Monthly Archives: Апрель 2016

Казахстанские и российские эксперты обсудили, как прийти к единому знаменателю в трактовке исторических событий

В Алматы прошло заседание экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «История объединяет: фундамент единства прошлого и реализация возможностей будущего», в котором приняли участие известные историки, политологи, экономисты и журналисты из Казахстана и Российской Федерации.

Перспектива Евразийского пространства — жить в мире и партнерстве – обрастает в последнее время полемикой вокруг ряда исторических событий и интерпретаций. Историю и исторический опыт взаимодействия стран и народов часто стали расценивать как дезинтеграционный фактор. Почему так происходит? Ведь рациональный и ответственный взгляд на историю, напротив, усиливает взаимодействие, решает вопросы современности и будущего (выбора ценностей, идеалов и героев). Умных история сближает, а глупых — разъединяет. Эмоциональное понимание истории сегодня во многом является источником различных «замороженных» и «горячих» конфликтов. Тогда как ее научное понимание предполагает равноправное существование различных трактовок наряду с сохранением и упрочнением общих вех. Наличие добрососедских и родственных связей, особенности самоидентификации, совместная жизнь в составах тех или иных государств должны приводить к тому, чтобы не было семян раздора и «войны историй». Память о событиях общего прошлого, а также о связанных с ними знаменитых личностях-гуманистах помогут избежать конфликтности и сформировать общую историческую ценность народов.

К сожалению, история как наука страдает нестабильностью, но при этом современники зачастую не делают выводов из ее уроков. Более того, в некоторых странах постсоветского пространства манипуляции с историческими фактами используются для влияния на общественное мнение. При этом исторические споры, следствием которых становятся атомизация или раскол общества, вредны и не могут быть оправданы ничем.

Состояние исторической науки не равновесно на постсоветском пространстве, – считает главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований (КИСИ) при президенте РК, доктор политических наук Юрий Булуктаев. – Российским историкам легче, поскольку Россия выступила правопреемницей СССР, и вся история, по сути, осевая нить, осталась той же. А вот постсоветские государства, которые обрели независимость, практически начинают с нуля – они строят свою историю. И в данный момент можно сказать, что история, как наука и как предмет для преподавания, в таких государствах отпущена в свободное плавание, потому что до сих пор не устоялись версии, подходы.

Но поиск новых подходов – это еще не беда. Юрий Булуктаев напомнил о других опасных явлениях: интерпретация и фальсификация фактов и даже исторических источников, конъюнктурщина, когда в угоду политике или идеологии создается определенная картина прошлых событий

«Наше восприятие исторического прошлого всегда должно быть цельным и позитивным, — сказал президент Республики Казахстан Нурсултан Назарбаев. — Оно должно объединять всех казахстанцев, а не разъединять их». Историческая наука обладает огромным потенциалом для развития интеграционных взаимодействий, поскольку содержит в себе фундамент евразийского единства. Выполняя свои главные функции – просвещение и формирование мировоззрения – она принесет пользу государствам и народам, помогая им ориентироваться в сегодняшнем мире. Исторический путь продолжается, появляются новые события и фигуры, в связи с чем необходимо также достижение единства картины будущего.

Олег Сидоров: Мероприятия в сфере культурного взаимодействия носят разовый характер

Политический обозреватель республиканской общественно-политической газеты «Литер» Олег Сидоров выступил на заседании экспертного клуба на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве». StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта.
ЕАЭС изначально создавался как организация, которая должна наладить торгово-экономические связи. Сотрудничество в сфере культуры не ставилось в приоритет. В то же время можно обозначить несколько факторов, которые обуславливают целесообразность культурно-гуманитарного сотрудничества.
Первый фактор: семь регионов Казахстана граничат с 11 регионами России. Наблюдается большое взаимовлияние, как Казахстана на Россию, так и России на Казахстан в этносоциальном разрезе.
Второй фактор: казахстанско-российская граница — самая протяженная непрерывная граница в мире – более 7,5 тыс. км, которая также обуславливает тесное сотрудничество. У наших стран взаимодополняемые экономики: экономические связи растут, люди не перестают тесно общаться и дружить семьями.
Третий фактор: Трудовая миграция. Она порождает феноменальные процессы, становится одним из важнейших факторов евразийской интеграции, порождает уникальную диаспоральную культуру в российских регионах.
«Необходимо создавать диалоговые площадки»
При гармонизации экономик странам ЕАЭС также необходимо учитывать этнокультурные особенности и потребности всех членов объединения. К примеру, актуальна тема производства халяльных продуктов питания. Оно набирает обороты, а в некоторых странах ЕАЭС, в том числе в России, халяль-продукция востребована. Гармонизация законодательства в данной сфере отвечает интересам всех членов, при этом затрагивает не только экономику.
Действительно, многое из того, что делается в сфере культурного взаимодействия, носит разовый, эпизодический характер. В этом плане было бы целесообразно наладить культурно-гуманитарное взаимодействие между НПО и СМИ стран ЕАЭС. Преценденты, конечно, есть, но их недостаточно. Надо создать постоянную диалоговую площадку, которая бы привлекала как экспертное сообщество, так и общественность для популяризации тех или иных культурных особенностей, которые могут влиять на расширение сотрудничества или на осложнение связей.
О проведении исследований, соцопросов, я думаю, не стоит даже говорить, это само собой разумеется. Если мы хотим, чтобы экономики наших стран развивались, с учетом национальных, культурных, религиозных особенностей, то надо учитывать все сферы взаимодействия.

Заседание экспертного клуба на тему «Казахстан до и после выборов: модернизация, стабильность, интеграция» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Информационная повестка ЕАЭС: проблемы и перспективы

Главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин выступил на заседании экспертного клуба на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве». StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта.
«О формировании информационной повестки»
Как журналист я буду говорить о журналистике и общей евразийской повестке. Пожалуй, с 2010 года как таковой евразийской повестки до сих пор нет. Местные СМИ в России, Казахстане, Беларуси и присоединившихся стран пишут, как правило, о проблемах своего бизнеса. И пишут это, связывая с ЕАЭС, но вне того контекста, в котором эти истории развиваются.
Нам нужна общая повестка, и создать ее могут только общие институты. Но пока в этом плане много регулярности. Прекрасный кейс нам дает Евразийский банк развития, который каждый ноябрь собирает журналистов в Москве. Спикеры ЕАБР формируют общую евразийскую повестку. Частично эта повестка формируется за счет некоторых медийных структур, которые есть в Казахстане и России.
У нас были совместные проекты вместе с россиянами, поскольку «Эксперт» есть и в российских регионах, и в Москве. Мы и в 2010 году, и в 2012-м, и в 2015-м с журналами «Эксперт-Урал» и «Эксперт-Сибирь» делали совместные проекты о развитии бизнеса в контексте ЕАЭС.
Эта тема пользуется спросом и интересом. Подчеркну, не повествование о проблемах того или иного бизнеса в связи с существованием ЕАЭС, а о развитии и кооперации бизнеса в контексте Евразийского союза.
«О стереотипах и журналистах»
Возможна еще одна проблема – скептицизм журналистов во всех странах союза. Что опять-таки показывает опыт площадки ЕАБР, журналисты плохо настроены по отношению к ЕАЭС, потому что они в основном гуманитарии и часто выставляют знак равенства между ЕАЭС и СССР. Некоторым нехорошо уже от одного только слова «союз». Нужно, конечно, чтобы ситуация изменилась, надо создавать общую повестку. Кто ее может создавать? Опять же ЕАБР, а также ЕЭК, хотя, мне кажется, ЕАБР в этом плане гораздо активнее, чем ЕЭК.
Насколько я знаю, ЕЭК наработала базу журналистов во всех странах и довольно активно продвигает свои новости. Но нужны какие-то дополнительные площадки.
Тут, мне кажется, правительствам стран надо активнее работать, коль уж им это нужно. Но, можно заметить, что правительствам стран выгодно поддерживать ту повестку, которая сложилась. То есть мы пишем, говорим, снимаем о проблемах нашего бизнеса и о том, как наше правительство эти проблемы героически решает. Но дефицит повестки чувствуется, и если есть какой-то консенсус между правительствами, то нужно такую повестку создавать.
«Об общих ценностях и культуре»
Мы говорили о ценностях, общем историческом прошлом. Мне кажется, у всех стран ЕАЭС есть общее историческое прошлое, причем не только у них. Обосновать, почему взяли именно эти пять и вынуть именно это историческое прошлое, довольно сложно. А, может, стоит задаться вопросом: что в этом общем историческом прошлом было общего в смысле объединяющего? Государство или несколько государств, в составе которых мы находились, если брать ретроспективу в сто, двести лет? Это какие-то государства, к которым очень разное отношение в российской и казахстанской исторической науке и общественном сознании? Это экономика, которой уже нет, связи, которые давно развалились? И хоть мы говорим, что восстанавливаем их, на самом деле, строим новые, не совсем такие.
Что касается культуры, так тут вообще… Советский Союз планомерно создавал в каждой республике свою национальную культуру. Единственно, что, пожалуй, у нас есть общее – это память о Победе. Можно сказать, что это общее во всех пяти странах. Да, но насколько это был позитивный общий опыт – целина и индустриализация?
«О ненаписанной истории ЕАЭС и ее авторах»
Понятно, что много мифотворчества. Но когда мы пишем историю Европы, мы можем что-то такое написать. Тем более, историю Европейского Союза. Но вот хороший вариант для проверки: когда мы говорим об общей идентичности, общих ценностях, давайте попробуем написать общий учебник по истории ЕАЭС. Самой организации вместе с Таможенным союзом всего 6 лет. О чем мы будем писать в этом учебнике?
Опять всплывет образ СССР, который негативно воспринимается. Тут очень сложно найти, создать общий, объединяющий нарратив. Я бы с удовольствием выслушал мнение, что этот нарратив создать можно. Согласен, в принципе можно создать любой конструкт. Но возможно ли сейчас сделать его эффективным? Наверное, нет.
Пожалуй, единственная объединяющая вещь, по крайней мере, для россиян, казахстанцев и кыргызстанцев – это участие в одном большом интеграционном объединении в средние века. Я говорю, об идее чингизизма, которая, так или иначе, всплывала во все времена. Но это, скорее, иронический аргумент. У нас как будто что-то друг другу навязывают. А тут, видимо, надо идти методом дискуссии, обсуждения. Навязывать не получится, а заинтересовать, к сожалению, пока нечем.

Заседание экспертного клуба на тему «Казахстан до и после выборов: модернизация, стабильность, интеграция» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

На постсоветском пространстве за последние 25 лет наблюдаются центробежные тенденции

Так считают участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве», состоявшегося в Алматы.

Поэтому нужно открыть общий телеканал, специальную образовательную программу для студентов и, может быть, создать региональный конкурс исполнителей.

Несмотря на то, что культурно-гуманитарное сотрудничество не входит в компетенцию Евразийского экономического союза, государствам-партнерам стоит обратить на данную сферу пристальное внимание, считают казахстанские эксперты. Жителей Казахстана, России, Беларуси, Кыргызстана и Армении объединяет общая история, схожая ментальность, а также общеевразийские ценности – толерантность, способность к диалогу, взаимодействие основных религий. Однако на постсоветском пространстве за последние 25 лет наблюдаются, скорее, центробежные тенденции: мы отдаляемся друг от друга, констатировали участники обсуждения.

То общее, что у нас есть, сказал политолог Эдуард Полетаев, может стать фактором устойчивого развития.

— Пока единого, целостного восприятия общей культурной политики евразийского пространства не проявляется. На мой взгляд, культурное сотрудничество воспринимается как вторичное после экономического и политического. Это, кстати, далеко не всегда плохо. К примеру, ряд стран евразийского пространства являются стратегическими партнерами, как Российская Федерация и Республика Казахстан. Стратегическое партнерство подразумевает сотрудничество не только на высоком политическом уровне, но и то, что на культурные проекты выделяются определенные средства, и это дает тонус развитию культурного потенциала, – заметил политолог.

Понятно, что Казахстан и Россию связывают особые отношения, хотя бы потому, что семь регионов нашей республики граничат с одиннадцатью российскими регионами, и это обуславливает заметное взаимовлияние. Более того, как рассказал Эдуард Полетаев, зачастую приграничные области Казахстана проводят куда больше совместных мероприятий и чаще обмениваются визитами на уровне руководства с соседними регионами России, чем с географическими отдаленными южными областями нашей республики.

— Казахстанско-российская граница – самая протяженная непрерывная граница в мире (более 7,5 тыс. км) – обуславливает тесное сотрудничество, – в свою очередь отметил политолог Олег Сидоров. – У нас взаимодополняемые экономики, экономические связи растут, и люди не перестали тесно общаться, дружить семьями.

По его мнению, при гармонизации экономик странам ЕАЭС также необходимо учитывать этнокультурные особенности и потребности всех членов объединения.

— К примеру, актуальна тема производства халяльных продуктов питания. Оно набирает обороты, а в некоторых странах ЕАЭС, в том числе в России, халяль-продукция востребована. Гармонизация законодательства в данной сфере отвечает интересам всех членов, при этом затрагивает не только экономику, – говорит Олег Сидоров.

Он убежден, что сферы взаимодействия необходимо исследовать с учетом национальных, культурных, религиозных особенностей. От такого подхода экономические отношения между странами ЕАЭС только выиграют. Кроме того, по его мнению, было бы целесообразно наладить культурно-гуманитарное взаимодействие между неправительственными организациями, а также между средствами массовой информации. Эксперты высказались и за создание общей диалоговой площадки, поскольку сейчас страны евразийской пятерки высказываются в основном «со своей колокольни», а общего виденья решения проблем и задач зачастую нет.

Участники дискуссии из числа журналистов попеняли на дефицит евразийской информационной повестки – органы ЕАЭС крайне редко и нерегулярно балуют СМИ новостями. Может, потому и не стоит удивляться тому факту, что в прессе чаще можно увидеть негативные публикации о работе экономического союза. Кроме того, как полагает главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин, правительствам стран в некоторой степени может быть выгодным, чтобы деятельность ЕАЭС освещалась в основном с точки зрения проблем национального бизнеса и тех мер, которые предпринимают чиновники для преодоления трудностей. Не сложно заметить, что информационное оружие очень популярно в торговых войнах, которые, к сожалению, периодически вспыхивают между странами-партнерами.

А вот Сергей Козлов, заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане», говорил об отсутствии общей информационной политики в ЕАЭС. На его взгляд, интеграционному объединению не помешал бы свой телеканал. В пример он привел канал «Евроньюс», который освещает события в Евросоюзе и за его пределами с точки зрения ЕС, а также телеканал «Мир», который вещает в странах СНГ.

Но главное в культурно-гуманитарном сотрудничестве – это заинтересовать людей, уверен главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований Андрей Хан:

— Я думаю, что людям просто должно быть интересно. Они должны испытывать потребность в сотрудничестве. Мне кажется, нужны такие проекты, как Иннополис в Казани (наукоград, созданный для развития сферы высоких технологий, – прим. авт.). Мой знакомый пакистанец работал в Японии, а сейчас его позвали на большую зарплату в Иннополис. Он очень талантливый инженер. Пишет, что там потрясающая атмосфера. Все бегут утром либо учиться, либо творить, заниматься в лаборатории. У них удивительная инфраструктура общения. Такие проекты, мне кажется, способны нас продвинуть.

Профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор Евразийского научно-исследовательского центра Галия Мовкебаева высказалась за усиление взаимосвязей в области образования.

— Процесс гармонизации образовательных программ, взаимное признание дипломов – это долгий процесс, но уже сейчас можно было бы вводить такие курсы, как «Формирование ЕАЭС», «Евразийская интеграция» и другие. По примеру Евразийского национального университета им. Гумилева в Астане можно создать такие же университеты в столицах государств ЕАЭС, создать кафедры евразийской интеграции. Нужно формировать научные, ресурсные, исследовательские центры евразийских исследований, и такие центры должны быть не только в столицах, но и в региональных вузах, – предложила Галия Мовкебаева.

Также она считает важным создать программу академического обмена или стипендий, которая позволила бы студентам учиться в любой стране ЕАЭС. При этом только название программы должно содержать слово «евразийская», а вот специальности могут быть какими угодно.

Эксперты убеждены, что государствам стоит продумывать и реализовывать идеи, конечной целью которых стало бы укрепление дружбы между евразийскими народами. И это должны быть не одноразовые проекты, а долгосрочные, с перспективой развития. При этом, участники обсуждения подчеркнули: общественная инициатива не менее эффективна и важна. Представитель Казахстанской коммуникативной ассоциации, PR-консультант Владимир Павленко рассказал, что ряд известных инициатив получили распространение и поддержку широких масс без участия государства.

— «Бессмертный полк» и кинофильм о 28 панфиловцах – обе эти инициативы начались снизу при прямом и непосредственном участии журналистов. Например, акцию «Бессмертный полк» инициировали томские журналисты, в качестве главной задачи было заявлено сохранение в каждой семье личной памяти о поколении Великой Отечественной войны. Идея была поддержана региональными журналистами, получила дальнейшее распространение не только в России, Казахстане, Белоруссии, Армении и Кыргызстане, но и в десятках других стран. В конечном итоге народную инициативу «Бессмертный полк» подхватило государство как вполне эффективный инструмент, – констатировал Владимир Павленко.

По его мнению, для продвижения позитивного образа ЕАЭС, укрепления связей эффективно использование объединяющих образов, людей-брендов, таких как Пушкин или Абай, или, скажем Гумилев, которого можно назвать идеологом евразийства. Главное, чтобы такие мероприятии не проводились для галочки, не были рутинными и скучными. «Культура будет на первых полосах, когда появятся достойные поводы», – подытожил Сергей Домнин.

Сергей Михайличенко

Источник: «Аргументы и Факты в Казахстане»

Еуразиялық одақ: мәдени-гуманитарлық әріптестік қай деңгейде?

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубына жиналған сарапшылар «Еуразиялық одаққа ортақ құндылықтар қажет пе?» деген тақырыпты талқыға салды.
Саясаттанушы Эдуард Полетаевтың пікірінше, одаққа біріккен мемлекеттердің арғы-бергі тарихы тамырласып жатыр. Ендеше, мәдени-гуманитарлық байланыстарды әрі қарай да дамытатын, жетілдіретін ортақ құндылықтар қалыптастырудың ешқандай әбестігі жоқ.
Ал «Литер» газетінің саяси шолушысы Олег Сидоров болса, мәдени-гуманитарлық бәсекелестікті жоғары деңгейге шығару үшін үкіметтік емес ұйымдар мен ақпарат құралдарының арасындағы байланысты жетілдіру керек деген пікірде.
Оның пікіріне қосылатынын айтқан, «Московский комсомолец в Казахстане» газетінің бас редакторының орынбасары Сергей Козлов: «Еуразиялық экономикалық одаққа біріккен елдерде ортақ құндылықтарды қалыптастыруға септігін тигізетін ортақ ақпараттық саясат жоқ» дейді.
Өз кезегінде жиынның шымылдығын жапқан Әскери-стратегиялық зерттеулер орталығының бас ғылыми қызметкері Андрей Хан: «Еуразиялық құндылықтар туралы айтпай тұрып, бұл құндылықтардың ішіне не кіреді деген сауалға жауап бергеніміз жөн сияқты. Менің ойымша, дәл қазіргі күні осы Еуразиялық атты ұғымға Қазақстан мен Ресей белгілі бір мағына беруге тырысып жүр. Ал, айталық Өзбекстан мемлекеті мұны қолдамайды. Ашығын айтайын, еуразияшылдық Ресей үшін өзінің империялық амбициясын жүзеге асыру, ал Қазақстан үшін транзиттік мүдде ғана» деген пікір білдірді.

Источник: Nauka.kz

Евразийцы: такие разные, такие похожие

То, что нас объединяет, одновременно может и разъединять. Мы сосредоточены на построении национальных культур, но в гостях друг у друга чувствуем себя, как дома. Об укреплении глубинных связей между странами и народами ЕАЭС говорили участники очередного заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве», состоявшегося в Алматы.

Политика разъединяет, культура объединяет

Поэт и драматург, нобелевский лауреат 1948 года Томас Элиот культурные ценности определял, как объединяющие всю Европу. «Всеобщая озабоченность политикой не объединяет, но разделяет», – писал он. И в современных условиях культурно-гуманитарное сотрудничество является важной составляющей укрепления межстрановых и внутрирегиональных связей. Данная грань взаимоотношений включает множество сфер, которые не укладываются в рамки политического и экономического сотрудничества.

В ходе заседания экспертного клуба неоднократно звучала мысль, что политика уже разъединила постсоветские государства в той или иной степени. Даже страны Евразийского экономического союза, которые решили объединить усилия для дальнейшего развития, отдаляются в культурном плане друг от друга, говорили участники дискуссии. Однако страны накрепко связывают общее историческое прошлое и общие ценности, толерантность, уважение к чужим традициям и языку, способность к диалогу. Также их объединяет и схожая ментальность. Как иронично заметил главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований Андрей Хан, «вместе мы успешно умеем создавать теневую экономику».

«И в Казахстане, и в России, и в других постсоветских странах существуют инстинкты, навыки, когда мы можем договариваться там, где существует закон, обходя его неформальным способом. Все эти ритуалы в нас живут. В этом смысле если не цивилизационное, то ментальное единство в нас присутствует. Мы понимаем друг друга гораздо лучше, чем европейцев или китайцев. Это китайцы или европейцы, приезжая сюда, вынуждены подстраиваться под нас, изучать нас», – сказал А. Хан.

«Еще один сближающий фактор – русский язык, – добавила профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор Евразийского научно-исследовательского центра Галия Мовкебаева. – К нему можно по-разному относиться, но он дает нам большие преимущества по сравнению с Евросоюзом. Часто приводится такой пример, что если посадить в одну лодку финна, румына, поляка, француза и пустить их в дальнее плаванье, то они, если и договорятся, то на уровне жестов. Нам в этом плане намного легче».

Да, легче, но есть нюансы, полагают другие участники заседания. Так, например, руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева констатировала, что русский язык зачастую в новых независимых государствах воспринимается неоднозначно.

«На первый взгляд видится, что именно русский язык мог бы стать основой для конструирования евразийского пространства. Но сама дискуссионная атмосфера по соотношению государственного и русского языков внутри стран по-прежнему остается проблематичной. И если выносить это на более высокий уровень, а речь уже идет о некотором наднациональном формате, то мне кажется, это вызовет гораздо больше проблем, нежели есть сейчас. Русский язык в условиях его восприятия национал-ориентированными группами, особенно в привязке к ЕАЭС, видится даже как некая серьезная угроза», – считает представитель КИСИ.

«Сможем ли мы, будучи в одной лодке, договориться? Мы, конечно, поймем, о чем говорят соседи, но также поймем, кто, кого и почему бьет, – в свою очередь высказался профессор Казахстанско-немецкого университета Рустам Бурнашев. – То общее, что у нас есть, к сожалению, воспринимается не как нечто объединяющее, а как разъединяющее. Почему? Потому что мы строим локальную культуру».

Профессор Р. Бурнашев уверен, что каждая из стран сосредоточена сегодня на создании собственной истории и культуры, на поддержке и развитии государственного языка. Зачастую общий для всех язык и общая история воспринимаются в оппозицию национальной культуре.

И даже если начать с чистого листа и попробовать написать историю ЕАЭС, то, как отметил главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин, «опять всплывет образ СССР, который негативно воспринимается».

Кроме того, говорит журналист, в ЕАЭС нет общей информационной повестки, в каждой стране деятельность интеграционного объединения освещается в основном с точки зрения местного бизнеса и проблем, которые преодолевают национальные правительства.

Но, несмотря на негативные тенденции, и государства, и рядовые граждане тянутся друг к другу. И вот почему.

У нас общий культурный код

«В эпоху СССР, мы все были в одном государстве, у нас был общий менталитет, а когда Союз развалился, в каждой республике начал развиваться свой менталитет, своя культура. То есть культурологический процесс ведет к тому, что единый советский менталитет делится на какие-то части, на самобытность. Хорошо это или плохо? С точки зрения интеграции, евразийского единства, это плохо, потому что мы распадаемся на какие-то культурные анклавы. Но, с другой стороны, если посмотреть на эти процессы творчески, то, может быть, это многообразие и есть наша концепция единства? Мы можем говорить на нескольких языках, но при этом чувствовать себя частью чего-то общего», – уверен главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge, политолог Замир Каражанов.

Он поделился своими впечатлениями от зарубежных поездок: был в Польше, Китае – красиво, интересно, но не покидало ощущение, что это «чужие страны». «И вот приехал на мероприятие в Москву – как будто к себе домой. Понял, что здесь я могу спокойно общаться с людьми, обсуждать общие темы и самое главное – мы будем друг друга понимать. Конечно, за 25 лет мы далеко ушли друг от друга, но все равно есть что-то общее в нашем культурном коде», – говорит политолог.

И это чувство знакомо всем казахстанцам, кто когда-либо посещал любую из постсоветских стран – ощущения, что ты находишься в чужой стране, не возникает. В чем секрет? Только ли в «памяти политического тела», доставшегося нам от СССР, о чем говорил Андрей Хан? По его заверениям, даже молодежь, не заставшая это самое «тело», ощущает его. «Что нас может объединять? Мне кажется, дело не в языке, не в поэзии и даже не в экономике, нас объединяет способ выживания. Я опять же возвращаюсь к любимой теме: мы жмемся друг к другу, потому что у нас есть коллективная безопасность, общий страх», – считает эксперт.

Или все-таки сказывается тысячелетняя история тесного взаимодействия евразийских народов? Конечно, пока рано думать о том, что евразийское сознание кристаллизовалось настолько, что его можно уложить в короткий, емкий термин или расшифровать одним-двумя предложениями. Но вполне можно говорить о принципе единства в многообразии, который был и остается базовым для жителей евразийского пространства. Те же основные традиционные религии здесь не входили в серьезный конфликт, в отличие от Европы, где теологические споры приводили к многочисленным человеческим жертвам.

И сегодня в Казахстане и России представители традиционных конфессий мирно сосуществуют рядом, поздравляют друг друга с религиозными праздниками и с пониманием относятся к обычаям иноверцев. Терпимость евразийские народы демонстрируют и во многих других отношениях. «На евразийском пространстве мы на протяжении тысячелетий формировали способность к межконфессиональному, межцивилизационному диалогу – это то, что, действительно, может стать объединяющим фактором для всех государств ЕАЭС», – выразила уверенность Галия Мовкебаева.

По мнению участников обсуждения, существующие различия – не барьер для интеграции. Тем более, что глобализация и урбанизация стирают многие грани. Однако культурно-гуманитарному сотрудничеству, полагают эксперты, все же нужно уделять больше внимания. Главное в этом вопросе – никому ничего не навязывать.

Эдуард ПОЛЕТАЕВ

_______________________

Фото – К. Конуспаев

Источник: Ритм Евразии

Еуразиялық одақ: ортақ құндылықтар қажет пе?

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубына жиналған сарапшылар «Еуразиялық одаққа ортақ құндылықтар қажет пе?» деген тақырыпты талқыға салды.

Саясаттанушы Эдуард Полетаевтың пікірінше, одаққа біріккен мемлекеттердің арғы-бергі тарихы тамырласып жатыр. Ендеше, мәдени-гуманитарлық байланыстарды әрі қарай да дамытатын, жетілдіретін ортақ құндылықтар қалыптастырудың ешқандай әбестігі жоқ.

Ал «Литер» газетінің саяси шолушысы Олег Сидоров болса, мәдени-гуманитарлық бәсекелестікті жоғары деңгейге шығару үшін үкіметтік емес ұйымдар мен ақпарат құралдарының арасындағы байланысты жетілдіру керек деген пікірде.

Оның пікіріне қосылатынын айтқан, «Московский комсомолец в Казахстане» газетінің бас редакторының орынбасары Сергей Козлов: «Еуразиялық экономикалық одаққа біріккен елдерде ортақ құндылықтарды қалыптастыруға септігін тигізетін ортақ ақпараттық саясат жоқ» дейді.

Өз кезегінде жиынның шымылдығын жапқан Әскери-стратегиялық зерттеулер орталығының бас ғылыми қызметкері Андрей Хан: «Еуразиялық құндылықтар туралы айтпай тұрып, бұл құндылықтардың ішіне не кіреді деген сауалға жауап бергеніміз жөн сияқты. Менің ойымша, дәл қазіргі күні осы Еуразиялық атты ұғымға Қазақстан мен Ресей белгілі бір мағына беруге тырысып жүр. Ал, айталық Өзбекстан мемлекеті мұны қолдамайды. Ашығын айтайын, еуразияшылдық Ресей үшін өзінің империялық амбициясын жүзеге асыру, ал Қазақстан үшін транзиттік мүдде ғана» деген пікір білдірді.

Источник: DalaNews

Галия Мовкебаева: «Формируя евразийскую идентичность, мы будем сохранять национальную идентичность»

Профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор Евразийского научно-исследовательского центра Галлия Мовкебаева считает, что на протяжении тысячелетий на прострнствах Евразии была обретена способность к межконфессиональному, межцивилизационному диалогу. Это то, что может стать объединяющим фактором для всех государств ЕАЭС. Об этом она сказала на заседании экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве»

Рассуждая о евразийском сознании и сравнивая его с европейским, я бы отметила важность идентичности, европейской идентичности и формирующейся евразийской. Для чего она нужна, зачем необходимо ее формирование? Во-первых, формирование идентичности отражает потребность в стабильном общественном развитии. Во-вторых, в условиях глобализации идентичность может выступить консолидирующим фактором, как национальной солидарности, так и коллективного сознания. Коллективная идентичность исходит из собственного осмысления принадлежности отдельных людей к определенной общности. Это происходит главным образом в процессе коммуникации, общего пережитого опыта и воспоминаний.

Мы часто сравниваем евразийскую интеграцию с европейским опытом, говорим о том, как формировалась европейская идентичность, и какие ценности там выступали на первый план. Европейское культурное и историческое наследие созидает Европу с едиными корнями. В своих намерениях соотнести эти ценности со специфическими потребностями настоящего и будущего Европа конституируется как «сообщество ценностей», «сообщество общей воли» и «сообщество равной ответственности». И декларация об идентичности 1973 года не утратила своей актуальности до сих пор.

Но, надо сказать, что объективно эти ценности существуют везде, существуют они и в странах Евразии. Экономическая подоплека ЕАЭС должна была создать порядок, основанный на экономической стабильности и благополучии. Европейская модель интеграции была оптимальным примером для всех остальных интеграционных объединений. Кстати говоря, можно заимствовать эту модель европейского партнерства и для пространства ЕАЭС, которое я думаю, тоже будет расширяться, и понадобится опыт ЕС.

По аналогии Европейской политики соседства мы можем инициировать программу Евразийской политики соседства, для тех стран, которые хотят войти в Евразийский экономический союз, но для этого надо разработать четкие критерии вступления. Еще одной целью европейской интеграции было ни в коем случае не повторить опыт Второй мировой войны, и для этого они создают пространство безопасности – мирную Европу. Создание подобного пространства безопасности в евроазиатском регионе является архиважной задачей и для нас.

Хотелось бы остановиться вот на каком моменте – жителей Европы больше считают европейцами представители, проживающие вне этого региона. Социологические исследования, которые проводились в 2013 и 2014 годах, показали, что только 3% жителей Европы считают себя европейцами. 38% считают себя гражданами национальных государств. Поэтому раздвоенность идентичности европейцев будет всегда присутствовать, то есть принадлежность к Европе, с одной стороны, а с другой – чувство принадлежности к малой родине, к своему собственному государству, к региону.

Поэтому для европейцев ближе идея «Европы регионов», нежели «единой Европы».
Процесс создания евразийской идентичности, формирование евразийского сознания «мы» осложняется многообразием национальных, культурных, этнических и других идентичностей граждан стран ЕАЭС, так как существует и будет существовать их приоритетная идентификация, прежде всего с собственной страной, культурой, своим языком. Поэтому, формируя евразийскую идентичность, мы будем сохранять национальную идентичность.

Вместе с тем, на евразийском пространстве для нас характерно еще и то, что мы на протяжении тысячелетий формировали способность к межконфессиональному, межцивилизационному диалогу – это то, что, действительно, может стать объединяющим фактором для всех государств ЕАЭС.

Еще один сближающий фактор – русский язык. К нему можно по-разному относиться, но он дает нам большие преимущества по сравнению с Евросоюзом. Часто приводится такой пример, что если посадить в одну лодку финна, румына, поляка, француза и пустить их в дальнее плавание, то они, если и договорятся, то на уровне жестов. Нам в этом плане намного легче. Русский язык есть и в дальнейшем может стать элементом и основой взаимодействия. Я часто говорю на разных дискуссионных площадках, что для нас, более старшего поколения, интеграция, русский язык – это естественные понятия, для молодого поколения – это более абстрактные рассуждения. Поэтому, во-первых, нужно популяризировать идеи евразийской интеграции, во-вторых, развивать полиязычие, культурную интеграцию.

Если говорить с профессиональной точки зрения, я думаю, необходимо усиливать взаимосвязи в области преподавания. Процесс гармонизации образовательных программ, взаимное признание дипломов — это долгий процесс, но уже сейчас можно было бы вводить такие курсы, как «Формирование ЕАЭС», «Евразийская интеграция» и др. Необходимо создавать евразийское информационное поле. Действительно, тех каналов, которые существуют, недостаточно. Можно создать массовую площадку межкультурной коммуникации «Евразийский диалог». Кроме того, по примеру Евразийского национального университета им. Гумилева в Астане можно создать такие же университеты в столицах государств ЕАЭС, создать кафедры евразийской интеграции. Нужно формировать научные, ресурсные, исследовательские центры евразийских исследований, и такие центры должны быть не только в столицах, но и в региональных вузах.

По примеру ЕС, где существует стипендия Эразмус Мундус, которая позволяет студентам не только из Европы учиться в европейских вузах, можно ввести подобную стипендию и в ЕАЭС. Или использовать многолетний успешный опыт функционирования программы DAAD (Германской программы академических обменов), а Россия могла бы взять на себя такую функцию – организовать подобную программу. При этом студенты могут учить математику, заниматься какими-то проектами в области ядерной физики или биологии. Имеется в виду, что само название программы будет «Евразийская».

Сегодня на первый план должно выступить региональное сознание. Региональная идентичность складывается на основе общности территории, особенностей региональной жизни, определенной системы ценностей и может послужить основой для особого восприятия общенациональных проблем и евразийской интеграции в различных сферах.

Источник: Информационно-аналитический центр

Люди-бренды объединяют культурный дискурс в Евразии

Общества испытывают ожидания по сохранению базисных ценностей. И если появляются сильные идеи снизу, опирающиеся на глубинную историческую память, то народные инициативы получают широкое распространение. Это произошло с такими инициативами, как «Бессмертный полк» «Двадцать восемь панфиловцев». Об этом заявил PR-консультант Казахстанской коммуникативной ассоциации Владимир Павленко в ходе заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве»

Ход обсуждения темы евразийского сознания, формирования мировоззренческой парадигмы и культурно-гуманитарного сотрудничества здесь и сейчас идет глубоко и разносторонне. Я соглашусь с тем, что любой конструкт без опоры на историю не наполняется реальным содержанием и смыслом. Попытаюсь взглянуть на обсуждаемые проблемы с сугубо прикладной точки зрения сознательной организации коммуникаций. Сосредоточусь на двух моментах: как устоять базисным ценностям в условиях глобализации и эволюции информационной инфраструктуры? Почему искусство не попадает на первые полосы?

Интересная мысль об объединяющих ценностях прозвучала, когда была названа Победа в Великой Отечественной войне как общий праздник. В связи с этим хочу обратить внимание на две интересные инициативы, получившие широкое распространение и поддержку — некоммерческий патриотический проект «Бессмертный полк» и фильм режиссера Андрея Шальопы «Двадцать восемь панфиловцев». Подчеркну, это важно, что обе инициативы начались снизу при прямом и непосредственном участии журналистов.

Общественная акция «Бессмертный полк» вообще начиналась как инициатива томских журналистов, в качестве главной задачи которой было заявлено сохранение в каждой семье личной памяти о поколении Великой Отечественной войны. Идея была поддержана региональными журналистами, получила дальнейшее распространение не только в России, Казахстане, Белоруссии, Армении и Кыргызстане, но и в десятках других стран.

В конечном итоге народную инициативу «Бессмертный полк» подхватило государство как вполне эффективный инструмент. И в мае 2015 года мы все были свидетелями того, что «Бессмертный полк» стал составной частью мощного информационного фона празднования 70-летия Победы.

Возникает вопрос: почему именно журналисты выступили в качестве идеологов и организаторов акции? Хорошо об этом сказала Наталья Лосева, инициатор и координатор другой массовой акции — «Георгиевская ленточка». Она говорила о том, что журналисты буквально кончиками пальцев чувствуют сверхновую историю и статус гражданского общества. Если идея опирается на глубинную историческую память, то идет активное восприятие обществом ожиданий по сохранению базисных ценностей. Это как заказ, который в отличие от государственного, идет не сверху вниз, а наоборот снизу вверх и изначально не отягчен ни господдержкой, ни бюджетами.

Так появляется сильная идея, и разрабатывается комплекс технологий, обеспечивающий достижение эффективного результата. Ну а журналисты, как в прочем и пиарщики, рекламщики и некоторые маркетологи умеют оказывать информационное воздействие с целью побуждения к определенным действиям на глубинный уровень массового сознания. На ценности, которые как мы знаем, управляют потребностями.
И на примере идеи и реализации народного фильма о подвиге 28-панфиловцев это хорошо видно: появляется идея проекта – информационная кампания — сбор народных средств – начало съемочного процесса. Инициатива идет снизу. И только потом встречаются министры культуры РФ и РК делают совместное заявление о поддержке проекта и выделяют деньги. Таким образом, мы видим, что есть и сильные идеи, и примеры культурно-гуманитарного сотрудничества, направленного на сохранение исторической памяти и защиту базисных ценностей евразийского сознания.

Почему в информационном пространстве нет культурных тем? Потому что этого нет в заказе. Поэтому у нас в повестке песня про лабутены. Одна песня, с которой связано как минимум три информационных повода, три появления в новостном топе: клип, стремительно набирает просмотры, исполнительница песни получает первый рекламный заказ и, наконец, девушка уходит из коллектива, и появляются комментарии по поводу ее ухода. И эти поводы буквально рвут новостную ленту. Это интересный пример на фоне публикации украинского специалиста теории и практики коммуникаций профессора Георгия Почепцова о происходящем в режиме реального времени изменении сознания с клипового на сериальное. Но это тема отдельного разговора. Мы же зафиксируем, что заказа нет. Поэтому нет и понимания, что необходимо конкретно мониторить в ходе информационного и коммуникативного аудита, на чем делать акцент, какие варианты реагирования предлагать.

И, в завершении, короткая реплика о писателях и поэтах. 10 лет назад проводился год Абая в России и Пушкина в Казахстане. Это шло по официальной линии. Были интересные мероприятия. В рамках года мы придумали такую вещь – стихи Пушкина и Абая сегодня. Люди рассказывали реальные истории о роли этих поэтов и значении написанных ими стихов в жизни их семей. Это то, что работало десять лет назад. Это то, что работает сейчас. Общие, объединяющие фигуры культурного дискурса всего Евразийского пространства. Люди-бренды. И использовать эти ценности и общее достояние можно по-разному. Не только для развития интеграции и укрепления общих связей, но и для организации громких акций по типу «ОккупайАбай», по определению не имеющих отношения к культурному наследию. Ну и подводя итог, я хочу сказать, что база для решения задач формирования мировоззренческой парадигмы и культурно-гуманитарного сотрудничества на Евразийском пространстве есть. Также есть интересные проекты, инициативы. Но, вместе с тем, если это не освещается в СМИ, то выстрелы бьют мимо цели.

Источник: Информационно-аналитический центр

Гуманитарное сотрудничество как важный фактор евразийского развития

Казахстанские эксперты считают, что культурное взаимодействие необходимо укреплять и сверху, и снизу. Общие ценности, взаимопроникновение культур и любовь к искусству зачастую служат прочной основой для укрепления политических и экономических отношений. Так, страны Евразийского экономического союза связывает не только материальный интерес, культурно-гуманитарное сотрудничество имеет на постсоветском пространстве давнюю историю. Но, как отметили участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве», прошедшего в Алматы, данной сфере взаимоотношений необходимо уделять больше внимания.

— Актуализация общекультурных ценностей необходима при существующей практике навязывания «достижений» западной потребительской цивилизации. На смену односторонней трансляции ценностей техногенной цивилизации должен прийти диалог культур, предполагающий равноправное партнерство и уважение к традициям, – считает политолог Эдуард Полетаев.

Евразийская цивилизация, сочетая в себе черты Запада и Востока, по его мнению, отличается так называемой гибридностью. Веками представители различных народов и религий мирно сосуществовали друг с другом, в результате чего евразийцы выработали такие качества, как толерантность и способность к диалогу. Постсоветские государства к тому же объединяет и общая история. Однако, как констатировали участники обсуждения, за годы независимости, а это уже четверть века, бывшие советские республики отдалились друг от друга в культурном отношении, и центробежные тенденции с каждым годом только нарастают. Именно поэтому, уверены эксперты, странам ЕАЭС, хоть это и не входит в повестку экономического объединения, неплохо было бы усилить культурное сотрудничество.

На сегодня, как рассказала руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева, государства евразийской пятерки демонстрируют разное отношение, как к культурной интеграции, так и к значимости культуры в целом.

— В Казахстане на культуру в 2016 году заложены расходы в размере 91 млрд тенге. Это на 34,5 млрд тенге больше, чем в прошлом году. Но проблемы, связанные с культурой в республике, остаются прежними. В России, по сравнению с 2015 годом, расходы на культуру незначительно выросли. В Беларуси 2016-й назван годом культуры, но при этом с 2012 года в стране фиксируется тенденция на понижение расходов на культуру. В Кыргызстане вообще все очень скромно, не приходится об этом и говорить. А вот у Армении, в отличие от той же Беларуси, расходы на культуру составляют 2,4 процента от ВВП. Для сравнения, в Беларуси – 0,39 процента. Конечно, есть разница между самими бюджетами, но в целом значимость культуры для каждого государства очевидна. Исходя из анализа ситуации, вполне понятно, что ни одно государство сегодня не озабочено задачей формирования общей культурной парадигмы, – сказала она.

Участники дискуссии говорили о том, что многие культурные мероприятия стран-союзниц носят, как правило, разовый характер. Кроме того, у ЕАЭС нет единой информационной политики и общей диалоговой площадки. СМИ каждого государства освещает деятельность интеграционного объединения в основном с точки зрения проблем местного бизнеса, в то же время об успешных примерах кооперации практически не сообщается, хотя они есть. Не имея диалоговой площадки, где могли бы выступить все участники ЕАЭС, представители каждой страны высказывают одностороннюю точку зрения. Недовольны журналисты и политологи также информационной работой структур и подразделений объединения – крайне редко и нерегулярно создается общеевразийская повестка.

Впрочем, когда речь идет о культурно-гуманитарных связях, не стоит пенять лишь на государство, уверен представитель Казахстанской коммуникативной ассоциации, PR-консультант Владимир Павленко. Весомый вклад, по его мнению, может внести гражданское общество, как это было с двумя инициативами, получившими впоследствии широкое распространение и поддержку. Речь идет об акции «Бессмертный полк» и кинофильме о 28 героях-панфиловцах.

— Акция «Бессмертный полк» началась по инициативе томских журналистов, в качестве главной задачи было заявлено сохранение в каждой семье личной памяти о поколении Великой Отечественной войны. Идея была поддержана региональными журналистами, а затем получила распространение не только в России, Казахстане, Беларуси, Армении и Кыргызстане, но и в десятках других стран. В конечном итоге народную инициативу «Бессмертный полк» подхватило государство как вполне эффективный инструмент. И в мае 2015 года мы все были свидетелями того, что «Бессмертный полк» стал составной частью мощного информационного фона празднования 70-летия Победы, – напомнил Владимир Павленко.

Журналисты, привел он мнение Натальи Лосевой, координатора другой массовой акции – «Георгиевская ленточка», буквально кончиками пальцев чувствуют сверхновую историю и статус гражданского общества. В данном случае они выполняли своеобразный социальный заказ, но не продиктованный сверху и не подкрепленный госбюджетом, а идущий снизу – от потребностей общества. Именно поэтому акция получила столь широкое распространение. Аналогичная история получилась и с фильмом о 28 панфиловцах.

— Появляется идея проекта, затем информационная кампания, далее – сбор народных средств, после начался съемочный процесс. То есть инициатива шла снизу. И только потом встретились министры культуры России и Казахстана, сделали совместное заявление о поддержке проекта и выделили деньги. Таким образом, мы видим, что есть и сильные идеи, и примеры культурно-гуманитарного сотрудничества, направленного на сохранение исторической памяти и защиту базисных ценностей евразийского сознания, – резюмировал Владимир Павленко.

Аманжол Смагулов, специально для Матрица.kz

Источник: Матрица.kz

Что кроется за понятием «евразиец» – эксперты

Только три процента европейцев ассоциируют себя с Европой, большая часть жителей Старого света считают себя прежде всего представителями своих национальных государств. Тем не менее в любом уголке земли понимают, с кем имеют дело, когда звучит слово «европеец». А вот что кроется за понятием «евразиец», в Алматы обсудили участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии».

Чем пахнет дух Шелкового пути?
Тема обсуждения посвящена культурно-гуманитарному сотрудничеству и формированию евразийского сознания. Второе невозможно без первого, признали эксперты, добавив при этом, что понятия «евразиец», «евразийство» не имеют четких и емких определений. Более того, как считает главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований Андрей Хан, за многими используемыми формулировками, такими как общая система цивилизационных ценностей евразийского пространства, культурное наследие народов, базовые евразийские общекультурные ценности, мало что чувствуется.
«Есть объединенная Европа с протестантскими ценностями, есть Россия с византийской историей и православием, у казахов есть кочевая цивилизация, тюркское наследие. А где здесь Евразия?» – заметил эксперт.
Политолог Эдуард Полетаев, в свою очередь, сказал, что евразийству, о котором говорят уже более века мыслители, политики, культурные деятели, необходимо еще оформиться и кристаллизоваться. Сложные словесные конструкции не всегда подразумевают богатое, насыщенное содержание, констатировал он.
«Как только ЕАЭС начал активно контактировать с Китаем в рамках проекта Нового Шелкового пути (о чем еще не было речи, когда появился ЕАЭС), тут же возникло желание практического воплощения духа Шелкового пути. Я, например, не знаю, что такое «дух Шелкового пути», чем он пахнет – степной пылью, яствами, нефтью? Опять-таки идеологическая конструкция уже есть, а наполнение еще только предстоит осуществить», – сказал Полетаев.
Политолог также напомнил, что Евросоюз, который периодически позиционируют как модель для ЕАЭС, зиждется на общеевропейских ценностях, хотя цели интеграции провозглашались несколько иные.
«У меня под рукой – резолюция Европейского парламента от 2 апреля 2009 года под названием «Европейское сознание и тоталитаризм», где прямым текстом сказано, что евроинтеграция – это реакция на страдания в двух мировых войнах, холокост, появление прокоммунистических режимов в Восточной Европе (которые, между прочим, исчезли на 10 лет раньше, чем эта резолюция появилась). На чем будет основано евразийское сознание, с этой точки зрения сказать достаточно сложно», – добавил Эдуард Полетаев.
Между тем Андрей Хан убежден, что евразийская интеграция продиктована в первую очередь соображениями безопасности: «Я думаю, только Казахстан и Россия пытаются вложить в евразийство какие-то смыслы. Как известно, Узбекистан эту идею не поддерживает. Но для России, как мне кажется, евразийство – это имперская сущность, для Казахстана, наверное, – транзитная. Что нас может объединять? Мне кажется, дело не в языке, не в поэзии и даже не в экономике – нас объединяет способ выживания. Мы жмемся друг к другу, потому что у нас есть коллективная безопасность, общий страх. Люди держатся рядом не из лучших побуждений, а из-за памяти своего экономического и политического «тела», которое нам досталось от Советского Союза. Даже представители младшего поколения, практически ничего не зная и не помня об СССР, ощущают эту память».
Наша сила – в многообразии
В ходе обсуждения эксперты не раз возвращались к опыту Европейского союза, который, как известно, начался с Объединения угля и стали. Экономическая интеграция привела к созданию политического союза, а в последние годы в Старом свете говорят о создании формулы единого европейского сознания.
«Хорошо известно, что европарламентарии, особенно так называемые «зеленые», продвигают одну из основополагающих целей – это развитие и укрепление европейского сознания, которое, с их точки зрения, должно доминировать над национальным сознанием», – продолжил Эдуард Полетаев, пояснив, что сам термин, пока достаточно обобщенный, включает в себя понятие «европейские ценности».
Эти ценности известны и понятны: свобода слова, неприкосновенность личности и собственности, уважение личного достоинства и прочее. При этом, подчеркнул политолог, политика мультикультурализма в Европе провалилась, и это признано на официальном уровне. Между тем, на евразийском пространстве принцип «единство – в многообразии» не просто работает, а доминирует. Евразийские народы, тесно взаимодействовавшие на протяжении столетий, выработали способность к диалогу. Об этом свидетельствует и тот факт, что основные религии, в отличие от Европы, на постсоветском пространстве и в странах, которые можно отнести к нашим ближайшим соседям, уживаются вместе довольно успешно.
«У евразийской идентичности базиса и истории ничуть не меньше, чем у создающейся общеевропейской идентичности. Культурное разнообразие, уважение к чужому языку, культуре, практикуются на евразийском пространстве достаточно давно. Даже формат советского проекта, который существовал на протяжении 70 лет, несмотря на значительную идеологическую составляющую, попытку создать так называемого советского человека, тем не менее, предусматривал культурное, национальное разнообразие. Не было модели плавильного котла, все равно оставались приоритеты за национальными языками, наукой и культурой», – сказал Полетаев.
Эксперты подчеркивают, что формирование евразийского сознания вовсе не означает отказ от национальной культуры. Речь идет о том, что у евразийских народов, во многом отличающихся друг от друга, есть нечто общее, что объединяет нас всех.
«Следует вспомнить, что в декабре 2014 года в Астане под эгидой казахстанского центра актуальных исследований «Евразийский мониторинг» и российского политологического центра «Север-Юг» состоялась презентация доклада «Духовно-ценностные ориентиры новой Евразии: содержательные основы». В нем было предложено для дальнейшего развития евразийского пространства опираться на базовые ценности, присущие всем населяющим его народам, такие как семья и род, Отечество, человеческий потенциал, приверженность традициям и культура межэтнического взаимодействия, – рассказал директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев. – Так что общие ценности есть. Их не нужно придумывать с чистого листа, так как они уже сложились за многовековое совместное существование стран и народов евразийского пространства. Вопрос лишь в том, как все это перевести в практическую плоскость. К тому же со стороны официальных кругов стран-участниц ЕАЭС какого-либо интереса к указанному докладу не проявилось…».
Профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор Евразийского научно-исследовательского центра Галия Мовкебаева уточнила, что формирование евразийской идентичности необходимо для консолидации жителей стран ЕАЭС. Однако тут не все так просто, о чем говорит пример той же европейской интеграции.
«Европейцами жителей Старого света считают в основном люди, проживающие вне этого региона. Социологические исследования, которые проводились в 2013 и 2014 годах, показали, что только три процента жителей Европы считают себя европейцами, а 38 процентов считают себя гражданами национальных государств. Поэтому всегда будет присутствовать раздвоенность идентичности европейцев: с одной стороны, есть принадлежность к Европе, а с другой – чувство принадлежности к малой родине, к своему собственному государству, к региону. Поэтому для европейцев ближе идея Европы регионов, нежели единой Европы», – пояснила Галия Мовкебаева.
В свою очередь, руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева выразила мнение, что говорить о формировании евразийской идентичности пока рано: «Можно ли говорить о евразийском сознании, когда у нас есть еще вопросы по казахстанскому и даже казахскому сознанию? Есть также вопросы по центральноазиатскому сознанию. Формирование сознания любого масштаба, мне кажется, в определенной степени зависит от роли или участия государства в этом процессе».
Тем не менее, как и другие участники дискуссии, она убеждена, что меры для создания общего культурного пространства стран ЕАЭС, которое и будет способствовать формированию евразийского сознания, принимать можно и нужно. И хотя в задачи и цели Евразийского экономического союза не входит культурно-гуманитарное взаимодействие, правительствам государств-участников интеграционного объединения стоит обратить на этот аспект самое пристальное внимание, уверены эксперты. Хотя бы для того, чтобы упрочить экономические связи пяти стран.

ИА Total.kz

Источник: ИА Total.kz

Чем едина Евразия: экономикой, культурой или общим страхом?

Вопрос этот, оказывается, далеко не праздный, в том числе и для экспертов

«Общее географическое пространство» — это еще не общая судьба. А для того, чтобы эта судьба действительно стала объединяющей, необходимо нам, наверное, приложить еще немало усилий.

Чем едина Евразия: экономикой, культурой или общим страхом?

«Славянский базар» — единственный массовый фестиваль, объединяющий народы Евразии

Не экономикой единой

Казахстанский фонд с характерным названием «Мир Евразии», для которого сама евразийская тематика является целевой, то есть главной, на днях собрал политологов, журналистов и культурологов, чтобы обсудить животрепещущую тему: как обстоят сегодня дела в таких «евразийских» сферах взаимодействия, как культура и искусство, наука и образование, НПО и СМИ, обмен специалистами, издательские, музейные, библиотечные и архивные дела, здравоохранение, спорт и туризм, сетевые коммуникации?

Руководитель фонда политолог Эдуард Полетаев в своем вступительном выступлении отметил: «Данная тема обсуждения касается всего того, что не подпадает под общее определение «экономическое и политическое сотрудничество». Актуализация общекультурных ценностей необходима при существующей практике навязывания «достижений» западной потребительской цивилизации (приоритет материального над духовным, идеи «плавильного котла», «мультикультурализма»). На смену односторонней трансляции ценностей техногенной цивилизации должен прийти диалог культур, предполагающий равноправное партнерство и уважение к традициям».

Но что должен предусматривать этот пресловутый диалог? Ведь культурное разнообразие, уважение к чужому языку, культуре практикуются на евразийском пространстве достаточно давно. Даже формат советского проекта, который существовал на протяжении 70 лет, несмотря на значительную идеологическую составляющую, попытку создать так называемого советского человека, тем не менее, предусматривал культурное, национальное разнообразие.

Сегодня же мы видим, что дискуссии об интеграции чаще носят исключительно экономический и политический характер. В культурном же плане все выливается в разовые мероприятия, может быть, в системные проекты, но без серьезной составляющей на перспективу — это какие-то форумы, визиты различных делегаций, песенные фестивали, выставки.

Но, несмотря на это разнообразие, какого-то единого, целостного восприятия общей культурной политики евразийского пространства не проявляется. Культурное сотрудничество воспринимается как вторичное после экономического и политического. А так наверняка быть не должно.

«Жмемся мы друг к другу»

Да, Евразийский экономический союз изначально создавался как организация, которая должна была наладить торгово-экономические связи, культурные не ставились в приоритет.

В то же время можно обозначить несколько факторов, которые обуславливают целесообразность культурно-гуманитарного сотрудничества. Первый: семь регионов Казахстана граничат с 11 регионами России. Здесь наблюдается большое взаимовлияние как Казахстана на Россию, так и России на Казахстан в этносоциальном разрезе.

Второй фактор: казахстанско-российская граница — самая протяженная непрерывная граница в мире — более 7,5 тысячи километров, которая также обуславливает тесное сотрудничество. У нас взаимодополняемые экономики, экономические связи растут, и люди не перестали тесно общаться, дружить семьями.

Третий фактор: один из актуальных моментов — это трудовая миграция. С одной стороны, тяжело привязать трудовую миграцию к культурному сотрудничеству. Но, с другой — мы видим, что миграция порождает феноменальные процессы, становится одним из важнейших факторов евразийской интеграции, порождает уникальную диаспоральную культуру в российских регионах.

Но, как говорили эксперты, многое из того, что делается в сфере культурного взаимодействия, носит разовый, эпизодический характер. Хотя уже настало время для налаживания культурно-гуманитарного взаимодействия между НПО и СМИ стран ЕАЭС. Прецеденты, конечно, есть, но их явно недостаточно.

Но прежде чем эти прецеденты создавать, неплохо бы уточнить некоторые положения. Такого мнения придерживается Андрей Хан, главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований: «Где здесь Евразия? Когда мы таким образом рассматриваем вопрос, то предполагаем, что должна быть некая Евразия, которая исторически сложилась, в которой находятся и базируются общий уклад, общие ценности и контакты. Это все нужно четко сформулировать в виде базовой теории. Мы жмемся друг к другу, потому что у нас есть коллективная безопасность, общий страх. Люди держатся рядом не из лучших побуждений, а из-за памяти своего экономического и политического «тела», которое нам досталось от Советского Союза. Я вот общаюсь с младшим поколением — даже они, практически ничего не зная и не помня об СССР, ощущают эту память».

Политолог Андрей Чеботарев задался вопросом: если говорить о формировании евразийской мировоззренческой парадигмы, то надо, прежде всего, уточнить: «С какой целью?».

«Если это основа для недопущения разъединения, которое идет все больше и больше в странах постсоветского пространства, за исключением стран Прибалтики, которые уже давно в Европе, то это одна цель. Если мы говорим, что должна быть гуманитарная подпорка для евразийского экономического сотрудничества, то это уже совсем другая цель», — пояснил эксперт.

Понятно, считает Андрей Евгеньевич, что объединить Европу и Азию с их разными культурами, религиями и ценностями невозможно. Хотя наш президент постоянно говорит о такой необходимости. В прошлом году он говорил, что надо идти дальше ЕАЭС и формировать объединенное культурное евразийское пространство. Это глобальные цели, но реализация их оставляет желать лучшего. А лучшее — это, прежде всего, хорошая теоретическая база и, главное, все та же политическая воля руководства наших стран.

Почему нет телеканала «Евразия-ньюс»?

Как никогда сегодня актуальна общая информационная политика, если таковую вообще возможно на нашем общем экономическом и культурном пространстве сформировать. Приводим мнение политолога Антона Морозова: «Задача по формированию мировоззренческой парадигмы единого евразийского сознания упирается в одну дилемму. С одной стороны, обойтись без единого информационного пространства сложно, практически невозможно. С другой — защита собственного информационного пространства тоже никаких сомнений не вызывает. И пока эта дилемма не будет разрешена, ставить такую задачу в практическом плане несколько преждевременно. Ее можно, конечно, обсуждать, можно дискутировать, но предлагать что-то конкретное пока рановато. Надо отдавать себе отчет в том, что это задача глобальной сложности. На мой взгляд, это гораздо сложнее, чем построить экономический союз. Экономику можно измерить: есть показатели оборота, взаимной торговли и т.д. А как измерить отношение друг к другу?»

«Ни в одном государстве ЕАЭС нет задачи по формированию какой-то общей парадигмы, — считает Мадина Нургалиева, руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК в Алматы. — Это, скорее, культурный обмен, максимум можно говорить о культурной интеграции. Причем сама культурная интеграция воспринимается по-разному. Три года шел проект «Векторы культурной интеграции», инициированный Казахстаном, я имела возможность принять в нем участие и ознакомиться с результатами. Так вот наши казахстанские эксперты считают, что культурная интеграция — это роль государственной политики. А вот любые другие, неказахстанские, эксперты полагают, что это как раз таки взаимодействие, взаимообмен, человеческие, творческие взаимоотношения интеллигенции».

«Надо понимать, что мы никуда не откатились — ни назад, ни вперед. Мы такие, какие есть, — сказал в своем выступлении Замир Каражанов, политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge. — То, что у нас есть своя культура, вовсе не означает, что евразийский процесс остановится. Мне кажется, культурное многообразие и будет составлять основу для интеграции наших стран, для того чтобы в будущем мы бесконфликтно развивались. Это, по сути, обмен культурными ценностями».

Придется еще долго и разнообразно объединяться

Прозвучали в ходе дискуссии и конкретные предложения.

Создавать дискуссионные площадки и прочие «линейки» общения — да, безусловно, надо, согласились участники. Но это то, чем наши бюрократии давно и успешно занимаются. Какие-то гастроли, года культуры, культурный обмен. Все это работает, но недостаточно эффективно, это превратилось, по большей части, в формальную работу. Понятно, что общая экономика это все и сделает. Но хотелось бы обратить внимание на гражданскую дипломатию.

Это неформальные контакты, родственные связи, миграция, соцсети, бизнес-общение. Когда все это будет взаимодействовать: и усилия государств, и личное общение между людьми, будут дополнять экономический базис, тогда, возможно, проблема сама собой будет регулироваться.

Кроме того, сегодня необходимо усиливать взаимосвязи в области преподавания. Может, необязательно гармонизировать образовательные программы — мы еще к этому придем, это долгий процесс, но, во всяком случае, можно вводить такие курсы, как «Формирование ЕАЭС», «Евразийская интеграция».

Вот это, по мнению Галии Мовкебаевой, профессора кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ имени аль-Фараби, помогло бы интеграционному строительству в области науки и образования.

Признание дипломов также очень важно, об этом тоже неоднократно говорили. И, конечно же, нужно создавать общее евразийское информационное поле. Действительно, тех каналов, которые существуют, недостаточно. Прозвучало предложение сформировать массовую площадку межкультурной коммуникации «Евразийский диалог». Кроме того, по примеру Евразийского национального университета в Астане можно было бы создать такие же университеты в столицах государств нашего союза, основать кафедры евразийской интеграции.

У евразийской идентичности базиса и истории ничуть не меньше, чем у создающейся общеевропейской идентичности, сошлись участники дискуссии. Культурное разнообразие, уважение к чужому языку, традициям, практикуются на евразийском пространстве достаточно давно. У нас не было модели плавильного котла, все равно оставались приоритеты за национальными языками, наукой, культурой и т.д. А феномен евразийства в том, что народы строят свои отношения на принципах толерантности.

Эти принципы можно в полной мере отнести и к признакам ментальности казахстанского общества. Не случайно 1 мая — День единства народа Казахстана — является одним из государственных праздников.

Источник: МК в Казахстане

Евразийское пространство: переход от частного к общему — казахстанские эксперты

Объединяет ли жителей постсоветского пространства что-то, кроме общей истории, которую в каждой стране понимают по-своему, и что, помимо экономических интересов, сближает евразийскую пятерку?

Объединяет ли жителей постсоветского пространства что-то, кроме общей истории, которую в каждой стране понимают по-своему, и что, помимо экономических интересов, сближает евразийскую пятерку? Отвечая на непростые вопросы, казахстанские эксперты были едины в одном – в рамках ЕАЭС необходимо формировать общую информационную повестку и создать единую диалоговую площадку.
На постсоветском пространстве культурно-гуманитарное сотрудничество имеет давнюю историю. Однако сегодня, как считают участники экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве», прошедшего в Алматы, гуманитарный потенциал не используется в полной мере.
– Мы видим, что дискуссии об интеграции в основном носят экономический и политический характер. В культурном же плане все выливается в разовые мероприятия, могут быть и системные проекты, но без серьезной составляющей на перспективу: это какие-то форумы, визиты различных делегаций, допустим, университетов, культурные проекты, выставки. На мой взгляд, культурное сотрудничество воспринимается как вторичное, – отметил политолог Эдуард Полетаев.
С одной стороны, добавил он, это справедливо, учитывая, что ЕАЭС – экономическое объединение. Но если взглянуть на оборотную сторону медали, то обнаружится, что за рамки экономического, да и политического сотрудничества выходит множество сфер, способных укрепить взаимодействие стран на более глубоком, ментальном, мировоззренческом уровне. Причем, речь идет не только о взаимоотношениях пяти государств-участников интеграционного объединения, но и о постсоветском пространстве в целом и даже шире – об евразийском пространстве.
– Понятно, что объединить Европу и Азию с их разными культурами, религиями, уровнем развития и т.д. невозможно. Правда, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в прошлом году в ходе 8-го Астанинского экономического форума предложил создать объединенное евразийское пространство, – напомнил директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев. – В случае ЕАЭС сразу было ясно, что речь, с одной стороны, идет о выходе на качественно новый уровень экономического взаимодействия стран-участниц. Но, с другой стороны, с ясно выраженными политическими целями каждой из них. От гуманитарной составляющей процесса евразийской интеграции отказались изначально, чтобы откровенно его не политизировать. Однако в настоящее время именно экономическое взаимодействие в рамках ЕАЭС «буксует» по ряду направлений. Поэтому, если сейчас предпринять шаги по созданию именно гуманитарной составляющей, то это может положительно отразиться на развитии интеграционных процессов.
По словам Андрея Чеботарева, реализовать проект объединенной Евразии на данный момент мешает политика, которая уже разъединила ряд бывших советских республик. Существующая площадка – СНГ – не позволяет, к примеру, примирить Украину и Грузию с Россией, как минимум потому, что первая не участвует в работе содружества, а вторая и вовсе вышла из него. Если же не задаваться глобальной целью и сосредоточиться только на территории ЕАЭС, то и тут есть свои проблемы, но они относятся к разряду преодолимых.
– Там, где много точек соприкосновения, будь то продажа алкогольной продукции или приглашение звезд эстрады, одновременно возникают сложности, – заметил политический обозреватель интернет-газеты Zonakz.net Владислав Юрицын. – Кое-кто призывает приглашать только местных звезд эстрады или полностью перекрыть вещание из-за рубежа. Это косвенное свидетельство того, что пространство у нас достаточно однородное: потребители в Казахстане, России, Кыргызстане и ряде других стран находятся в одном культурном поле, сродни испаноязычному миру в Латинской Америке. Отсюда и возникают проблемы с дележкой рекламного рынка, «распилом» денег, борьбой за часть информационного пространства и желанием как-то воздействовать на ситуацию.
Между тем главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин констатировал, что евразийской повестки в информационном пространстве ЕАЭС до сих пор нет:
– Местные СМИ в России, Казахстане, Беларуси и присоединившихся стран пишут, как правило, о проблемах своего бизнеса. И пишут это, связывая с ЕАЭС, но вне того контекста, в котором эти истории развиваются. Нам нужна общая повестка, и создать ее могут только общие институты.
Пока такую повестку, по его словам, создают только Евразийский банк развития и Евразийская экономическая комиссия. Однако нельзя сказать, что две эти организации могут полностью заполнить информационный вакуум вокруг темы ЕАЭС.
Заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец в Казахстане» Сергей Козлов также отметил отсутствие общей информационной политики, которая, по его мнению, необходима для информационного и культурного сближения народов ЕАЭС. В пример он привел «Евроньюс» – «сугубо пропагандистский» телеканал ЕС.
– Говорить о том, что массовые российские и казахстанские каналы хотя бы отчасти проводят евразийскую информационную политику, не приходится. Это свидетельствует о том, что правящие элиты в первую очередь интересует экономический аспект ЕАЭС. Для того чтобы изменить эту тенденцию, чтобы сформулировать стремление сблизить страны в культурном, информационном отношении, необходима политическая воля, желание правящих элит. За этим последует и изменение повестки дня, – уверен Сергей Козлов.
Впрочем, и представители экспертного сообщества, и сами СМИ могут внести свою лепту, полагает журналист. Так, он считает необходимым создать евразийский клуб журналистов или политологов, где обсуждались бы общие для пяти стран проблемы и вырабатывались бы приемлемые для всех решения. Участники заседания с таким мнением согласились: эксперты убеждены в необходимости создания подобной диалоговой площадки. Что же касается культурного взаимодействия, то тут мнения разделились: одни уверены, что развитие данной сферы зависит от воли и финансовых возможностей государств, другие полагают, что главное – достойные поводы для интереса зрителей и слушателей.

Юлия Майская

Источник: Nomad.su

Источник: ЦентрАзия

Евразийское сознание – что это?

Выстраивание государствами локальных культур размывает общий фон евразийской идентичности. Общее историческое прошлое есть, но что в нем было объединяющее?

«Евразийское сознание никто не формирует», – констатировала Мадина Нургалиева, руководитель представительства КИСИ в Алматы.«Евразийской повестки в СМИ как таковой нет, – считает Сергей Домнин, главный редактор журнала «Эксперт Казахстан. – Общую повестку могут создать только общие институты». Фактически сегодня такие вещи продуцирует лишь Евразийский банк развития (ЕАБР), в то время как Евразийская комиссия выступает инертным и неактивным органом.

Евразийское сознание

«Тема на опережение», – так Мадина Нургалиева охарактеризовала заседание экспертного клуба ОФ «Мир Евразии» с названием «Евразийское сознание: формирование мировоззренческой парадигмы в культурно-гуманитарном сотрудничестве». Эдуард Полетаев, модератор заседания, признал, что евразийское сознание не настолько кристаллизовалось, чтобы его можно было описать одним-двумя предложениями. Сам он его элементами видит то, что здесь традиционные религии не конфликтуют между собой, наблюдается культурное разнообразие.

Был поставлен вопрос, насколько понятие «евразийское сознание» наполнено содержанием и имеет целостное восприятие. Вот здесь и начались принципиальные «неувязочки». Андрей Хан, Центр военно-стратегических исследований, указал, что Кремль вкладывает в евразийскую идею больше какой-то имперский смысл, в то время как Ак Орда видит в этом в первую очередь транзитную сущность. «Нас объединяет общее выживание, общие страхи, из-за которых страны жмутся друг к другу», – отметил он. В качестве примера ментального сходства евразийских народов г-н Хан привел ситуацию с теневой экономикой, в которую легко включаются как местные жители, так и мигранты, поскольку в базовых моментах у них понимание однозначно имеется.

Евразийское сознание

Много внимания в ходе экспертного обсуждения было уделено русскому языку. С одной стороны он в ряде государств выступает в качестве лингва франка (язык, используемый как средство межэтнического общения) и поддерживает общепонятный информационно-культурный фон, а с другой стороны сам является носителем конфликтогенности. Г-жа Нургалиева считает, что конфликтная атмосфера между русским и казахским языком в Казахстане может усилить негативное восприятие евразийских идей, если их транслировать через расширение русскоязычного вещания.

«На постсоветском пространстве идея постколониализма очень мощная, а она разъединяющая», – подчеркнул Рустам Бурнашев, политолог. Русский язык при этом одновременно выступает и как объединитель, и как разъединитель.

В ходе дискуссии было отмечено, что косвенно о наличии общего информационного пространства свидетельствуют жалобы казахстанских СМИ на свою неконкурентоспособность по отношению к российским масс-медиа, которые забирают их аудиторию. Однако г-н Бурнашев указал, что здесь к информационному полю подходят как к коммерческому проекту, а не в качестве объединяющего культурного пространства. Ситуацию сформулировал политолог Антон Морозов: «Без общего информационного пространства обойтись невозможно. Защита собственного информационного пространства тоже никаких вопросов не вызывает». Как будут искать золотую середину и будут ли – на сегодня вопрос открытый.

Андрей Чеботарев, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива», попытался определить с какой целью осуществляется культурно-гуманитарное сотрудничество: «Если противостоять дальнейшему разъединению – одна цель, сделать культурную подпорку под ЕАЭС – другая».

Согласно социологическим исследованиям, в Европейском союзе только 3% респондентов идентифицируют себя в качестве европейцев, в то время как 38% ощущают себя в первую очередь гражданами национальных государств. Эти цифры привела Галия Мовкебаева, профессор КазНУ им. аль-Фараби. В случае евразийского пространства она одним из элементов взаимодействия видит русский язык и выступает за его популяризацию.

Сергей Домнин в свете последних событий экономику в качестве объединяющего ресурса уже не видит. Точно есть память о Победе, но ее надо использовать умело. «Любой конструкт без опоры на историю, базовые ценности, не наполняется смыслом», – уверен Владимир Павленко, PR-консультант. В качестве примера он привел акцию «Бессмертный полк» и народный фильм о 28 панфиловцах, где инициатива пошла снизу, а государственные институты подключились уже на том этапе, когда все и без них эффективно работало. «Идет изменение клипового сознания на сериальное», – указал г-н Павленко в ходе экспертного обсуждения. Однако бюджет времени мероприятия не позволил ему расшифровать свой тезис. Среди его высказываний были такие: «Ценности – это самая сложноизменяемая вещь»;«Если нет целенаправленной повестки – это не означает, что этого не существует».

Евразийское сознание

«Можно говорить на разных языках, но при этом являться чем-то общим, – заметил политолог Замир Каражанов. – Навязывать ни в коем случае нельзя. Культурное многообразие будет составлять основу для последующего культурного объединения».

«На мой взгляд, центробежные тенденции гораздо более наглядные, чем центростремительные, – заявил Сергей Козлов, журналист газеты «Московский комсомолец в Казахстане». – Общей информационной политики мы не наблюдаем. «Евроньюс» – это сугубо информационно-пропагандистский канал, а «Мир» – никакой политики».

«Наши государства выстраивают локальные культуры», – выделил принципиальный проблемный пункт Рустам Бурнашев. При таком подходе культуры-участники евразийского пространства не становятся совместимыми и взаимодополняющими, попутно идет процесс приватизации общей истории. Эти процессы создают барьеры на пути контактов и сотрудничества.

«Урбанизация, как бы мы ни выстраивали политику, стирает этнокультурные границы, – акцентировал Андрей Хан. – В культурных контактах все должно происходить как происходит, а государство не должно мешать. Людям должно быть интересно. Пусть навязанная модель, но она должна быть привлекательной и всех устраивать. В Корее музеи превратились в кассовые предприятия, более популярные, чем кинотеатры».

«Политики разъединяют, культура объединяет», – обрисовал наблюдаемые процессы Эдуард Полетаев.

 

Источник: ZONAkz