Monthly Archives: Июнь 2018

Евразийская интеграция как символ: мнения экспертов

ЕАЭС нужна новая символика, но ценность она приобретет, когда интеграционные процессы изменят жизнь населения евразийских государств к лучшему. О значении символов и знаков в век информатизации говорили участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии», прошедшего в Алматы.

При создании Евразийского экономического союза символике не придавали особого значения, в том числе потому, что инициаторы создания нового интеграционного объединения на постсоветском пространстве показательно дистанцировались от политики. Подтверждением тому служит тот факт, что на флаге ЕАЭС изображена эмблема уже не существующей организации – ЕврАзЭС. По мнению ряда экспертов, эта эмблема, символизирующая сотрудничество между Европой и Азией, не всегда отражает суть организации.

«На мой взгляд, в нынешней эмблеме ЕАЭС сочетание цветовой гаммы ставит в тупик. Никакого объяснения, почему синий – это цвет Европы, золотой – цвет Азии. Эмблема очень сложная для понимания. В символике же очень важно легкое восприятие, чтобы каждый мог понять ее значение. У организации должен быть флаг, который объединяет и за которым люди идут», – выразил точку зрения писатель и журналист Дмитрий Шишкин.

Значимость символов возрастает в связи с развитием информационного общества, констатировал руководитель общественного фонда «Мир Евразии», политолог Эдуард Полетаев. Еще одна причина для замены символики – путаница, которая до сих пор присутствует даже в высших политических кругах: ЕАЭС зачастую называют ЕврАзЭС. Кроме того, символы побуждают к достижению общих целей, сообщают международному сообществу о характере и задачах организации. Не случайно в странах постсоветского пространства символам сегодня придается особое значение, что иногда приводит к идеологическим баталиям.

«Для постсоветских государств актуальна проблема социальной трансформации, построения нового пространства знаков и символов. В некоторых республиках бывшего СССР до сих пор идет процесс обновления символики, развенчания старых и рождения новых символов. При этом поиск таких знаков и символов, которые могли бы в идейно-смысловом плане консолидировать народ, довольно непрост»,– сказал Эдуард Полетаев.

Он добавил, что, несмотря на значимость, создание общего знаково-символического пространства от стран ЕАЭС до Большой Евразии в ближайшем будущем вызывает ряд вопросов. Мнения участников обсуждения на этот счет разделились.

PRO. Бренд и мягкая сила

Мы практически ничего не знаем о знаках и символах ЕАЭС, признал президент Евразийской ассоциации франчайзинга Бекнур Кисиков. На примере ассоциации он рассказал о том, как важно объединение сторонников под единым символом.

«Бизнес-брендирование у нас есть, и мы понимаем, что без этого невозможно. Экономическое пространство должно быть брендированным, чтобы мы понимали, куда и зачем мы идем и что мы друг без друга не можем. К сожалению, на государственном уровне не всегда есть понимание, но бизнес-ассоциации к нам прислушиваются. Что касается ЕАЭС, то сам по себе проект, конечно, интересный. Но пока нет даже четкого смыслового символа, что тут говорить о каком-то изображении. Я считаю, что это недоработка, нужно хотя бы прислушаться к экспертам в области пиара, а также, возможно, создать площадку для взаимодействия предпринимателей, которые работают в этой сфере», – порекомендовал Кисиков.

О смысловых символах говорили на примере того же Евросоюза – его флаг знаменует евроинтеграцию, западные ценности, европейские права и свободы, высокий уровень жизни. Что же означает евразийская интеграция, пока ответить трудно, признают эксперты. Пока это механизм – еще не отлаженный, несовершенный, на который возлагаются надежды, связанные с повышением благосостояния жителей стран ЕАЭС. Но, как подчеркивали, многие спикеры круглого стола, символы объединенной Европы, созданные еще в середине ХХ века, лишь спустя десятилетия обрели глубокий смысл.

«Чтобы символы внедрились и воспринимались, должно пройти достаточно много времени, – отметил PR-консультант Казахстанской коммуникативной ассоциации Владимир Павленко. – С другой стороны, нельзя забывать о конкурентном окружении в пространстве знаков и символов, куда должна вписаться символика ЕАЭС. А чем сегодня определяется это пространство? Прежде всего, активностью брендов и тех символов, которые в современном мире воспринимаются уже наднациональными, глобальными. И они очень хорошо раскручены».

Конкурировать с мировыми брендами ЕАЭС придется, если перед организацией будут стоять дополнительные задачи. Символы являются действенными элементами мягкой силы, напомнила старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского института Лидия Пархомчик. Например, уже упомянутый флаг ЕС можно рассматривать и в качестве примера мягкой силы, а его влияние на сознание людей вполне можно наблюдать на примере ряда постсоветских государств.

«В настоящее время, по признанию экспертов в данной области, ЕАЭС не ставит перед собой задачи выработать концепт стратегии «мягкой силы», соответственно и острой потребности в определении символики руководители организации не испытывают. Однако, вполне очевидно, что если такая потребность все же появится, то члены союза будут вполне способны разработать рабочие варианты символики», – считает Лидия Пархомчик.

CONTRA. Не надо форсировать события

Профессор Казахстанско-немецкого университета, кандидат философских наук Рустам Бурнашев отметил одну интересную деталь. Реальной критики в адрес ЕАЭС, подкрепленной фактами и цифрами, нет. Недовольство направлено на символы, никак с евразийской интеграцией не связанные. Например, камнем преткновения стала Георгиевская лента, которая в ряде постсоветских государств воспринимается не как символ общей Победы над фашизмом, а как символ якобы идеологического давления со стороны России, как попытка возродить Советский Союз.

«Получается, что для ЕАЭС возникает хорошая прагматическая ситуация, когда вся энергия оппонентов направляется не на связанную с этой структурой символику, а вся практика ЕАЭС остается вне дискуссии и вне критического осмысления. На данный момент я здесь вижу для ЕАЭС достаточно большой выигрыш, – сказал Рустам Бурнашев. – Но в конечной перспективе, безусловно, мы будем иметь негатив. Понятно, что когда структура развивается без критической позиции и разумного осмысления, когда вся критика действительно уходит в чисто символическое поле, то, получается, что отсутствует процесс совершенствования».

Эксперты полагают, что отсутствие узнаваемой символики на данном этапе – не беда. Тем более, что найти яркий символ, который бы во всех евразийских государствах был воспринят позитивно, не так просто, учитывая продолжающуюся борьбу с когда-то общей для всех символикой. Многие участники обсуждения высказались в пользу того, что реальные достижения важнее каких бы то ни было эмблем.

«Можно объявить конкурс на разработку символа, и через три месяца получить кипу бумаг с предложениями. Но я думаю, нужно все-таки начать с реальных дел, – убежден представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марат Шибутов.– Россия, Казахстан, Беларусь соединены одной шестиполосной дорогой – вот был бы отличный символ сотрудничества. Этот символ будет понятен простым людям, они увидят к чему весь этот интеграционный процесс, почувствуют реальную пользу».

Главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, доктор исторических наук Леся Каратаева считает, что существующая символика вполне адекватна целям организации, заявляющей о создании общих рынков товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов. Но символика может потребовать изменений, если изменятся цели.

«В целом флаг и эмблема символизируют стремление к сотрудничеству и мирный характер объединения. С одной стороны, информативно, с другой – лаконично. Если же говорить о Евразии как о некоем цивилизационном пространстве, то в этом случае понятие евразийской идентичности серьезным образом размывается. Отсутствие четких критериев и индикаторов принадлежности к цивилизации, в нашем случае евразийской, способствует росту рисков политизации процесса и доминирования подхода, основанного на противопоставлении себя другим», – сказала Каратаева.

По ее мнению, объединить, никого при этом не обидев, мог бы символ с отсылкой к единым культурным традициям. Например, изображения солнца, неба, орла, коня или барса транслируют понятные всем смыслы – добро, свободу, стремление к совершенствованию. Главное, подчеркнули эксперты, не нужно создавать новые эмблемы и символы ради них самих. Запрос сверху или снизу придет, когда евразийская интеграция будут ассоциироваться с ростом благосостояния граждан.

«Мы живем в эпоху визуального восприятия, и подходить к вопросу брендирования со всей серьезностью я бы не стал. Просто, это считается необходимым, модным. Не надо форсировать процесс с создания специальных евразийских символов, их навязывания, продвижения. Навязанные символы долго не живут», – подытожил политолог Антон Морозов.

Источник: Информационно-аналитический портал «polit-asia.kz»

Эдуард Полетаев: Геральдические символы Евразийского пространства очень неустойчивы

«Если основная цель такого интеграционного процесса как ЕАЭС – это экономическое благополучие граждан, то символом, наверное, действительно должно быть что-то такое, что объединяет и успокаивает наши кошельки», — заявил политолог Эдуард Полетаев на заседании экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии».

StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:

«Как это будет выглядеть в реальности, сложно представить. Если в советское время, допустим, символом благополучия была дача, квартира, машина. Что же сейчас?

В настоящее время все имеющиеся символы интеграционных объединений, которые существуют на постсоветском пространстве – плод решений чиновников. А чиновничья мысль она, как правило, хочет компромисса и чтобы утвержденное не вызвало каких-то излишних возражений.

Поэтому символ СНГ – это какая-то смутно определяемая белая фигура. Или взять, к примеру, герб ШОС, на нем изображение Евразии на земном шаре с надписями на двух языках. Что объединяет? Синий цвет объединяет, он присутствует на всех флагах постсоветских интеграционных объединений, ну и частично желтый.

Второй момент, характерный для нашего Евразийского пространства заключается в том, что здесь геральдические символы очень неустойчивы.

В отличие от той же Европы или стран Юго-Восточной Азии. Сто лет грузинской государственности отмечают сейчас, к примеру, но о флаге Грузинской Демократической республики (флаге меньшевиков) уже забыли. Вообще возникает вопрос, а есть ли гарантии, что даже устоявшиеся, казалось бы, символы завтра не сменятся новыми? Никто не даст гарантии. Поэтому в данном вопросе действительно важно, чтобы все эти символы устоялись, чтобы они интегрировали людей.

Мне кажется, что все-таки внимание уделять этому вопросу нужно, и, наверное, если заказа нет, то попытаться предложить что-то. Думаю рано или поздно реальные символы адаптируются. Не так страшно то, что уже сделали, если появится необходимость и будет заказ, найдутся специалисты, которые смогут переделать существующее или создать принципиально новые символы».

 

Заседание экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Марат Шибутов: В ЕАЭС много «историй успеха». Но о них никто не знает

«Если нет хороших дел, не спасет пиар отдел. Сначала нужно разобраться, что такое ЕАЭС. На самом деле это экономические связи между пятью странами. То есть это не сами объекты, а связи между ними. Соответственно у связей должен быть какой-то символ», — сказал представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марат Шибутов на заседании экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии».

StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:

«В чем у нас проблема в ЕАЭС – в отсутствии тиражирования историй успеха.

Когда-то допустим, казахстанский бизнесмен Раимбек Баталов говорил, что пачку сока не может продать в России, а сейчас у него дилеры почти в 10 регионах этой страны. Об этом никто не рассказывал. И таких примеров немало.

Можно объявить конкурс на разработку символа и через три месяца получить кипу бумаг с предложениями. Но я думаю, нужно все-таки начать с реальных дел. Россия, Казахстан, Беларусь соединены одной шестиполосной дорогой — вот был бы отличный символ сотрудничества. Этот символ будет понятен простым людям, они увидят к чему весь этот интеграционный процесс, почувствуют реальную пользу.

Или же создать конкретное совместное предприятие в рамках ЕАЭС, с участием 4 — 5 стран. Евразийская экономическая комиссия именно на таких примерах должна показывать, как улучшается жизнь. Это позволит наработать символику, которая и притянет народ. А что-то внедрить, а потом забыть, это у нас запросто, уже проходили.

У нас в этом году, к примеру, 20-летие Астаны, но никто не вспоминает Николая Макиевского, руководителя Государственной комиссии по передислокации высших и центральных государственных органов республики в новую столицу. Никто не помнит и о том, что первый генеральный план Астаны делала Saudi Binladin Group, и левый берег Астаны ей, по-сути, принадлежал. Потом у них выкупали территорию.

Придумать символ, разработать его и продвинуть не проблема, но будет ли толк? Нужно начать с совместных проектов и тиражирования их успеха».

 

Заседание экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Сделано в ЕАЭС: нужна ли евразийским странам новая символика?

Как рождаются и забываются символы, как меняется к ним отношение общества и как найти общий знаменатель для стран евразийской пятерки.

Флаг ЕАЭС не всегда точно отражает суть организации, было отмечено в ходе заседания экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии», организованного общественным фондом «Мир Евразии» с участием казахстанских политологов, социологов, историков и журналистов, передает Total.kz.

Земной шар на белом фоне с выделенным на нем Евразийским континентом и две похожие на птиц фигуры, символизирующие Европу и Азию, — так выглядит флаг союза пяти государств, объединившихся для достижения экономического благополучия своих граждан. Эксперты считают, что евразийской интеграции нужен более яркий символ, который бы узнавался населением стран-участниц союза, а также зарубежными партнерами.

«Знаки и символы обладают большой мотивирующей и побудительной силой. Они направляют и упорядочивают действия людей, выступают как средство мобилизации и интеграции. Достаточно вспомнить символ Родины-Матери, вызвавший сильные патриотические чувства и самоотверженное поведение советских людей во время Великой Отечественной войны», — считает политолог Эдуард Полетаев.

Эксперт напомнил, что в прошлом году, когда отмечался юбилей Организации договора о коллективной безопасности, были приняты отдельные решения о символике. Своей эмблемой государства-члены ОДКБ (Армения, Белоруссия, Казахстан, Кыргызстан, Россия и Таджикистан) еще раз заявили миру о целях организации. Само за себя говорит изображение фортеции — оборонительного сооружения, что символизирует не наступательный характер объединения.

Что же касается флага ЕАЭС, то на нем размещена эмблема ЕврАзЭС, пояснил Эдуард Полетаев. В преемственности нет ничего необычного, учитывая, что Евразийский экономический союз возник на месте Евразийского экономического сообщества. Однако до сих пор даже на высшем уровне эти аббревиатуры нередко путают, называя ЕАЭС именем уже несуществующей организации.

Символ — это магия

За эмблемой, символом, как правило, стоит глубокий смысл. К примеру, флаг Евросоюза — дюжина золотых звезд на синем фоне — не просто обозначает интеграцию европейских стран, он символизирует европейские ценности, свободное перемещение по Старому свету, высокие стандарты жизни. Но на то, чтобы флаг ЕС получил такую трактовку, ушли десятилетия, заметили эксперты.

«Символ — это, по сути, магия. Символы возникают, приживаются совершенно необъяснимыми путями. Почему одни символы живут, другие забываются, третьи отвергаются? К примеру, в 1920-х годах серп и молот, символ, олицетворяющий единство рабочих и крестьян, воспринимался позитивно, а сейчас — многими отрицательно. В некоторых республиках бывшего СССР коммунистическая символика даже находится под запретом», — сказал заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане» Сергей Козлов.

Впрочем, негативное отношение к коммунистической символике после развала Советского Союза вполне объяснимо, но есть и другие примеры «мистицизма» рождения и смерти символов. Так, например, у Франции нет официального герба, так как он всегда ассоциировался в этой стране с монархией. То, что мы видим, это не герб республики, а государственная эмблема, не имеющая правового статуса в качестве официального символа, отметил Сергей Козлов. В Италии также герб в 1948-м году был утвержден как государственная эмблема, а гимн этой страны почти 60 лет существовал в статусе временного. А один из официальных символов Британского содружества — флаг Содружества наций — почему-то не прижился, британцы о нем почти ничего не знают. Символы приживаются или не приживаются независимо от того, имеют ли они официальный статус, и могут, несмотря на огромную популярность в прошлом, предаваться забвению — вот о чем говорят исторические примеры.

Испытание временем

Участники дискуссии отметили, что страны евразийской пятерки не акцентировали внимание на символике ЕАЭС, поскольку сейчас гораздо важнее решить технические проблемы — наладить все интеграционные механизмы и избавиться от порочной практики изъятий и различных барьеров. В то же время подобрать эмблему, которая объединила бы народы пяти государств не так-то просто. Эксперты поясняют: на постсоветском пространстве идут процессы, которые характеризуются отмиранием старых символов и привыканием к новым, а в некоторых случаях возникает борьба символов. Один из ярких примеров — Георгиевская лента, которая вдруг перестала восприниматься в ряде стран как символ общей победы в ВОВ, в социальных сетях возникали и все еще возникают словесные баталии между ее противниками и сторонниками.

Если абстрагироваться от политики, то можно выбрать наднациональный символ, опираясь на культурные традиции народов евразийского пространства, считает главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, доктор исторических наук Леся Каратаева.

«Небо, солнце, орел, который также является солярным символом, а также представители семейства кошачьих, в культуре многих народов такой кошкой является барс. Сильным образом традиционных культур ряда народов, населяющих Евразию, являются кони. Каждый из этих символов имеет позитивную коннотацию, выражаемую в таких категориях как свобода, благоденствие, мудрость, сила. Очевидно, что любой из этих символов, будет положительно воспринят населением Евразии, однако насколько эти знаки способны стимулировать процессы построения наднациональной идентичности, уже другой вопрос», — сказала Каратаева.

Политолог Антон Морозов заметил, что не столь важно, какой посыл несет тот или иной символ, поскольку всегда найдутся люди, которые воспримут его негативно, как и те, кто будет настроен положительно. По его мнению, функция символа заключается в том, чтобы способствовать узнаваемости.

«Я бы не стал форсировать процесс с создания специальных евразийских символов, их навязывания, продвижения и прочее. Навязанные символы долго не живут, любая символика должна пройти испытание временем. Задача создания символа непростая, поскольку символика должна объединить разные страны. Это удалось в свое время, в рамках СССР, но сегодня логотип не должен вызвать ассоциации с Советским Союзом, чтобы не вызвать отторжение», — высказал он свое мнение.

Эксперты подчеркнули, что значение символики ЕАЭС, ее узнаваемость повысятся тогда, когда население экономического союза почувствует реальную пользу евразийской интеграции. Когда благосостояние граждан вырастет благодаря созданию единых рынков, совместных проектов и предприятий, тогда и появятся особые смыслы в эмблеме союза, какой бы она ни была, заключили участники дискуссии.

 

Источник: Информационное агентство ТОТАЛ Казахстан

«Небо, солнце и орел»: как выбрать нейтральный символ Евразийского союза?

«Каждый из этих символов имеет позитивную коннотацию, выражаемую в таких категориях как свобода, благоденствие, мудрость, сила», — заявила доктор исторических наук, главный научный сотрудник КИСИ при президенте Казахстана Леся Каратаева на заседании экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии».

StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:

«Символика всегда сопряжена с некоей идентичностью. Символика может отражать идентичность, а может формировать ее, чаще оба этих процесса происходят одновременно.

Идентификационные процессы могут в основе своей иметь осознание наличия общих интересов, приверженности общим принципам и ценностям, либо строиться на основе противопоставления своей группы другим. Поэтому, рассуждая о знаках и символах Евразийского пространства, имеет смысл определиться с вопросом, о какой идентичности идет речь.

Если мы говорим о ЕАЭС, как об интеграционном объединении ряда стран, в рамках которого, в целях повышения конкурентоспособности национальных экономик, создан единый рынок товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов, то используемые официальные символы могут быть оценены как вполне адекватные.

Эмблема ЕАЭС состоит из динамичной фигуры, включающей в себя две симметрично отраженные формы синего (Европа) и золотого (Азия) цветов, пересекаемых расположенным в центре композиции кругом, символизирующим общность интересов двух частей света.

Круг также окрашен в синий и золотой цвета, – синяя часть круга находится на золотой части динамичной фигуры, золотая часть круга находится на синей части динамичной фигуры, – в центре круга изображена карта Евразии.

Флаг ЕАЭС представляет собой белое полотно, в центре которого расположена эмблема. В целом флаг и эмблема символизируют стремление к сотрудничеству и мирный характер объединения. С одной стороны информативно, с другой – лаконично.

Важным представляется и то, что принятая символика не имеет отсылки к специфическим религиозным знакам в виде звезд, крестов и т.п. или национальной специфике государств-участников Союза.

Другой угол зрения, под которым можно рассматривать Евразийскую символику, отражает цивилизационный контекст, то есть речь идет о Евразии как о некоем цивилизационном пространстве. В этом случае понятие евразийской идентичности серьезным образом размывается.

Отсутствие четких критериев и индикаторов принадлежности к цивилизации, в нашем случае Евразийской, способствует росту рисков политизации процесса и доминирования подхода, основанного на противопоставлении себя другим.

При максимальном абстрагировании от политической составляющей и упоре на культурные традиции народов, населяющих Евразийское пространство, можно выделить ряд нейтрально ориентированных символов. К таковым относятся «небо», «солнце», «орел», который также является солярным символом, а также представители семейства кошачьих, в культуре многих народов такой кошкой является барс.

Сильным образом традиционных культур ряда народов, населяющих Евразию, являются кони. Каждый из этих символов имеет позитивную коннотацию, выражаемую в таких категориях как свобода, благоденствие, мудрость, сила и так далее.

Очевидно, что любой из этих символов, будет положительно воспринят населением Евразии, однако, насколько эти знаки способны стимулировать процессы построения наднациональной идентичности – это уже другой вопрос».

 

Заседание экспертного клуба на тему «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

 

Источник: StanRadar.com
 

Язык знаков: какими должны быть символы Объединенной Евразии? — эксперты

Большинство считает, что простыми и легко узнаваемыми. Нынешняя эмблема ЕАЭС на эту роль годится плохо.

Если цели ЕАЭС чисто экономические, а не возрождение Советского Союза, это должно быть понятно уже даже при взгляде на его символику. Она должна быть простой, легко узнаваемой и доступной пониманию обычного человека. Об этом говорили эксперты на прошедшем накануне круглом столе «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии».

Политолог Эдуард Полетаев в начале речи обрисовал важность темы знаков и символов, которая изучается и в мировой политологии. В том числе и их роль в обеспечении процессов интеграции.

Э. Полетаев

Э. Полетаев. Фото: Серикжан Ковланбаев

— Утверждается, что знаки и символы играют особую роль как в возникновении, так и в преодолении конфликтов. Особо популярны знаки и символы единства, — сказал он.

Кроме того, в условиях всеобщей глобализации возрастает их роль «как способа установления межкультурной коммуникации».

— Передаются традиции, подчеркивается связь времен, воспитывается уважительное отношение к истории, — отметил Полетаев.

Помимо прочего, они должны содержать огромную мотивацию, могут (и должны) мобилизовать людей буквально на подвиги. В качестве примера политолог вспомнил знаменитую Родину-Мать, которая тоже есть символ.

Успокойте наши кошельки

Особое значение придавали символике и в ходе европейской интеграции, говорит политолог.

Опытом европейцев могли бы воспользоваться и евразийцы

— Есть европейский гимн, основанный на прелюдии к «Оде к радости» симфонии Людвига ван Бетховена. Он не заменяет национальные гимны, его исполняют на специальных мероприятиях. Есть флаг, состоящий из круга в виде двенадцати желто-золотых звезд на синем фоне, хотя стран, вошедших в Евросоюз, уже гораздо больше. Символ денежной единицы евро — тоже отличный пример укрепления единства европейцев, — перечислил Полетаев.

Возвращаясь к теме ЕАЭС, эксперт обозначил одну существенную проблему. По мнению политолога, в самом договоре о ЕАЭС «отсутствуют отсылки к общим (евразийским) ценностям». Особенно учитывая, что в договор не включены политические аспекты. Тем самым «символический аспект не получил проработки». Хотя есть мнение, что пока это и не нужно. Процессы только набирают ход, еще много сложностей и недоработок, так что сначала нужно решать более важные задачи.

Тем не менее вопрос символики остается на повестке дня. Она «обеспечивает историческую преемственность и непрерывность разных процессов, в том числе интеграционных». В некоторых республиках бывшего СССР до сих пор идет ее обновление, развенчание старых и рождение новых символов/ — Если основная цель такого интеграционного процесса как ЕАЭС – это экономическое благополучие граждан, то символом действительно должно быть что-то такое, что объединяет и успокаивает наши кошельки. Но как это будет выглядеть в реальности, представить сложно, — сказал Полетаев.

Символы могут не только объединять общество, но и дробить его

Писатель и журналист Дмитрий Шишкин считает, что символика объединения должна быть, во-первых, простой, а во вторых, новой. То есть не должна напоминать ничего из ранее существовавшего.

— Потому что любой другой символ (например, Евразийское движение РФ предлагает восьмиконечную звезду) почти однозначно будет трактоваться какими-то группами негативно, — отметил он.

Дмитрий Шишкин

По его мнению, нынешняя эмблема ЕАЭС на эту роль не годится. В числе прочего «никакого четкого объяснения этим знакам нет».

— Никакого объяснения, почему синий — это цвет Европы, золотой — цвет Азии. Возможно, есть некая историческая подоплека, связанная как-то с Золотой Ордой.

К тому же эмблема очень сложная для понимания, — недоумевает он. По его мнению, в символике очень важно легкое восприятие, чтобы каждый мог понять ее значение. В пример Шишкин привел знак евро: когда мы его видим, сразу понимаем, о чем речь.

— Мое мнение таково: символ должен быть простым и в то же время говорящим, для того чтобы под ним строить стратегию, — подытожил он.

А вот журналист Сергей Козлов заявил, что на постсоветском пространстве общие символы еще долго не возникнут.

Вывод такой он сделал «из наблюдений за возникновением и утверждением символов и появления народной любви к ним. Первый символ, который родился на постсоветском пространстве, это Георгиевская лента.

— Но в ряде стран постсоветского пространства символ многими был воспринят как русский национальный, а не как символ общей Победы. В этих странах появились свои ленты, как правило, цвета национального флага. Сейчас идет борьба символов, которую мы наблюдаем, особенно в преддверии Дня Победы 9 мая, — сказал он.

Ассоциации с Советским Союзом не нужны

Политолог Антон Морозов считает, что с так называемым брендированием торопиться не стоит. Как и не следует думать, что какой-нибудь из предложенных вариантов устроит всех.

Всегда будет часть людей, которые любой символ воспримут негативно, и будут те, кто, наоборот, отнесется вполне благосклонно.

— Да и, собственно, функция символа, мне кажется, не нести какой-то скрытый смысл, а просто способствовать узнаваемости, — уточнил он.

Антон Морозов

Антон Морозов

Кроме того,  «навязанные» символы долго не живут, любая символика должна пройти какое-то испытание временем. — Задача по созданию символа непроста, поскольку символика должна объединить разные страны. Это удалось, конечно, в свое время в рамках СССР. Но в то же время сегодня логотип не должен вызвать ассоциации с Советским Союзом. Собственно повториться уже как бы и не получится, чтобы не вызвать реакцию отторжения, — считает Морозов.

Критикуют не Союз, а ленты

Политолог Рустам Бурнашев подошел к делу с другой стороны. Он утверждает, что даже у недовольных работой ЕАЭС нет «реальной критики с цифрами и деталями. Зато много критики именно символов и знаков. Например, все той же Георгиевской ленточки, «которая в принципе к ЕАЭС никакого отношения не имеет».

Рустам Бурнашев

— Получается, что для ЕАЭС возникает хорошая такая прагматическая ситуация, когда вся энергия оппонентов направляется не на связанную с этой структурой символику. А вся практика ЕАЭС остается вне дискуссии и вне критического осмысления. На данный момент я здесь вижу для ЕАЭС достаточно большой выигрыш. Но в конечной перспективе, безусловно, мы будем иметь негатив, — считает он.

Эксперт Александр Губерт считает, что создать новую и одновременно сколь-нибудь подходящую символику быстро просто не получится. И нужно, наоборот, опираться на старое и испытанное — Символам нужны десятилетия, а порой и тысячелетия для того, чтобы они устоялись. Например, казахские орнаменты и многие другие элементы, которые идут издревле, не вызывают каких-то споров. Если мы посмотрим на Европу, то при всех противоречиях, которые имели место там быть, есть определенная историческая линия, там не отвергают свое прошлое, которое у них было, при всех трагедиях, — считает он.

 

У нас же, по его мнению, происходит прямо противоположное: сметается с пьедестала старое, ставится новое. То есть ценностные установки постоянно меняются у самого общества.

— Взять, к примеру, архитектуру. Хорошая или плохая архитектура, но она была в советской Алма-Ате. И то, что гостиница «Казахстан» была символом города, у старшего поколения сомнения не вызывает. Но это прошлые символы, уходящие. Что касается символизации, которую пытаются сделать со знаковыми объектами в Астане, наверное, только время сможет показать, что примет общество, и примет ли, — считает он.

Дорога как символ сотрудничества

По мнению политолога Марата Шибутова, проблема ЕАЭС «в отсутствии тиражирования историй успеха.» Хотя таковые и имеются. Кроме того, их следует развивать. Тогда, возможно, символом станет что-то, связанное с особо успешным совместным проектом.

Марат Шибутов

— Можно объявить конкурс на разработку символа и через три месяца получить кипу бумаг с предложениями. Но я думаю, нужно все-таки начать с реальных дел.

Россия, Казахстан, Беларусь соединены одной шестиполосной дорогой — вот был бы отличный символ сотрудничества

Этот символ будет понятен простым людям, они увидят, к чему весь этот интеграционный процесс, почувствуют реальную пользу. Евразийская экономическая комиссия именно на таких примерах должна показывать, как улучшается жизнь. Это позволит наработать символику, которая и притянет народ. А что-то внедрить, а потом забыть — это у нас запросто, уже проходили, — резюмировал эксперт.

Источник: 365info.kz

Знамёна интеграции: какие символы способны сплотить народы

Символика стран ЕАЭС пока мало узнаваема как внутри союза, так и за его пределами. Что нужно сделать, чтобы евразийская интеграция стала символом благополучия, рассказали казахстанские эксперты.

Понимать, куда идем

Способен ли стяг ЕАЭС побуждать к объединению и достижению общих целей – таким вопросом задались участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии», посвященного знакам и символам интеграционных процессов. По мнению многих экспертов, эмблема союза не совсем точно отображает его суть. Неудивительно, учитывая тот факт, что эмблема досталась ЕАЭС от предшественника – ЕврАзЭС, с которым до сих пор путают действующее объединение.  Напомним, флаг ЕАЭС – это белое прямоугольное полотно, в центре которого изображен земной шар с выделенным на нем Евразийским континентом. По бокам – две фигуры, похожие на птиц, летящих навстречу друг к другу. Они символизируют Европу и Азию. Цвет Европы – сине-голубой, цвет Азии – желто-золотой. При этом нет четкого объяснения, почему именно эти цвета символизируют две части света, говорят эксперты.   «Эмблема сложная для понимания. Символ должен быть простым, но в то же время говорящим, чтобы под его эгидой строить стратегию», – считает писатель и журналист Дмитрий Шишкин. Президент Евразийской ассоциации франчайзинга Бекнур Кисиков отметил, что эмблема ЕАЭС не содержит четкого смыслового символа: «Экономическое пространство должно быть брендированным, чтобы мы понимали, куда и зачем идем и что мы друг без друга не можем». В то же время главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, доктор исторических наук Леся Каратаева убеждена, что на данном этапе символика ЕАЭС вполне соответствует целям организации.
«Символика может отражать идентичность, а может формировать ее, чаще оба этих процесса происходят одновременно. Поэтому, рассуждая о знаках и символах евразийского пространства, имеет смысл определиться с вопросом, о какой идентичности идет речь. Если мы говорим о ЕАЭС как об интеграционном объединении ряда стран, в рамках которого, в целях повышения конкурентоспособности национальных экономик, создан единый рынок товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов, то используемые официальные символы могут быть оценены как вполне адекватные. Флаг и эмблема символизируют стремление к сотрудничеству и мирный характер объединения. Если речь идет о Евразии как о некоем цивилизационном пространстве, то в этом случае понятие евразийской идентичности серьезным образом размывается. Отсутствие четких критериев и индикаторов принадлежности к цивилизации способствует росту рисков политизации процесса и доминирования подхода, основанного на противопоставлении себя другим», – сказала Леся Каратаева.

Сформулировать ценности

По мнению старшего научного сотрудника Евразийского научно-исследовательского института Лидии Пархомчик, пока не наладят механизм текущей работы экономического союза, не будет запроса на разработку более яркой и запоминающейся символики. «Символы являются действенными элементами «мягкой силы». В настоящее время, по признанию экспертов в данной области, ЕАЭС не ставит перед собой задачи выработать концепт стратегии «мягкой силы», соответственно и острой потребности в определении символики руководители организации не испытывают. Однако, вполне очевидно, что если такая потребность все же появится, то члены союза будут вполне способны разработать рабочие варианты символики», – прогнозирует эксперт. Речь идет о том, что впоследствии страны ЕАЭС могут поставить перед собой более амбициозную задачу – распространить евразийскую интеграцию на пространстве Большой Евразии, сформировать более тесные связи с партнерами. В этом случае необходимо и общее знаково-символическое пространство.  Как рассказал политолог Эдуард Полетаев, в ходе процессов европейской интеграции символике придавали особое значение. Первые символы там появились в 50-60-х годах прошлого столетия. Кроме того, у Евросоюза есть собственный гимн, там широко отмечаются знаковые даты европейской интеграции, европейская валюта также считается отдельным символом.  «Такого обширного символизма на порядок меньше в интеграционных объединениях, которые существуют на постсоветском пространстве, – констатировал Эдуард Полетаев. – Анализ положений договора о ЕАЭС показывает, что в нем отсутствуют отсылки к общим, евразийским, ценностям, учитывая, что евразийские партнеры, исходя из оценки особенностей данного этапа интеграции, не включили в договор политические аспекты. Таким образом, и символический аспект не получил проработки. Хотя есть такое мнение, которое в принципе можно и обосновать, что, возможно, это пока и не нужно, что еще рано, поскольку процессы только набирают ход и еще много сложностей и недоработок. Но все равно политика символизации решает задачу идентификации и выделения тех стран, которые вступают в интеграционные объединения. Причем здесь необходимы именно позитивные знаки и символы, которые конструируют стремление к интеграции, к единству, сотрудничеству». Наиболее ярким примером значимости символов эксперты назвали флаг Евросоюза – это не просто знак европейской интеграции. Двенадцать золотых звезд, расположенных по кругу, на синем фоне стали символом европейских ценностей и свобод, высокого качества и уровня жизни. Евразийскому экономическому союзу пока противопоставить что-то столь же вещественное трудно, но, как неоднократно подчеркивали участники дискуссии, европейский флаг стал чем-то большим лишь спустя десятилетия.

Не навязывать, не торопиться

Впрочем, и у ЕАЭС уже есть истории успеха, но о них надо рассказывать, призвал представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марат Шибутов: «Проблема в ЕАЭС – в отсутствии тиражирования историй успеха. Когда-то казахстанский бизнесмен Раимбек Баталов говорил, что пачку сока не может продать в России, а сейчас у него дилеры почти в 10 регионах этой страны. Об этом никто не рассказывал. И таких примеров немало.Россия, Казахстан, Беларусь соединены одной шестиполосной дорогой – вотбыл бы отличный символ сотрудничества. Этот символ будет понятен простым людям, они увидят, к чему весь этот интеграционный процесс, почувствуют реальную пользу».  Эксперты убеждены, что дело не столько в символах, сколько в том, что за ними стоит. «Чем серьезнее будет организация, чем основательнее будут ее планы и намерения, тем более отчетливо проявятся ее символы», – предрек политический обозреватель интернет-газеты Zonakz.net Владислав Юрицын. При этом вполне возможна и инициатива снизу, считает web-издатель Джанибек Сулеев: «Когда евразийская интеграция начнет работать на карман населения, и оно это почувствует, тогда проявит инициативу, будет много говорить на эту тему и само предлагать варианты символов». На самом деле, символов может быть даже несколько, поскольку они могут совершенно по-разному восприниматься внутри страны и за ее пределами. Директор центра китайских исследований ChinaCenter, политолог Адиль Каукенов привел в пример КНР:  «Мало кто знает, что Китай не очень себя ассоциирует с тем самым драконом, о котором широко известно в мире. Сами китайские молодые люди больше ассоциируют себя с зайцем. Еще одна новая тема в Китае сейчас раскручивается – это родственники. В частности, компартия эту тему активно поддерживает. То есть речь идет не о графической символике, а о высказываемой. Смысл в том, что молодые люди в Китае, обращаясь друг к другу, произносят слово «родич». Все, кто разделяет эту идеологию, становятся родичами».  Резюмируя обсуждение, эксперты подчеркнули, что символика, безусловно, имеет огромное значение, и ЕАЭС необходимы яркие, запоминающиеся и несущие глубокий смысл символы. Вместе с тем они призвали не форсировать события, поскольку навязанные символы долго не живут. Время позволит определить, какие смыслы несет в себе евразийская интеграция, таким образом, будут выбраны и более точные ассоциации. Главным же символом сотрудничества в рамках ЕАЭС должен стать рост благосостояния граждан, убеждены спикеры клуба «Мир Евразии».

Автор: Сергей МИХАЙЛИЧЕНКО

Источник: Информационно-аналитический центр

От древности до наших дней

«Знаки и символы управляют миром – а не слово и не закон». Примерно так цитируют китайского философа Конфуция

Можно, конечно, спорить о том, что он имел в виду в далекие времена. Однако принято считать, что человек стал пользоваться языком символов, как только произнес первое слово.
На протяжении всей истории человек использовал свою способность распознавать и узнавать абстрактные изображения – знаки и символы – для предостережения, руководства, указания направления и передачи информации. Столетия и даже тысячелетия спустя знаково-символическое пространство по-прежнему «рулит»! Важную роль, например, оно играет в процессах интеграции на постсоветском пространстве. А вот стоит ли рассматривать возможность формирования общего знаково-символического пространства в странах ЕАЭС, здесь мнения экспертов разнятся.
Считается, что знаки и символы обладают большой мотивирующей и побудительной силой. Они объединяют и направляют людей. Однако если в европейских странах с символикой давно все ясно, она устоялась, принята обществом и по-настоящему действенна, то в странах постсоветского пространства в этом деле есть определенные проблемы. На очередном заседании общественного фонда «Мир Евразии» эксперты в области истории, PR, масс-медиа поделились своим мнением касательно имеющихся и необходимых в будущем символов у стран бывшего Союза.

 

Эдуард ПОЛЕТАЕВ, политолог, руководитель ОФ «Мир Евразии»:
– На мой взгляд, до сих пор существует путаница среди населения с аббревиатурой ЕврАзЭС и ЕАЭС. Более того, представители высоких политических кругов часто оговариваются, когда рассуждают на тему ЕврАзЭС и ЕАЭС. И проблемы с символом на лицо. То, что мы сейчас видим на флаге – это фактически заимствованная эмблема. Хотя были изначально разговоры о том, чтобы разработать новый символ евразийской интеграции. Но решили отказаться от этой идеи. Если, допустим, погуглить, то мы увидим восьмиконечную звезду, фиолетовый флаг, которые тоже ассоциируются с Евразийским экономическим союзом. Хотя это символ, который предложило евразийское движение. Я считаю, что он не отражает сути и целей данного объединения.
Есть хорошие примеры европейского сотрудничества, где символика имеет особое значение и полностью отражает цели той или иной организации. Еще в 50–60-х годах прошлого столетия в Европе появились первые символы. Есть гимн Ода радости Бетховена с симфонией, который исполняется на специальных мероприятиях. Есть флаг с 12 звездами, хотя стран, вошедших в Евросоюз, уже гораздо больше. Символ Евро – тоже отличный пример, это своего рода знак укрепления единства европейцев. Есть девиз единства многообразия европейского союза. Всего этого пока в интеграционных объединениях, которые существуют на постсоветском пространстве, недостаточно. Хотя есть такое мнение, что, возможно, это и не нужно, что еще рано, поскольку процесс только начался и еще много сложностей и недоработок. Все сейчас идет, так сказать, в режиме полевой работы и пока символы не столь значимы, сначала нужно решить более важные задачи. Тем не менее маркировка решает задачу идентификации в определенной степени и выделение тех стран, которые вступают в интеграционные объединения среди прочих. Причем необходимы именно позитивные знаки и символы, которые конструируют стремление к интеграции, единству, сотрудничеству. Потому что политика символов имеет очень большое значение, тем более в нынешний информационный век, когда вся информация «не переваривается» и мы рассуждаем ассоциациями и стереотипами. Если привести в пример работу коммерческих компаний и значение в их работе тех же логотипов,  мы увидим, что в информационном пространстве на протяжении последних десяти лет было много скандалов, связанных со стоимостью разных лого. Выяснялось, что логотипы могут стоить миллионы. Например, логотип московского метро или РДЖ, за которые отдавали сумасшедшие деньги. То же яйцо МТСское, я помню, обошлось в 20 миллионов рублей! Хотя, казалось бы, любой дизайнер на наш непросвещенный взгляд может подобное сделать минут за пять. Но суть в том, что знакам, символам придается большое значение среди коммерческих компаний. И мне кажется, в интеграционной плоскости тоже нужно подумать на эту тему. В последнее время на самом деле существенное значение в мире придается знакам и символам.

 

Дмитрий ШИШКИН, писатель, журналист:
– В любом объединении всегда был важен вопрос выбора символа, флага или лого, который объединяет и за которым люди идут. В случае нового объединения и символ должен быть новым.
Я считаю, что в символике очень важно легкое восприятие, чтобы каждый мог понять ее значение. Например, когда мы видим значок Евро, то сразу понимаем, о чем речь. Символ немыслим без контекста, это известно еще с древних времен. Та же свас­тика – один из самых древних знаков человечества, в который всегда закладывался определенный посыл. Если мы, допустим, в контексте исторического кино используем свастику, то понятно, что данный символ – это отсыл к древнему символу солнца, в любом другом случае, видя такой символ, мы закладываем негативную коннотацию, которая продиктована последними событиями ХХ века. Избирать в данном случае чей-то национальный символ невозможно, потому что всегда будут споры, а какой-то религиозный – тем более нельзя. Любая стратегия разработки бренда или символа определенной компании основывается на логотипе, девизе или слогане предприятия. Ничего этого нет у Евразийского экономического союза. Есть лишь подобие эмблемы. Это действительно серьезная проблема. Я считаю, что пренебрегать такими вещами, когда строишь глобальное межгосударственное образование, нельзя.

 

Александр ГУБЕРТ, старший преподаватель кафедры государственной и общественной политики и права Алматинского университета менеджмента:
– На мой взгляд, настоящим символам нужны десятилетия, а порой и тысячелетия, для того чтобы они устоялись. Например, казахские орнаменты и многие другие элементы, которые идут издревле, не вызывают каких-то споров. Если мы рассматриваем Европу, то при всех противоречиях, которые имели место там быть, есть определенная историческая линия, и они не отвергают свое прошлое, которое у них было при всех трагедиях. Что происходит у нас? Мы сметаем с пьедестала старое, ставим новое. То есть ценностные установки постоянно меняются. И они меняются не только с точки зрения политиков, политологов и так далее, но и у самого общества. Так называемый когнитивный диссонанс, который, вероятно, и не дает возможности что-то принять. Возможно, должен быть какой-то научный подход, о геральдике я имею смутные представления. Но взять, к примеру, архитектуру. Хорошая или плохая архитектура, но она была в советской Алма-Ате. И то, что гостиница «Казахстан» была символом города у старшего поколения – сомнения не вызывает. Но это прошлые символы, которых сейчас нет. Что касается ЕАЭС – нет четкой артикуляции, и как результат, нет нормальной работы в этом направлении. Когда время докажет, что это действительно нужно и с экономической, и с точки зрения безопасности и общество всех государств это воспримет, тогда, наверное, и с символической частью тоже что-то проявится.

 

Сергей КОЗЛОВ, заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане»:
– Символы – это, по сути, магия. Они появляются совершенно необъяснимыми путями. И случается так, что одни символы живут, другие забываются, третьи отвергаются. 4 июня исполнилось 26 лет государственным символам Казахстана.  4 июня 1992 года в Верховном Совете 12-го созыва в течение почти 14 часов, я сам присутствовал при этом, шло обсуждение госсимволов Казахстана. Заседание началось в 10 часов утра, это был четверг. Ушли мы оттуда за полночь. Если почитать стенограмму того заседания, то можно понять, что это было невероятно интересное обсуждение! Но, тем не менее, символы эти были приняты.
А еще мало кто знает, что первоначально флаг Казахстана был не таким. Он был темно-синего цвета, а полоса орнамента красная. Этот флаг прожил ровно две недели. 18 июня начинается заседание Верховного Совета и вдруг заходит мужичок в кепке, в халате,  берет флаг и уносит его. Депутаты в недоумении. А Серикболсын Абдильдаевич, который открывал заседание, совершенно так спокойно говорит: «Мы с Нурсултаном Абишевичем посоветовались и решили, что цвета, которые мы утвердили, не отвечают законам геральдики». В итоге появился тот флаг, который мы по сей день имеем. Хочу отметить, что обретение символа – процесс очень сложный, можно даже сказать – мистический. Например, французская и итальянская геральдические системы считаются одними из самых удачно разработанных и изящных. При этом мало кто знает, что у Франции нет официального герба, то, что помещается на здании посольства – это не герб республики. Это государственная эмблема. И мало кто знает, что в итальянской республике – временный герб, который в 1948 году был утвержден для того, чтобы разработать и принять официальный герб, но так и остался. Не многие знают, что флаг Израиля тоже когда-то был временным госсимволом. Он, кстати, напоминает специальное полотенце, которое используют в синагоге евреи во время молитвы. Таких примеров очень много.
Я так думаю, на постсоветском пространстве общие символы еще долго не возникнут. Я исхожу из личного опыта наблюдения за возникновением и утверждением символов и, так сказать, проявления народной любви к ним.

 

Замир КАРАЖАНОВ, политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge:

– Очень часто приводится в пример Европейский флаг, который сумел стать объединяющим символом. Но если вспомнить, в 50–60-е годы там была примерно такая же проблема, как и у нас. Символ был не понятен для населения Европы. Но налицо сам факт, что эта интеграция состоялась и показала свою эффективность. И естественность, как главная ценность самой интеграции, привела к тому, что флаг был принят.
Это тот пример, когда не нужно что-то придумывать, мучиться и разочаровываться. Придет свое время. Все будет зависеть от того, сколько будет длиться этот процесс интеграции на постсоветском пространстве и насколько он будет эффективным. Я думаю, что если качество жизни начнет улучшаться, то и население начнет тянуться к этим символам и знакам. Но есть еще один интересный аспект, на котором я бы хотел акцентировать внимание. Если говорить о популярности этих знаков, нужно обратить внимание на периоды их возникновения. Взять, к примеру, Грузию, все мы помним революцию 2004 года, когда все буквально в один миг поменялось и у них появился новый флаг. Произошел кризис и возникла потребность объединения общества вокруг каких-то ценностей, перемен, обновлений Грузии. И вот тот новый флаг – символ Грузии – в один момент сумел многих сплотить. Произошла мобилизация. Но еще раз повторюсь, это произошло на фоне кризисного явления в жизни. Такие явления возникают спонтанно, и определенные трудные моменты вызывают большую потребность в этих объединениях.

 

Записала Оксана ЛЫСЕНКО,
Алматы

 
Источник: Республиканская общественно-политическая газета «Литер»

Итоги Центральноазиатского медиа-форума «Информационный образ Большой Евразии: роль медиа в формировании будущего Евразийского пространства» (г. Алматы, 13-15 июня 2018 г.)

Формирование медийного образа Большой Евразии как пространства взаимовыгодного партнерства заинтересованных государств должно базироваться на логике прагматизма, а не на политических амбициях, и опираться на «интегрированный интеллектуальный потенциал» представителей экспертного и журналистского сообщества.

Таков резюмирующий посыл Центральноазиатского медиа-форума «Информационный образ Большой Евразии: роль медиа в формировании будущего Евразийского пространства», состоявшегося в Алма-Ате по инициативе Политологического центра «Север-Юг» (Российская Федерация), Центра аналитических исследований «Евразийский мониторинг» (Республика Казахстан) и Информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве (ИАЦ МГУ) при поддержке Фонда президентских грантов (РФ) и Общероссийской общественной организации «Российский Союз Молодежи».

В мероприятии, цель которого – развитие профессиональных связей между представителями масс-медиа государств Центральной Азии и России, углубление гуманитарной интеграции и развитие межкультурного диалога, приняли участие молодые журналисты и руководители авторитетных медиа Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана и России, специализирующиеся на проблематике региона Большой Евразии.

– Мы пригласили на форум не только главных редакторов и руководителей ведущих изданий стран Центральной Азии, но также начинающих журналистов, способных привнести что-то новое в политику СМИ, — сказала, открывая форум, главный редактор ИАЦ МГУ Дарья ЧИЖОВА.

В ходе мероприятий форума рассмотрен широкий спектр вопросов информационной повестки Большой Евразии, современные медиа-тренды и особенности брендирования межгосударственных интеграционных проектов на Евразийском пространстве.

Сергей МАСАУЛОВ, координатор Экспертной платформы «Большая Евразия», ознакомил участников с принципиально новой инициативой экспертного сотрудничества, выдвинутой в конце прошлого года рядом российских институтов гражданского общества.

По словам С.Масаулова, Экспертная платформа «Большая Евразия» определяет задачей объединение усилий ведущих интеллектуалов государств Евразии для разработки аналитических продуктов, создания информационных проектов и установления постоянного взаимодействия между экспертными и научными центрами, а также ведущими медиа Евразии, с целью экспертно-информационного и аналитического сопровождения основных интеграционных проектов на Евразийском пространстве.

— Большая Евразия – гигантская проектная идея. Она родилась как ответ на новые технологические вызовы. В современном мире фактическая борьба государств уступила место борьбе масштабных проектов. Государства – это лишь инструменты и средства реализации таких проектов, которых в настоящее время множество. К этому нужно относиться как к реальности и понимать: если мы в этом проектном мире не имеем собственного проекта, значит мы – объекты чьего-то проекта, — констатировал С.Масаулов, подчеркнув, что формирование Большой Евразии – это создание пространства евразийского партнерства в различных форматах. В основу такого партнерства должны быть положены принципы прагматики без какого-либо «идеологического давления».

Говоря об особенностях формирования мадиа-образа Большой Евразии, руководитель «Российской газеты» Павел Негоица подчеркнул необходимость присутствия в этом процессе двух составляющих: научной концепции и популярного восприятия.

— До тех пор, пока идея Большой Евразии не овладеет умами большого количества людей, она будет оставаться предметом исследования экспертных площадок, научных диссертаций. Для того, что понять, куда мы движемся, необходима популяризация экспертных заключений на доходчивом языке. Другими словами, нужен союз экспертов, ученых-историков и журналистов для понимания новых концептов. Сегодня нам не хватает таких связей, — считает П.Негоица.

По мнению киргизского медиа-эксперта, генерального директора Аналитического центра «Стратегия «Восток-Запад» Дмитрия ОРЛОВА, актуальной проблемой формирования единого информационного пространства Евразии и сопровождения региональных интеграционных проектов является дефицит продуктов «конструктивной журналистики».

— Нередко складывается впечатление, что национальные СМИ занимаются трансляцией фобий своих учредителей. Нужно прекратить реагировать на то, что озвучивают с завидным постоянством некоторые «околополитические» популисты. Логика прагматизма и взаимовыгодного партнерства должна быть сильнее застарелых обид и политических амбиций, — уверен Д.Орлов.

Мнение коллеги разделяет главный редактор информационно-аналитических порталов Матрица.kz и Резонанс.Kz, казахстанский политический аналитик Султанбек СУЛТАНГАЛИЕВ. По его мнению, позиционирование идеи большого евразийского партнерства требует серьезной и продуманной пропагандисткой работы, понимания психологии читательской и зрительской аудитории, поиска оптимальных модулей подачи информации.

В этом контексте С.Султангалиев констатировал неоптимистичную статистику падения популярности тематики евразийской интеграции, в частности, в Казахстане.

— По оценкам Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития, в 2015 году 80% казахстанцев поддерживали идею евразийской интеграции, в 2017 – 70%. То есть тенденция падения интереса к проекту очевидна. Нужно смотреть правде в глаза и вскрывать болевые моменты, которые обуславливают разочарование населения. А это предполагает необходимость социологических исследований в зрительской и читательской аудитории, анализа эффективности форматов подачи информации. В Казахстане, например, две аудитории потребителей информации – русскоязычная и казахскоязычная, и стандарты восприятия этих аудиторий существенно разнятся. Это тоже нужно учитывать, — подчеркнул С.Султангалиев.

Для популяризации достижений ЕАЭС и повышения интенсивности освещения процесса евразийской интеграции эксперт считает целесообразным создание межгосударственного фонда и внедрение системы грантовой поддержки тех медиа-ресурсов, которые готовы принять на себя такую миссию.

Интересный опыт продвижения концепции «китайской мечты» представил на форуме генеральный директор алматинского «China Center» Адиль КАУКЕНОВ. Он, в частности, отметил, что амбициозная инициатива Поднебесной «Один пояс – один путь» — не только инфраструктурный проект, но «идеология сотрудничества» глобального масштаба, которая реализуется через развитие культурно-гуманитарных связей с активным задействованием образовательных каналов и народной дипломатии.

— Активная работа в гуманитарной сфере позволяет Китаю выйти на новый уровень сотрудничества с опорой на специалистов, подготовленных непосредственно в КНР. Особо интересен для нас опыт продвижения имиджа Поднебесной с использованием новых медиа-инструментов и принципов. Так, например, многие китайские медиа-компании уже не работают на «переводных» материалах, информ-продукт для них готовят международные специалисты, получившие образование в Китае, владеющие китайским языком и стандартами современной подачи информации, — подчеркнул А.Каукенов.

В продолжение темы заместитель председателя Российского Союза Молодежи Татьяна СЕЛИВЕРСТОВА рассказала о деятельности Международного молодежного информационного агентства государств-участников Шанхайской организации сотрудничества, которая может служить примером эффективной реализации совместных медиа-проектов на пространстве Большой Евразии.

В качестве спикеров, тренеров и модераторов дискуссионных панелей в форуме приняли участие известные журналисты, политологи и социологи, медиа-эксперты России и государств Центральной Азии.

Генеральный директор радиостанции «Говорит Москва» Владимир МАМОНТОВ – модератор панельной дискуссии «Информационная повестка Большой Евразии», особо подчеркнул необходимость сохранения общего исторического наследия для формирования «конструкта» совместного будущего государств постсоветского пространства.

— Конструкт нашего совместного проживания, а мы на это обречены, может быть иным, нежели тот, который мы имели в прежние времена или имеем сейчас. Но для журналистов важно объективно понимать, где мы находимся с точки зрения экономики, морали, социальных предпочтений в наших странах, которые объединены многими факторами. Это необходимо, чтобы правильно распорядиться собой и друг другом в будущем, — отметил известный журналист.

В рамках форума состоялась медиа-школа для молодых журналистов, где в формате лектория-тренинга выступили известный казахстанский журналист Полина ШИМАНСКАЯ с темой «Конвергентная журналистика» и политолог, эксперт Марат ШИБУТОВ с темой «Медиа в эпоху «fake-news»: особенности работы с источниками».

Дискуссионную панель «Центральная Азия между архаикой и модерном» провели руководитель Общественного фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия» Гульмира ИЛЕУОВА и Султанбек Султангалиев. Завершился форум деловой игрой «Медиа-образ Центральной Азии».

Участники форума отметили эффективность диалоговой площадки в развитии профессиональных контактов и объединении интеллектуального потенциала представителей экспертных и медийных сообществ государств Центральной Азии и России для решения актуальных задач процесса формирования единого информационного пространства Евразии на принципах конструктивной журналистики.

Какой флаг нужен Евразийскому Союзу

Знаки и символы как средство идеологического воздействия

«В случае нового объединения символ должен быть новым, – подчеркнул Дмитрий Шишкин, писатель. – У организации должен быть, условно говоря, флаг, который объединяет и за которым люди идут. Часто мы склоны не придавать этому значения, но, судя даже по коммерческим компаниям, всегда нужен объединяющий символ, который не несет никакого негатива». Прозвучало это в ходе экспертного обсуждения «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии», который проводил ОФ «Мир Евразии».

«Символьная политика имеет большое значение в информационный век, – отметил Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба. – Маркировка решает задачи идентификации». В качестве положительного примера он привел флаг Европейского союза и символ валюты евро, который очень многими воспринимается положительно. Еще там имеется девиз – «единство в многообразии».

«Символы возникают и становятся популярными не сами по себе, – заметил Замир Каражанов, политолог. – Популярность идеи интеграции сделала популярной флаг Евросоюза. Будет улучшаться жизнь в ЕАЭС – популярным станет флаг».

ЕАЭС

«Я считаю, что в символике очень важно легкое восприятие, чтобы каждый мог понять ее значение. Символ не мыслим без контекста, это известно еще с древних времен. Та же свастика – один из самых древних знаков человечества, в который всегда закладывался определенный контекст, посыл. Если мы, допустим, в контексте исторического кино используем свастику, то понятно, что это отсыл к древнему символу солнца, в любом другом случае видя свастику мы закладываем негативную коннотацию, которая продиктована событиями XX века, – указал г-н Шишкин. – Избирать в данном случае чей-то национальный символ невозможно, потому что всегда будут споры, какой-то религиозный – тем более нельзя».

«Любая стратегия разработки бренда или символа определенной компании основывается на логотипе, каком-то девизе или слогане предприятия. Ничего этого нет у Евразийского экономического союза. Есть лишь подобие эмблемы. Это действительно серьезная проблема. Я считаю, пренебрегать такими вещами, когда строишь межгосударственное образование, нельзя», – выразил свою позицию Дмитрий Шишкин.

«Когда мы говорим о семиотике, я вспоминаю слова профессора Умберто Эко, который в своих трудах задавался вопросом: «А что такое символ, где семантика символа сама по себе?». Если говорить об ЕАЭС, то мы практически не знаем о знаках или символах объединения. Этот момент действительно мало проработан, – считает Бекнур Кисиков, президент Евразийской ассоциации франчайзинга. – Что касается ЕАЭС, то сам по себе проект конечно интересный. Но пока нет даже четкого смыслового символа, если говорить о каком-то изображении».

еаэс

Сергей Козлов участвовал в данном мероприятии не только как журналист, но и в качестве члена Российского геральдического общества: «Символ – это, по сути, магия. Символы возникают, приживаются совершенно необъяснимыми путями. Почему одни символы живут, другие забываются, третьи отвергаются?» Сам он считает, что на постсоветском пространстве общие символы еще долго не возникнут. «Первый символ, который родился на постсоветском пространстве – это Георгиевская лента. Стихийно появился и прижился. Но в ряде стран постсоветского пространства этот символ многими был воспринят как русский национальный, а не как символ общей Победы. Что касается ЕАЭС, то возможно стоит не мудрить, а просто аббревиатуру вынести, как например, у группы «Битлз» на музыкальных инструментах размешалось в качестве символа ее название. Но еще раз повторюсь, для эффективной символизации нужно время, это не быстрый процесс», – отметил г-н Козлов.

PR-консультант Владимир Павленко акцентировал внмиание на следующем: «Недавно писал комментарий к статье, которая называется – «Символы национальной идентичности, как ресурс мягкой силы». Автор задается вопросом: «Что такое национальная идентичность?» И отвечает: «Это модель коллективного сознания интегрирующего знаки и символы в единое смысловое пространство общества». 26 лет государственным символам Казахстана – это много или мало? В каждой из стран, которая входит в ЕАЭС, процессы символизации еще идут. А мы говорим о наднациональных символах, которые бы объединяли с учетом возможно существующих каких-то противоречий, различных интерпретаций или иных событий и связанных с ними символов».

Г-н Павленко сфокусировался на брендах («это интереснейшая вещь»). С одной стороны они используют те культурные ценности, которые существуют в обществе для совершенно четкого выделения своего бренда среди других. А с другой стороны бренд сам становится символом, определяющим может быть идентификацию человека, его самосознание в окружающем его мире. «Вопрос: делать бренды и символы или не делать? Если плохо делать, то лучше не надо. Каждая страна входящая в ЕАЭС свое смысловое поле символов еще продолжает интегрировать в сознание граждан. Как на этой основе вводить общие символы, чтобы они воспринимались без негатива? И еще нужно учитывать, что если и появится новая интеграционная символика, то она будет выходить в мир, уже переполненный символами и брендами», – подчеркнул специалист.

«Всегда будет часть людей, которые воспримут любой символ негативно, и будут люди, которые воспримут его положительно, – считает политолог Антон Морозов. – Навязанные символы долго не живут, любая символика должна пройти какое-то испытание временем. Например, как буденовка с красной звездой (шлем, ставший ярким признаком принадлежности к Красной армии). Задача по созданию символа не простая, поскольку символика должна объединить разные страны. Это удалось в свое время в рамках СССР. Но в то же время сегодня логотип не должен вызвать ассоциации с этим Союзом. Собственно повториться уже как бы и не получится, чтобы не вызвать реакцию отторжения».

С иного ракурса посмотрел на ситуацию Рустам Бурнашев, политолог: «Если проанализировать в чем выражается недовольство работой ЕАЭС, то совершенно четко видно, что реальной критики с цифрами, деталями на самом деле нет. Зато достаточно много критики, направленной на всякие символические структуры, ту же Георгиевскую ленточку, которая в принципе к ЕАЭС никакого отношения не имеет. Но, тем не менее, происходит некая ментальная связка, и вся критика направляется на эту символику. Получается, что для ЕАЭС возникает хорошая такая прагматическая ситуация, когда вся энергия оппонентов направляется не на связанную с этой структурой символику, а вся практика ЕАЭС остается вне дискуссии и вне критического осмысления. На данный момент я здесь вижу для ЕАЭС достаточно большой выигрыш. Но в конечной перспективе, безусловно, мы будем иметь негатив. Понятно, что когда структура развивается без критической позиции и разумного осмысления, когда вся критика действительно уходит в чисто символическое поле, то, получается, что отсутствует поле для совершенствования структуры».

еаэс

«Принимается то, что символизирует настоящее, – подчеркнул Александр Губерт, университет «AlmaU». – Как Георгиевская лента в качестве символа Великой Победы. Настоящесть нужна, некая истинность, тогда и появится символ».

Леся Каратаева, КИСИ: «Я вот почитала, какие символы характерны для истории той или иной страны, которая включена в Евразийское пространство. В итоге – это небо, солнце и звери/птицы (орел, барс). Эти символы отражаются в любой истории любой страны-участника. Но если мы говорим о текущем моменте востребованности цивилизованного подхода к Евразии, то тут актуален современный контекст. Здесь подключается то, что мы называем политическим архетипом. А вот каким образом он будет сформирован, пока остается вопросом без ответа».

«Символы должны быть выстраданы. У них должно иметься историческое обоснование, какая-то общность, – отметил Адиль Каукенов, востоковед. – Что это дает простым людям? Вокруг чего будем объединяться? Поиск этого – одна из важнейших задач для интеллектуалов».

Социолог Гульмира Илеуова рассказала об исследовании по отношению наших современников к истории XX века. «Очень трудно найти компромис, споры разгорались по каждому событию», – резюмировала она. Что же касается евразийской символики, то с технологической точки зрения все это решаемо, хоть и не просто: набор образов, работа с фокус-группами, использование специалистов (в том числе редких). Главное – не воровать чужие идеи и не разворовывать деньги.

«Если нет хороших дел, не спасет пиар-отдел, – заметил Марат Шибутов, представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане. – Думаю, что если мы говорим о символах и знаках, то надо сначала разобраться, что такое ЕАЭС. На самом деле это экономические связи между пятью странами. То есть это не сами объекты, а связи между ними. Соответственно у связей должен быть какой-то символ. Придумать символ, разработать его и продвинуть не проблема, но будет ли толк? Нужно начать с совместных проектов и тиражирования историй их успеха».

Источник: ZONAkz

Эксперты: символы евразийства должны стать узнаваемыми

Эмблема и флаг ЕАЭС не в полной мере отражают суть интеграционного объединения и мало о чем говорят жителям евразийского пространства, считают казахстанские эксперты. Нужна ли другая символика или стоит сначала определиться с тем, какие смыслы должны нести в себе знаки ЕАЭС, обсуждали участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии».

Символическое наследство

Флаг Евросоюза – круг из двенадцати золотых звезд на синем фоне – хорошо известен в мире, он символизирует собой объединенную Европу, европейские ценности. Эмблема ЕАЭС пока не отличается широкой узнаваемостью даже на территории самого союза, непонятно и то, какие смыслы в ней заключены, констатировали участники дискуссии «Знаки и символы интеграционных процессов в Евразии».Показательно, что Евразийскому экономическому союзу символика досталась от объединения-предшественника.

«То, что мы сейчас видим на флаге Евразийского экономического союза– это эмблема Евразийского экономического сообщества, – отметил политолог Эдуард Полетаев. – Изначально велись разговоры о том, чтобы разработать новый символ ЕАЭС, но затем решили отказаться от этой идеи, предпочтя преемственность в символах. В то же время среди населения до сих пор имеет место путаница с аббревиатурами ЕврАзЭС и ЕАЭС. Оговариваются даже представители высоких политических кругов. Кроме того, есть мнение, что символика ЕАЭС не в достаточной степени отражает то, что собой представляет союз».

Напомним, флаг ЕАЭС – это белое прямоугольное полотно, в центре которого изображен земной шар с выделенным на нем Евразийским континентом. По бокам – две фигуры, похожие на птиц, летящих на встречу друг к другу. Они символизируют Европу и Азию. Цвет Европы – сине-голубой, цвет Азии – желто-золотой. При этом нет четкого объяснения, почему именно эти цвета символизируют две части света, говорят эксперты.

«Эмблема сложная для понимания, – озвучил свою оценку писатель и журналист Дмитрий Шишкин. – Я считаю, что в символике очень важно легкое восприятие, чтобы каждый мог понять ее значение. Символ должен быть простым, но в то же время говорящим, чтобы под его эгидой строить стратегию». В пример Дмитрий Шишкин привел бизнес: стратегия бренда каждого серьезного предприятия включает логотип, а также девиз или слоган – ничего этого у ЕАЭС нет.

Нет четкого смыслового символа, согласился президент Евразийской ассоциации франчайзинга, публицист и писатель Бекнур Кисиков. «Экономическое пространство должно быть брендированным, чтобы мы понимали, куда и зачем идем и что мы друг без друга не можем», – уверен Кисиков.

В поисках общих смыслов

Символика вполне адекватна, если говорить о ЕАЭС именно как об интеграционном объединении ряда стран, в рамках которого, в целях повышения конкурентоспособности национальных экономик, создан единый рынок товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов, считает главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, доктор исторических наук Леся Каратаева.

«Флаг и эмблема символизируют стремление к сотрудничеству и мирный характер объединения. С одной стороны, информативно, с другой – лаконично», – сказала Каратаева. Если же рассматривать символику с точки зрения цивилизационного пространства, то понятие евразийской идентичности размывается, добавила представитель КИСИ. По ее мнению, символы, которые позитивно оценили бы в каждой стране ЕАЭС, должны быть нейтральными, но наполненными смыслом: например, солнце, небо, орел, конь.

Впрочем, говорить о наднациональной идентичности эксперты считают несвоевременным. Есть более актуальный вопрос в торгово-экономической сфере, связанный со знаками и символами. Речь идет о маркировке «Сделано в ЕАЭС». Как отметила Леся Каратаева, данный вопрос обсуждается уже несколько лет, но так и не решен до конца: «Откуда такие сложности? Можно предположить, что введение общей маркировки товаров приведет к отказу от национальных вариантов, к чему ни национальные правительства, ни национальный бизнес пока не готовы».

Тем не менее, евразийская символика должна стать понятной и близкой простым людям, ради благополучия которых и затевалась интеграция, полагают эксперты.

«На мой взгляд, проблема с выбором символа у ЕАЭС в том, что пока мы не можем четко ответить на вопросы: что же нас объединяет и от чего можно оттолкнуться, чтобы выработать общий, единый или хотя бы такой символ, чтобы у людей, которые разделяют идею интеграции, было желание вокруг этого символа сплотиться, – считает директор центра китайских исследований ChinaCenter, политолог Адиль Каукенов. – Важно определиться, что дает ЕАЭС простым людям. Вроде бы все понятно – интеграция, дружба, единое экономическое, культурное пространство. Но все как-то размыто, нет конкретики. И это, я думаю, есть задача для поиска».

Участники дискуссии выразили мнение, что в ЕАЭС хромает идеологическая составляющая. «Есть противоречия в самой организации, в том, что отдельные страны то демонстрируют свою независимость друг от друга, то потом говорят, что ЕАЭС – это общее пространство и нам нужно дальше идти вместе. Нет четкой артикуляции важности и необходимости интеграции и, как результат, нет нормальной работы в этом направлении»,– отметил старший преподаватель кафедры государственной и общественной политики и права «Алматы Менеджмент Университета» Александр Губерт.

Но, кроме того, нужно время для того, чтобы евразийская интеграция показала на деле свои преимущества и чтобы рядовые жители государств ЕАЭС ощутили их на себе.

Всему свое время

В договоре о ЕАЭС ничего не сказано об общих ценностях, напомнил Эдуард Полетаев, поскольку евразийские партнеры не включили в документ политические аспекты. Оттуда и проблемы и с идеологией, и с символикой. Однако, как отметили многие участники дискуссии, данный процесс должен идти своим чередом, и только спустя годы можно будет судить о том, прижился символ или нет.

«Мало кто знает, что у Франции нет официального герба, так как он всегда ассоциировался в этой стране с монархией. Там используется государственная эмблема, хотя она и не имеет никакого правового статуса в качестве официального символа. В Италии почти шестьдесят лет гимн пребывал в статусе временного. Таких примеров много», – рассказал заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане» Сергей Козлов.

Флаг ЕС, который стал сегодня символом евроинтеграции, тоже не был изначально узнаваемым, добавил главный редактор информационно-аналитического центра CaspianBridge, политолог Замир Каражанов.

«В 1955 году, когда приняли флаг ЕС, он был непонятным для европейского населения символом, который мало о чем говорил жителям старого света. Что поменялось за это время? Причина популярности флага Евросоюза заключается в том, что среди людей евроинтеграция ассоциируется с высоким стандартом жизни, с европейскими ценностями. История с флагом Евросоюза говорит о том, что успех популярности не в удачной символике, а, скорее, в тех процессах, которые он олицетворяет. Поэтому, по мере того как интеграция на пространстве ЕАЭС наберет обороты, а население наших стран ощутит позитивные перемены в своей жизни, будет расти и популярность символов евразийской интеграции», – убежден Каражанов.

При этом политолог напомнил о том, что в современной истории быстрыми темпами приживались символы, которые обрели популярность в период острых кризисов. В пример Каражанов привел цветные революции – во всех странах, переживших политические кризисы использовались яркие, запоминающиеся символы, а также георгиевскую ленту, которая стала яблоком раздора на постсоветском пространстве из-за различных оценок истории Второй мировой войны. «Дефицит мегапопулярности символов ЕАЭС и евразийской интеграции вовсе не означает, что все плохо и проект не находит поддержки у населения. Напротив, это позволяет говорить о бескризисном, поступательном развитии», – резюмировал политолог.

Юлия МАЙСКАЯ

Источник: Сайт политической информации Казахстана SPIK

Центральноазиатский медиа-форум «Информационный образ Большой Евразии: роль медиа в формировании будущего Евразийского пространства»

С 13 по 15 июня 2018 г. в Алматы состоится Центральноазиатский медиа-форум «Информационный образ Большой Евразии: роль медиа в формировании будущего Евразийского пространства».
Форум проводится по инициативе Политологического центр «Север-Юг», Центра аналитических исследований «Евразийский мониторинг» (Республика Казахстан) и Информационно-аналитического Центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве при поддержке Фонда президентских грантов (РФ) и Общероссийской общественной организации «Российский Союз Молодежи».
Цель мероприятия – развитие профессиональных связей между представителями масс-медиа государств Центральной Азии и России для углубления гуманитарной интеграции, формирования общего информационного пространства Большой Евразии, укрепления межкультурного диалога.
К участию в форуме приглашены молодые журналисты и руководители авторитетных медиа Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана и России, специализирующиеся на проблематике региона Большой Евразии.
Программой медиа-форума предусмотрено проведение лекций, дискуссионных панелей, тренингов и мастер-классов, в ходе которых будут рассмотрены актуальные общественно-политические и социально экономические процессы в государствах Центральной Азии; информационная повестка Большой Евразии; современные медиа-тренды и особенности формирования медиа-образа Центральной Азии в информационном пространстве, в том числе – в социальных сетях; особенности брендирования межгосударственных интеграционных проектов и другие вопросы.
В качестве спикеров, тренеров и модераторов дискуссионных панелей в форуме примут участие известные журналисты, политологи и социологи, медиа-эксперты России и государств Центральной Азии: Владимир МАМОНТОВ, генеральный директор радиостанции «Говорит Москва»; НЕГОИЦА Павел, генеральный директор «Российской газеты» Сергей МАСАУЛОВ, координатор экспертной платформы «Большая Евразия»; Гульмира ИЛЕУОВА, руководитель Общественного фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»; Адиль КАУКЕНОВ, генеральный директор «China Center» Андрей ЧЕБОТАРЕВ, директор центра актуальных исследований «Альтернатива»; Султанбек СУЛТАНГАЛИЕВ, главный редактор информационно-аналитического портала Резонанс.Kz; Дмитрий ОРЛОВ, медиа-эксперт, директор Аналитического центра «Стратегия Восток-Запад».

Место проведения: г. Алматы, отель «Best Western Plus Atakent Park» (ул. Тимирязева, 42).
Дата и время: 14 -15 июня, 10.00 ч.
Приглашаем представителей СМИ принять участие в освещении мероприятия.
Контакты для аккредитации: Ромащенко Валерия, ведущий специалист Политологического центра «Север-Юг», +7 915 239 92 40, var_rus@mail.ru.
Алибаева Фарида, Центр Аналитических Исследований «Евразийский Мониторинг», +7 702 243 7667, eurasian.monitoring@bk.ru

Шекаралық аймақтардың әріптестігі қай деңгейде?

Еуразия әлемі пікірсайыс клубының кезекті отырысы « Цифрлық шешімдер және Еуразиялық одақтың шекаралық аймақтарының экономикалық әріптестігі» тақырыбына арналды.

 Шараға қатысқан «Социум- PV» ҚҚ директоры Дмитрий Франктің айтуынша Павлодар облысында шекаралық аймақты дамыту мәселесі әлдеқашан жолға қойылған.

«Бұл мәселе әлі де өзекті. Шекаралық аймақтардың экономикалық белсенделігі өз кезегінде күллі одақтың жұмыс нәтижесіне әсер етеді. Одақ экономикасын жандандырудың бір жолы шекаралық аймақтардың әріптестігін арттыру» дейді ол.

Өз кезегінде PR кеңесші Владимир Павленко шекаралық әріптестікті дамытуда цифрландырудың да маңызды екенін айтты.

«Бұдан біраз бұрын Астанада қазақстандық және ресейлік мамандар бас қосқан форум өтті. Осы форумда Еуразиялық одақ елдерінің жаңа заманауи трендтерге бейімділік мәселесі қозғалды. Егер Ресей мен Қазақстан цифрландыруды бірге дамытқысы келсе, ендеше бұл тарапта ортақ бағдарлама қабылдауы керек» дейді Павленко.

Ал Шекаралық әріптестік қауымдастығының Қазақстандағы өкілі Марат Шибутов бұл ретте:

«Цифрландыру? Иә, технология деген жақсы ғой. Бірақ, бұл тарапта не білеріміз бар? Қазақстанға қатысты көптеген мәліметтер әлі ғаламторға да енгізілмеген. Мұны қайтеміз? Ал шекаралық әріптестік мәселесіне келсем, шекаралық аймақтардың байланысы әлі де болса жеткілікті деңгейде емес. Айталық, біздер іргелес Жаңасібір облысы туралы ештеңе білмейміз. Оларда қанша қойма бар, қандай жеңілдіктер қарастырылған, қандай стандарттар бойынша жұмыс жасайды. Шекаралық әріптестік туралы айтқанда осы мәселелерді ескеру керек» дейді ол.

Ал профессор Рустам Бурнашевтың айтуынша,  шекаралық әріптестік тек экономикалық байланыстармен шектеліп қалғаны жөн емес.

Оның сөзін толықтыра кеткен қытайтанушы Әділ Қаукенов бұл ретте:

«Цифрлық экономика туралы айтқанда оның өнімі қандай боларын білеміз бе өзі? Әлде тағы да бөтен елдердің технологияларын тұтынатын боламыз ба? Цифрландыру деген бөлектену дегенді білмейді. Бұл тарапта біз Ресейден үлгі алмауымыз кереу» деді.

Источник: 365info.kz

Представители Казахстана выступили на конференции по безопасности в Евразии

7 июня в Новосибирске (Россия) прошла III Международнаянаучно-практическая конференция «Евразийская интеграция и безопасность». Её участники представили 25 докладов, посвящённых перспективам и защите интересов стран Евразийского экономического союза в условиях глобальных военно-политических и экономических вызовов.

Организаторы конференции: Экспертный клуб «Сибирь-Евразия», Сибирский институт управления – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы (СИУ – филиал РАНХиГС) при Президенте РФ, Историческое общество Сибирского Федерального округа, Новосибирское высшее военное командное училище (НВВКУ).

Участники конференции — представители ведущих военных академий и училищ России, университетов Казахстанаи Сибирского федерального округа РФ, научно-исследовательских организаций Российской академии наук, экспертных сообществ; доклады представили также сотрудники вузов Белоруссии и ряда других стран. Всего в оргкомитет конференции поступило 25 докладов.

Значимость конференции вызвана изменениями внешнеполитических факторов в Евразии и во всём мире, усилением процессов евразийской интеграции и потребностью укрепления экономической базы ЕАЭС. Неслучайно В адрес оргкомитета конференции было направлено обращение члена Совета Федерации РФ Надежды Болтенко. Она отметила актуальность рассматриваемых тем и выразила уверенность в том, что работа научного форума будет способствовать развитию евразийской интеграции.

Представленные доклады касались различных сфер жизни Евразийского экономического союза (ЕАЭС), таких как политические механизмы и экономические преобразования на евразийском пространстве, военные и военно-политические инструменты защиты интересов стран ЕАЭС, энергетическая и экологическая безопасность, взаимодействие академических сообществ. Большое значение уделялось прошлому стран ЕАЭС: учёные в своих докладах привели обширную источниковые данные, показывавшие взаимодействие народов, населявших евразийские пространства в XVI­­– XIXвеках.

В ходе обсуждений и на основании обширных материалов о прошлом и нынешнем участники конференции пришли к выводу о перспективности дальнейших интеграционных процессов на евразийском пространстве. Только совместными усилиями стран ЕАЭС можно достойно и адекватно ответить на вызовы современности.

­По итогам конференции будет выпущен сборник работ; его направят в федеральные и региональные органы власти. Работа конференции по проблемам и перспективам евразийской безопасности будет продолжена и впредь.

Среди членов оргкомитета и участников конференции:

— Екатерина Болдырева, директор Исторического общества Сибирского федерального округа;

— Сергей Козлов, канд. историч. наук, исполнительный директор Экспертного клуба «Сибирь – Евразия», декан факультета политики и международных отношений Сибирского института управления – филиала РАНХиГС при Президенте РФ;

— Владислав Кокоулин, докт. историч. наук, доцент, старший преподаватель кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин Новосибирского высшего военного командного училища, профессор Новосибирского госуниверситета, профессор Академии военных наук РФ,

— Роза Нуртазина, профессор кафедры политологии Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилёва, доктор политических наук, профессор (Казахстан, Астана);

— Дмитрий Франк, директор Общественного фонда «Социум-PV», член научно-экспертной группы при АссамблееНарода Казахстана Павлодарской области (Республика Казахстан, Павлодар),

— Олег Донских, докт. философ. наук, профессор Новосибирского госуниверситета.

Цифрлы экономиканың не екенін түсінбейтіндер әлі де көп

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубының кезекті отырысы «Цифрлы шешімдер және Еуразиялық одақтың шекаралық аймақтарының экономикалық әріптестігі» тақырыбына арналды, деп хабарлайды Qamshy.kz ақпарат агенттігі Dalanews.kz сайтына сілтеп.

Іс-шараның шымылдығын түрген саясаттанушы Эдуард Полетаевтың айтуынша, әзіргі күні одақ аясындағы барлық елдер цифрлы саласы дамытуға күш салуда. Күні кеше Астанада өткен экономикалық форумда бұл мәселеге барынша көңіл бөлінді.

«Мен білсем, Ресейдің «Цифрлы экономика» бағдарламасы 2024 жылға дейін созылады және де киберқауіпсіздік, білім сапасы, маман біліктілігі, ІТ бағдарламалар бағытындағы зерттеулер» тақырыбын қамтиды», – дейді Полетаев.

Оның атап өткеніндей, көпшілік цифрландырудың салдарынан дәстүрлі кәсіптер жоғалып кете ме деп қауіптенеді екен.

«Иә, бұл заман талабы. Технология дамыған сайын нәтижесі төмен бірқатар дәстүрлі мамандықтар жойылып кетуі мүмкін», – дейді бұл ретте «Эксперт-Сібір» компаниясының бас директоры Виталий Букатин.

Оның айтуынша, цифрлы экономика 2000-шы жылдардың басынан басталып кеткен. Алайда бұл бағыттың тәуекелдері де көп көрінеді.

«Айталық цифрлік экономика дәстүрлі билік пен ірі бизнестің түбіне жетеді деген пікір бар. Меніңше қазіргі таңда одақ аясындағы елдер негізінен шекаралық аймақтардағы әріптестік мәселесіне көбірек көңіл бөлу керек. Айталық, Омбы, Жаңасібір өңірлерін Қазақстанның солтүстік өңірлерімен арадағы әріптестігін нығайтқанымыз маңызды. Бұл өз кезегінде шағын және орта бизнесті дамытуға жол ашады», – дейді Букатин.

Ал профессор, «Айлайн технологии» компанияның тең төрағасы Дмитрий Свириденконың пікірінше цифрлы экономиканың не екенін түсінбейтіндер әлі де көп. Айталық, компьютер мамандары мұны блокчейн, криптография және жасанды интеллект деп түсінеді.

«Бірақ, бұл барлық адамға қолжетімді емес.Шыны керек цифрландырудың мәні мен мазмұнын біздің билік те түсінбей отыр», – дейді.

Оның айтуынша, цифрландыру ісіне келгенде Қазақстан мен Ресей бірлесе қимылдауы қажет. Егер екі ел өздерінің бұл тараптағы технологияларын біріктіре алса, жақсы жетістікке жетеді.

Шара аясында отырысқа келген өзге де мамандар бұл тараптағы өздерінің ой-пікірлерін ортаға салды.

Айталық, PR кеңесші, Қазақстан коммуникативтік қауымдастығының өкілі Владимир Павленконың пікірінше, елімізде цифрландыруды индустрияландыру деп қабылдайтын да бар.

«Қамшы» сілтейді

 

Источник: qamshy.kz

Билік цифрландырудың мәні мен мақсатын түсініп отыр ма?

“Еуразия әлемі” пікірсайыс клубының кезекті отырысы « Цифрлық шешімдер және Еуразиялық одақтың шекаралық аймақтарының экономикалық әріптестігі» тақырыбына арналды.

 Шараның шымылдығын түрген саясаттанушы Эдуард Полетаевтың айтуынша әзіргі күні одақ аясындағы барлық елдер цифрлық саласы дамытуға күш салуда. Күні кеше Астанада өткен экономикалық форумда бұл мәселеге барынша көңіл бөлінді

«Мен білсем ресейдің «Цифрлік экономика» бағдарламасы 2024 жылға дейін созылады және де киберқауіпсіздік, білім сапасы, маман біліктілігі, ІТ бағдарламалар бағытындағы зерттеулер» тақырыбын қамтиды», – дейді Полетаев.

Оның атап өткеніндей көпшілік цифрландырудың салдарынан дәстүрлі кәсіптер жоғалып кете ме деп қауіптенеді екен.

«Иә, бұл заман талабы. Технология дамыған сайын нәтижесі төмен бірқатар дәстүрлі мамандықтар жойылып кетуі мүмкін», – дейді бұл ретте «Эксперт-Сібір» компаниясының бас директоры Виталий Букатин.

Оның айтуынша цифрлық экономика 2000-шы жылдардың басынан басталып кеткен. Алайда бұл бағыттың тәуекелдері де көп көрінеді.

«Айталық цифрлік экономика дәстүрлі билік пен ірі бизнестің түбіне жетеді деген пікір бар. Меніңше қазіргі таңда одақ аясындағы елдер негізінен шекаралық аймақтардағы әріптестік мәселесіне көбірек көңіл бөлу керек. Айталық, Омбы, Жаңасібір өңірлерін Қазақстанның солтүстік өңірлерімен арадағы әріптестігін нығайтқанымыз маңызды. Бұл өз кезегінде шағын және орта бизнесті дамытуға жол ашады», – дейді Букатин.

Ал профессор, «Айлайн технологии» компанияның тең төрағасы Дмитрий Свириденконың пікірінше цифрлық экономиканың не екенін түсінбейтіндер әлі де көп. Айталық, компьютер мамандары мұны блокчейн, криптография және жасанды интеллект деп түсінеді.

«Бірақ, бұл барлық адамға қолжетімді емес.Шыны керек цифрландырудың мәні мен мазмұнын біздің билік те түсінбей отыр» дейді.

Оның айтуынша, цифрландыру ісіне келгенде Қазақстан мен Ресей бірлесе қимылдауы қажет. Егер екі ел өздерінің бұл тараптағы технологияларын біріктіре алса, жақсы жетістікке жетеді.

Шара аясында отырысқа келген өзге де мамандар бұл тараптағы өздерінің ой-пікірлерін ортаға салды.

Айталық, PR кеңесші, Қазақстан коммуникативтік қауымдастығының өкілі Владимир Павленконың пікірінше, елімізде цифрландыруды индустрияландыру деп қабылдайтын да бар.

Источник: DalaNews

Цифровизация выгодна в приграничном сотрудничестве: мнение экспертов

Человечество вступает в цифровую эпоху, что будет сопровождаться в том числе трансформацией экономики и бизнеса. Насколько страны евразийского пространства готовы к изменениям, обсудили казахстанские и российские эксперты.

Будущее рядом

В развитых странах мира заявлен курс на цифровую трансформацию бизнеса и построение цифровых экономик. Страны Евразийского экономического союза не намерены отставать от данного тренда. Еще совсем недавно все говорили об информатизации, а сегодня в ходу уже новый термин – цифровизация.

Произошел качественный скачок, пояснил в ходе совместного заседания экспертных клубов «Мир Евразии» (Республика Казахстан) и «Сибирь-Евразия» (Российская Федерация) на тему «Цифровые решения и эффективность экономического взаимодействия приграничных регионов ЕАЭС» профессор Новосибирского государственного университета Дмитрий Свириденко«Информатизация – это использование компьютерных мощностей для решения отдельных задач. Цифровизация – это уже создание цифровых экосистем, решение классов задач», – сказал он.

Что такое цифровизация, на примере соседней страны продемонстрировал директор центра китайских исследований China Center, политолог Адиль Каукенов: «В Китае популярны системы безналичных платежей через телефон, плюс везде стоят камеры, которые по сетчатке глаза могут отслеживать и считывать ваше поведение, процессы оплаты кредитов, налогов, наличие постоянных доходов. Если ваше поведение хорошее для общества, то вам прибавляются баллы, если плохое – отнимаются. Система смотрит за вашим кругом друзей. За качество друзей тоже баллы отнимаются и прибавляются. Тем самым моделируется поведение».

Что касается влияния на экономику, то в КНР, как рассказал А. Каукенов, благодаря доступу к высоким технологиям пропадает необходимость в посредниках. Так, в магазины люди все реже приходят покупать, туда приходят посмотреть, выбрать, примерить, а затем заказывают через интернет напрямую у производителей.

К анализу проблем, значимых для перспективного развития ЕАЭС, привлечены серьезные интеллектуальные силы Казахстана и России

По оценкам международных экспертов, цифровизация радикально поменяет ландшафт мировой экономики, и уже к 2025 году сможет обеспечить треть мирового ВВП. Не случайно страны ЕАЭС приняли стратегию цифровизации, которая также рассчитана до 2025 года. Кроме того, в Казахстане и России есть государственные программы, направленные на построение цифровой экономики.

Так, программа «Цифровой Казахстан» рассчитана на период до 2022 года, ее реализация будет проводиться в четырех ключевых направлениях. Это цифровой Шелковый путь, развитие креативного общества, цифровые преобразования в отраслях экономики и переход на проактивное государство. Российская программа «Цифровая экономика» рассчитана до 2024 года включительно и состоит из пяти направлений, посвященных нормативному регулированию, образованию, кадрам, кибербезопасности, формированию исследовательских компетенций и IT-инфраструктуре.

Вопрос доверия

Усилия государств в сфере цифровизации могут быть особенно востребованы в рамках межрегионального и приграничного сотрудничества, которое активно развивают Казахстан и Россия.

Важно найти точки развития для малого и среднего бизнеса, который часто остается на периферии принятых решений, считает генеральный директор компании «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин. Есть технологические решения, которые, по его словам, смогут вывести на более высокий экономический уровень интеграцию на приграничных территориях: «Компании смогут уйти от посредников и начать друг с другом работать на базе платформ, цифровых решений».

Участник дискуссии Виталий Букатин

На сегодня цифровые решения для малого и среднего бизнеса зачастую недоступны – их создание слишком затратно, возразил Д. Свириденко. Но малый бизнес может стать частью некоей цифровой платформы. Вопрос только в том, чья это будет платформа. Как правило, на евразийском пространстве используются иностранные технологии, что, по мнению российских экспертов, небезопасно. Когда серверы расположены в другом государстве, то это уже чужая цифровая экономика, подчеркнул В. Букатин.

В свою очередь, казахстанские эксперты заявили, что полный отказ от зарубежных технологий и платформ приведет к изоляции и технологической отсталости. Вместе с тем они поддерживают тезис о необходимости развития собственных технологий. Проблема в том, как заметила главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Леся Каратаева, что сфера высоких технологий требует колоссальных ресурсов, она не может развиваться без серьезных вложений. Но отечественный бизнес пока еще не доверяет местным разработчикам.

Это подтвердил и преподаватель «Алматы Менеджмент Университета» Александр Губерт«Национальный центр космических исследований и технологий, в том числе один из его институтов – космической техники и технологий, предлагает массу отечественных разработок потребителям. Это и цифровой рудник, и дистанционное зондирование Земли, и использование данных через геопорталы, и система отслеживания объектов, и многое другое. Но потребители предпочитают зарубежные аналоги известных брендов. И не потому, что они лучше и дешевле. Всегда – дороже и очень часто – не лучше. По сути, не верят, что у нас могут делать подобные разработки».

Российские ученые и изобретатели сталкиваются с аналогичной проблемой, несмотря на то что в технологическом отношении, в том числе в сфере информационных технологий, Россию считают одним из мировых лидеров. Эксперты полагают, что поддержать отечественных разработчиков может государство за счет заказов, особенно в стратегических отраслях, где использование иностранного оборудования и цифровых платформ действительно может угрожать безопасности.

То, что объединяет

Эксперты говорят о том, что на евразийском пространстве есть самое важное для того, чтобы занять достойное место на рынке цифровых технологий, – это квалифицированные специалисты. Бывшая советская математическая школа очень сильна, ее выпускники приложили свои знания для создания многих известных в мире разработок.

Страны ЕАЭС, используя человеческий потенциал, могут наладить взаимовыгодное сотрудничество с тем же Китаем, отметил Д. Свириденко: «Китайцы блестяще овладели элементной базой и могут строить суперкомпьютеры, но у них нет математики, а это самое главное. У нас уникальная возможность подружиться с китайцами: мы им – математику, они нам – суперкомпьютеры».

Главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge, политолог Замир Каражанов напомнил о том, что в нашем общем прошлом было совершено немало технологических прорывов. Например, советскому государству, еще не оправившемуся от войны, удалось мобилизовать финансовые и научные ресурсы для покорения космоса. Проблема именно в том, считает политолог, что в нашей практике совершать прорывы именно тогда, когда ситуация требует некоего подвига. З. Каражанов привел в пример современную Россию, где технологии, в основном военного характера, стали активно развиваться именно в последние годы из-за противостояния со странами Запада.

«Взять, к примеру, российский самолёт МС-21, который в прошлом году совершил свой первый полет. Уникальность разработки – в широком использовании композитных материалов. Благодаря тому, что производитель отказался от алюминия, снизился вес самолета, улучшились его эксплуатационные характеристики. Другая специфика МС-21 состоит в том, что он стал первым российским самолетом, созданным в цифре (за рубежом давно прибегли к такому способу работы), на компьютере. Причем, по заявлению самих авиастроителей, разработка велась в нескольких городах страны, которые были связаны единой сетью. Иными словами, тысяча людей в режиме реального времени проектировала самолет, что оказалось быстро, экономично и эффективно. По мере того как наши страны будут сталкиваться с реализацией таких проектов, будет расти интерес со стороны государства и коммерческого сектора к цифровой экономике», – полагает З. Каражанов.

Участники дискуссии Дмитрий Свириденко (слева) и Замир Каражанов

На самом деле, в настоящее время от государств, обществ, науки и бизнеса требуется своеобразный подвиг. Отстать от развитых стран в сфере цифровизации – означает остаться на задворках новой эпохи, которая во многом изменит жизнь человечества. Эксперты предрекают: цифровизация грозит ростом безработицы, поскольку новые технологии и искусственный интеллект заменят представителей ряда традиционных профессий. Странам ЕАЭС уже сейчас необходимо просчитывать подобные риски и предотвращать негативные последствия.

Кроме того, евразийским государствам необходимо выработать общие подходы к цифровизации, подкорректировать законодательство там, где это необходимо, продолжить работу по оцифровке данных, необходимых для создания благоприятной бизнес-среды. На сегодня, как рассказал представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марат Шибутов, в российском сегменте интернета выложено только 10% от актуального законодательства, а в Казахстане трудно найти информацию о коммерческих структурах. Бизнесмены в приграничных регионах зачастую не могут получить информацию для налаживания экономических связей с предпринимателями соседней страны. Эти проблемы нужно озвучивать, чтобы затем вместе найти технические решения для достижения совместного успеха.

________________________

Фото Айтжана Мурзанова

Источник: Портал «Ритм Евразии»

Странам ЕАЭС надо сокращать цифровое неравенство — эксперты

Цифровизация будет более эффективной, если проводить ее в приоритетных направлениях.

Евразийским государствам необходимо выработать общие подходы к построению цифровых экономик и расширить взаимодействие приграничных регионов, в том числе обеспечить равный доступ бизнеса к информации и цифровым услугам. Об этом на совместном заседании казахстанского экспертного клуба «Мир Евразии» и российского «Сибирь-Евразия» заявил казахстанский политолог Марат Шибутов, передает Total.kz.

Большая разница

Странам Евразийского экономического союза придется проделать большую работу, чтобы побороть цифровое неравенство и обеспечить доступ бизнеса к базам данных. В частности, между Казахстаном и Россией в цифровом отношении существует большая разница, сообщил представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в РК Марат Шибутов. В качестве примера эксперт привел информационно-правовую систему «Законодательство России».

«Там 205 тысяч документов со времен Российской империи по нынешнее время, но из них половина — недействующие. А в России в целом около миллиона действующих законов. То есть в государственной базе данных в наличии всего 10% от актуального законодательства. В частной российской базе «Консультант» уже 15 млн документов. В Казахстане же вся законодательная база выложена. Сразу возникает вопрос: как мы будем взаимодействовать, если даже такие простые вещи, как наличие законов в открытом доступе на одной стороне ограничено? На что будем ссылаться, если начнем строить модели, если не всё актуальное законодательство открыто для бесплатного использования?» — задался вопросом Марат Шибутов.

В то же время, как отметил представитель Ассоциации приграничного сотрудничества, в России существует система СПАРК, которая позволяет получить качественную информацию о компаниях. В Казахстане такую информацию добыть сложнее. Более того, казахстанский бизнес в целом не оцифрован.

«Только у крупных компаний есть электронный документооборот. Даже в фонде «Самрук-Казына» проводятся бумажные закупки. А в портфеле фонда — крупнейшие компании страны, оборот более 4 трлн тенге», — констатировал Шибутов.

Он также добавил, что в Казахстане почти 500 государственных баз данных и они не связаны между собой. Ответственные лица заявляют о том, что свяжут их через два-три года, однако Марат Шибутов посчитал такие сроки для выполнения данной задачи нереальными.

Почему это важно

По оценкам международных экспертов, цифровизация экономики к 2025 году может обеспечить треть мирового ВВП. В развитых странах мира заявлен курс на цифровую трансформацию бизнеса и построение цифровых экономик — государства ЕАЭС не намерены отставать от данного тренда, отметил политолог Эдуард Полетаев.

«Развитие современных технологий и инноваций является одной из стратегических задач стран-партнеров в контексте экономической интеграции. Еще в договоре о ЕАЭС от 29 мая 2014 года предусматривалось создание интегрированной информационной системы и так называемого трансграничного пространства доверия. Информационной интеграции в союзе был дан хороший импульс. Теперь речь идет уже о стратегии цифровизации ЕАЭС, которая определяется документом Евразийской экономической комиссии «Основные направления реализации цифровой повестки ЕАЭС до 2025 года», — напомнил политолог.

Курс на цифровизацию анонсирован не только на уровне интеграционного объединения, но и на уровне стран, рассказал Эдуард Полетаев. В частности, программа «Цифровой Казахстан» предполагает до 2022 года развитие четырех ключевых направлений — цифровой Шелковый путь, развитие креативного общества, цифровые преобразования в отраслях экономики и переход на проактивное государство. Российская программа «Цифровая экономика» посвящена нормативному регулированию, образованию, кадрам, кибербезопасности, формированию исследовательских компетенций и IT-инфраструктуре.

Странам ЕАЭС, как считает политолог, необходимо выработать общие подходы к построению новой системы экономических отношений, основанных на передовых разработках внедрения цифровых технологий, и расширить взаимодействие приграничных регионов в данном направлении. Но как это сделать, учитывая разницу в уровне цифровизации?

Определить приоритеты

Сначала надо стандартизировать законы, а потом уже переходить к технологическим решениям, уверен Марат Шибутов. Но прежде нужно выявить проблемные точки, обговорить их с партнерами.

«Технологии — это хорошо, но когда большинство данных даже не отсканированы, взаимодействовать в цифровом формате будет тяжело. Надо начинать хотя бы со знаний о том, какие есть информационные системы. В Казахстане, например, три системы законодательства и около 20 систем для внешней торговли. Кто у нас в стране знает, допустим, какие есть квоты и стандарты в Новосибирской области, сколько там, например, складов? Надо проговорить данные проблемы, а потом уже посмотрим, на какие технологические решения стоит опереться», — предложил представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в РК.

Важно найти точки развития для малого и среднего бизнеса, который часто остается на периферии принятых решений, полагает генеральный директор ООО «Эксперт-Сибирь» Виталий Букатин. Он считает, что стоит обсудить интеграционные инициативы приграничных территорий именно в контексте МСБ.

«Новосибирская область, Алтайский край, Омская область — это всё плотно сотрудничающий между собой малый и средний бизнес, который максимально уже интегрирован. Есть решения, которые эту интеграцию смогут вывести на совершенно другой экономический уровень. Компании смогут уйти от посредников и начать друг с другом работать на базе платформ, цифровых решений», — сказал Букатин.

Между тем директор центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарёв убежден, что надо в целом развивать приграничное сотрудничество, цифровизация — лишь одно из направлений. Он привел в пример приграничное взаимодействие Казахстана и России.

«На политическом уровне здесь все развивается относительно хорошо, учитывая ежегодно проводимые форумы межрегионального сотрудничества с участием глав государств, подписание различных соглашений между российскими субъектами федерации и казахстанскими областями. Но взаимодействие на уровне конкретных двусторонних экономических проектов оставляет желать лучшего. Так, в прошлом году завершилась программа межрегионального и приграничного сотрудничества РК и РФ на 2012-2017 годы. План по ее реализации изначально предусматривал 31 мероприятие, из которых только шесть касались конкретных проектов по линии промышленности и транспорта. Все остальное носило преимущественно организационный характер. Но и по отмеченным шести проектам нет ясности, насколько они выполнены. Со стороны правительств обеих стран каких-либо отчетов о реализации рассматриваемой программы представлено не было», — отметил политолог.

Эксперты резюмировали: цифровизация станет более эффективной, если проводить ее в приоритетных направлениях — там, где можно рассчитывать на заметный экономический эффект. Повышение информационной доступности для бизнеса и снижение административных барьеров для предпринимателей они отнесли как раз к таким направлениям.

Аманжол Смагулов

 

 
Источник: Информационное агентство ТОТАЛ Казахстан