уровня развития стран, но каждая будет развиваться самостоятельно.

    «Ранее наш экспертный клуб «Алатау» проводил несколько мероприятий, по итогам которых выявлялась простая логика: региона нет, есть двусторонние связи между странами, которые подкреплялись риторикой языкового братства, духовного единства, общего советского культурно-исторического наследия. Все эти вещи до последнего времени эксплуатировались. Но видно, что и эти темы исчерпали себя. С этой точки зрения, искать базовые основания для единства и сотрудничества сложно», — заключил эксперт.

    «Если говорить о сценариях развития процессов в Центральной Азии, то мы фактически говорим о двух: центростремительных, и центробежных, — в свою очередь отметил политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов— Пока мы наблюдали разобщенность в регионе. И, скорее всего, сохранение статус-кво закрепит такое положение дел. Чтобы сломить тенденцию, надо менять сложившуюся в регионе практику. Возникают вопросы касательно того, готовы ли страны и их лидеры к переменам? Мне кажется, что смена власти, случившаяся в свое время в Туркменистане, лучше продемонстрировала ситуацию, нежели смена руководства в Узбекистане. В Ашхабаде тоже питали интерес к сотрудничеству с соседями. Только такие настроения продлились недолго. Не повторится ли также ситуация с Узбекистаном?»

Если же обобщить мнения всех выступивших экспертов, то лейтмотив обрисовался такой: потенциал для более широкого сотрудничества пяти стран региона огромен, но он реализуется медленно в силу целого ряда причин и обстоятельств. Одна из главных причин – разный уровень экономического развития этих стран, который сложился за последнюю четверть века. Другая причина – разные направления сотрудничества этих стран, как в политике, так и в той же экономике. И во многом это обусловлено не только экономическими интересами, но и политической волей правящих элит.

Искандер ИСАЕВ  

Источник: Республиканская общественно-политическая газета «Аргументы и Факты – Казахстан» 

Почему далеко не все страны ЦА стремятся окунуться в интеграционные процессы

Казахстанские эксперты восприняли факты усиления регионального сотрудничества в Центральной Азии со сдержанным оптимизмом. Фундаментального сближения в формате интеграции, очевидно, ждать не стоит. Но расширение и усиление связей весьма вероятно.

2018 год специалисты часто называют поворотным в области активизации регионального сотрудничества стран Центральной Азии. В марте месяце в Астане состоялась рабочая консультативная встреча глав государств региона (четыре страны были представлены на уровне президентов, а пятую – Туркменистан — представляла в статусе официального посланника президента спикер меджлиса Акджа Нурбердыева). В подобном формате лидеры не контактировали более 10 лет. Также за последнее время укрепил двусторонние контакты со своими соседями Узбекистан.

Возможно ли странам Центральной Азии выработать в ближайшие годы единую общерегиональную стратегию и на чем она будет строиться? Реальны ли здесь полноценные интеграционные процессы с региональным акцентом? На эти и другие вопросы искали ответы участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Центральная Азия в оптике будущего: динамика сотрудничества vs статика?», прошедшего в Алматы.

Как выживает регион?

Страны Центральной Азии, конечно, имеют вековую историю совместного сосуществования. Но, как мы знаем, все соседствующие страны мира ее имеют, и это не говорит еще об идеальных отношениях между многими из них.

Что касается интеграционных процессов, то далеко не все страны Центральной Азии стремятся в них окунуться. Узбекистан отдает предпочтение развитию двусторонних отношений со странами-партнерами. Также в регионе расположено уникальное государство Туркменистан, которое обрело нейтральный статус еще в 1995 году. Тогда Генеральная Ассамблея ООН приняла специальную резолюцию о постоянном нейтралитете, который накладывает на страну ряд обязательств, в числе которых неприсоединение к политическим, экономическим, военным союзам и блокам.

С одной стороны, Центральная Азия является молодым регионом, а интерес к нему в силу его ресурсной и стратегической привлекательности проявляют многие ведущие страны мира. В частности, это определяется межконтинентальной значимостью Центральной Азии для торговых и других связей между странами Европы, Ближнего Востока и Азии. Кроме того, в регионе наблюдается рост культурно-гуманитарного сотрудничества. Это дает предпосылки к разговорам о том, что межстрановое взаимодействие способно стать одним из приоритетов политической, экономической и социальной сфер жизни центральноазиатских государств. Но насколько демонстрируемые инициативы по сближению являются долговременными? Не может ли быть так, что через несколько лет о них позабудут?

К тому же, с другой стороны, Центральная Азия уже долгие годы страдает от ряда экспертных апокалипсических прогнозов. Причины тому, на первый взгляд, просты – новые независимые государства относительно молоды, Европа и Америка – основные центры по формированию мирового общественного мнения далеко, специалистов по региону мало. В страшилках относительно будущего Центральной Азии много геополитических словесных упражнений, своих и цитированных. В «затерянном» регионе видятся разные смыслы, свидетельствующие о якобы неизбежности разного рода потрясений. Часто слышны рассуждения о том, как мировые центры силы борются за влияние в Центральной Азии, в результате чего перекрещиваются интересы США, Европейского союза, Китая и России, а это ни к чему хорошему не приведет.

Правда, реальная значимость региона для мировой политики, пожалуй, преувеличена. К тому же государства Центральной Азии сами стремятся выпятить себя. Ведь их выживание на мировом политэкономическом рынке зависит не только от правильно настроенной многовекторности отношений с сильными мира сего, но и от собственных громких претензий.

Не секрет, что Центральная Азия занимает примерно 10% всего Азиатского континента и не имеет прямого выхода к Мировому океану. При этом она характеризуется малым количеством региональных организаций и интеграционных группировок. В этом смысле существуют совершенно противоположные регионы, например Африканский союз, задачи которого в определенной степени напоминают концепцию СНГ. Казалось бы, Африка довольно разная. И тем не менее в Африканский союз входят все государства континента, а их 55. Даже Казахстан в этом союзе, единственный из стран Центральной Азии, имеет статус наблюдателя. Более того, в 2016 году члены Союза представили единый паспорт, который позволит в будущем организовать безвизовый режим между всеми странами-членами. И это далеко не единственное интеграционное объединение на Черном континенте.

Многие экономически неразвитые страны Африки осознают, что для них интеграция позволяет достичь больших результатов. Но в Центральной Азии ряд стран предпочли опираться на самодостаточность. Разве что Кыргызстан и Таджикистан, самые бедные в регионе, проявляют активность по поводу интеграционной повестки, потому что понимают, что им выжить так легче, можно получить бонусы от вступления в ту или иную организацию. Например, Таджикистан, благодаря ОДКБ, эффективно решает вопросы безопасности.

«В выступлениях президентов Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и в обращении президента Туркменистана, зачитанного спикером меджлиса, в основном говорилось о сотрудничестве, а не об интеграции. Подчеркивалась необходимость наполнять его конкретным содержанием и при этом укреплять атмосферу взаимного доверия и уважения», – отметил Владимир Павленко из Казахстанской коммуникативной ассоциации.

Когда ждать перемен?

«Очень интересно было наблюдать, когда в ходе мартовской встречи в Астане поднимали вопрос по воде», – подчеркнул В. Павленко. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев тогда предложил отделять прагматическое решение водных проблем в Центральной Азии от политики. Для этого выработать определенный механизм и придерживаться этого правила при разрешении спорных вопросов между странами региона по водной проблеме. И все участники встречи согласились с этим предложением.

«Экспертам стоит взять на заметку этот момент, потому что, вероятно, это закладка одного из сценариев, определяющего, какой будет Центральная Азия в будущем», – считает эксперт.

На встрече в Астане говорилось об общих угрозах. Президент Казахстана отметил, что в связи с тем, что ИГИЛ потерпело поражение в Сирии, граждане Центральной Азии возвращаются домой. При этом возвращаются они с боевым опытом, в том числе опытом организационным. Помимо этого они владеют конкретными навыками и умениями по ведению пропаганды радикальных идей. Более того, являясь формально гражданами различных стран Центральной Азии, многие из них считают себя гражданами халифата.

«Таким образом, усиливается конфликтный потенциал, и вопросы безопасности в регионе выходят на новый качественный уровень. Это требует тесного сотрудничества и взаимодействия всех стран Центральной Азии», – уверен В. Павленко.

И еще один момент – наркотрафик и наркобизнес. Актуализировалась эта тема после 2001 года. Борьба с наркомафией ведется. Но на современном этапе она требует принципиально новых консолидированных усилий всех стран региона. Аналитики с тревогой отмечают, что уже сформировалась наркократия, и в органы власти на различных уровнях пытаются проникнуть представители международного сообщества наркобизнесменов. Большую озабоченность вызывает распространение наркоидеологии.

«Вспоминаю наши мероприятия последних лет, и становится понятно, что экономическое сотрудничество не выходит в нужной мере, гуманитарное обвалилось, мало общих интересов у молодежи, водно-энергетическое сотрудничество, которое мыслилось как основа (вроде Европейского объединения угля и стали), не получилось. Самая последняя тема – это традиционные и нетрадиционные угрозы безопасности в виде терроризма, нестабильности Афганистана, наркотрафик. Она стала рассматриваться в качестве возможной основы для сближения позиций. Сейчас эта угроза в связи с деятельностью ИГИЛ переформатировалась. Но все равно в качестве фактора для объединения региона пока не сработала», – считает президент ОФ «Центр социальных и политических исследований «Стратегия «» Гульмира Илеуова.

Сергей Козлов, заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане», напомнил, что первый региональный союз был создан еще в середине 1990-х годов. Это был союз Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана, образованный на основе договоров между странами. В 1998-м к нему присоединился Таджикистан, и организация стала называться Центрально-Азиатским экономическим сообществом.

«Помню, что когда собирались Нурсултан Назарбаев, Ислам Каримов и Аскар Акаев, то президент Казахстана всегда сидел в центре. Со стороны казалось, что у Каримова было сложное восприятие Акаева. Каримов всегда говорил как бы в пику. Ряд наблюдателей связывали проблемы в работе этого союза именно с позицией Каримова. Гадали, что зависит от его личных качеств, а что в его позиции исходит из глубинных экономических и политических, этнических интересов своей страны. Ныне Каримова не стало, и что-то сдвинулось», – говорит С. Козлов.

Есть неопровержимый фактор – географический. Все страны связаны одним регионом, языковой общностью, религиозной. Постсоветская элита вышла из общей советской школы, воспитана одной страной. Казалось бы, сохранить какую-то кооперацию легче легкого. Но оказалось, что проще разойтись. И начались серьезные, порой непреодолимые противоречия.

«Потому что они были решаемы, лишь когда во главе была Москва. Былое взаимодействие не восстановить. Таджики и кыргызы никогда не откажутся от своей монополии на снабжение региона водой, а Узбекистан не захочет от этого быть зависимым», – считает С. Козлов.

Эксперт также предполагает, что все изменится, быть может, к 2030 году. Тогда придет новая политическая элита, для которой политика нынешних лидеров, их ценности будут не всегда понятны. Что-то будет меняться даже гораздо раньше, в том числе в зависимости от внешних факторов. «В Китае, например, противоречивые процессы идут. Неизвестно, как будет работать с регионом Запад. На кооперацию в Центральной Азии будет влиять либо внешняя угроза, либо те изменения, которые будут происходить в Китае, России, ЕС и США. От этого и страны региона будут меняться», – перечисляет эксперт.

Единство – дело непростое

Александр Губерт, старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право» университета AlmaU, также считает, что имеются объективные предпосылки, которые диктуют сотрудничество, и если они окажутся слабее личностных противоречий, то интеграции не будет, о серьезном объединении говорить не стоит.

«Не развивая экономику и промышленность, все наши страны рискуют остаться сырьевыми придатками и не смогут усилить свои позиции. Поэтому есть надежда, что географическое преимущество сыграет свою роль в интересах всех стран. Транспортные коридоры, которые пока не работают, должны заработать. И это в общих интересах», – говорит эксперт.

«Центральная Азия – формирование случайное и несистемное. Это понятие впервые было зафиксировано на Ташкентской встрече глав государств, прошедшей в январе 1993 года, когда, собственно, и было закреплено название «Центральная Азия»», – заявил профессор Казахстанско-Немецкого университета Рустам Бурнашев– Никаких оснований для фундаментальной интеграции нет. Есть такие ограничители, как, например, ЕАЭС. Невозможно проводить интеграцию пяти стран Центральной Азии, когда две из них входят в ЕАЭС. Экономическая консолидация не получается. Ну или ОДКБ – не все страны входят в пространство этой организации. Соответственно, региональная военная политика является несогласованной. Но с точки зрения расширения возможностей взаимодействия пяти стран я был бы более оптимистичен. В какой-то степени в связи с изменениями в Узбекистане. В какой-то степени в связи с изменениями экономической конъюнктуры для стран, экспортирующих природные ресурсы».

Бесспорно, что наибольший успех в отношениях стран Центральной Азии пока имели и имеют двусторонние договоры. Тем не менее контуры новой внутрирегиональной политики все же вызывают сдержанный оптимизм. Четкая артикуляция каждой из стран своих интересов в регионе (как это сделал Узбекистан, а ранее и Казахстан), посильная помощь и поддержка, демонстрация добрых политических намерений – все это облегчает решение многих проблем. Хотя интеграция в Центральной Азии – дело совершенно непростое.

«Пока рано говорить о центростремительных процессах в Центральной Азии, – резюмирует политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов– За неимением лучшего оптимальным вариантом остается сохранение статус-кво. В этом случае события и процессы, протекающие в регионе, носят предсказуемый характер. Есть и еще один сценарий развития событий для региона, это – проект с условным названием «от Владивостока до Лиссабона». Его еще часто называют «Большой Евразией». В отличие от предыдущих вариантов, он не включает в себя «полюсов влияния» (Китай, Россию, США или Европейский союз), он не однополярный и не моновекторный. Условием для его реализации выступает заинтересованность евразийских стран и равноправное сотрудничество. И самое интересное, что центральноазиатским государствам ничего не надо будет предпринимать, так как все сделают за них другие страны. Не это ли качество было отличающим фактором развития нашего региона?»

_________________

Фото А. Мурзанова

Источник: Портал «Ритм Евразии»

Образ будущего Каспийского региона глазами молодежи

23 апреля 2018 года в Астрахани в рамках очередного заседания Каспийского экспертного клуба состоялся международный круглый стол-видеомост с презентацией результатов социологического опроса Молодежной инициативы Большой Евразии «Каспийский регион: образы будущего».

В качестве организаторов мероприятия выступили Центр международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия», Политологический центр «Север-Юг», Каспийская редакция телеканала «Астрахань 24», Международный мультимедийный пресс-центр «Россия сегодня» и Центр аналитических исследований «Евразийский мониторинг». Видеомост проходил при информационной поддержке Пресс-клуба «Содружество» и Молодежного информационного агентства «МИР».
В ходе работы видеомоста российские, азербайджанские и казахстанские эксперты, политологи, социологи, представители органов государственной власти и НКО, преподаватели и студенты вузов обсудили видение, проблемы и перспективы молодежного измерения регионального сотрудничества стран Каспийского региона.
В качестве модераторов мероприятия выступили руководитель Центра международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия», кандидат исторических наук Андрей Сызранов и главный редактор сайта Пресс-клуба «Содружество» Екатерина Шишкина.
Приветственное слово участникам видеомоста направил Губернатор Астраханской области Александр Жилкин, отметивший, что «Астраханская область успешно сотрудничает со всеми странами Каспийского региона, поэтому мы можем только приветствовать желание молодежи стран Каспия наладить в рамках «Молодежной инициативы Большой Евразии» тесное взаимодействие, создать условия для коммуникации на личном уровне, для реализации совместных молодежных инициатив».
Социологическое исследование «Каспийский регион: образы будущего» проведено в рамках интегрированного проекта неправительственных организаций России и государств Содружества «Молодежная инициатива Большой Евразии» в ведущих высших учебных заведениях Астрахани, Атырау и Баку. По словам одного из авторов этого исследования Екатерины Шишкиной, одной из целей проведения данного опроса является анализ настроений в молодежной среде для формирования понимания близости взглядов на будущее стран региона.
Открывая работу круглого стола, Андрей Сызранов подчеркнул: «Молодежное измерение прикаспийского сотрудничества является актуальным и востребованным направлением взаимодействия между нашими странами. Именно молодежные инициативы позволят раскрыть потенциал идеи создания «Большой Евразии»».
Главный специалист Центра социологических исследований Астраханского государственного университета Александр Рогов пояснил алгоритм проведения исследования, а Екатерина Шишкина представила анализ результатов опроса. По мнению исследователя, ответы респондентов позволяют зафиксировать идеальную модель взаимодействия молодежных проектов прикаспийских стран: «Выбор молодежной аудиторией в России, Казахстане и Азербайджане стратегических приоритетов связан с акцентами, которые определены государственными стратегиями и программами развития. Это объясняет повышенное внимание казахстанской аудитории к проблемам зеленой экономики и ориентированность бакинской молодежи на перспективы развития энергетического сектора Каспийского региона. Исследование показало, что молодежь считает возможным реализовать модель эффективной кооперации на региональном уровне».
В качестве основных форматов сотрудничества Екатерина Шишкина назвала проектную деятельность в сфере повышения квалификации молодых специалистов: «Тематика совместных проектов должна быть основана на ценностном понимании перспектив региона через решение экологических проблем Каспия, обеспечение безопасности, развитие туристических ресурсов и рост энергетических мощностей Прикаспия. А в перспективе до 2030 года важным направлением молодежного сотрудничества станут образовательные инициативы. Это могут быть и сетевые университеты, многосторонние модели онлайн обучения, а также формирование новых компетенций, востребованных на рынке труда». Большинство респондентов уверены, что общее информационное пространство на Каспии возникнет уже в ближайшие годы. Это означает, что перспективным направлением сотрудничества становится также информационная сфера «в самом широком смысле слова: от информирования участников проектов до общих информационных платформ в Интернете, построенных на общих целях».
Директор центра международных программ Российского союза молодежи Алексей Ежов выразил мнение, что молодежь способна на основе принципов дружбы, добрососедства, международного сотрудничества созидать будущее Каспийского региона и решать многие проблемы.
По мнению азербайджанского журналиста, обозревателя, представителя Проекта «Молодежная инициатива Большой Евразии» Джамили Алекперовой, молодежь прикаспийских государств имеет общность взглядов и подходов к развитию Каспийского региона как территории мира, стабильности и развития. В этой связи «особенно важным представляется акцент на расширение гуманитарных связей — молодежные и образовательные проекты могут стать новым каспийским брендом. Создание «Молодежной инициативы Большой Евразии» позволит консолидировать потенциал уже работающих молодёжных программ, а также вовлекать в круг взаимодействия новых партнёров».
Координатор экспертной платформы «Большая Евразия» Сергей Масаулов объяснил, почему социологическое исследование «Каспийский регион: образы будущего» вызывает такой интерес: «Мы вступили в сложную полосу мирового развития… Каспийский регион, как один из регионов формирующегося партнёрства Большой Евразии, может рассматриваться в качестве модели решения геостратегических проблем. Важно понимать, возможно ли наше будущее строить, опираясь на партнерские организации, на возможности партнеров, на перспективы развития региональных проектов со стороны молодёжной аудитории. Исследование показало, что можно… Немыслимо строить эффективные структуры только сверху. Надо опираться на реальную, действительную инициативу».
Доцент кафедры стран постсоветского зарубежья Российского государственного гуманитарного университета, эксперт РСМД Александр Гущин считает, что совместные молодежные инициативы стран Каспия имеют большое значение для выстраивания контуров региональной интеграции: «Опрос привлекает именно ту часть общества, которая в конце концов и будет бенефициаром регионального партнерства через несколько десятилетий на нашем общем пространстве. В конце концов, подобные инициативы будут способствовать и привлечению стран соседних регионов, Южного Кавказа, Центральной Азии, ведь Каспийский регион — связующее звено между другими евразийскими регионами».
По мнению эксперта, в этом процессе необходимо развивать образовательный и научный потенциал: «Без осуществления конкретных образовательных программ, связанных с получением двойных дипломов, говорить о движении вряд ли получится. Стоит подумать о реализации таких инициатив, как создание фондов и грантовой поддержки исследований в странах Каспийского региона».
Позицию Александра Гущина поддержали азербайджанские эксперты: политолог, глава клуба политологов «Южный Кавказ» Ильгар Велизаде и преподаватель кафедры политологии и политического управления Академии государственного управления при Президенте Азербайджанской Республики Заур Мамедов. Начальник международного отдела Астраханского государственного технического университета Евгения Юкина в своем выступлении акцент сделала акцент на образовательном кластере регионального сотрудничества.
Заведующая учебно-научно-исследовательским центром «Экология» Атырауского государственного университета им. Х. Досмухамедова Гулжамал Тулемисова обратила внимание на то, что студенты России, Казахстана и Азербайджана среди приоритетных направлений сотрудничества государств Каспийского региона выбрали экологическую сферу.
Эксперты и участники видеомоста пришли к выводу, что для молодежи России, Азербайджана и Казахстана взаимодействие прикаспийских государств в различных сферах имеет большую значимость. Поэтому важно на экспертном уровне определить контуры возможностей и перспектив развития региональных проектов с точки зрения молодежной аудитории. Ведь именно от нее будет зависеть будущее всего Каспийского региона.

С почтением к подвигу

В Брянске 25 апреля 2018 г. прошел VIII Международный форум Победителей «Великая Победа, добытая единством: подвиг партизан и подпольщиков в Великой Отечественной войне», посвященный очередной годовщине Великой Победы и 75-летию освобождения Брянщины от немецко-фашистских захватчиков. В мероприятии приняла участие казахстанская делегация, в состав которой вошли внучки легендарного генерала И.В. Панфилова Алуа и Айгуль Байкадамовы, поисковик, автор книг об уроженцах Казахстана, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны, профессор Лайла Ахметова, руководитель казахстанского союза «Боевое братство» Сергей Пашевич, президент общественного фонда «Мир Евразии» Эдуард Полетаев, глава общественного фонда «Молодежный патриотический центр «Арлан» Аманжол Уразбаев и другие.

Приветствие участникам мероприятия – 250 делегатам из государств СНГ, Грузии, Латвии, Литвы и Эстонии – направил президент Российской Федерации Владимир Путин.

В послании, которое на Пленарном заседании огласил начальник Управления Администрации президента РФ по межрегиональным и культурным связям с зарубежными странами Владимир Чернов, отмечена консолидирующая роль традиционных встреч, которые с 2010 года в преддверии Дня Победы проводят Политологический центр «Север-Юг» и Фонд развития «Институт евразийских исследований» при поддержке Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ (МФГС).

«Объединяя известных общественных деятелей, ветеранов, представителей научных, экспертных кругов, творческих, молодежных организаций, они (встречи) призваны выполнять высокую миссию — сохранять связь времен, воспитывать в подрастающем поколении бережное отношение к непреходящим духовным, нравственным ценностям, к героическим страницам общей истории наших народов, одной из которых по праву является движение партизан и подпольщиков, мужественно сражавшихся с врагом в годы Великой Отечественной войны.

Наш долг — защищать правду о героях, твердо противостоять всем попыткам фальсификации исторических фактов. Уверен, священная память о победном мае 1945 года, о подвиге наших отцов и дедов, отстоявших свободу и независимость Родины, спасших мир от нацизма, всегда будет служить основой крепкого партнерства и добрососедства народов и государств Содружества», — говорится в приветствии президента РФ.

 GOR8494

Обращаясь к ветеранам Великой Отечественной войны, В. Чернов подчеркнул, что их подвиг служит ярким примером доблести, духовно-нравственного величия и ответственности для тех, кому предстоит хранить память о Великой Победе, о боевом братстве защитников Отечества, сплотившем представителей разных народов перед общей угрозой.

«Мы обязаны помнить, что в страшной войне нам удалось выстоять только потому, что мы были вместе. И сегодня, как тогда, мы должны быть едины в стремлении к миру и взаимопониманию», — сказал В.Чернов.

Важность преемственности поколений и единого подхода к оценке исторических событий подчеркнул в своем выступлении модератор Пленарного заседания форума – спецредставитель президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой.

«Сегодня в каждой стране создается «своя» история. Но сейчас как никогда важны не интерпретации, а реальная историческая правда, прежде всего, правда о Великой Отечественной и о Второй мировой войне. Умение донести реальную правду прежде всего до молодых граждан наших стран важно в высшей степени. Иногда мне кажется, что мы в излишней степени скромны в своих поступках. Нам нечего стесняться, потому что мы знаем, кто выиграл эту войну, кто ее развязал, кто понес за это ответственность. Форум в Брянске еще раз напоминает: мы победили все вместе, все страны постсоветского пространства», — сказал М.Швыдкой.

В нынешнем году организатором Форума Победителей выступило также правительство Брянской области. Приветствуя гостей на легендарной земле, губернатор Александр Богомаз констатировал, что понятия «патриотизм», «любовь к Родине», «верность Отечеству» для его земляков не просто слова, это основа нравственных ценностей, которые передаются из поколения в поколение.

«Героические страницы истории нашего края уходят в глубину веков, к нашим далеким предкам. Подвиги уроженцев земли Брянской и всех тех, кто в разные годы ее защищал, оберегал и возрождал, были и остаются примерами истинного патриотизма и любви к малой родине. Мы свято чтим всех: от героя Куликовской битвы брянского монаха-воина Александра Пересвета, неустрашимых «народных мстителей», брянских партизан, громивших фашистов в годы Великой Отечественной войны, до героев современной России, чьи ратные и трудовые подвиги вписаны золотыми буквами в историю Отечества. Победа в Великой Отечественной войне навсегда стала символом мужества и героизма, доблести и смелости, патриотизма и несгибаемой воли многих народов мира. Именно поэтому 9 мая считается всенародным праздником — праздником, посвященным подвигу поколения победителей», — подчеркнул А.Богомаз.

Интерес к Международному форуму «Великая Победа, добытая единством» традиционно проявляют видные общественные деятели и политики, ученые-историки, представители общественных организаций и патриотических движений, известные журналисты и эксперты, молодежные лидеры и студенты. Но главные его участники и почетные гости – ветераны Великой Отечественной войны. Один из них, Борис Шапошников, свой боевой путь начал пулеметчиком в ноябре 1942 года в Сталинградской битве. Принимал участие в ликвидации группы по деблокированию группировки армии генерала Паулюса, а после – сражался в составе Южного фронта, освобождал Донбасс, Беларусь и Кенигсберг. Награжден Орденом Отечественной войны I степени, Орденом Красного Знамени, Орденом Красной Звезды, медалью «За боевые заслуги» и рядом других правительственных наград.

Свое обращение с трибуны форума он адресовал прежде всего молодежи: «На нас шла армия головорезов. Всего один день потребовался Гитлеру, чтобы захватить Данию, девять дней — Голландию, 35 — Польшу, 44 дня сопротивлялась Франция. Эту армию мог победить только великий советский многонациональный народ. Я хочу, чтобы вы глазами моего поколения, глазами ваших дедов, прадедов, отцов, поколения-победителей увидели тот путь, который прошли они, прочувствовали состояние, в котором находились они, призванные в армию в самый тяжелый период для нашей Родины. Решалась судьба не только Великой Отечественной, но и всей Второй мировой войны. Мы шли, чтобы победить, потому что знали: за нами – Родина, наше Отечество – страна, где мы родились, страна, созданная нашими предками! Всем этим мы от рождения дышали, как воздухом, воздухом которого даже не замечаешь, но без которого жить невозможно».

Призыв ветерана войны поддержал Чрезвычайный и Полномочный Посол Азербайджанской Республики в Российской Федерации, председатель Правления Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ Полад Бюльбюль оглы. Рассказав о вкладе в Великую Победу азербайджанского народа и поделившись историей участия в Великой Отечественной войне представителей его семьи, П. Бюльбюль оглы резюмировал: «Ценность таких встреч в том, чтобы молодежь, которая сегодня живет в разных странах, знала, какой ценой получили свободу бывшие республики Советского Союза».

 GOR8776

О том, какой была эта цена напомнил участникам форума академик Российской академии социальных наук, доктор политических наук, профессор Александр Чачия, подчеркнув беспрецедентность подвига советского народа.

«Советский народ удивил и восхитил мир грандиозными, не имеющими аналогов в мировой истории победоносными сражениями – обороной Москвы, Сталинградской битвой, сражением на Курской дуге, операцией «Багратион», десятком крупномасштабных военных операций, навсегда вошедших в историю мирового военного искусства. Наконец, советский народ удивил и восхитил мир размахом и силой народного сопротивления, которое выразилось в масштабном, невиданном в мировой истории партизанском движении. Ни в одной европейской стране не было ничего подобного», — констатировал А. Чачия.

На Пленарном заседании форума состоялась торжественная передача родственникам солдатского медальона Иллариона Стетюхи. Останки защитника Отечества были обнаружены поисковым отрядом «Патриот» (г. Брянск) на местах боев 50-й армии в Карачевском районе Брянской области близ реки Лютая.

Рабочая программа форума включала в себя дискуссии в четырех тематических сессиях.

В повестке научно-исследовательской сессии «Подвиг твой, партизан, будет жить в веках» ученые-историки обменялись результатами современных научных исследований о роли и значении партизанского движения и большевистского подполья в Великой Отечественной войне, уделив особое внимание подвигу партизан и героев-подпольщиков Брянщины.

В ходе работы сессии «Летопись войны в солдатском медальоне» дана оценка и подведены итоги деятельности поисковых отрядов на постсоветском пространстве. Также состоялась презентация предложений и совместных проектов, направленных на увековечение памяти погибших в борьбе с нацизмом.

 GOR8785

На сессии молодежных лидеров «Преемственность поколений – преемственность Победы» основное внимание было уделено развитию контактов между молодежными организациями и движениями стран СНГ, реализуемым и планируемым творческим, научным, образовательным и социальным проектам по увековечиванию памяти о Великой Победе, поддержке ветеранов Великой Отечественной войны, созданию механизмов взаимодействия и координации усилий между сверстниками из бывших советских республик.

Вопросы информационной поддержки и взаимодействия СМИ с общественными организациями в продвижении патриотических инициатив составили повестку сессии «СМИ как инструмент формирования патриотических ценностей».

По итогам состоявшихся дискуссий делегаты приняли итоговую резолюцию, в которой выразили твердую приверженность воспитанию бережного отношения к общей исторической памяти, идеалам мира и гуманизма, готовность всемерно содействовать сохранению единства, которое навсегда сплотило народы в борьбе за Великую Победу.

Также форум одобрил ряд практических инициатив.

Важнейшая из них – запуск масштабного межгосударственного проекта «Великая Победа, добытая единством» по подготовке к 75-летнему юбилею Великой Победы, в рамках которого в 2018-2020 годы планируется осуществить в государствах Содружества приоритетные мероприятия, направленные на сохранение общей исторической памяти о Великой Отечественной войне и противодействие попыткам фальсификации истории.

В этот период, как отметил исполнительный директор МФГС Анатолий Иксанов, проекты, которым оказывается финансовая поддержка Фонда, будут дополнены тематикой Великой Отечественной войны.

Также Поисковым движением России – одним из организаторов форума в Брянске – запланировано проведение Международной конференции «Судьба Солдата: теория и практика архивных исследований» и Международной военно-исторической экспедиции «Волховский фронт. Чудово» с участием 500 поисковиков из регионов России, государств СНГ, стран Балтии.

«Расширение форума в комплексный межгосударственный проект будет состоять в создании дополнительных площадок и возможностей коммуникаций представителей общественных и молодежных организаций, историков, архивистов, экспертов», — отметила председатель Комиссии Общественной палаты РФ по делам молодежи, развитию добровольчества и патриотическому воспитанию, ответственный секретарь Поискового движения России Елена Цунаева.

 GOR7496

В рамках культурной программы форума представители национальных делегаций приняли участие в церемонии возложения венков к Вечному огню у Памятника воинам и партизанам – освободителям Брянска, побывали в мемориальных комплексах «Партизанская поляна» и «Хацунь», посетили историко-документальную выставку «Пусть почувствует враг, как горит под ним наша земля…», подготовленную на основе документов из фондов Российского государственного архива социально-политической истории и артефактов, представленных музеями Брянской области.

Казахстанская делегация1

На высокой эмоциональной ноте прошла встреча участников форума с народным артистом СССР, сопредседателем Общероссийского гражданско-патриотического движения «Бессмертный полк» Василием Лановым. Его выступление стало бесценным подарком ветеранам Великой Отечественной войны в канун Дня Победы.

 

Источник: Информационно — аналитический портал «РЕЗОНАНС»