Monthly Archives: Июнь 2020

Онлайн-презентация экспертного доклада «Центральная Азия: сценарии развития после пандемии»

Какое воздействие окажет на государства Центральной Азии пандемия COVID-19? В какие сценарии развития воплотятся эффекты глобального вызова? В чем специфика каждого из этих сценариев? Ответы на эти вопросы представили участники онлайн-презентации экспертного доклада: «Центральная Азия: сценарии развития после пандемии», состоявшейся 26 июня на площадке МИА «Россия сегодня».

В работе диалоговой площадки приняли участие эксперты из России, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана. Доклад, подготовленный по инициативе Политологического центра «Север-Юг» совместно с экспертной платформой «Большая Евразия», представил коллегам автор доклада – координатор экспертной платформы «Большая Евразия» Сергей МАСАУЛОВ.

Он подробно охарактеризовал ситуацию, сложившуюся в каждой из стран Центральной Азии в первой половине 2020 года, отметив, что главной ее чертой стало почти хрестоматийное влияние сложного положения в экономике на политику и на все сферы общественной жизни.

Воздействие пандемии существенно ухудшило положение, несмотря на меры, предпринятые правительствами пяти центральноазиатских государств. В первую очередь произошел спад в сфере услуг. Объемы производства и новых заказов, в том числе экспортных, сокращаются быстрыми темпами. Наиболее пострадали сектор туризма и гостиничный бизнес, операции с недвижимостью и транспорт. Продолжает снижаться выпуск в отраслях промышленности. Существенно уменьшились объемы международной торговли. Ослабление потребительского и инвестиционного спроса ведет к приостановке работы организаций, многие из которых вынуждены сократить численность персонала.

В среднесрочной перспективе влияние на страны Центральной Азии окажет социально-экономический кризис, который не обойдет в 2020 году ни одну страну. И если не сломать нынешние тенденции, государства региона рискуют выпасть даже из «полупериферии» мирового развития.

В этих условиях элитам стран региона неизбежно придется делать выбор с учетом наблюдаемого тренда макрорегионализации мира – распада единой глобализированной системы на несколько крупных регионов. От этого выбора будут зависеть возможные сценарии развития каждого из государств.

— Выбор конкретного сценария является исключительной прерогативой национальных элит центрально-азиатских обществ, и на этом пути концепция ограничения интеграции только экономической сферой взаимодействия стала нежизнеспособной, – подчеркнул С.Масаулов.

Объективную необходимость региональной интеграции подтвердил в ходе обсуждения тезисов доклада директор Центра перспективных исследований в Кыргызстане Геннадий КАРАБАНОВ.

Констатировав крайне сложное текущее социально-экономическое положение в республике, он выразил надежду на то, что Кыргызстан сможет преодолеть «великую депрессию» только с опорой на мощных региональных соседей.

— Великие державы, я имею в виду Россию и Китай, имеют огромный потенциал борьбы с различного рода угрозами, в том числе с угрозой распространения болезни и преодоления экономического спада. Малые страны более уязвимы перед такими угрозами. Поэтому нам важно создать с такими странами совместные финансовые, технические, медицинские, кадровые, транспортные, защитные механизмы. Наши эксперты готовы присоединиться к работе в этом направлении, – отметил Г.Карабанов.

Главный редактор информационно-аналитического портала UzMetronom (Узбекистан) Сергей ЕЖКОВ рассказал о преодолении пандемии COVID-19 в Узбекистане. Он подчеркнул, что в течение карантинного периода в республике не останавливали работу «бюджетообразующие» предприятия, что позволяло сглаживать в определенной степени кризисные эффекты.

Относительно перспектив развития ситуации эксперт высказал убеждение по поводу того, что республика будет придерживаться курса на интеграцию.

— То, что мы недавно подтвердили намерение стать хотя бы страной-наблюдателем в Евразийском экономическом союзе, свидетельствует: мы приветствуем интеграцию прежде всего с теми, кто нам близок и по недавней истории, и по территории, – считает эксперт.

Пандемия коронавируса сводит на нет усилия Таджикистана по достижению заявленных стратегических целей. Об этом заявил участник презентации, кандидат политических наук Бахри БАХРИЕВ.

— Достижение четырех стратегических целей – обеспечение энергетической безопасности; выход из коммуникационного тупика; обеспечение продовольственной безопасности и повышение продуктивной занятости; ускоренная индустриализация страны – из-за пандемии отложены на неопределенный срок, – считает политолог.

Также, по его словам, последствиями спада экономики в республике станут рост безработицы и повышение уровня бедности. Возрастают и риски внешней задолженности – для покрытия растущего дефицита бюджета потребуются серьезные кредиты.

Старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Станислав ПРИТЧИН акцентировал внимание на объективной необходимости расширения интеграционных направлений внутри Евразийского экономического союза. Это подтвердил в том числе опыт взаимодействия государств-участников объединения в период пандемии. Речь, в частности, о гуманитарном измерении ЕАЭС.

— Пандемия показала, что существует огромный запрос на взаимную поддержку, на принятие каких-то общих протоколов, на обмен опытом, не говоря уже про общие стандарты в здравоохранении. То же самое можно сказать о сфере образования. Да, эта сфера не является частью нашей интеграции, страны по собственным программа готовят специалистов, не принимая во внимание, что этим специалистам предстоит работать на общем рынке. Поэтому нужно разделять, где мы имеем популистскую риторику и «зарабатывание очков» на ЕАЭС, а где – насущные потребности всех государств объединения, – отметил С.Притчин.

Обстоятельными комментариями основные выводы представленного доклада подтвердила научный сотрудник Института экономики РАН, заведующая отделом экономики Института стран СНГ Аза МИГРАНЯН.

— На сегодня я могу прогнозировать только лишь инерционный сценарий развития для государств Центральной Азии, судя по тем стратегиям и тем действиям, которые предпринимаются руководством этих стран. И пандемия в этом контексте всего лишь форс-мажор, который обнажает уже имеющиеся проблемы, – резюмировала А.Мигранян.

В завершение коллегиального обмена мнениями Сергей Масаулов озвучил концептуальные выводы доклада «Центральная Азия: сценарии развития после пандемии».

Модель развития стран постсоветской Евразии, основанная на эксплуатации ресурсного потенциала и обеспечении относительной социальной стабильности за счет перераспределения ресурсной ренты, более не является адекватной. В складывающихся условиях это растущие риски внешнего вмешательства, причем как политического, так и политико-силового. Особенно если ситуация в американском, и западном в целом, ТЭКе станет угрожающей. Это угроза для ресурсных экономик в Центральной Азии, особенно для устремленных в автаркию, когда каждый сам за себя.

Негативные тенденции могут быть компенсированы либо смягчены расширением взаимной торговли, наращиванием экономического сотрудничества со странами ШОС, активизацией сопряжения ЕАЭС и ОПОП при условии принятия системных мер по стабилизации макроэкономической ситуации и созданию условий для дальнейшего экономического развития.

В ближайшее время полный текст доклада «Центральная Азия: сценарии развития после пандемии» будет опубликован на Интернет-ресурсе Политологического центра «Север – Юг».

Коронавирус не закроет глаза

В связи с пандемией COVID-19 вопрос сохранения и углубления интеграции стран ЕАЭС становится актуальным: объединению необходимо развивать единые рынки, выработать критерии и стратегии развития в новых условиях жизни.

Еще несколько месяцев тому назад сложно было представить, что работа Евразийского экономического союза (ЕАЭС), богатого планами и перспективами, столкнется с глобальным кризисом, вызванным эпидемией. Как известно, Договор о ЕАЭС создает возможности для реализации четырех свобод: свободы движения товаров, капитала, услуг и рабочей силы. Из этих свобод в ЕАЭС борьба с пандемией оказала наибольшее влияние на единый рынок услуг и общий рынок труда.

Когда в рамках объединения было осуществлено снятие таможенного контроля на внутренних границах, а граждане стран ЕАЭС обрели право осуществлять трудовую деятельность в любой союзной стране без получения разрешения, это привело к увеличению трансграничной мобильности, которая внесла значительный вклад в более позитивное отношение людей к процессам интеграции. Однако меры, предпринятые государствами в борьбе с коронавирусом, сильно ограничили возможности и свободы выхода за пределы национальных границ. Новые, непривычные условия труда и жизни вместо формирующегося многогранного видения вызвали эмоциональные импульсы и разнообразные высказывания по поводу будущего постсоветских интеграционных объединений, как полезных сообществ. СМИ запестрели заголовками вроде «Интеграция на паузе», «Выдержит ли ЕАЭС испытание коронавирусом», «Коронавирус залихорадил ЕАЭС» и т.п. Такие громкие заголовки внушают скептицизм, но отражают ли они реальное вовлечение партнеров по экономической интеграции в борьбе с коронавирусной инфекцией? Или способность ЕАЭС выстроить оптимальную антикризисную стратегию? В этом есть определенные сомнения.

Конечно, всем уже понятно, что экономический ущерб от эпидемии будет существенный. Мир изменился, процессы глобализации дали сбой, сильно упали продажи услуг и ряда товаров (за исключением продуктов питания и лекарств). Пока пандемия не закончилась, о масштабах падения мировой экономики, можно только предполагать, пока слишком мало данных.

Многие эксперты сходятся в том, что даже после того, как закончится пандемическая угроза, существенная часть людей продолжит учиться и работать удаленно. Кроме того, доля занятости людей традиционных профессий, требующих оффлайн присутствия, сильно пострадала в каждой стране. По данным казахстанского аналитического портала Finprom.kz, наибольшему риску потери доходов подвергаются гостиничный бизнес, общественное питание, обрабатывающая промышленность, розничная торговля, коммерческая и административная деятельность.

В случае, если быстрого восстановления после эпидемии коронавируса не случится, значительная часть бизнесов в сфере услуг и использования рабочей силы начнет закрываться или видоизменяться. При этом на пострадавшие отрасли приходится значительная часть занятого населения и совокупного спроса. Все это будет вести к росту безработицы. А проблема всех официальных программ занятости в том, что они временные, как и запланированные в них работы.

Создавая ЕАЭС, страны-основатели руководствовались подходом win-win (выигрыш-выигрыш), то есть идеей возможности такого взаимодействия с другими странами, при котором все стороны останутся в выигрыше. Сейчас же каждое государство стараетсся самостоятельно решать свои проблемы. Впрочем, пандемия коронавируса стала испытанием для всех стран, а также интеграционных объединений. Но тренд на возможную трансформацию последних становится ощутимым.

«ЕАЭС находится в трудной ситуации экзамена: либо выйти из кризиса усиленным региональным объединением в случае применения адекватных мер — и тогда есть шанс выйти из колеи проблем постсоветского периода. Либо усилятся процессы деградации, и новая реальность свернет динамику интеграции, превратив ЕАЭС в подобие политического клуба СНГ», — считает научный сотрудник Института экономики РАН Александр Караваев.

По данным Евразийского банка развития (ЕАБР), потери ВВП стран объединения от действия внешних факторов в 2020 году году могут быть около 2%. При этом каждый месяц карантинных мер обходится странам ЕАЭС падением ВВП в размере от 1,5 до 3%. В целом общий ВВП государств ЕАЭС по итогам года снизится на 2,2%.

С первых дней же возникновения пандемии страны ЕАЭС приступили к выполнению мер по поддержанию и стимулированию своих экономик. «Инструментарий экономической помощи у всех стран примерно одинаков: отсрочки и рассрочки по уплате налогов, мораторий на проверки и банкротство, снижение административной нагрузки, выделение кредитных гарантий», — отмечается в докладе «Кризис в экономике ЕАЭС после пандемии Covid-19», подготовленном научно-исследовательким центром проблем интеграции стран-участниц ЕАЭС «Союзный нарратив 2050».

Согласно докладу, текущий кризис стал уникальным: он был вызван не тем фактором, который смогли бы предугадать экономисты или чиновники. Однако какова роль именно вируса COVID-19 в экономических бедствиях, еще предстоит изучить. В работе также отмечается, что Казахстан среди стран-партнеров ЕАЭС на поддержание экономики планирует потратить больше всех (в процентах по отношению к ВВП) – 8% (Россия — 6,5% ВВП, Беларусь — 3,5% ВВП, Армения — 2 %ВВП, а Кыргызстан по факту израсходовал 0,3%, но планирует израсходовать при успешном заимствовании около 5% ВВП. Казахст ан выделил 13 млрд. долларов США, и это преимущественно живые деньги. Но окажутся ли данные стимулирующие пакеты достаточными и эффективными, зависит от множества факторов, включая длительность ограничительных мер, их жесткость,

конъюнктуру на внешних рынках (как для экспорта товаров, так и для обеспечения занятости трудовых мигрантов), а также эффективность расходования денежных средств.

В свою очередь, Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) довольно быстро начала принимать меры по ликвидации кризиса и борьбе с эпидемией на союзном уровне. В марте нынешнего года  было принято решение, предусматривающее освобождение от ввозной таможенной пошлины товаров (медицинские маски, санитайзеры, диагностическое оборудование и т.д.), импортируемых для предупреждения и предотвращения распространения пандемии коронавируса на территории ЕАЭС. Затем ввели временный запрет на вывоз из ЕАЭС соответствующих товаров. В конце марта и в начале апреля ЕЭК установила запрет на вывоз продуктов первой необходимости, а также освободила от импортных пошлин товары критического импорта (например, продукты для детского питания, медицинские товары).

10 апреля на заседании Евразийского межправительственного совета был принят пакет мер по обеспечению жизненно важных потребностей населения, поддержанию взаимной торговли, свободы передвижения товаров в условиях пандемии и созданию условий для последующего экономического роста. Как отмечали участники экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Интеграция в масках: влияние мобильности на мир труда и образования», удлинение сроков кризиса определяет изменение логики направлений интеграционных процессов, переоценки их возможностей. А также переориентации на поддержание новых «точек роста», чтобы, к примеру, они создали рабочие места. Например, в целях предоставления возможности поиска работы без выезда с места проживания в настоящее время создается Евразийская электронная биржа труда.

Кроме того, кризис стимулирует творческий потенциал граждан.

Социальные издержки кризиса еще предстоит испытывать дальше, особенно пострадают страны, экспортирующие рабочую силу за свои пределы. Имеющиеся трудовые мигранты столкнутся с серьезной конкуренцией с местными жителями. Многие проблемы государствам придется решать самостоятельно, отсюда возникает рост экономических эгоизмов, возврат к внутренним ресурсам. Однако, евразийская экономическая интеграция демонстрирует свою состоятельность принципиально.

В июне нынешнего года был создан проект комплексного плана мероприятий по предотвращению распространения коронавирусной инфекции COVID-19 и иных инфекционных заболеваний на территориях государств ЕАЭС. Утверждение документа ожидается на ближайшем заседании Евразийского межправительственного совета, где планируется обсуждение смягчения введенных ограничений, в том числе условий для свободного перемещения населения на общем экономическом пространстве.

Очевидно, что в условиях борьбы с коронавирусом стран ЕАЭС продолжают контакты в режиме онлайн на различных уровнях с хорошей динамикой, тем более, что сейчас требуются быстрые и эффективные решения. «Продолжение тесного взаимодействия с государствами-участниками ЕАЭС в установленных Договором о ЕАЭС сферах. Оптимизация подходов к ведению переговорного процесса в рамках ЕАЭС в целях полноценного учета долгосрочных национальных интересов Казахстана», — отмечено в новой Концепции внешней политики Республики Казахстан на 2020 — 2030 годы, вступившей в силу в начале марта, как раз перед этапом борьбы с эпидемией.

Конечно, программы и планы развития ЕАЭС подверглись влиянию пандемии. Но интеграционные проекты, как правило, являются долгосрочными. Борьба с коронавирусом рано или поздно увенчается успехом. Поэтому усилия стран ЕАЭС сейчас направлены на сохранение существующей базы во взаимной торговле и наращивание ее оборотов. В данный момент мировая экономика переживает «идеальный шторм», но работа ЕАЭС остается в актуальной повестке. Тем более, что восстановлению экономики стран Союза поспособствуют вложения в инфраструктуру. К примеру, ЕАБР совместно с Европейским банком реконструкции и развития работают по проекту БАКАД, окружной дороги близ Алматы. А это означает, что появятся новые рабочие места.

«Может показаться, что евразийские страны борются с пандемией и ее последствиями сами по себе. Но исторические и культурные связи, которые у нас есть, созданная нами экосистема ЕАЭС позволяет очень четко поддерживать внутренние связи. Страны оказывают друг другу поддержку: и с помощью технологий, и с помощью соответствующих подходов в этой сфере, — отметил управляющий Международного финансового центра «Астана» Кайрат Келимбетов в интервью БЕЛТА. — Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев предложил задействовать общие институты — например, ЕАБР, чтобы поддержать те направления, которые испытывают сегодня временные трудности. Это в том числе туризм, транспортное сообщение, нефтегазовая промышленность… Одним из важных направлений сотрудничества является взаимодействие уже в сфере новых подходов: дистанционном образовании, дистанционных услугах, в здравоохранении. Есть большие наработки в сферах транспортной логистики, агроиндустриального производства».

Как бы там не было, работа ЕАЭС в условиях пандемии показывает: узнаваемость союза растет, вскрытые проблемы, так или иначе, решаются. Заявление лидеров государств ЕАЭС, принятое на заседании Высшего Евразийского экономического совета 19 мая 2020 года, подтвердило заинтересованность участников во взаимодействии для противодействия общей угрозе. Страны ЕАЭС уверены, что после кризиса, вызванного пандемией, и соответствующих условий неопределенности, дальнейшее объединение интеграционных усилий приобретет особую значимость.

Эдуард ПОЛЕТАЕВ

Центральная Азия: сценарии развития после пандемии

I.       Нарастание кризиса 

        Ситуация, сложившаяся в странах Центральной Азии в первой половине 2020 года, оказалась катастрофичной по сценарию. Одной из главных её черт стало почти хрестоматийное влияние сложного положения в экономике на политику, и вообще все сферы общественной жизни. Многое сейчас зависит от способности и умения властей выстроить систему управления при углублении социально-экономического кризиса. Таким образом, взгляды, представления, замыслы правящих классов стран Центральной Азии могут прямо воплотиться в сценариях развития после пандемии, повлиять, в свою очередь на характер экономических процессов, и в конечном счете воплотиться в политическое будущее элиты и стран Центральной Азии.          

       1.1 Истоки кризисных явлений

        Для понимания насущных задач дня нужно опираться на историю, позволяющую понять, как сложилась данная ситуация. Уже не столь существенно, естественное или искусственное происхождение у коронавирусной инфекции, и пандемия ли это, но очевидно, что вирус появился на подготовленной масштабным кризисом почве, и поэтому играет вполне определенную роль. Иногда он выступает детонатором событий, иногда — средством, вскрывающим недальновидность и ошибочность действий управленцев, а подчас служит им для решения задач внутриэлитной борьбы.         С падением фондового рынка 25 февраля 2020 года на 1000 пунктов возникло ожидание нового краха мировой финансовой и экономической системы. Коллапс цепной реакции был сдержан только благодаря массированным вливаниям ликвидности со стороны Федеральной резервной системы (ФРС) по кредитам «овернайт РЕПО». Эти «вливания, начавшиеся в сентябре 2019 года, выросли до более чем 100 миллиардов долларов за ночь… все это для поддержки крупнейшего финансового пузыря в истории человечества с мировыми деривативами, оцененными в 1,2 квадриллиона долларов (в 20 раз больше мирового ВВП!)»[1]. Вот где заложены политикоэкономические основы переживаемого слома старых порядков жизни. Хотя по привычке многие обвиняют в проблемах пандемию коронавируса, подставляя повод на место причины надвигающегося финансового краха, истоки которого заложены гораздо раньше високосного 2020 года.

        На рубеже 60-70-х гг. прошлого века стратегическое видение дальнейшего технологического роста и больших, космических и иных, проектов сменилось другим умонастроением. Население стало все чаще рассматривать достижимые удовольствия как единственную реальность, а будущие блага как умозрительное выражение суммы нынешних удовольствий. В этой новой философской картине мира деньги стали самостоятельной силой для получения краткосрочных выгод вместо того, чтобы служить инвестициям в реальное производительное богатство общества. 

        Вместе с этим была принята новая экономическая модель под названием «постиндустриальный монетаризм», которая заменила промышленную экономическую политику. В эти же годы была создана группа банков, которая сегодня контролирует 70 процентов мировой финансовой системы. И главное — произошло объединение финансовых компаний и коммерческих банков с глобальной торговлей. Эта политика требовала разрушения суверенной системы национальных государств, и навязывания новой иерархической структуры мирового управления посредством схемы контроля над денежной системой. Система дополнялась и поддерживалась идеологией веры в рыночные силы, которые управляют миром. Опиралась эта система на действия национальных руководителей, подчиняющих свои нации новой вере получения индивидуального удовольствия как высшей ценности.

Далее последовала эпоха либерализации мировой торговли, повышения процентных ставок и быстрого уничтожения большей части мелких и средних предпринимателей, спекуляций на финансовых инструментах. Возникли нефтегазовые картели и гиганты в сфере финансов, продовольствия, фармакологии и т.д. Повышение процентных ставок до 20% не только остановило жизнедеятельность значительной части американских и западных производительных предприятий, но и бросило страны третьего мира в еще большее долговое рабство, поскольку теперь им приходилось платить ростовщические проценты по кредитам.

       Неоконсервативная либеральная волна дерегулирования мировой экономики и финансов снесла институт разделения коммерческих, депозитных и инвестиционных банков, которое было краеугольным камнем после мировой войны в обеспечении того, что воля частных финансов никогда не будет иметь больше власти, чем власть суверенных национальных государств.

        Современные финансовые инструменты, опирающиеся на компьютерные технологии, использовались в большей мере не для поддержки практики государственного строительства и программ научных исследований в целях технологического и социального прогресса. Скорее всего, это было приспособление для создания лёгких денег на меняющихся рынках. Рыночная уверенность вновь набрала силу. Человеческий потенциал поддержания жизни продолжал падать в своем значении.

        Соглашения о свободной торговле приводили во все возрастающем размере к экспорту производства в зоны дешевой рабочей силы, низких зарплат и простых технологий. Лишившись своих производственных активов, т.н. развитые страны все больше зависели от экспорта дешевых ресурсов и услуг, необходимых для их существования. Физически производительные силы общества рухнули, а денежные прибыли в «настоящей» экономике удовольствий взлетели. Процесс «либерализации» перестройки повторил обрушение производительных сил и в бывшем Советском Союзе.

В дальнейшем развернулся конфликт интересов многочисленных финансовых институтов и политической власти, причем независимо от того, какой уровень регулирования был предпринят в рамках структуры их взаимоотношений. Несмотря на все разговоры о возрождении, финансовые спекуляции фактически не регулировались, не было создано продуктивного кредита для развития реального сектора экономики в рамках национальных программ, а финансовый пузырь, сконцентрированный в секторе корпоративных/домашних долгов, начал рушиться. Вместе с этим национальные государства продолжали превращаться в фикцию. 

        В разгар этого обрушения стали формироваться союзы в защиту интересов суверенных национальных государств и всего человечества, и прежде всего, это связано с позицией России, Китая и некоторых других стран. Принцип разделения банков, долгосрочный кредит для масштабных инфраструктурных проектов может стать основой восстановления экономики. Евразийские народы уже твердо привержены этой новой системе.

        Таким образом, общий кризис – финансовый, кризис потребления, перепроизводства и социальных отношений, кризис культуры и образования, кризис идеологии и онтологии никуда не ушел. Новый его этап стартовал в сентябре 2019 года с новых масштабных вливаний в поддержку финансового пузыря. Подрыв экономики стал делом времени. В этом плане пандемия коронавирусной инфекции, как её определила ВОЗ, сыграла роль катализатора, т.е. ускорителя всех процессов переформатирования экономических и иных порядков в 2020 году.

1.2  На пороге большого кризиса

        Сравнение экономической ситуации Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана на конец 2019 года показывает положение, при котором страны вошли в новый этап мирового кризиса[2].

Обращают на себя внимание различия между Казахстаном и Узбекистаном как странами с промышленным потенциалом, и Кыргызстаном вместе с Таджикистаном, ориентированными на продажу продукции аграрного производства, на поддержание трудовой миграции и сферы обслуживания. Особенно наглядно это представлено в различии масштабов оценки направлений деловой активности. Причем, если Казахстан и Узбекистан находятся в одной группе стран, то Кыргызстан и Таджикистан – в другой группе, и на порядок уступают лидерам региона. Отсюда и различие в последствиях от наступления пандемии, и возможностях, которыми обладают правительства этих стран. 

        Туркменистанс его экономикой,ориентированной на продажу сырья, резко выделяется экономическими связями патримониального типа и стагнацией несырьевых отраслей, трудностями в снабжении населения продуктами питания и потребительскими товарами через государственную сеть магазинов. 

II.     Ситуация по странам Центральной Азии

    2.1 Воздействие пандемии

Казахстан

        Прямой эффект влияния пандемии, связанный с ухудшением внешних условий в Казахстане проявляется, во-первых, в падении внешнего спроса на товарную продукцию; во-вторых, в снижении цены на сырьевые товары (почти в 2 раза более влиятельный фактор по сравнению с первым); и, наконец, в сокращении добычи нефти — фактор, почти равный первому по влиянию[3].           Экспертные структуры страны в целом сходятся во мнении о снижении экономического роста в стране до минимального, начиная с 1998 года, уровня.

По данным Центра исследований прикладной экономики (AERC)[4], рост ВВП Казахстана по итогам года может оказаться в минусе -0,9 процента. Падение реального ВВП в 2020 г. составит от 2,5 процента по прогнозу Международного валютного фонда до 1,8 процента по прогнозам Всемирного банка и Азиатского банка развития.  

        На динамику реального ВВП Казахстана повлияют: 

а) сохранение мировых цен на нефть на средней отметке в $30 за баррель; 

б) замедление темпов роста мировой экономики с 2,9% в 2019 г. до 1,0%; 

в) падение добычи нефти и газового конденсата в Казахстане в пределах

84-86 млн. тонн;

г) ослабление внутренней потребительской и инвестиционной активности.         Несмотря на усилия по диверсификации экономики Казахстана, ключевым сектором остается нефтяной, на который напрямую приходится примерно 15% ВВП, более половины объема экспорта и более 40% доходов правительства. В то же время, аналитики разных исследовательских центров подчеркивают, что меры, ограничивающие передвижение людей и товаров в течение нескольких месяцев, и низкие цены на нефть (ниже $30/баррель), могут опрокинуть экономику Казахстана в рецессию. 

        По оценкам агентства “S&P Global Ratings”[5], консолидированный бюджет правительства будет исполнен с дефицитом в размере 6,8 процента ВВП в 2020 году (в 2019 г. дефицит составил только 0,6 процента ВВП). Разница в показателях дефицита связана с тем, что правительство Казахстана вынуждено стимулировать экономический рост и поддерживать благосостояние населения. Одновременно ожидается, что и в 2021-2022 годах бюджет скорее всего будет исполняться с небольшим дефицитом, а затем будет исполнен с

профицитом[6]. Дефицит бюджета будет связан в 2020-2021 гг. с 2 факторами: а) низкими ценами на нефть; б) естественным снижением спроса на импорт.          Несмотря на падение цен на нефть, позиция Казахстана как неттокредитора по-прежнему остается сильной, а совокупные потребности страны во внешнем финансировании невысокими. Свободно плавающий курс национальной валюты позволяет экономике Казахстана подстраиваться к меняющимся условиям с учетом давления со стороны внешних факторов, связанных со снижением цен на нефть, например, за счет естественного снижения спроса на импорт.

         В первую очередь уже произошло снижение массового спроса со стороны населения на товары народного потребления. Оно зависело от протяженности самого карантина, и пока невозможно определить, сколько предприятий МСБ запустятся после ограничительных мер. Это оценивается как разрушительный фактор, который нельзя было предсказать, и трудно прогнозировать в тот момент, пока сохранялись карантинные меры.

        По оценкам экспертов ЕЭК значительные потери понесет Казахстан в сфере занятости. Работы могут лишиться до 1,5 млн. человек[7].

Кыргызстан

        Падение ВВП в Кыргызстане происходит за счет уменьшения внешнего спроса на сырьевой экспорт, и снижения денежных переводов от трудовых мигрантов. После 4,5 процентов роста ВВП страны в 2019 году, в 2020 г. ожидается замедление темпов его роста до 0,1 процента[8]. По оценкам экспертов ЕАБР инфляция выйдет на уровень 5,6 процента с тенденцией снижения в следующем году до уровня 3,2 процента, почти как до объявления пандемии и принятия в республике карантинных мер. Так что влияние этого

фактора на инфляцию связано с ослаблением национальной валюты в февралемае 2020 г., и ростом потребительских цен. 

         Учитывая объемы оказываемых туристических услуг в КР — около 5% в структуре ВВП — можно предположить, что в этом году страна потеряет значительные валютные поступления. Между тем, туристический сектор приносил в разные годы от $250 млн. до $350 млн[9]

        По итогам 2019 года Китай являлся основным торгово-экономическим партнером Кыргызстана — более 35 процентов импорта или в денежном выражении $1,734 млрд. Cохранение экономической стагнации или падения производства в Китае может иметь опасные последствия для республики. Товарооборот Китая с Кыргызстаном упал почти на 12 процентов[10]. Произошло резкое снижение производства тех предприятий, которые завязаны на Китай, ориентированы на китайское сырье и материалы. Это швейная продукция, потребительские товары в целом и товары электроники в частности. По понятным причинам объемы в данном направлении резко упали, что очень чувствительно может отразиться на потребительском рынке.

        В связи с неполучением таможенных и налоговых платежей бюджет Кыргызстана – а это около $2,187 млрд. – может лишиться около $534 млн11.         С введение режима ЧС, а затем и ЧП, резко упала экономическая активность. Малый бизнес — около 800 тысяч индивидуальных предпринимателей и работающих на основе патента, а также около 190 тысяч грузчиков, уборщиков, мелких торговцев, официантов в мелких закусочных, мойщиков и других, практически на 2 месяца остались без работы и средств к существованию. Подспудно растет социальное напряжение в обществе, а с возвращением в страну порядка 150 тыс. мигрантов, возникает главный вопрос

их занятости. По оценкам ЕЭК число занятых может сократиться на 500 тысяч (20 процентов)[11].  

        Кабинет министров ищет пути для восполнения доходной части бюджета. Обращение к международным донорам в целях получения помощи на поддержку бюджета на льготных условиях дало результат. Международные донорские организации выразили намерение предоставить такую помощь в размере более $335,6 млн.: МВФ уже выделил почти $120,9 млн.; остальные доноры планируют выделить: Азиатский банк развития — $120 млн.; Евросоюз – $30,8 млн.; Всемирный банк – $21,150 млн.; Исламский банк развития – $24 млн.; Kreditanstalt für Wiederaufbau банк развития – $30,352 млн. Почти 2/3 помощи предоставляется в виде кредитов, что усиливает долговую нагрузку13. При этом запланированные в бюджете средства на выплату долгов лишь наполовину закрывают потребности бюджета.

Следовательно, предстоит поиск новых источников поступления денег.  

        По данным министерства экономики Кыргызстана, вследствие введения ЧС/ЧП для предотвращения распространения коронавирусной эпидемии, экономическая активность в стране тоже резко замедлилась: более, чем на 80 процентов. Приостановлена в апреле-мае практически в полном объеме работа малого и среднего бизнеса, строительства, а также ряда предприятий промышленного производства. В самом уязвимом положении оказалась сфера услуг. В итоге это стало оказывать давление на рынок труда, что негативно повлияло на занятость населения. Активность малого и среднего бизнеса в текущей ситуации практически заморожена и определенное количество занятых временно высвобождены с рынка труда, которое может составить более 700 тыс. человек[12]. В то же время, в сельском хозяйстве в 2020 году ожидается увеличение общего объема выпуска продукции, где темп реального роста составит 102,0 процента. 

Таджикистан

        Прямой эффект влияния пандемии, связанный с ухудшением внешних условий в Таджикистане проявляется, во-первых, в падении внешнего спроса; во-вторых, и почти в равной доле, в сокращении денежных переводов трудовых мигрантов[13]. Резкое увеличение экспорта и денежных переводов от трудовых мигрантов в 2019 г. помогли сократить дефицит счета текущих операций до 4,3 процента ВВП. За 9 месяцев 2019 года таджикскими трудовыми мигрантами из России на родину переведено $2,5 млрд., это больше госбюджета страны, который за январь — ноябрь 2019 г. составил $2,1 млрд[14]. Но пандемия обрушила эти показатели.  

        По прогнозу Евразийского банка развития (ЕАБР) рост экономики Таджикистана ускорился до 7,5% в 2019 году, тогда как годом ранее эта цифра составляла 7,3 процента. Аналитики Банка отмечают, что основными факторами экономической динамики в 2019 г. стали: 

а) сильный потребительский спрос; 

б) увеличение производства в отраслях горно-металлургического комплекса и в сельском хозяйстве.

        На 2020 год аналитики ЕАБР прогнозируют замедление, или даже падение, роста по ряду направлений. Этот прогноз совпадает с оценками Всемирного банка, опубликованными 27 апреля 2020 г. Вспышка вирусного заболевания и риски для роста в России — главном источнике денежных переводов мигрантов — привели к существенному ухудшению макрофискальной структуры. Вследствие замедления роста экономики в России и Китае, в этом году рост ВВП Таджикистана замедлится до 1,7% или ниже этого показателя. В связи со сложившейся ситуацией, прогнозы роста

ВВП существенно уточняются в сторону снижения: в 2020 г. – рост на 1,0 процент; в 2021 г. – 3,7 процента; в 2022 г. – 3,9 процента[15].

        Влияние кризисных факторов проявляется:

а) в значительном сокращении денежных переводов трудовых мигрантов из России;

б) в резком сокращении импорта и экспорта;

в) в увеличении бюджетного дефицита и снижении налоговых доходов;

г) в снижении притока иностранных инвестиций;

д) в падении доходов в туристической индустрии и в сфере

транспортных и иных услуг;

е) в росте цен на товары потребления. 

        Последствия включают в себя резкое снижение торговли и падение цен на сырьевые товары, вероятное значительное сокращение денежных переводов и ухудшение перспектив для транспортной и туристической отраслей. По этим же причинам увеличится дефицит бюджета в нынешнем году, что ограничит возможности правительства по финансированию растущего объема расходов. Страна нуждается во внешних займах. Евросоюз предоставит дополнительную финансовую помощь в размере 48 млн. евро в виде гранта и кредит на сумму 30 млн. евро от Европейского инвестиционного банка для реализации антикризисного плана правительства Республики Таджикистан[16]. Для оснащения защитной одеждой медицинских работников в 25 медицинских пунктах выделено 1,3 млн. евро и 780 тыс. евро — на обеспечение санитарными принадлежностями образовательных учреждений.         Задержки в развертывании программы адресной социальной помощи (АСП) и отсутствие бюджета, выделяемого на программу, дискредитируют официально объявленную установку на борьбу с бедностью. Уровень

бедности в 2020 году может измениться значительно, и это после некоторого снижения с 29,5 процентов в 2017 г. до 27,4 процентов в 2018 году.

Туркменистан

        В Ашхабаде 19 мая была дана официальная оценка результатам состоявшейся в виртуальном режиме 73-й сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения. Туркменская делегация выступила в поддержку усилий ВОЗ по борьбе с пандемией, поддержав резолюцию «Ответ на COVID-19». В Туркменистане утвердили план обеспечения готовности страны к противодействию коронавирусу, что отменяет прежний режим игнорирования роста заболеваний. 

        Туркменистан – государство с четко выраженным сырьевым характером экономики. Источником кризиса стало падение цен на нефть, начиная с 2015 года. Четвертая в мире по запасам газа страна прекратила поставки в Иран и Россию под предлогом, что Тегеран не вовремя расплачивается по долгам, а «Газпром» не надёжный партнёр. Из-за снижения поставок газа за рубеж к 2017 году выручка от экспорта упала с $17 до $8,5 млрд. Газ уходит в основном в Китай, который платит Туркменистану около $185 за тысячу кубометров, однако, объемы газа, идущие в счет оплаты по кредитам, засчитываются по цене $140. Учитывая, что значительная часть (точная цифра не сообщается) денег остается в Китае, экспортная выручка от китайских компаний не закрывает потребностей туркменского бюджета, а о средствах на развитие даже не приходится говорить. Одновременно, возможности добычи газа начали сильно отставать от декларируемых экспортных возможностей[17]. Согласно данным торгового оборота Китая, в январе и феврале импорт из Туркменистана снизился более чем на 17% и 35%, соответственно, учитывая, что в последние годы более 75-80% экспорта Туркменистана приходилось на

Китай[18]. При этом в стране за последние годы началась гиперинфляция, экспертно оцениваемая почти в 300 процентов. Наблюдатели сообщают об острой нехватке продовольствия и высокой безработице, до 1,5 миллионов человек.  

        С 11 мая в Туркменистане широко введена практика, когда жителям нужно в жилищной конторе брать справку о составе семьи для получения талона на определенное количество сахара, муки, масла. Хлеб в эту карточку не входит, но в магазинах с ним частые перебои. Страны-соседи закрыли границы из-за пандемии коронавируса, а многие сельхозпродукты шли оттуда. Граница с Ираном была закрыта до 10 июня, хотя это очень важное направление поставки продуктов в Туркмению[19]. На рынках достаточно овощей и фруктов, есть частные магазины, где можно купить любые товары, но по значительно более высоким ценам. 

        Руководство уже признало воздействие вызванного пандемией глобального кризиса на развитие малого и среднего бизнеса в стране, на занятость населения, а также рост ВВП и инфляцию. Правительству поручено разработать меры по поддержанию высоких темпов роста внутреннего производства и повышения уровня промышленного самообеспечения, а также малого и среднего бизнеса. Резкое снижение цен на нефть в 2020 году может привести к еще более неблагоприятной ситуации, чем это было во время мирового финансового кризиса 2008-2009 годов, а также падения цен на нефть в 2014-2015 годах. В этой связи вице-премьерам поручено подготовить предложения по сокращению расходов и составить новый госбюджет по итогам первого полугодия. Вслед за этим началось реальное снижение социального уровня жизни населения. Например, была сокращена зарплата работников зеленого хозяйства госконцерна «Туркменгаз»[20].

    Таким образом, влияние кризиса, включая ограничения и закрытие границ для товаров и деловой активности выразилось в высокой инфляции, повлекшей за собой меры по контролю за движением валюты. В конце мая приступили к созданию Резервного валютного фонда, пересмотрен порядок валютных операций. Теперь экспортеры перечисляют в полном объёме иностранную валюту в Стабилизационный фонд в обмен на конвертацию в национальной денежной единице. В Фонд планируется перечислять доходы в иностранной валюте министерств, отраслевых ведомств, их подотчётных предприятий-учреждений, всех юридических лиц с государственным участием[21]. Более того, установлен контроль за валютными операциями граждан, которые использовали разницу официального и рыночного курсов национальной валюты для выгодных обменов за границей, с последующей конвертацией иностранной валюты на рынках Туркменистана. Мелкие предприниматели и торговцы наиболее пострадали от ограничений на передвижения товаров через границу.  

        Возникли определенные трудности с поставками продуктов, и особенно с распределением их в государственных магазинах по введенным нормам. 

Узбекистан

        Пакет антикризисных мер Узбекистана имеет при устойчивом бюджете финансирование в 10 трлн. сумов (950 млн. евро), или 1,5 процента ВВП[22]. Распространение коронавируса показало важность здоровья как основной части человеческого потенциала, и необходимость обеспечения готовности системы здравоохранения. Узбекистан предпринял меры для нераспространения заболевания в стране. Особое внимание было уделено организации качественных медицинских услуг населению, профилактике заболевания, организации ухода за больными в соответствии с международными стандартами. 

    На сайте Министерства экономического развития и сокращения бедности Республики Узбекистан даны предварительные оценки сокращения потребительского спроса в результате масштабных карантинных мер, и снижения объемов потребления непродовольственных товаров и услуг на 1015%. А поскольку доля непотребительских товаров и сферы услуг составляет около 50% в структуре потребительских расходов, то общее снижение емкости потребительского рынка (объема потребительских расходов населения) может составить до 7% от текущих объемов потребления[23].

        Еще в декабре 2019 г. был опубликован прогноз о снижении ВВП Узбекистана на треть в связи с уменьшением доходов от основной статьи экспорта[24] – это рабочая сила, направляющаяся преимущественно в Россию. В связи с девальвацией рубля в течение осени 2019 г. узбекские трудовые мигранты уже не могли покупать и высылать в прежнем объеме на родину валюту, в основном доллары США. Тогда же – в декабре — узбекский сум подешевел примерно на 15 процентов, и его падение продолжилось из-за дефицита долларов на валютном рынке Узбекистана.

        ЦБ Узбекистана ожидает падение темпов роста ВВП по итогам 2020 года до 1,5-2,5 процентов из-за снижения экономической активности. Об этом говорится в обзоре регулятора за первый квартал текущего года[25]. Согласно прогнозу, наиболее значительное замедление роста прогнозируется в отраслях туризма, гостиничного бизнеса и международных перевозок. В этом году расходы на конечное потребление в стране могут снизиться на 1,4 процента, темпы роста валового накопления основного капитала замедлятся с 34 процентов, зафиксированных в 2019 году, до 6,4 процента.

    ЦБ прогнозирует сокращение объема денежных переводов в Узбекистан в текущем году на 30-35 процентов до $4 млрд. В прошлом году этот показатель составлял $6,01 млрд.

        Вместе с тем рост цен на золото и увеличение объемов экспорта плодоовощной продукции окажут положительное влияние на доходы государственного бюджета и субъектов предпринимательства, отмечается в обзоре.

    2.2 Принятые меры; их последствия    

        В странах Центральной Азии очевидные неравные возможности по финансовой поддержке экономики. Если Казахстан и Узбекистан способны использовать резервные фонды, то Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан вынуждены искать помощи у международных организаций и кредиторов. 

    Основные меры[26] сведены в таблицу:

        Меры   Казахстан Кыргыз стан Таджики стан Туркмения Узбекистан  
1) Объявление чрезвычайног о положения 2) Закрытие всех границ для иностранных граждан Закрытие общественных мест Объявление карантина в главных городах 5) Приостановка воздушного и жел/дор. Сообщения 6) Запрет на экспорт основных продуктов питания 7) Контроль цен на продукты питания   1)Объявление чрезвычайног о положения   2)Введение комендантско го часа в столице   3) Временный запрет на въезд иностранных граждан   4)Приостанов ка пассажирског о сообщения   Закрытие школ и общественных мест   Запрет на экспорт продовольств ия Закрытие наземных границ   Запрет на международны е полеты    3)Регулирован ие продовольстве нных рынков   Контроль цен на продукты питания   Информ. кампания 1)Закрытие наземных границ   2)Введение ограничени й на перемещен ия людей и грузов   1)Объявление ЧП.   2) Закрытие границ   3)Запрещение публичных собраний    4)Закрытие общественных мест   5)Введение мер изоляции   6)Приостанов ка внутреннего и городского транспорта
1)Первоначал ьное повышение учетной ставки с 9,25% до 12%, затем снижение до 9,5%.   2) Облегчение операций коммерческих банков рефинансиров ания   1)Учетная ставка сохранена на уровне 5%.   2) Сокращение минимального порогового уровня обязательных резервных требований для банков Девальвация национальной валюты   Сокращение требуемого соотношения резервов кредитных финансовых учреждений   1)Учетная ставка снижена на 1% пункт (до 15%).   2) Повторные операции рефинансиров ания коммерческих банков для вливания ликвидных средств в экономику
3) Поддержка ликвидности бизнесов 1)Приостанов ка погашения кредитов   2) Поддержка ликвидности бизнеса         1)Предоставле ние беспроцентны х кредитов наиболее уязвимым отраслям экономики   2) Введение льготного периода по кредитным выплатам для предпринимат елей без изменений в классификаци и кредитного качества  
Временные налоговые послабления 1)Продление срока подачи налоговой декларации для предпринимат елей 2) Упрощение требований к бизнесу 3) Отсрочка платежей           Отсрочка налоговых платежей для предприятий на 6 месяцев   Снижение ставки подоходного налога для предпринимат елей    Объявление моратория на налоговые проверки   Решение не изменять классификаци и качества кредита
Антикризисн ый пакет в $10 млрд. на финансирован ие социальной защиты, выплату субсидий на заработную плату и безработицу др.   1)Продление моратория на проверки малого и среднего бизнеса.   Информ. кампания для предприятий МСБ.   Введение поправок в политику государственн ых закупок   Реализация программы действий по реагированию на ЧС, финсредства МФИ 1)Меры для МСБ.   2) Для предприяти й, производя щих товары первой необходим ости   1)Антикризис ный фонд с бюджетом в $1 млрд.     2) Реорганизаци я государственн ых организаций

        Меры вынужденные, причем направленные на поддержку и стабилизацию положения. Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан действуют во всех сферах. Таджикистан, и особенно, Туркмения предпринимают ограниченные шаги и в отдельных сферах. 

        Результативность, и последствия применяемых мер воздействия, зависят

от выбранных правящими классами сценариев, краткосрочных и среднесрочных. Эти сценарии, подчас, даже не осознаются во всем объеме многоплановых изменений в экономиках и обществе.  

III.    Сценарии после пандемии

3.1 Тренды нового цикла

       Происходящее прямо сейчас в мире переформатирование экономических порядков выражается в ряде трендов. Реализация каждого их них является выбором элит стран, и зависит от технологии сценирования[27].

    Схема 1. Технология сценирования  

        Из схемы видно, что, во-первых, именно в ситуациях масштабного кризиса и ломки прежних устоев жизни надо делать выбор; в противном случае ждет только инерционный сценарий, т.е. когда просто ждут, когда и в каком направлении ситуация разрешится сама. Либо позже придется включать

резервный сценарий (выбор 2), но это в случае, если он заранее подготовлен, и продуман. Если же этого не сделано, то выбор еще предстоит, но это будет уже вынужденный сценарий «запоздавшего выбора», когда элита не решает вопрос направления движения, а лишь реагирует на обстоятельства, от неё не зависящие. 

        Во-вторых, если же элита страны способна сделать выбор сейчас (выбор 1), когда вызов обозначился, то можно реализовать оптимальный сценарий,

т.е. тот, к которому можно стремиться, и который в дальнейшем обозначается как «исторический выбор», несмотря на неоднозначные последствия для отдельных категорий населения. На этом пути возникает еще один выбор (№5), который позволяет перейти уже к опережающему сценарию. Это так называемый сценарий «чуда экономического роста» «азиатских тигров», сценарий быстрого возрождения страны после поражения в войне, в то время как победители отягощены трофеями, принадлежащими технологиям старого времени, и начинают «тормозить». Есть на этом пути и рискованный сценарий, но об этом разговор отдельный. 

        Итак, тренды, которые предстоит элите учитывать. Главный из них – это распад единой глобализированной системы на несколько крупных регионов. Идет неизбежная макрорегионализация мира. Центральная Азия неизбежно окажется в каком-то макрорегионе, и вариантов здесь несколько. Есть макрорегион ЕАЭС, где две страны уже находятся, а Узбекистан получает статус наблюдателя. Практически есть еще вариант макрорегиона «Центральная Азия», формируемого в процессе реализации стратегии «Один пояс – один путь». Теоретически есть другие варианты, например, реализация концепта Центрально-Азиатского объединения, либо расширение участников региона за счет Афганистана. Элите стран региона делать выбор. 

        Другой тренд – происходит ужесточение контроля над населением практически во всех странах. В Китае, например, «система социальных рейтингов» существует с 2014 года. Формируются различные формы социального контроля как в виде рейтингов, позволяющих в дальнейшем занимать какое-то положение в обществе, так и формы контроля за человеком по его местоположению и т.п. Озвучены уже и варианты «телесного» контроля, если будет введена обязательность вакцинации по установленным стандартам для въезда на территорию какого-либо макрорегиона. 

        Важный тренд — тотальный переход в расчетах на карточки, исчезание наличных денег, что вместе с удобством приносит также возможность нового социального контроля за поведением. Одновременно, это требование выбора оптимального перехода к цифровизации расчетов уже не только как к модной тенденции.  

        В сложившейся ситуации произошел вынужденный ускоренный переход

на дистанционное образование, и это гуманитарный акцент переформатирования экономических порядков. Образование, как тенденция, может разделиться на массовое – компьютерное, и человеческое – лицом к лицу. Мышление не столь частое явление, в отличие от рассуждений, думаний и разного рода рассудочных форм. Поэтому обучение мышлению и специальная логическая подготовка становятся избранным вариантом элитного образования. От того выбора, который сейчас сделают правящие классы стран ЦА, зависит стратегия подготовки кадров, обучения профессиям, и форма национальной системы образования. Образование — это не только подготовка людей к деятельности, но и формирование способности полновесной жизни в «быстром» современном обществе. 

        Чем серьёзнее последствия карантинных мер с точки зрения экономики, тем сильнее проявляются те зоны интересов, которые уже совсем скоро станут предметом делёжки между элитными группировками и между странами. Другими словами, их конфликты начинают всё больше и больше выходить наружу.

        Социально-экономический кризис не обойдет в 2020 году ни одну страну. Даже в Еврокомиссии аналитики прогнозируют падение ВВП в еврозоне на

7,75 процента, а это уже настоящая рецессия. По ряду оценок экономическое замедление на 5 процентов ждет Россию, что отразится на социальноэкономической ситуации в странах Центральной Азии. В Китае падение составило 6,8 процента, причем впервые за 28 лет. Это также повлияет на страны Центральной Азии. Мировая экономика из-за ограничений по итогам 2020 года уйдет в минус на 2,4%. К такому выводу пришли эксперты рейтингового агентства “S&P Global Ratings”[28] .

        Каналы влияния пандемии коронавирусной инфекции на экономики стран Центральной Азии: 

  1. Ослабление внешнего спроса на экспортируемые государствами региона товары, в том числе сырьевые, из-за снижения глобальной экономической активности. 
  2. Падение спроса на туристические и транспортные услуги вследствие закрытия границ и введения ограничений на перемещение людей. 3) Сокращение доходов государственных бюджетов и экспортеров из-за падения цен на сырьевые товары, что ограничивает потенциал расширения инвестиционной активности в сырьевом и смежных секторах, в том числе транспорте, строительстве и др. 
  3. Нарушение глобальных цепочек добавленной стоимости — сокращение выпуска промежуточных товаров и сложности с транспортировкой сырья и комплектующих ведут к снижению производства товаров конечного потребления. 
  4. Резкое уменьшение объемов денежных переводов от трудовых мигрантов из России. 
  5. Снижение инвестиционной активности бизнеса, особенно малого и среднего. 
  6. Ужесточение финансовых условий на фоне усиления волатильности на мировых финансовых и товарных рынках.    

        По данным аналитиков ЕАБР[29], глобальный композитный PMI1[30] снизился в марте текущего года до 39,4 с 46,1 пункта месяцем ранее, что является наименьшим значением за одиннадцать лет. В еврозоне, США и Великобритании эти показатели опустились до минимальных уровней со времени мирового финансового кризиса. 

        Развивающиеся страны Центральной Азии испытывают негативные последствия пандемии. В первую очередь произошел спад в сфере услуг. Объемы производства и новых заказов, в том числе экспортных, сокращаются быстрыми темпами. Наиболее пострадали сектор туризма и гостиничный бизнес, операции с недвижимостью и транспорт. Продолжает снижаться выпуск в отраслях промышленности. Существенно уменьшились объемы международной торговли. Ослабление потребительского и инвестиционного спроса ведет к приостановке работы организаций, многие из которых вынуждены сократить численность персонала.     

        Если не сломать нынешние тенденции, страны Центральной Азии рискуют выпасть даже из «полупериферии» мирового развития.

3.2 Видение будущего

       В странах ЕАЭС уже прогнозируются негативные последствия. Прежде всего, 1,5-кратное сокращение экспорта за пределы ЕАЭС, ослабление национальных валют, ускорение вывоза капитала и существенное ухудшение платежного баланса стран-участниц[31]. Напрямую это касается Казахстана и Кыргызстана. Хотя в тренд ложатся и процессы в Узбекистане и Таджикистане.

        Разумная реиндустриализация и воссоздание в пределах устойчивых взаимосвязей стран макрорегиона замкнутых технологических цепочек[32] представляется оптимальным сценарием развития. Кризис высвечивает перспективные точки реиндустриализации. Каждой из стран региона необходимо заявить приоритет новых отраслей промышленности, поскольку старые физически исчезли, кроме отдельных предприятий, получающих технологическое перевооружение. Новые промышленные направления потребуют значительных инвестиций и координации действий участников общего и макрорегионального единого рынка.

        Здесь важно обратить внимание на комплексный характер развития новой индустрии. Значит, это не всегда т.н. «цифровая экономика». Ведь «цифровое управление» нужно только там, где начинает функционировать производственный цикл, приближающий т.н. «шестой уклад». Последний характеризуется аддитивными технологиями, квантовыми копирами, робототехникой, производством, возглавляемым искусственным интеллектом. А это пока не ближняя перспектива. Выделение такого приоритета – это, во-многом, дань сложившейся традиции, либо указание направления, легко согласуемого между участниками экономических объединений. 

        Дальнейший рост топливно-энергетических комплексов только в национальных рамках становится опасным с точки зрения устойчивости социально-экономических систем ЦА. Восстановление нормального функционирования в рамках прежних взаимодействий в этой сфере выглядит маловероятным, значит выбор в пользу сценария оптимального или ускоренного развития, уводящего страну с инерционной колеи (и сценария запоздалого выбора), нужно делать прямо сейчас. 

        Необходима форсированная разработка единой для центральной Евразии энергетической политики, в том числе и с точки зрения поведения на внешних

рынках. Выработка в ЕАЭС единой нефтяной и газовой политики потребует отойти от методов торга, и приступить к быстрому, на принципах общих целей экономического союза, согласованию интересов на мировом рынке углеводородов вместе с интеграцией управленческой структуры. В противном случае уже в ходе нынешней волны кризиса и, тем более, на этапе восстановления рынка, страны столкнутся с масштабными манипуляциями, связанными с противопоставлением интересов одних нефтедобывающих стран Евразии другим. Напрашивается решение по координации политики в области транспортировки углеводородов.

        Необходим выход на новый уровень защищенности финансовой системы стран Центральной Азии в условиях кризиса доллароцентричной системы. Шаги в этом направлении должны сохранить инвестиционные ресурсы, требуемые для восстановления экономики после острой фазы кризиса. Иначе инвестиции уйдут из региона, что неизбежно приведет к самоизоляции финансовых систем государств друг от друга. Ключевым инструментом противодействия финансовой дестабилизации является усиление государственного контроля над финансовой сферой и запуск внутриевразийского инвестиционного цикла, что будет соответствовать задачам восстановления промышленного потенциала региона[33].

        Одновременно необходимо выйти на новый уровень управляемости и защищенности инвестиционной и расчетной системы в макрорегионе центральной Евразии, а не только в отдельных странах. Нужна координация деятельности монетарных властей, что может опираться на новый уровень политического взаимодействия.

        Если страны Центральной Азии претендуют на минимальную субъектность в макрорегиональном мире, а, тем более, на субъектность коллективную, то необходимо выходить на существенно более высокий уровень защищенности социальной сферы и информационного пространства.

Социальная сфера становится ключевым показателем конкурентоспособности государств и инструментом управления экономическими и социальными рисками. В прямой связи с ней находится система образования и здравоохранения, уровень которых определит конкурентоспособность не только на страновом уровне, но и в системе международных координат. Сохранение базовых параметров социального стандарта населения – важнейший показатель субъектности правящего класса стран ЦА. Меры в социальной сфере нужно рассматривать как ключевой показатель конкурентоспособности государства и инструмент управления экономическими и социальными рисками. Фактически, к этой же сфере относятся меры поддержания и восстановления малого бизнеса.

       Центральная Азия – это регион транспортных коридоров. Проблема в том, что сложилось уже представление об этом пространстве как просто территории, через которую пройдут крупные международные транспортные коридоры. Если через страны ЦА будут просто возить чужие товары, предоставляя местным работникам возможность обслуживания, то развитие региона как самостоятельного не состоится. Если кто-то мнит себя элементом сложившейся геоэкономики, и предполагает лишь воспользоваться географическим положением, снимая транспортные пошлины и платежи, то можно прямо сейчас прекращать самостоятельное движение, и переходить на обслуживание крупных транснациональных объединений, с соответствующим ограничением позиции национальной элиты. 

        Евразийская интеграция имеет перспективу изменения сложившейся геоэкономики за счёт выстраивания собственных транспортных коридоров для движения собственных товаров. Последнее не мешает взаимовыгодному сотрудничеству и с другими странами, объединениями и транснациональными структурами. Принципиальна для всех стран Центральной Азии перспектива сочетания коридоров «Восток – Запад» и «Север – Юг». С политической точки зрения такой выбор может поддержать Казахстан, получив в дальнейшем значительный выигрыш, причем не только в сфере экономики.

3.3  Варианты развития

А. «Продолженное настоящее»

        В сложившихся условиях, и при имеющихся трендах, просматриваются два сценарных варианта, и оба технологически несбалансированные. Оба лежат плоскости инерционного сценария. Во-первых, вариант «ускоряющего сценария» связан с «технологическим мейнстримом», который часто проявляет себя в головах экспертов, которым субъективно видится движение в будущее по путям, пройденным в т.н. развитых странах. Здесь в чести концепты «зеленой экономики» и экологически обоснованного технологического роста. Вариант опирается на концепцию «устойчивого развития». Магистральная линия развития технологий: нано-, био-, инфо-, материаловедческие технологии, технологии энергосбережения и т.д.          Это также вариант затратного инерционного сценария, поскольку он требует воссоздать производственно-технологическую и научную базу «устойчивого развития», научное обеспечение роста, выстроить социальную структуру общества, соответствующую направлениям развития, и повторяющую западную. 

        Это возврат на 20 или даже 30 лет назад, в эпоху иллюзорного романтизма относительно реальных интересов мировых игроков. На поверку вариант ведет к нео-феодализму, что и наблюдается в ряде трендов социального настоящего в регионе.

    Во-вторых, вариант «управляющий сценарий» инерционного движения. Этот сценарий опирается на надежду пересоздать прежний мир, опереться на внедрение проектных методов управления, на широко внедряемое экспертное и аналитическое сопровождение административных процедур в управлении. Они должны, по замыслу, выполнять функцию «зеркала» для отображения рисков, и выработки упреждающих решений. 

    В принципе, можно было бы остановиться на этом варианте, тем более он так желателен для некоторых элит, сохраняя их руководящие и направляющие позиции по отношению к обществу. На их беду, вариант эффективен только при управлении простыми системами. При их усложнении управление как административное воздействие, пусть даже подкрепленное экспертным сопровождением, начинает давать сбой. А тем более в таких критичных условиях, которые задает пандемия. 

    Так что этот нео-феодальный вариант сценария также символизирует не преодоление вызова, а отход от угрозы, попытку не увидеть всех последствий в пользу социально-выгодного «зеркала» событий, и на недолгое время.   

Б. «Каждый за себя»

        Такой же инерционный сценарий, базирующийся на расчетах использования выгодного географического положения для воссоздания инфраструктурных проектов. Либо здесь делается опора на преимущество наличия полезных ископаемых, всякого рода энергетических «запасов», и сохранения позиции в мировой торговле. 

        Весьма важное основание таких расчетов – это надежда на восстановление и сохранение в дальнейшем прежней структуры взаимоотношений мировых игроков в экономической и политической сферах. Тогда расчеты на обретение позиции «третьей стороны» в борьбе крупных игроков, могут подпитывать планы взаимодействия со всеми, и получения дивидендов разного свойства от каждой из сторон. В этих планах, одновременно, предполагается повышение платы за формальное союзничество.  

    Помимо инерционного сценария, здесь можно рассчитывать либо на резервный сценарий, когда придется догонять других в виде внедрения технологий управления сложными системами, обретение «второго шанса» через заимствование успешных систем. Здесь уже принудительно придется переходить к обобщенному проектированию среды, а не только приспособлению к ней. Этот сценарий требует использования систем быстрого обучения, существенной ломки образовательных и обучающих структур с последствиями в виде разрыва связи поколений и давления на национальную культуру. 

    В случае запаздывания с реагированием на угрозы, придется переходить на сценарий «запоздавшего выбора». Применяются те же технологии, но в ситуации мобилизации общества, идеологии жесткого внедрения нового, и «сословного» разделения на соответствующих задачам дня, и «выпавших из истории».     

В. Интеграция ЦА в макрорегионе

        В наступившем кризисе появился выбор, позволяющий перейти от инерционного сценария интеграционного развития «Продленный статус-кво» к прогрессивному сценарию «Собственный центр силы», просматривающемуся технологически в двух вариантах:

А) Оптимальный сценарий;

Б) Опережающий сценарий.

    Выбор конкретного сценария является исключительной прерогативой национальных элит центрально-азиатских обществ.

    Сценарий «Собственного центра силы» определен в Основных направлениях экономического развития ЕАЭС до 2030 года. На этом пути концепция ограничения интеграции только экономической сферой взаимодействия стала нежизнеспособной.  

        Нынешний кризис сделал гибридную систему политико-социальноэкономических рисков каждодневной реальностью, затрагивающей не только элиты, но и каждого в отдельности. Новая реальность является, очевидно и как минимум, среднесрочной. Нужны экстренные меры по координации социально-политической деятельности, а на первом этапе, желательное введение контура безопасности в систему общеевразийских интеграционных приоритетов сперва на «техническом» уровне (санитарный контроль и т.п. мероприятия), а затем и на политическом (централизация управления полицейскими структурами, контроль движения медицинских препаратов).

        Модель развития стран постсоветской Евразии, основанная на эксплуатации ресурсного потенциала и обеспечении относительной социальной стабильности за счет перераспределения ресурсной ренты, более не является адекватной[34]. В складывающихся условиях это растущие риски внешнего вмешательства, причем как политического, так и политикосилового. Особенно если ситуация в американском, и западном в целом, ТЭКе станет угрожающей. Это угроза для ресурсных экономик в Центральной Азии, особенно для устремленных в автаркию, когда каждый сам за себя. 

        «Эти негативные тенденции могут быть компенсированы либо смягчены расширением взаимной торговли, наращиванием экономического сотрудничества со странами ШОС, активизацией сопряжения ЕАЭС и ОПОП, при условии принятия системных мер по стабилизации макроэкономической ситуации и созданию условий для дальнейшего экономического развития»[35].

Приложение 1:

Казахстан

        Сравнение показателей экспорта/импорта, а также основных направлений экономического роста и развития, показывает достаточно устойчивую позицию страны38. Казахстан имеет положительное сальдо: импортировал товаров на сумму $38,357 млрд., экспорт страны составил $57,723 млрд. 

        В номенклатуре импортируемых товаров участвует продукция машиностроения, механические приборы, оборудование для энергетики и комплектующие, автомобили на сумму $8,17 млрд. Электрических машин и оборудования, включая телекоммуникационное и звукозаписывающее, импортировано на $4,3 млрд. Импортировалось также минеральное

топливо, нефтепродукты, и продукция сталелитейного производства, комплектующие для железных дорог и т.д. Главной статьей экспорта были нефтепродукты, топливо, битумы и т.п. – $38,717 млрд. 

        Экономика во многом зависит от нефтяного рынка, и шире, от положения в энергетической отрасли и в финансах. Остановка работы в сфере услуг и на ряде производств в связи с прекращением транспортного сообщения, ударило по основным показателям системообразующих предприятий. Но особенно тяжело отразилось на социально-экономическом положении предприятий и организаций МСБ, поставив их на грань разорения и исчезновения. Нависла угроза скачка безработицы, быстрого вымывания денежных накоплений населения.

 Табл.1: Рост национального спроса и международного предложения на продукцию Казахстана в 2019 году. 

Табл. 2: Рост национального предложения и международного спроса на продукцию Казахстана в 2019 году.

  Кыргызстан

        В страну импортировано товаров на сумму $4,903 млрд. Экспорт составил $1,965 млрд.

Сальдо отрицательное[36]

        Среди импорта главные статьи составляют: минеральное топливо и нефтепродукты – $987,6 млн.; продукция машиностроения, механические приборы, котлы и комплектующие – $494,66 млн.; электрические машины, телекоммуникационное оборудование и девайсы – $362,45 млн.; обувь, чулочно-носочные изделия и т.д. – $254,12 млн. Экспортировал Кыргызстан в основном золото и изделия, драгоценные и полудрагоценные камни – $853,5 млн.; руды и шлаки – $158,16 млн.; продукты нефтепереработки – $119,9 млн.; овощи и консервированные продукты – $86,3 млн., а также продукцию легкой промышленности.          Структура ВВП по отраслям на 2019 год: сфера услуг – 46,9 процентов; промышленность – 17,9; чистые налоги на продукты и импорт (ЧНПиИ) – 13,4; сельское хозяйство – 12,1; строительство – 9,7 процентов[37]

        Экономика существенно зависит от работы системного предприятия по добыче золота

«Кумтор», от транзита китайских товаров и деятельности многочисленных предприятий

МСБ в сфере услуг, туризма. Особенно важный фактор — перевод денег трудовых мигрантов, главным образом из России — 33,6 процента ВВП в 2018 году[38]

Табл.3: Рост национального спроса и международного предложения на продукцию Кыргызстана в 2019 году.

Табл.4: Рост национального предложения и международного спроса на продукцию Кыргызстана в 2019 году.

Таджикистан

        В страну импортировано товаров на сумму почти $3,327 млрд. Экспорт составил почти $1,116 млрд. Сальдо отрицательное[39]

        Ввозились в страну в основном: нефть, топливо и нефтепродукты – $593,36 млн.; автомобили – $300,87 млн.; продукция машиностроения, механические приборы, оборудование для энергетики и комплектующие – $252,9 млн.; зерновые – $237,45 млн.; металлы – $225,2 млн.; электрические машины, телекоммуникационное оборудование и девайсы – $170,95 млн. Экспортирует страна руду и шлаки – $225,8 млн.; хлопок – $182,2 млн.; алюминий и изделия из него – $180,3 млн.; соль, серу, полудрагоценные камни, строительные отделочные материалы, известняк и цемент – $68,4 млн.; нефтепродукты – $35,5 млн. Ориентация экономики на вывоз сырья, с небольшой переработкой. 

        Весьма важны: поставка товаров потребления из Китая и внешний рынок для продукции сельского хозяйства. Положение экономики критически зависит от денежных переводов трудовых мигрантов из России – 31,0 процентов ВВП в 2018 году[40]

Табл.5: Рост национального спроса и международного предложения на продукцию Таджикистана в 2019 году. 

Табл.6: Рост национального предложения и международного спроса на продукцию Таджикистана в 2019 году.

Туркменистан

        В страну импортировано товаров на сумму $2,637 млрд. Экспорт: почти $9,922 млрд. Сальдо положительное[41].  

         Ввозились в страну: продукция машиностроения, механические приборы, и комплектующие для энергетических мощностей – $530,7 млн.; сталь и металлические изделия – $321,2 млн.; электрические машины, телекоммуникационное оборудование и девайсы – почти $209,5 млн.; автомобили – $188,12 млн.; фармацевтические товары – $106,7 млн.; строительные материалы, изделия из металлов, мебель бытовые товары. Экспорт

Туркменистана: газ, топливо, и продукты переработки в нефтегазовой промышленности –

$9,376 млрд.; хлопок – $213,2 млн.; строительные материалы – $102,1 млн.; удобрения – $56,7 млн.; соль, сера, полудрагоценные камни, строительные отделочные материалы, известняк и цемент – $45,18 млн. 

        Туркменистан продает газ, прежде всего, в Китай, и это – основа экономики. Значительная часть населения занимается мелкими промыслами, мелкой торговлей и перепродажей товаров, оказанием услуг. До недавнего времени практиковались операции по обмену валюты (ввоз в страну для обмена) в связи с разницей официального курса маната к доллару, и коммерческого курса национальной валюты.  

Табл.7: Рост национального спроса и международного предложения на продукцию Туркменистана в 2019 году.

Табл.8: Рост национального предложения и международного спроса на продукцию Туркменистана в 2019 году.

Узбекистан

        В страну ввозится товаров на более, чем $18,934 млрд. Экспорт составляет почти $11,086 млрд. Сальдо отрицательное[42]

        Главные статьи импорта: продукция машиностроения, механические приборы, оборудование и комплектующие для энергетических мощностей – $4,078 млрд.; автомобили, различные транспортные средства, кроме железнодорожного или трамвайного подвижного состава, а также их запасные части, принадлежности и комплектующие – $2,298 млрд.; сталь и металлы – $1,373 млрд.; электрические машины, телекоммуникационное оборудование и девайсы – $1,234 млрд. Также завозятся строительно-отделочные материалы, металлические изделия, фармацевтическая продукция, нефтепродукты, товары широкого потребления, шерсть и шерстяные изделия, оптика, медицинские товары, мебель, удобрения, алюминий, бумага и т.д. 

        Узбекистан экспортирует, в основном, полудрагоценные и драгоценные камни, золото и изделия – почти $5,102 млрд.; топливо и продукты газонефтепереработки – $1,368 млрд.; хлопок – $1,081 млрд.; медь и изделия из неё – $797,5 млн.; строительные материалы – $440,7 млн.; цитрусовые, фрукты и орехи – $412,7 млн.; одежда – $282,5 млн.; овощи и консервы – $218,36 млн.; цинк, изделия неорганической химии, автомобили и т.д.          

Табл.9: Рост национального спроса и международного предложения на продукцию Узбекистана в 2019 году.

Табл.10: Рост национального предложения и международного спроса на продукцию Узбекистана в 2019 году.

Приложение 2: 

Меры и последствия по странам

Казахстан         Антикризисный пакет Казахстана по оценкам разных экспертов составил 4,4 трлн. тенге ($10 млрд.), или более 6 процентов ВВП. Казахстан имеет устойчивый бюджет, и может позволить себе четкую систему мер, имеющих финансирование. 

        Для поддержки бизнеса и стабильности на рынке труда предусмотрено повышение доступа к финансированию в рамках синхронизации программ Дорожной карты бизнеса «ДКБ-2025» и «Экономики простых вещей». Сюда входит расширение кредитования на 400 млрд. тенге46 (до 1 трлн. тенге). Средства будут, в первую очередь, предоставляются отечественным производителям для снижения импортозависимости и обеспечения продовольственной безопасности. По госпрограмме «ДКБ-2025» верхний порог кредита увеличен до 7 млрд. тенге. Финансируются оборотные средства для покрытия текущих расходов. Конечная ставка унифицирована и составляет 6%. Расширен перечень приоритетных товаров по программе «Экономика простых вещей». 

        Для среднего бизнеса увеличивается сумма кредита до 1 млрд. тенге, по которому предоставляется гарантирование в размере 50%. Для микро- и малого бизнеса сумма кредита увеличивается до 360 млн. тенге с предоставлением гарантий до 85%. На проверки микро- и малого бизнеса действует мораторий. Снижается число проверок среднего бизнеса. 

        Предусмотрены налоговые стимулы для отдельных категорий МСБ. Это крупные объекты торговли, кинотеатры, театры, выставки, спортивные объекты. Кроме того, данные

46 1 рубль = 5,85 тенге (по курсу 28.05.2020)

категории МСБ освобождаются от налога на имущество для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей сроком на один год. Приостанавливаются начисления пени на один квартал. Переносится срок налоговой отчетности за 3 квартал.

        Помимо увеличения кредитования субъектов аграрного производства предусмотрены налоговые стимулы, освобождение от НДС на импорт биологических активов, включающих крупный рогатый скот и племенных цыплят. Также, почти 7 тыс. сельских производителей освобождены от уплаты налога на земли сельскохозяйственного назначения. Освобождаются от налогов индивидуальные предприниматели, работающие в общеустановленном режиме. 

        Разрабатывается новая Дорожная карта занятости, направленная на обеспечение стабильности на рынке труда. Общее финансирование составит 300 млрд. тенге. Создается 200 тыс. рабочих мест за счёт реализации новых инфраструктурных проектов в регионах, отобранных на основе результатов проведенной оценки.

        Принимаются пакеты социальных мер по поддержке населения. Пенсии, государственные пособия и адресная социальная помощь проиндексированы на 10 процентов. Президент обязал органы здравоохранения в период до 1 июля оказывать медицинскую помощь в рамках системы обязательного медицинского страхования всем жителям Казахстана, включая незастрахованных граждан, тех у кого нет медицинского полиса. 

        Дополнительные социальные выплаты в размере одной минимальной зарплаты (42 500 тенге или около 7000 рублей) получают не только те, кто ранее имел официальную работу, но и самозанятые граждане и те, кто трудился неофициально, сразу после формализации своего статуса, чтобы затем на весь период ЧП они могли получать ежемесячную социальную выплату от государства. Официально зарегистрированные безработные включены в расширенный перечень категорий граждан, которым предоставляются бесплатные продуктово-бытовые наборы наряду с инвалидами 1-й, 2-й, 3-й групп и детьмиинвалидами. Это мера охватывает более 800 тысяч человек. Акиматы в рамках «Дорожной карты занятости» обязаны вести работу по трудоустройству безработных.

       IT-компании привлекаются для разработки платформы, которая позволит обеспечить эффективный механизм мониторинга целевого расходования средств социальной поддержки.       

Кыргызстан

        Помощь бизнесу в сложившейся ситуации выразилась в договоренности правительства с банками на отсрочку выплат в сумме на 60 млрд. сом (1 сом почти равен 1 рублю).          На проверку бизнеса введен мораторий сроком на один год. Правительство не может пойти на списание налогов и кредитов, но предложило бизнесу некоторые льготы: для бизнесменов, которые ввели контрольно-кассовые машины онлайн и электронную счетфактуру, принято налоговое послабление. Для физически лиц введено беззалоговое микрокредитование. 

        Вместе с тем уже к середине апреля положение, по оценкам экспертов из Кыргызстана, стало тяжелым: 40 процентов, имевших зарплату, денежные средства от проектов и доходы от самозанятости, было отправлено в неоплачиваемый отпуск, почти половина остались без доходов, и почти 9,5 процентов – оказались уволенными[43]. Первый пакет мер правительства оказался недостаточным, ситуация ухудшалась быстрее, чем могли приниматься обозначенные меры. Например, в Международном деловом совете (Кыргызстан) отметили необходимость предоставления более быстрых и ощутимых льгот и помощи бизнесу, особенно малому и среднему, в части освобождения от налогов и социальных отчислений. В первом пакете обозначались в основном отсрочки, перенесение сроков платежей и т.п. фискальные меры. 

         Основным направлением работ бизнесу и правительственным экспертам видится работа по преодолению бюрократических барьеров. Рассматривается необходимость оказывать административное содействие системообразующим предприятиям, от которых зависит успешность обслуживающих компаний. В целях сохранения рабочих мест надо гдепомогать этим предприятиям решать бюрократические вопросы, преодолевать трудности согласования, разрешения, пропуска и т.д. Цифровой режим управления работает пока слабо, и это стало одним из основных направлений развития. Готовится адресная помощь в горнодобывающей отрасли, в сфере пищевой переработки и сельском хозяйстве. Готовятся предложения по капитальным вложениям и сельском хозяйстве, которые дают мультипликативный эффект в экономику государства в течение небольшого времени. По сути там, где прогнозируется экономический рост. Таким образом, бизнес опережает со своими предложениями правительственные структуры. 

        Правительству надо пересмотреть бюджет страны на этот год в части оптимизации и приоритетов расходов со смещением фокуса на здравоохранение (эпидемиология, выявление и лечение вируса), чрезвычайные ситуации и поддержание безопасности и правопорядка.

        Остро стоит вопрос выплат по кредитам, поскольку с конца марта и по середину мая бизнес простаивал. Портфель коммерческих банков на начало 2020 года составлял около 146 млрд. сомов, а портфель микрокредитных компаний — 24 млрд сомов. Поэтому было приостановлено погашение кредитов. Бизнес до сих пор нуждается в реальных стимулирующих мерах, особенно в экстренном финансировании.

        В апреле-мае снизился, или даже остановился грузопоток через границы страны. Это отразится на таможенных платежах. В общей сложности выпадение таможенных и налоговых платежей за 2020 год оцениваются в 28 млрд. сомов (329,8 млн долларов США)48.

Таджикистан

        Республиканскому штабу по усилению противоэпидемических мер по предотвращению распространения инфекции в мае поручено предпринять дополнительные шаги для усиления противоэпидемических мер в стране и улучшения медицинского обслуживания больных и инфицированных лиц.

        Таджикистан начал реализацию «Программы действий по реагированию на чрезвычайные ситуации», разрабатываемую и финансируемую МФИ. Правительство ввело меры по сдерживанию роста цен на продукты питания. Развертывание программы адресной социальной помощи (АСП) происходит по мере получения внешних заимствований.  

        Планируемое в дальнейшем восстановление темпов роста экономики потребует подготовки программы промышленной и энергетической реконструкции. Её реализация во многом зависит от уровня интеграции с партнерами по ЕАБР, с соседями по Центральной Азии и с Россией.    

        Восстановления уровня денежных доходов, прежде всего, трудовых мигрантов, находящихся в России. Этот фактор остается одним из основных в деле восстановления экономического роста, что в свою очередь ставит на повестку дня вопрос об усилении интеграции с партнёрами в виде возможного статуса наблюдателя при ЕАЭС.  

Туркменистан

        Руководство страны официально заявило цель развития международного научного сотрудничества в области медицины, и стал инициатором выработки мер по консолидации международных усилий медицинских организаций в условиях пандемии коронавируса. Предложено создать универсальную платформу для диалога между учеными-медиками в борьбе с новыми вызовами.

        Президент Туркменистана 3 апреля поручил правительству начать подготовку мер по смягчению экономических последствий воздействия неблагоприятных факторов. Набор мер включает поддержку предприятий малого и среднего бизнеса, а также предприятий, производящих товары первой необходимости.     

Узбекистан

        По указу президента Республики Узбекистан создан Антикризисный фонд при Министерстве финансов в объеме 10 трлн. сумов (около $982 млрд) в целях обеспечения макроэкономической стабильности. 

        Министерству финансов, Министерству занятости и трудовых отношений поручено предоставлять за счет средств Антикризисного фонда беспроцентные ссуды для выплаты заработной платы субъектам предпринимательства, приостановившим свою деятельность в связи с объявлением карантина. Родителям, смотрящим за детьми в карантине будет выплачиваться стопроцентное пособие по временной нетрудоспособности.

        Определен ряд мер по поддержке населения, особенно его социально уязвимых категорий. Автоматически продлевается назначение пособий семьям с детьми, по уходу за ребенком и материальной помощи, чьи сроки выплаты кончаются в марте-июне Кабинету Министров поручено упростить процедуры оценки нуждаемости семей в получении социальных пособий[44]. Ожидаемый результат — рост количества получателей пособий на 123 тыс. семей.

        Предпринят ряд мер административного и экономического характера с целью недопущения роста цен на продукты питания и другие потребительские товары, а также реструктуризации коммерческих кредитов хозяйствующих субъектов, которые пострадали от сложившейся ситуации с коронавирусом. Установлены нулевые ставки таможенной

пошлины и акцизного налога на ввоз важнейших товаров — продовольственных (мясо, рыба, мука, сахар, молочные изделия, растительное масло, яйца, лук и другие) и гигиенических средств.

        Пока трудовые мигранты снова не начнут высылать домой валюту в прежнем объеме, падение сума не прекратится, а так как цены в Узбекистане привязаны к доллару, будет наблюдаться значительная инфляция. Следовательно, решение проблем инфляции, роста цен на товары первой необходимости надо решать в сохранении статуса и количества трудовых мигрантов в России. Главным риском остается массовое возвращение мигрантов, что ведет к взрывной безработице. Как следствие – нарастание социальных проблем. Вместе со статусом наблюдателя в ЕАЭС, узбекскому руководству необходимо будет поднимать комплекс вопросов свободы передвижения трудовых мигрантов, что потребует согласования позиций в рамках последовательных шагов в сторону интеграции. Например, договор о Едином экономическом пространстве Узбекистана со странами ЕАЭС как следующем шаге движения к полноправному членству в Союзе. Не меньше заинтересованность узбекского руководства в поддержании социальный статуса мигрантов, и удобства перечисления ими заработанных средств. Сохранение промышленного потенциала республики требует согласованной с партнерами — странами ЕАЭС – направлений промышленной реконструкции, вхождения в единый рынок углеводородов, а также решения задач цифровой экономики. Один из главных вопросов – увеличение поставок плодоовощной продукции на рынки России, с соответствующими мощностями по хранению и транспортировке продукции для всей цепочки от размещения заказа на производство продукции, и до конечного потребителя.   


[1] https://www.veteranstoday.com/2020/02/27/whythecomingeconomiccollapsewillnotbecausedbycoronavirus/; См также: Филатов С. Кто сыграл ключевую роль в мировом финансовом кризисе// Международная жизнь, 28.01.2011. — http://interaffairs.ru/read.php?item=599  

[2] См: Приложение 1

[3] Макрообзор ЕАБР. 04.2020. Обновленный прогноз. С.10 https://eabr.org/upload/iblock/5c8/EABR Macroview_04_2020_RU_web.pdf

[4] Макроэкономический обзор Казахстана: апрель 2020. https://aerc.org.kz/images/blogs/ 2020/04/27/MOK_AERC_April_2020.pdf    

[5] См: https://www.rbc.ru/economics/16/04/2020/5e98b6eb9a79470f1f9b6d7b?from=from_main

[6] См: https://forbes.kz/finances/finance/vyiderjit_li_ekonomika_i_bankovskiy_sektor_kazahstana_  posledstviya_energeticheskogo_krizisa_i_pandemiyu_koronavirusa  

[7] https://eurasia.expert/veaesotsenilimasshtabysokrashcheniyazanyatostiposleokonchaniyapandemii/   

[8] Макрообзор ЕАБР. 04.2020. Обновленный прогноз. С.14 https://eabr.org/upload/iblock/5c8/EABR Macroview_04_2020_RU_web.pdf  

[9] Жениш Назгуль. Туристическая отрасль в Кыргызстане: тенденции и вызовы. С.8. — https://www.ucentralasia.org/Content/Downloads/UCAIPPAWP42_RUS.pdf   

[10] См: https://stanradar.com/news/full/39332antikrizisnyemerystrantsentralnojaziipoborbespandemiejobzorotchetaoesr.html  11 Экспертная оценка наша

[11] https://eurasia.expert/veaesotsenilimasshtabysokrashcheniyazanyatostiposleokonchaniyapandemii/  13 Собственная оценка на основе полученных совокупных данных донорской помощи.

[12] Об ожидаемых показателях социально-экономического развития КР в 2020 году и прогноз на 2021 год.- http://mineconom.gov.kg/ru/post/6421  

[13] Макрообзор ЕАБР. 04.2020. Обновленный прогноз. С.10 https://eabr.org/upload/iblock/5c8/EABR

Macroview_04_2020_RU_web.pdf

[14] См: https://eadaily.com/ru/news/2019/12/19/obemperevodovtrudovyhmigrantovvtadzhikistanprevyshaetgosbyudzhet?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_ referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews

[15] См: https://www.asiaplustj.info/ru/news/tajikistan/economic/20200428/vbvtadzhikistaneuvelichitsyadefitsitbyudzhetachtoogranichitvozmozhnostipravitelstvapofinansirovaniyurashodov

[16] См: https://medt.tj/ru/news/novostiministerstvaekonomiki/1545ittiodiavrupodaravobbadarkhostiukumatiumuriitoikistonvobastabaudonamudani78mlnevromablaiiilovagkhabardod  

[17] https://stanradar.com/news/full/30244resursovmnogoadenegnetvseobekonomicheskomkrizisevturkmenistane.html  

[18] См: https://stanradar.com/news/full/39332antikrizisnyemerystrantsentralnojaziipoborbespandemiejobzorotchetaoesr.html  

[19] См: https://www.dw.com/ru/талонынапродуктытуркмениигрозитголодиззапандемиикоронавируса/a53436470  

[20] См: https://www.hronikatm.com/2020/05/covideconomy/#comments

[21] См: https://news.myseldon.com/ru/news/index/230448280  

[22] См: https://stanradar.com/news/full/39332antikrizisnyemerystrantsentralnojaziipoborbespandemiejobzorotchetaoesr.html  

[23] См: Ибрагимова Н.М. Актуальные проблемы повышения социально-экономической стабильности в условиях пандемии. С.2-3. —

https://mineconomy.uz/uploads/Aktualniye%20problemi%20povisheniya%20sotsialnoekonomicheskoy%20%20stabilnosti%20v%20usloviyax%20pandemii.pdf

[24] См: https://regnum.ru/news/polit/1877849.html

[25] См: https://cbu.uz/ru/press_center/reviews/   

[26] См: подробно в Приложении 2

[27] См: Переслегин С.Б. Новые карты будущего, или Анти-Рэнд. М-СПб, 2009. С. 155

[28] См: https://www.rbc.ru/economics/16/04/2020/5e98b6eb9a79470f1f9b6d7b?from=from_main

[29] См: Макрообзор ЕАБР. 04, 2020. Обновленный прогноз. С.5. —  

https://eabr.org/upload/iblock/5c8/EABR_Macroview_04_2020_RU_web.pdf

[30] PMI представляет собой индикатор, характеризующий изменение деловой активности и условий функционирования частных предприятий в обрабатывающей промышленности и сфере услуг. Показатель рассчитывается на основе ежемесячных опросов менеджеров по закупкам. Значения PMI выше 50 пунктов сигнализируют о росте экономической активности, ниже – о ее снижении.

[31] https://eurasia.expert/veaesotsenilimasshtabysokrashcheniyazanyatostiposleokonchaniyapandemii/  

[32] См: Евстафьев Д. Мир после коронавируса: будущее постсоветской Евразии. — https://eurasia.expert/mirposlekoronavirusabudushcheepostsovetskoyevrazii/

[33] См: Евстафьев Д. Мир после коронавируса: будущее постсоветской Евразии. — https://eurasia.expert/mirposlekoronavirusabudushcheepostsovetskoyevrazii/

[34] См: Евстафьев Д. Мир после коронавируса: будущее постсоветской Евразии. — https://eurasia.expert/mirposlekoronavirusabudushcheepostsovetskoyevrazii/

[35] https://eurasia.expert/veaesotsenilimasshtabysokrashcheniyazanyatostiposleokonchaniyapandemii/  38 См: Таблицы 1,2. Здесь и далее таблицы:

https://www.trademap.org/Product_SelProductCountry_Graph.aspx?nvpm=1%7c398%7c%7c%7c%7cTOTAL%7c% 7c%7c2%7c1%7c1%7c2%7c1%7c%7c1%7c1%7c1 – (даты обращения: 25-30.05.2020)

[36] См: Приложения. Таблицы 3,4

[37] См: http://mineconom.gov.kg/ru/direct/3/265 

[38] Migration and Remittances Recent Developments and Outlook. World Bank Group. – Apr.2019, P.2.-  https://www.knomad.org/sites/default/files/201904/Migrationanddevelopmentbrief31.pdf  

[39] См: Приложения. Таблицы 5,6

[40] Migration and Remittances Recent Developments and Outlook. World Bank Group. – Apr.2019, P.2.-  https://www.knomad.org/sites/default/files/201904/Migrationanddevelopmentbrief31.pdf

[41] См: Приложения. Таблицы 7,8

[42] См: Приложения. Таблицы 9, 10

[43] См: https://paruskg.info/glavnaya/173800chrezvychajnoepolozhenievojnabezvojny.html 48 Оценка заместителя министра экономики Кыргызстана Эльдара Алишерова.

[44] Указ Президента Республики Узбекистан от 3 апреля 2020 года №УП5978 «О дополнительных мерах поддержки населения, отраслей экономики и субъектов предпринимательства в период коронавирусной пандемии». —

https://nrm.uz/contentf?doc=619633_ukaz_prezidenta_respubliki_uzbekistan_ot_03_04_2020_g_n_up5978_o_dopolnitelnyh_merah_podderjki_naseleniya_otrasley_ekonomiki_i_subektov_predprinimatelstva_v_peri od_koronavirusnoy_pandemii  

Не изобретать велосипед: что Россия и страны Центральной Азии могут сделать вместе после пандемии

25 июня прошла экспертная онлайн-конференция «Россия и Центральная Азия: усилия после пандемии», которая стала площадкой для диалога экспертов в области сотрудничества.

Участники обсудили наиболее актуальные в условиях пандемии вопросы: развитие медицины и координацию деятельности в области здравоохранения, преодоление экономических последствий, гуманитарное взаимодействие стран и т. д.

C приветственным словом выступили директор Информационно-аналитического центра МГУ по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве Дарья ЧИЖОВА и заместитель исполнительного директора Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова Роман ГРИШЕНИН. Спикеры отметили, что дистанционный формат сегодня позволяет успешно обмениваться опытом специалистам из разных стран и регионов.

Несмотря на то, что онлайн-мероприятие не заменит «живого общения с экспертами», – заявил Роман ГРИШЕНИН – «темы экспертной конференции являются животрепещущими и стоят того, чтобы рефлексировать в их отношении».

«Пандемия-2020 поставила множество вызовов перед нашими обществами, о чем сегодня активно пишет и говорит экспертное сообщество. При этом тема взаимодействия России и стран Центральной Азии чрезвычайно важна, так как высок уровень взаимной интеграции государств, экономической, и не только», – отметила директор Информационно-аналитического центра МГУ (ИАЦ МГУ) Дарья ЧИЖОВА.

Об общих вызовах, с которыми Центральной Азии и России нужно работать совместно, заявил также заместитель директора Института стратегических и межрегиональных исследований при Президенте Республики Узбекистан Санжар ВАЛИЕВ. По его словам, в мире грядет ускорение технологической модернизации, из-за чего глобальные цепочки и поставки будут пересмотрены. Спикер подчеркнул, что сегодня, очевидно, нужна региональная кооперация, чтобы «сохранить и совершенствовать существующие цепочки».

Картину цепочек поставок и развития товарооборота России и стран Центральной Азии представила зав. сектора Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН (Российская Федерация) Елена КУЗЬМИНА.

Специалист отметила, что взаимная торговля между Центральной Азией и Российской Федерацией будет восстанавливаться в течение года (в зависимости от продолжительности пандемии). Товарооборот также увеличится, но лишь с отдельными странами и в отдельных отраслях, что не может не сказаться на развитии бизнеса.

Директор ЦАИ «Евразийский Мониторинг» (Республика Казахстан) Алибек ТАЖИБАЕВ подчеркнул, что большая часть малого и среднего бизнеса (МСБ) Казахстана уже сейчас находится в состоянии «сжатого сна». Эксперт заявил, что исправление этой ситуации возможно, благодаря приграничному сотрудничеству – МСБ нуждается, чтобы границы государств не ограничивали развитие бизнеса.

О влиянии пандемии на бизнес Кыргызстана и экономику в целом высказался советник премьер-министра Кыргызской Республики Кубат РАХИМОВ. С распространением коронавируса пришлось резко поднять налоги на доходы горнодобывающих компаний, чтобы на полученные средства сформировать антикризисный фонд (в $200 млн), который будет выдавать льготные кредиты.

Фактически Кыргызстан сегодня находится в двойной зависимости – из-за внешнего долга перед Китаем и зависимости от кредитов международных финансовых институтов, как МВФ.

Директор Центра исследовательских инициатив «Ma’no» (Республика Узбекистан) Бахтиер ЭРГАШЕВ также выступил в продолжение темы о поддержании экономик стран в условиях пандемии. Он отметил, что государства реализуют политику «накачивания деньгами экономики», что неизбежно приведет к серьезному дефициту бюджета.

Спикер представил несколько сценариев возможного развития ситуации. Пока наиболее реалистичный из прогнозов исследователей на будущее предполагает, что осенью 2020 года наступит вторая волна коронавируса, из-за чего объем внутрирегиональной торговли стран вряд ли сумеет достигнуть показателей 2019 г.

О возможности второй волны COVID-19 в сезон простудных заболеваний осенью 2020 года заявил и представитель системы здравоохранения – Генеральный секретарь Евразийской ассоциации терапевтов (Российская Федерация) Александр АРУТЮНОВ.

Для борьбы с коронавирусом эксперт предложил странам использовать стратегию, которая включает изучение новых вирусов, инфекций и активный обмен опытом между медиками. Поскольку сегодня врачи часто «учатся бороться с вирусом на своем опыте», нужно уже сейчас «работать вместе над международными регистрами».

С позиции состояния общества в период пандемии выступила руководитель ОФ «Центр социальных и политических исследований «Стратегия» (Республика Казахстан) Гульмира ИЛЕУОВА. В своем докладе она подчеркнула, что распространение пандемии привело к возникновению комплексных «медико-политических кризисов». Население оказалось парализованным в условиях эпидемии. Решением данной проблемы может стать лишь по-новому запущенная работа государств – необходимо разъяснять обществу ситуацию с вирусом.

Пандемия затронула и сферу гуманитарного сотрудничества России и Центральной Азии. Как отметила профессор Дипломатической академии МИД Кыргызской Республики Айнур ДЖОРОБЕКОВА, из-за пандемии запланированный 2020-й – перекрестный год России и Кыргызстана – оказался под угрозой его проведения. Тем не менее, благодаря совместной работе сторон, ряд мероприятий с дружественными российскими организациями удалось перевести в онлайн-формат.

Об онлайн-формате сотрудничества высказалась также профессор Академии управления при Президенте Кыргызской Республики Бактыкан ТОРОГЕЛЬДИЕВА. В отличие от других сфер взаимодействия научно-образовательное сотрудничество наряду с многочисленными сложностями сопровождается позитивными трендами. Переход к дистанционной форме обучения в Кыргызстане привел к тому, что увеличивается индивидуальная работа с каждым обучающимся, растет интерес и мотивация к самообучению.

Наибольшее влияние закрытий границ из-за коронавируса, как отметил профессор Российско-Таджикского (Славянского) Университета Рахмон УЛЬМАСОВ, испытала трудовая миграция в регионе. Спикер отметил, что «ХХI век является веком миграции», о чем говорит постоянно растущее число международных мигрантов: с 2010 года этот показатель увеличился на 51 млн человек. По мнению специалиста, главным уроком пандемии должны стать качественные изменения условий, предлагаемых работодателями, которые должны больше учитывать интересы трудовых мигрантов.

Безусловно, сегодня существует избыток вопросов, касающихся пандемии из-за множества вариантов дальнейшего развития событий. Однако, согласно Елене КУЗЬМИНОЙ, проблемы интеграции, в том числе в рамках ЕАЭС, не свидетельствуют о системном кризисе. В нынешних условиях перед странами только добавилось внешних вызовов – пандемия лишь высветила уже существующие проблемы. Однако страны по-прежнему заинтересованы друг в друге.

В завершение конференции участники высказались о необходимости гибких форм сотрудничества между странами, которые бы позволяли выстраивать долгосрочные планы в регионе. Один из основных выводов мероприятия подвела Дарья ЧИЖОВА – несмотря на желание, в условиях пандемии «закрыться в рамках одной страны не получится», и диалог должен продолжаться.

Организаторами мероприятия выступили Информационно-аналитический центр МГУ по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве при поддержке Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова

Напомним, что в апреле 2020 года в рамках сетевой дискуссии «Россия и Центральная Азия: векторы сотрудничества» эксперты уже обсудили проблемы региона с точки зрения современных вызовов, поделились своим видением сотрудничества в сфере безопасности, экономики и политики. Ознакомиться с мнениями специалистов можно на портале Iacentr.ru по ссылке: http://sd.ia-centr.ru/

Контакты для СМИ Александра Перминова

+79856877331

aleks.perminova@gmail.com

Эксперты обсудят инструменты сдерживания последствий пандемии

25 июня 2020 г. на дистанционной платформе Zoom пройдет экспертная онлайн-конференция «Россия и Центральная Азия: усилия после пандемии», которая станет площадкой для диалога экспертов в области сотрудничества России со странами Центральной Азии.

Организатором мероприятия выступает Информационно-аналитический центр по изучению общественно-политический процессов на постсоветском пространстве МГУ (ИАЦ МГУ) при поддержке Фонда поддержки публичной политики им. А.М. Горчакова.

Россия и страны Центральной Азии являются стратегическими партнерами со сложившимися тесными экономическими связями. Появившиеся в результате пандемии COVID-19 общие для региона проблемы требуют решений, которые можно достичь в условиях постоянного и открытого диалога между государствами. В рамках мероприятия планируется обсудить проблемы экономического, гуманитарного сотрудничества, взаимодействие в области здравоохранения.

Среди обсуждаемых вопросов: проблемы развития медицины и координации деятельности в области здравоохранения, последствия закрытия границ для процессов трудовой миграции, преодоление экономических последствий общемирового кризиса, гуманитарное взаимодействие стран в условиях пандемии коронавируса и др.

Спикерами площадки станут ведущие эксперты и научные деятели в области международных отношений, экономики и медицины из России, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана.

В апреле 2020 года в рамках сетевой дискуссии «Россия и Центральная Азия: векторы сотрудничества» эксперты уже обсудили проблемы региона с точки зрения современных вызовов, поделились своим видением сотрудничества в сфере безопасности, экономики и политики. Ознакомиться с мнениями специалистов можно на портале Ia-centr.ru по ссылке: http://sd.ia-centr.ru/

Контакты для СМИ: Александра Перминова

+79856877331

aleks.perminova@gmail.com

Под рокот космодрома: колыбель космонавтики намерена завлекать гостей

В свободной экономической зоне «Байконур» хотят создать условия для развития космического туризма и конкурентоспособной туристской инфраструктуры.

На днях отмечалось 65-летие открытия космодрома «Байконур». Общественность и эксперты обсудили его прошлое, настоящее и будущее.

 октября 2020 года будет отмечаться 65-летие первого и крупнейшего в мире космодрома «Байконур». Его днем рождения было определено 2 июня 1955 года. Однако, в связи с пандемией коронавируса приняли решение отметить юбилей осенью. Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев предложил встретить в Казахстане и России эту знаменательную дату «на достойном уровне».

В интервью газете «Комсомольская правда» он рассказал о казахстанско-российских отношениях и перспективах развития космодрома, отметив, что взаимодействие двух стран в космической сфере и совместное развитие города Байконур — это наглядный пример многогранного сотрудничества. Отдельно глава государства выделил инициативу Казахстана «по созданию свободной экономической зоны «Байконур», которая может внести значительный вклад в развитие экономик двух стран».

Создание СЭЗ предполагает комфортные условия для развития бизнеса и привлечения инвестиций. Ранее, в 2018 году лидеры Казахстана и России Нурсултан Назарбаев и Владимир Путин дали поручение правительствам своих стран создать СЭЗ в комплексе «Байконур» и в городе Байконуре. В мае 2019 года президент Касым-Жомарт Токаев поручил создать СЭЗ в кратчайшие сроки. По документам СЭЗ будет работать 25 лет, с 1 января 2021 года по 31 декабря 2045 года. Важным условием появления СЭЗ является развитие международного туризма, в городе будут построены объекты развлекательно-познавательного характера: гостиницы, соответствующие международным стандартам, музеи, павильоны, смотровые площадки для наблюдения за полетом космических ракет. Известные казахстанские эксперты уверены, что ситуация с туризмом на «Байконуре» должна измениться.

В Алматы состоялось заседание экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Космодрому ’’Байконур’’ 65 лет. Символ казахстанско-российской дружбы и его международное значение», где специалисты рассуждали, в том числе о развитии туризма в космической гавани. Пандемия, говорят они, пройдет, а любопытство, стремление к знаниям и впечатлениям останется.

«Из крупных казахстанских городов попасть в Байконур сложно, — сказала президент ОФ «Центр социальных и политических исследований «Стратегия» Гульмира Илеуова, бывшая здесь несколько лет назад в качестве участника международной конференции. — В лучшем случае, добираешься до Кызылорды, а далее на такси. В городе особый режим функционирования объектов, предприятий и организаций, а также проживания граждан. Поэтому на массовый туризм пока можно не рассчитывать. Запуск ракет-носителей – это не праздничный салют. Когда мы были на запуске, сколько там было пожарных машин! А туристов немного». Туризм на космодром «Байконур», как считает эксперт, останется неким элитным направлением, которое задачу привлечения массового туриста не решит.

Существует еще непростая процедура получения разрешений, цены на туры высокие, особенно на индивидуальные, заявки надо подавать сильно заранее, сложная ситуация с логистикой, билеты дорогие. Прямое авиасообщение с Байконуром в последнее время было весьма нестабильно, часто даже россиянам, живущим в городе, приходилось летать через Кызылорду. Международные пассажирские железнодорожные перевозки через близлежащую станцию Тюра-Там сокращаются.

Однако, казахстанские чиновники не раз заявляли о том, что туризм на Байконуре планируют развивать по примеру космодрома на мысе Канаверал в США, где давно уже научились делать деньги на земле. По их словам, уже подготовлена вместе с «Роскосмосом» концепция развития туризма. В США посмотреть на космический центр ежегодно приезжает более 3 млн человек. По космодрому «Байконур» открытые данные о количестве туристов найти сложно. Зато известно, что ежегодно запускается от 18 до 24 стартов. В октябре 2018 года более 450 туристов увидели старт «Союза МС-10». Следовательно, ежегодно здесь бывает несколько тысяч человек — пока незавидная цифра.

Директор Центра китайских исследований China Center Адиль Каукенов считает, что на Байконур сейчас надо больше завлекать внутренних туристов. Тем более, что границы между многими странами пока закрыты. Но у казахстанцев, по его мнению, пока мало чувства сопричастности к «Байконуру». Связано это с тем, что космодром — стратегический объект. «Но вместе с тем сейчас много говорят о туризме, о возможности увидеть запуск космического корабля, — напомнил он. — Тем не менее, условия участия в турах на «Байконур» достаточно суровые. Если, конечно, вы не высокие гости. И не дешевые. 5-дневный тур в стоставе группы стоит более 1000 долларов США, и это без стоимости дороги. За эти деньги казахстанец способен 10 дней отдохнуть в Турции по программе «все включено». Хотя «Байконур» – это гордость страны, нужно развивать патриотический внутренний туризм среди казахстанцев. На основе государственно-частного партнерства надо создать проекты и механизмы, с помощью которых массы людей, школьников и студентов можно было возить на «Байконур», чтобы показать его уникальность и возможности, дать понять, что это не просто какие-то затерянные объекты в степях Евразии».

Это действительно богатые впечатления: встретить космонавтов на традиционном выходе из гостиницы «Космонавт» под песню «Трава у дома», в 2009 году решением «Роскосмоса» получившей официальный общественный статус «гимна российской космонавтики». Увидеть экипаж в полной экипировке, проводить их в путь на звездное небо. «Поэтому пора думать о перспективах казахстанского космодрома, — сказал политолог Замир Каражанов. — В данный момент все-таки оптимальным направлением может стать развитие массового космического туризма. В мире есть много увлеченных космосом людей. Другое дело как их доставить на космодром и организовать им хорошую ознакомительную программу».

В январе 2020 года специальным представителем президента РК на комплексе «Байконур», руководством Кызылординской области и администрации города Байконур была подписана долгосрочная программа развития города Байконур. Разработан план мероприятий на 2020-2035 годы, включающий девять разделов, из которых один посвящен развитию туристического потенциала. Программа, работа над которй шла почти три года, прошла согласование в шести казахстанских министерствах. Web-издатель Джанибек Сулеев утверждает, что туризм на Байконуре должен подкрепляться туристическим кластером по всей Кызылординской области: «Один космодром сделать туробъектом – это как-то несистемно выглядит».

По этой концепции в Казахстане уже работают несколько туркомпаний. В турпакеты, помимо комплекса «Байконур», они включают мемориальный комплекс Коркыт Ата (создатель кобыза, акын, сказитель, покровитель поэтов и музыкантов), древнее городище Сыганак, областной центр Кызылорда, Кокаральская плотина на Аральском море и курортное озеро Камбаш.

«Когда мы были в составе делегации на «Байконуре», также видели, как жители Кызылординской области хотят попасть на территорию космодрома и города, работать там, — рассказала Гульмира Илеуова. — Локально «Байконур» выглядит привлекательно. Для области это бренд развития. Заехав на территорию самого космодрома, меня поразило разнообразие животного мира. Посреди пустынной степи встречались различные хищные птицы, грызуны, лисы-корсаки, верблюды. Говорят, это из-за того, что космодром – режимный объект, и представители фауны здесь чувствуют себя вольготно. Кроме того, гостиница для приема делегаций оказалась прекрасной».

В апреле 2021 года будет еще один праздник, который отметят Казахстан и Россия — 60-летие первого полета человека в космос. А 2025 год Генеральная Ассамблея ООН намерена объявить Международным годом космоса, чтобы обеспечить сохранение значительных выгод, которые мир может получать от использования космоса не только как сферы инноваций, интеграции и инвестиций, но и туризма.

Эдуард ПОЛЕТАЕВ

Источник: Республиканская общественно-политическая газета «Аргументы и Факты – Казахстан»

«Байконур»: перезагрузка. Инерция постсоветских процессов и совместные планы Казахстана и России

Старейший и самый крупный космодром в мире ожидают перемены. Его технологическое оздоровление может дать толчок совместному использованию уникального потенциала. «Байконур» создавался трудом сотен тысяч людей. Он стал пионером во многом: отсюда стартовали первые в истории спутник, космонавт, орбитальная станция, луноход, марсоход, беспилотный корабль «Буран». Это один из трех космодромов планеты, наряду с космодромами на мысе Канаверал (США) и Цзюцюань (Китай), предназначенных для запуска аппаратов с людьми на борту. Но уникален он не только поэтому.

А чем еще? Об этом и шла речь на заседании экспертного клуба «Мир Евразии», состоявшемся в онлайн режиме в Алматы на тему «Космодрому «Байконур» – 65 лет. Символ казахстанско-российской дружбы и его международное значение». Оно оказалось богатым на содержательные воспоминания, впечатления и оценки.

«Ни у одной крупной космической державы нет такой ситуации, как у России, когда владельцем космодрома является Казахстан, а она – его пользователем, – подчеркнул эксперт-консультант Алматинской юридической корпорации Сергей Козлов– У американцев или у китайцев космодромы и стартовые площадки являются их собственностью».

Однажды С. Козлов делал интервью с Алексеем Леоновым, первым человеком, вышедшим в открытый космос. Дело было в знаменитой байконурской гостинице «Космонавт», где сервис в советское время был достаточно скромным. «Леонов рассказал, что спрашивал у Сергея Королева о возможности улучшения бытовых условий, но тот стукнул по столу и сказал, как отрезал: «Достаточно того, что я вас в космос посылаю»», – вспомнил С. Козлов.

Юбилей космодрома запланировано было отметить 2 июня, однако в связи с пандемией коронавируса было принято решение перенести его на 4 октября. В этот день 63 года назад с космодрома стартовал первый искусственный спутник Земли.

Строительство «Гагаринского старта»

Участники заседания экспертного клуба, бывавшие на «Байконуре», отмечали, что ситуация там сейчас далека от советских реалий эпохи Королева. Как известно, в рамках существующего соглашения космический комплекс «Байконур» арендован Россией до 2050 года. Россия ежегодно отдает Казахстану 115 миллионов долларов за аренду. Они напрямую поступают в государственный бюджет на ежеквартальной основе и используются во всех отраслях экономики. Еще определенные суммы Россия тратит на поддержание объектов космодрома на период его аренды и несет социальную нагрузку, осуществляя безвозмездные поступления в бюджет города Байконура, наделенного статусом, который соответствует статусу города федерального значения.

Здесь хорошо сохранились советские объекты и здания, вот только в мировой космонавтике многое изменилось. Заседание состоялось, когда проект Илона Маска реализовался запуском к Международной космической станции космического корабля Crew Dragon. Директор Института мировой экономики и международных отношений Акимжан Арупов напомнил, что «происходит распыление ресурсов: на сегодняшний день более 130 стран мира рассматривают космос как сферу своих интересов».

«Космос на месте не стоит, – подчеркнул со своей стороны политический обозреватель Владислав Юрицын– Стали космическими державами Иран и Новая Зеландия. Серьезной стране без космоса никак. Без спутников, навигационных систем вроде ГЛОНАСС, интернета».

Сегодня «Байконур» – это один из символов казахстанско-российского сотрудничества. Оно позволило Казахстану совместно с Россией выйти на мировой рынок услуг по запускам космических аппаратов, создать технологическую базу для проектирования и изготовления элементов космических аппаратов и целевой бортовой аппаратуры, расширить эффективное участие казахстанских специалистов в эксплуатации объектов космодрома «Байконур».

Две страны сотрудничают в сохранении общего космического прошлого и реализации новых проектов, прорабатывают возможности и порядок привлечения третьих стран в качестве инвесторов. Намечена модернизация и дальнейшая эксплуатация стартовой площадки № 1 («Гагаринский старт»), создается для запусков ракет-носителей «Союз-5» и «Союз-6» комплекс «Назарбаевский старт». О заинтересованности в совместном использовании «Байконура» не только в ближайшие годы, но и в долгосрочной перспективе обе стороны заявляли неоднократно.

В настоящее время в Казахстане космос стал сферой научной, производственной и коммерческой деятельности. Страна активно продвигает космические технологии в свою экономику. В Стратегии «Казахстан-2050» создание полноценной космической отрасли определено одной из важных задач модернизации экономики страны. Казахстан имеет двухсторонние соглашения о сотрудничестве в сфере космической деятельности различного уровня с 21 страной мира. А также является участником всех ключевых международных конвенций и соглашений ООН, устанавливающих основные принципы мирного исследования и использования космического пространства. В нынешнем году запланировано начало работы над проектированием и производством Казахстаном собственных спутников.

«Пять спутников, какие есть сейчас у Казахстана, не каждая страна имеет, – отметил старший преподаватель в Алматы менеджмент университете (AlmaU) Александр Губерт, работавший ранее заместителем главного редактора казахстанского журнала «Космические исследования и технологии». – Это  два спутника связи, один научный спутник, исследующий ионосферу, и два спутника дистанционного зондирования Земли. Другое дело, как все космические наработки использовать и коммерциализировать. Космос сегодня – это бизнес. И львиную долю прибылей приносят не запуски, себестоимость которых высока, а именно эксплуатация геоинформационных систем, больших масс данных, связанных с космическим мониторингом, навигацией, научными составляющими».

А. Губерт также напомнил, что в Казахстане уже долгое время существует идея превращения «Байконура» в международный космический хаб, космопорт, куда был бы открыт доступ всем желающим участникам совместного клуба государств и корпораций. «Перспективы здесь есть, но юридические и иные недоработанные моменты мешают», – заявил он.

В свою очередь, член Общественного совета города Алматы географ Марат Шибутов напомнил присутствующим, что у «Байконура» уникальное расположение в центре Евразии. «Никаких международных статусов не может быть у космодрома, – утверждает эксперт. – Потому как его вся инфраструктура выстроена под запуск ракет-носителей именно российского производства. Кроме того, ракета – это негабаритный груз, который доставляется до космодрома спецтранспортом и спецмаршрутами. Ракеты, допустим, из Франции везти невыгодно и технологически неверно. Поэтому никаких прорывных совместных международных проектов здесь пока не удается».

В космос, по мнению М. Шибутова, теоретически могли бы выходить многие страны. «Но изготовлять ракеты-носители – это, по сути, то же самое, что разрабатывать средства доставки оружия массового поражения, – уверен он. – В этом деле имеются очень большие ограничения, поэтому рассчитывать, что кто-то разработает ракеты-носители и придет к нам на «Байконур» – неправильно».

Отдельно эксперты заметили, что в последнее время в Казахстане проявлялась проблема распространения луддизма и технофобии, связанная с работой «Байконура». «Сам по себе космодром, как проект, и космическая отрасль Казахстана в целом – это большая удача и шанс для страны, – указал директор Центра китайских исследований China Centr Адиль Каукенов– Появляется возможность быть на острие передовых технологий для всего человечества. Но далеко не всем это очевидно. Более того, иногда в информационном плане вокруг «Байконура» формируются спекуляции, царит скепсис по поводу его будущего. Формируется негативный имидж для прорывных космических технологий, которые имеют перспективы на долгие годы работы. Эта проблема связана с тем, что у казахстанцев мало чувства сопричастности к «Байконуру»».

«В казахстанских СМИ в основном передают информацию о деятельности космодрома и отдельных вопросов взаимодействия между двумя странами вокруг него, – заметил директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев– Однако повседневная жизнедеятельность байконурских казахстанцев практически не освещается. Другое дело, что в силу различных факторов, включая усиление взаимодействия между казахстанскими и российскими уполномоченными органами в вопросах обеспечения безопасности населения и экологии, за последнее время снизился негативный контекст информации в СМИ и социальных сетях вокруг космодрома «Байконур», в том числе связанный с прошлыми падениями ракет-носителей «Протон», использующих токсичный гептил».

Доставка ракеты-носителя на стартовую площадку (1960-е годы)

По мнению социолога Гульмиры Илеуовой, президента ОФ «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»», создается впечатление, что история ХХ века, неотъемлемой частью которой является строительство и эксплуатация «Байконура», развитие космонавтики на территории Казахстана, воспринимается, особенно молодым поколением, отстраненно. «Оно считает, что наши достижения в космосе – само собой разумеющееся явление, – рассуждает она. – Думаю, что в ближайшее время в Казахстане начнется некая идеализация космоса. Это уже происходит в отношении освоения целины, подвергавшейся еще относительно недавно критике. Восприятие изменилось, потому что по производству зерновых культур Казахстан числится среди мировых лидеров, а в условиях нынешнего кризиса, нестабильных цен на нефть к сельскому хозяйству страна повернулась лицом. Также и в отношении «Байконура» негативизм будет постепенно сходить на нет. Главное, чтобы к этому моменту сама космическая гавань не оказалась в кризисе. Мировая конкуренция в освоении космоса не дремлет, а инфраструктура «Байконура» устаревает».

Шавкат Сабиров, директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии, член Общественного совета при МИД РК, сказал, что за последние годы в разы увеличилось количество разных проектов на космодроме «Байконур», реализующихся совместно с российской стороной. «Запуск Crew Dragon называют историческим событием, он временно смог отодвинуть в сторону сплошной поток коронавирусных новостей, – напомнил он. – Тем не менее российские корабли «Союз» на протяжении многих лет успешно совершают доставки экипажей на МКС без сенсаций. Американский запуск – это одно, но Россия остается страной, которая может делать успешные системы жизнеобеспечения в космосе, она развила их достаточно сильно. Конкуренция, на самом деле, России только на руку. Казахстану же необходимо усилить внимание и государственный подход ко всем проектам, связанным с «Байконуром»».

В конце мая месяца главами правительств стран СНГ был утвержден проект Стратегии экономического развития Союза на период до 2030 года. «В нем имеется отдельная глава по исследованию и использованию космического пространства в мирных целях, – уведомил собравшихся политолог Антон Морозов. – В ней 25 пунктов. Среди них – спутниковая система ГЛОНАСС, дистанционное зондирование Земли, сотрудничество в нормативно-правовой сфере и нормативно-техническое регулирование, сотрудничество по разработке систем мониторинга техногенного изменения околоземного космического пространства. Кроме того, предусматривается предоставление услуг по осуществлению запусков космических аппаратов третьим странам, в том числе в рамках проектов, реализуемых на космодроме «Байконур». Последнее перекликается с проектом Илона Маска. Мы видим, что постсоветские страны идут тем же самым путем, когда пытаются коммерциализировать космос».

Кроме того, с 2021 по 2025 год намечено реализовать кооперационный проект стран ЕАЭС в сфере предоставления космических и геоинформационных услуг на основе данных дистанционного зондирования Земли в рамках евразийской технологической платформы «Космические и геоинформационные технологии – продукты глобальной конкурентоспособности». Сегодня на околоземных орбитах находится около 500 спутников, занятых дистанционным зондированием, в ближайшее время их может стать более 1000. К ним присоединится евразийская группа спутников. Осталось данный проект утвердить на Евразийском межправительственном совете. Благодаря ЕАЭС существует вероятность, что «Байконур» станет центром космического развития не только Казахстана и России, но и других стран-членов объединения. Есть, например, шанс, что с «Байконура» запустит свой первый спутник Кыргызстан.

Для России, имеющей космодромы «Плесецк» и «Восточный», продолжающееся пребывание на «Байконуре» представляется вопросом не столько военно-космического, сколько геополитического значения, считает политолог А. Чеботарев. «Среди объектов России в Казахстане данный комплекс является самым мощным и стратегически важным. Арендуя их, она поддерживает свое присутствие в Центральной Азии в целом, – подчеркнул он. – В свою очередь, Казахстан получает не только материальные дивиденды, но и серьезные гарантии максимального поддержания атмосферы партнерства и конструктивного сотрудничества в отношениях с Россией, в том числе по линии обороны и безопасности».

Эдуард ПОЛЕТАЕВ

Источник: Портал «Ритм Евразии»

«Байконур» — место силы для Казахстана

У космической отрасли страны есть большие перспективы, считают эксперты. Дело за системным подходом, финансированием и подготовкой квалифицированных кадров.

Генеральная Ассамблея ООН намерена объявить 2025 год Международным годом космоса, чтобы обеспечить сохранение значительных выгод, которые мир может получать от использования космоса как сферы инноваций, интеграции и инвестиций. Растет значение коммерческого сегмента освоения космоса. По данным ООН, только в 2017 году объем мировой космической экономики составил более 320 млрд. долларов США. Следует отметить стабильный рост объемов мирового космического рынка, что показывает значимость и выгодность капиталовложений в космическую деятельность для отдельных стран. «Весь мир стремится освоить космос. Вопрос не в сегодняшних выгодах, а в том, что это сулит огромные выгоды для научно-технического прогресса в будущем», — подчеркнул Первый Президент РК Нурсултан Назарбаев.

В 2020 году отмечается 65-летие первого и крупнейшего в мире космодрома «Байконур». Его днем рождения было определено 2 июня 1955 года. Однако, в связи с пандемией коронавируса было принято решение отметить юбилей 4 октября. В этот день 63 года назад с космодрома стартовал первый искусственный спутник Земли. Знаменательные даты стали информационным поводом проведенного в Алматы заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Космодрому ’’Байконур’’ 65 лет. Символ казахстанско-российской дружбы и его международное значение».

Во время заседания известные казахстанские эксперты не раз отмечали, что в настоящее время в Казахстане космос стал сферой научной, производственной и коммерческой деятельности. Страна активно продвигает космические технологии в свою экономику. Она обладает двумя спутниками связи, которые обеспечивают телевещание и доступ к сети интернет по всей территории страны, а также двумя спутниками дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) и научным спутником, исследующим ионосферу.

Космический сектор играет все более значимую роль в обеспечении эффективного функционирования современных обществ и социально-экономического развития многих стран и регионов мира. Об этом свидетельствует улучшение качества разработки и последующей реализации программ действий применительно к таким областям, как, например, рациональное природопользование, охрана морских и прибрежных экосистем, здравоохранение, изменение климата, уменьшение опасности бедствий и реагирование на чрезвычайные ситуации, энергетика, навигация, сейсмический мониторинг, биоразнообразие, сельское хозяйство и продовольственная безопасность. Космические технологии являются одним из краеугольных камней информационного общества.

«Важнейшие направления экономики, не говоря уже о военно-стратегических, уже немыслимымы без использования специальных космических систем, — говорит руководитель фонда «Мир Евразии» Эдуард Полетаев— Космические технологии люди давно используют в повседневной жизни: цифровые датчики изображения, фото и видео с помощью смартфона, картографические сервисы наподобие Google Maps, солнечные батареи, обогащенную детскую смесь для питания и подгузники».

В Стратегии «Казахстан-2050» создание полноценной космической отрасли определено одной из важных задач модернизации экономики страны. Казахстан имеет двухсторонние соглашения о сотрудничестве в сфере космической деятельности различного уровня с 21 страной мира. А также является участником всех ключевых международных конвенций и соглашений ООН, устанавливающих основные принципы мирного исследования и использования космического пространства.

«Пять спутников, как у Казахстана, не каждая страна имеет, — подчеркивает старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право» Алматы Менеджмент Университет («AlmaU») Александр Губерт— Другое дело, как все космические наработки использовать и коммерциализировать. Космос сегодня – это бизнес. И львиную долю прибылей приносят не запуски, себестоимость которых высока, а именно эксплуатация геоинформационных систем, больших масс данных, связанных с космическим мониторингом, навигацией, научными составляющими».

Эксперт заявил, что в Казахстане есть предприятия с подготовленными специалистами, которые работают на этом поприще. Много молодежи, потому что космос дает возможность сотрудничества, в работе необходимы знание иностранных языков, компьютерных технологий, все это очень интересно. Но пока такая работа не очень хорошо оплачивается. «Если развивать данные направления, вкладывать в них средства, привлекать частный капитал, то у Казахстана появляются большие перспективы. Без знания технологий быть серьезным игроком на этом рынке практически невозможно», — уверен он.

Действительно, актуальным для Казахстана вопросом является недостаток квалифицированных кадров. В этой связи правительство уже предприняло соответствующие меры. В нескольких вузах страны осуществляется подготовка студентов по специальности «Космическая техника и технологии». В рамках двухстороннего сотрудничества осуществляется подготовка казахстанских специалистов в таких российских вузах, как Московский авиационный институт, Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана.

Привлечение и обучение казахстанских специалистов должно положительно повлиять на работоспособность «Байконура», так как существует вероятность снижения количества российских кадров вследствие их перераспределения на космодром «Восточный». Преимуществом «Байконура» перед «Восточным» является относительная близость казахстанского космодрома к ракетно-космическим предприятиям России. «Для Казахстана «Байконур» — место силы, способствующее развитию научного потенциала, фактор укрепления международного веса и престижа республики», — подчеркнул Эдуард Полетаев.

«Байконур» – казахстанский бренд, — напомнил эксперт-консультант Алматинской юридической корпорации Сергей Козлов. — Это фактор политический, имиджевый. Казахстан его терять не собирается. Бренд двигает научно-технический прогресс в такой уникальной отрасли, к которой Казахстан имеет самое непосредственное отношение, как космос».

Адиль Каукенов, директор Центра китайских исследований China Center заявил, что

сам по себе космодром «Байконур», как проект, и космическая отрасль Казахстана в целом – это большая удача и шанс для страны. «Появляется возможность быть на острие передовых технологий для всего человечества. Но далеко не всем это очевидно. Более того, иногда в информационном плане вокруг «Байконура» формируются спекуляции в негативную сторону, царит скепсис по поводу его будущего. Формируется негативный имидж для прорывных космических технологий, которые имеют перспективы на долгие годы работы», — отметил эксперт.

Кроме того, «Байконур» – это гордость страны. Адиль Каукенов, как и ряд других выступающих на заседании экспертного клуба, призвал к развиватию патриотического внутреннего туризма среди казахстанцев: «На основе государственно-частного партнерства надо создать проекты и механизмы, с помощью которых массы людей, школьников и студентов можно было возить на «Байконур», чтобы показать его уникальность и возможности, дать понять, что это не просто какие-то затерянные объекты в степях Евразии».

Однако, на космодроме, как на режимном объекте, существует непростая процедура получения разрешений, цены на туры высокие, заявки надо подавать сильно заранее, сложная ситуация с логистикой. Билеты дорогие. «Прямое авиасообщение с Байконуром в последнее время было весьма нестабильно, часто даже россиянам, живущим в городе, приходилось летать через Кызылорду, — напомнил Эдуард Полетаев. — Международные пассажирские железнодорожные перевозки через станцию Тюра-Там сокращаются».

Есть надежда на то, что в 2021 году должна начать работу СЭЗ «Байконур». Ранее, еще в 2018 году Нурсултан Назарбаев и Владимир Путин дали поручение правительствам своих стран создать СЭЗ в комплексе «Байконур» и в городе Байконуре. Важным условием СЭЗ является развитие международного туризма, планируется строительство современных гостиниц, музеев, смотровых площадок для наблюдения за полетом космических ракет. Сроки действия СЭЗ запланированы на 25 лет. Если она будет создана, было запланировано, возможно, что ситуация с туризмом на «Байконуре» скоро изменится.

Также известно, что «Байконур» решили модернизировать под пуски новых ракет уже в 2020 году. Намечена модернизация и дальнейшая эксплуатация стартовой площадки № 1 («Гагаринский старт»), создается для запусков ракет-носителей «Союз-5» и «Союз-6» комплекс «Назарбаевский старт». В нынешнем же году запланировано начало работы над проектированием и производством Казахстаном собственных спутников. И данный факт также внушает специалистам оптимизм.

«Развитие «Байконура» с казахстанской стороны надо связывать с научно-технической промышленностью, — убежден директор Института мировой экономики и международных отношений Акимжан Арупов— Нам, как хозяевам космодрома, надо больше выводить спутников для обеспечения нормальных коммуникаций».

У космической отрасли Казахстана есть будущее, — подтверждает политолог, член Общественного совета г. Алматы Марат Шибутов. В частности, в стране создана своя система дистанционного зондирования Земли. Это такие важные вещи, как учет земель и поиск полезных ископаемых. «Пока мы не полностью используем все возможности наших спутников. Их данные должны применяться гораздо шире, интенсивней», — сказал он.

«Космос, между тем, на месте не стоит, — резюмировал политический обозреватель интернет-газеты Zonakz.net Владислав Юрицын. — Стали космическими державами Иран и Новая Зеландия. Серьезной стране без космоса никак. Без спутников, навигационных систем вроде ГЛОНАСС, интернета. Жизнь показывает, что спутники делать сложнее, чем нефть качать. А цена на нефть нестабильна. Надеюсь, все же спутники начнут делать в этом году в Казахстане. Затем надо дождаться, когда будет значимый заказ на развитие космоса».

Юлия МАЙСКАЯ

Источник: Сайт политической информации Казахстана SPIK

Из космоса границ не видно

В 2020 году отмечается 65-летие первого и крупнейшего в мире космодрома «Байконур». Его днем рождения было определено 2 июня 1955 года. В связи с пандемией коронавируса было принято решение отметить юбилей 4 октября. В этот день 63 года назад с космодрома стартовал первый искусственный спутник Земли. Казахстанские эксперты собрались в Алматы на заседание клуба «Мир Евразии» на тему ««Космодрому ’’Байконур’’ 65 лет. Символ казахстанско-российской дружбы и его международное значение». Дискуссия получилась весьма оживленной и содержательной.

В настоящее время наиболее сильно из всех стран ЕАЭС кооперированы в вопросах освоения космоса Россия и Казахстан. Как известно, в рамках существующего соглашения, космический комплекс «Байконур» арендован Россией до 2050 года. Россия отдает Казахстану 115 миллионов долларов за аренду. Они напрямую поступают в государственный бюджет на ежеквартальной основе и используются во всех отраслях экономики. Еще определенные суммы Россия тратит на поддержание объектов космодрома и осуществляет безвозмездные поступления в бюджет города Байконур.

Космодром «Байконур» создавался трудом сотен тысяч людей. Он стал пионером во многом: оттуда стартовали первые в истории спутник, космонавт, орбитальная станция, луноход, марсоход, беспилотный корабль «Буран». Всего на космодроме около 3500 объектов, из которых более 1300 находится в эксплуатации. Байконур — один из трех космодромов планеты, наряду с космодромами Мыс Канаверал (США) и Цзюцюань (Китай), предназначенных для запуска аппаратов с людьми на борту.

С 1 января 2012 года космодром «Байконур» считается гражданским. По сей день он является одним из символов казахстанско-российского сотрудничества. «Это сотрудничество позволило Казахстану совместно с Россией выйти на мировой рынок услуг по запускам космических аппаратов, создать технологическую базу для проектирования и изготовления элементов космических аппаратов и целевой бортовой аппаратуры, расширить эффективное участие казахстанских специалистов в эксплуатации объектов космодрома «Байконур»», — отметил политолог Эдуард Полетаев.

По словам эксперта, две страны сотрудничают в сохранении общего космического прошлого и реализации новых проектов, прорабатывают возможности и порядок привлечения третьих стран в качестве инвесторов. Намечена модернизация и дальнейшая эксплуатация стартовой площадки № 1 («Гагаринский старт»), создается для запусков ракет-носителей «Союз-5» и «Союз-6» комплекс «Назарбаевский старт». О заинтересованности в совместном использовании «Байконура» не только в ближайшие годы, но и в долгосрочной перспективе, обе стороны заявляли неоднократно.

«Космодром ныне находится в начале нового этапа развития, требующего партнерства, так как залогом успешной реализации космических технологий является тесное международное сотрудничество», — заявил политолог. В частности, с 2021 по 2025 годы намечено реализовать кооперационный проект стран ЕАЭС в сфере предоставления космических и геоинформационных услуг на основе данных ДЗЗ в рамках евразийской технологической платформы «Космические и геоинформационные технологии — продукты глобальной конкурентоспособности».

Сегодня на околоземных орбитах находится около 500 спутников, занятых дистанционным зондированием, в ближайшее время их может стать более 1000. К ним присоединится евразийская группа спутников. Осталось данный проект утвердить на Евразийском межправительственном совете.  Благодаря ЕАЭС существует вероятность, что «Байконур» станет центром космического развития не только Казахстана и России, но и других стран-членов объединения. Есть, например, вероятность, что с «Байконура» запустит свой первый спутник Кыргызстан.

«Существует еще не утвержденный проект Стратегии экономического развития СНГ на период до 2030 года, — рассказал политолог Антон Морозов. — Документ включает в себя основные задачи и ориентиры по углублению торгово-экономического сотрудничества государств-участников». И здесь имеется отдельная глава по исследованию и использованию космического пространства в мирных целях. В ней 25 пунктов. Среди них — спутниковая система ГЛОНАСС, дистанционное зондирование Земли, сотрудничество в нормативно-правовой сфере и нормативно-техническое регулирование, сотрудничество по разработке систем мониторинга техногенного изменения околоземного космического пространства.

Кроме того, предусматривается возможность использования имеющихся астрофизических обсерваторий государств-участников СНГ, предоставление услуг по осуществлению запусков космических аппаратов третьим странам, в том числе в рамках проектов, реализуемых на космодроме «Байконур». «Последнее перекликается с проектом Илона Маска, запуском к Международной космической станции космического корабля Crew Dragon. Мы видим, что постсоветские страны идут тем же самым путем, когда пытаются коммерциализировать космос», — подчеркнул политолог.

«В 2021 году будет отмечаться 60-летие первого полета человека в космос, — напомнил Эдуард Полетаев. — Казахстан также будет причастен к празднованию этого юбилея. Генеральная Ассамблея ООН намерена объявить 2025 год Международным годом космоса, чтобы обеспечить сохранение значительных выгод, которые мир может получать от использования космоса как сферы инноваций, интеграции и инвестиций».

На «Байконуре» после развала СССР не построено современной инфраструктуры, деньги вкладывались только в поддержание старой. Старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право» Алматы Менеджмент Университет («AlmaU») Александр Губерт предупреждает, что космодром может ждать грустная перспектива, если сотрудничество не активизируется.

«Другое дело, если рассматривать «Байконур» как зону сотрудничества не только с Россией, но и с другими странами (некоторые усилия уже предпринимались по этому поводу), тогда можно вести речь о системном развитии, — подчеркнул он. —  Это превращение «Байконура» в международный космический хаб, космопорт, куда был бы открыт доступ всем желающим участникам совместного клуба государств и корпораций. Перспективы здесь есть, но юридические и иные недоработанные моменты мешают. Казахстан, благодаря международному сотрудничеству и собственному потенциалу может быть игроком. Пусть не лидером, но заметным. «Байконур» этому может и должен содействовать. Но для этого нужны усилия на государственном уровне, а также изменения в общественном сознании. Иначе мы будем страной только догоняющей».

У космодрома «Байконур» просто в силу того, что он находится в таком важном регионе Евразии, будущее всегда есть, рассуждает экономист Айдархан Кусаинов. Но ждут ли его большие инвестиции, будет ли развитие? К сожалению, у нас иногда «Байконур» рассматривают в качестве «дойной коровы». Было популярно в свое время такое мнение, что Россия – космическая страна, у нее нет другого подходящего космодрома. С точки зрения Казахстана получение ежегодной арендной платы есть не что иное, как реализация своего уникального конкурентного преимущества. Но как надолго эта тенденция сохранится?

«Казахстану надо проанализировать свою позицию, понять, что «Байконур» – это коммерчески выгодное предприятие, в которое нужно инвестировать, — заявил эксперт. — В том числе это база для научных исследований, центр для военного и экономического развития региона и страны. Понятно, что нам сейчас в условиях кризиса это сделать будет сложнее. Но в наших силах это изменить. Просто деньги лучше выделять не на поддержку частного бизнеса, а инвестировать в серьезные проекты».

Аманжол СМАГУЛОВ

Источник: Информационно-аналитическое издание КОНТУР

Космодром Байконур превращается в наследие Атлантиды

Казахстанские «ворота в небо» пережили пик своих возможностей и востребованности

«Когда одно государство арендует у другого космодром – уникальный случай в мировой истории», – подчеркнул Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба ОФ «Мир Евразии». Заседание проходило на тему «Космодрому «Байконур» 65 лет. Символ казахстано-российской дружбы и его международное значение». «Все истории космодромов – это истории географии, поэтому их мало», – отметил Айдархан Кусаинов, экономист.

В канун дня рождения космодрома Байконур – 2 июня – ОФ «Мир Евразии» провел онлайн-конференцию, посвященную данному событию. К сожалению, все эпохальные вещи по Байконуру уже в прошлом. Например, он утратил статус самой активной стартовой космической площадки в мире. Попытки наладить международные коммерческие старты накрылись медным тазом, поскольку ракета на водороде «Зенит» украинская, а значит для России нежелательная. Даже ядовитых «Протонов» с Байконура взлетать больше не будет, поскольку ракета снята с производства и у движения «Антигептил» больше нет объекта для противодействия.

У Москвы отношение к Байконуру двоякое. С одной стороны, это единственный для нее космодром для запусков всех типов, с другой – стратегический акцент на космодром Восточный Кремлем уже сделан. Фактически только деградация космической отрасли Российской Федерации не позволила за все годы развития Восточного сделать из него полноценный космодром. Тогда как Байконур, пусть и проедая советское наследие, остается рабочей структурой. Как результат, $115 млн в год за аренду российская сторона не считает чрезмерной платой.

Казахстан сегодня выступает в качестве космической державы, пусть и карликовой. В подтверждение чего располагает двумя спутниками связи и двумя ДЗЗ (дистанционное зондирование Земли). Вроде бы солидно, но в современном мире уже Иран и Новая Зеландия являются космическими державами, поэтому достижения Нур-Султана отнюдь не уникальные.

«Сегодня на околоземных орбитах находится около 500 спутников, занятых дистанционным зондированием, в ближайшее время их может стать более 1000. К ним присоединится евразийская группа спутников. Эту космическую программу планируется реализовать с 2021 по 2025 годы», – сообщил политолог Антон Морозов. В этом году по Байконуру должны завершиться 9 проектов (5 фундаментальных и 4 прикладных) в рамках СНГ. «Нет информации, какие проекты выполняются совместно с Россией. Но с кем нам еще сотрудничать в этой сфере в рамках СНГ?» – задал он риторический вопрос.

«Байконур – это большая удача и большой шанс для Казахстана. Далеко не всем это понятно, судя по пропагандистским «наездам» на космодром», – акцентировал востоковед Адиль Каукенов. Эксперт обеспокоен «пещерным характером ухода от знаний и прогресса», который наблюдается сегодня в казахстанском обществе. Поэтому он предлагает развивать своеобразный космический патриотический туризм на Байконур, чтобы у рядового жителя возникало как чувство сопричастности к стратегическому объекту, так и чувство гордости за него.

Социолог Гульмира Илеуова обратила внимание на разновекторные процессы, которые происходят в Казахстане по отношению к космодрому. Для кызылординцев работать на Байконуре – просто предел мечтаний. При этом в учебниках истории советский период систематически очерняется, из-за чего большой негатив падает и на космодром. «Негатив по отношению к Байконуру будет сходить на нет – нацпаты не смогли создать ему полный очернительный имидж – сейчас нарастает волна идеализации советского периода. Но сами объекты космодрома к этому времени развалятся», – прогнозирует специалист.

«Нужно менять государственный подход к нашим проектам на Байконуре, – настаивает Шавкат Сабиров, член общественного совета при МИД РК. – В «Бауманке» если студент из Казахстана продвинутый, то ему уже на третьем курсе предлагают принять российское гражданство и заняться космосом в проектах РФ».

Акимжан Арупов, директор Института мировой экономики и международных отношений, указал на то, что уже более 130 стран мира рассматривают космос в качестве сферы своих интересов. «В отношении России действует режим санкций, поэтому и проблемы у Байконура могут возникнуть запросто», – опасается он.

«Для космодрома будущее всегда есть. К сожалению, Казахстан занял по Байконуру позицию «космодром – дойная корова». Естественно, такая политика привела к форсированию Россией строительства космодрома Восточный, – заявил Айдархан Кусаинов. – Казахстану нужно понять, что Байконур – это актив, в который нужно инвестировать».

Журналист Сергей Козлов сфокусировался на разборе ситуации, при которой основной пользователь Россия, а хозяин – Казахстан. С практической точки зрения это приводит к тому, что Москва требует как можно меньше препон для работы, а Нур-Султан исходит из позиции «имеем право»«Обе позиции ошибочны. Это надо осознать и перейти в формат взаимовыгодного сотрудничества», – предлагает он. «Байконур никогда не умрет и Россия никогда не откажется от него. Для современного политического руководства России это было бы не только глупо, но и преступно», – еще один тезис эксперта.

«Надо понимать, что у Байконура уникальное расположение в центре Евразии. Никаких международных статусов не может быть у космодрома (хотя особый режим функционирования города Байконур установлен именно международным соглашением между Российской Федерацией и Республикой Казахстан в декабре 1995 года), потому что он заточен под запуск ракет именно российского производства, – отметил Марат Шибутов, политолог. – Ракета – это негабаритный груз, который доставляется до космодрома спецтранспортом и спецмаршрутами. Ракеты, допустим, из Франции невыгодно везти и технологически неверно. Поэтому никаких прорывных совместных международных проектов пока не удается».

Далее г-н Шибутов продолжил: «В космос теоретически могли бы выходить многие страны. Но изготовлять ракетоносители – это, по сути, то же самое, что разрабатывать средства доставки оружия массового поражения. В этом деле имеются очень большие ограничения». По теме нахождения России на космодроме эксперт акцентировал такой момент: «После ухудшения отношений России и Украины в 2014 году, в том числе научно-технических и технологических, российские власти стали более внимательно относиться ко всему, что они не контролируют, поэтому они резко активизировали строительство космодрома «Восточный». Сработала простая логика: «Вдруг нам запретят пользоваться Байконуром, как перестали поставлять ракеты «Зенит» с Украины»?

Сравнивая космодромы Китая и Казахстана Адиль Каукенов подчеркнул: «Китайские космодромы действующие, туда никого не подпускают на пушечный выстрел. У нас поездка на Байконур – это как на руины Атлантиды посмотреть. Для Казахстана сейчас важно хотя бы Россию на космодроме удержать».

Владислав ЮРИЦЫН

Источник: Интернет-газета ZONAKZ.net