Monthly Archives: Апрель 2017

Қазақстандағы жастардың саны 4 млн-нан асып жығылады

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубының кезекті отырысы: «Интеграция және жаңа мәдени қатынастар жағдайындағы жастар арасындағы халықаралық әріптестіктің мүмкіндіктері» тақырыбына арналды.

Шараның шымылдығын түркен саясаттанушы Эдуард Полетаев өз сөзінде КСРО дәуірінде өмірге келген аға буын мен тәуелсіз елде дүние есігін ашқан жас буынның арасындағы айырмашылықты атап айтты.

«Содан да шығар аға буын мен өсіп келе жатқан жас буынның арасындағы көзқарас қайшылығы тез көзге ұрып тұр. Бұл тұрғыда әлеуметтік сауалнаманы Спутник ақпараттық агенттігі жүргізген болатын. Осы агенттіктің зерттеулеріне көз жүгіртіп өтсеңіздер.

Сауалнама нәтижесіне сенсек жасы 35-тен асқан аға буынның көпшілігі «КСРО кезінде қазіргіден әлдеқайда жақсы өмір сүрдік» деп санайды. Ал 18-бен 24 жастың аралығындағы жастар керісінше, қазір ол заманға қарағанда әлдеқайда жақсы өмір сүреміз деп санайды» деді ол.
Өз кезегінде саясаттанушы Андрей Чеботарев елімізде жастар саясатымен, жастар ісімен айналысатын ұйымдар жетіп артылатынын, бірақ нәтижесі шамалы екенін тілге тиек етті. «Атап айтар болсам, бұлар Қазақстан жастары Конгресі, Қазақстан студенттері, Жұмысшы жастар одағы, Қазақстанның ауыл жастары Одағы, Қазақстанның жастар парламенті, Қазақстанның жас депутаттар Қауымдастығы, Жас Ұлан, Жас қыран тағысын тағы, жетіп артылады.

Алайда осылардың қайсысы шын мәнінде нәтижелі жұмыс істеп отыр? Ешқайсысы. Шынымды айтсам, бұлардың тау қопарып жатқанын естігем жоқ. Олардың жұмысы көрінбейді. Атқарылған іс көрінбеген болса, ендеше жұмыс жүргізілмеген деген сөз» деді ол.

Тарихшы Ләйлә Ахметованың айтуынша мемлекетіміз жастар саясатымен тұрақты түрде айналыспағандықтан жастарды назардан тыс қалдырдық. «Осының кесірінен олар дінге кетті. Адасты. Арпалысты. Олар өз мемлекетінің өздерінен бас тартқанын түсінді. Иә, Қазақстан халқы Ассамблеясының жанында жастар ісімен айналысатын құрылымдар бар. Бірақ, олар да ілгеріде айтып кеткендей тек керекті кездері ғана көрінеді. Айталық, мерекелік іс-шаралар кезінде ғана бас қосады» деді ол.

Ғалым Мәдина Нұрғалиеваның пікірінше еліміздегі жастардың саны 4 млн. Олардың 60 пайызы ауылдарда. Көпшілігі қазақтілді.

«Біз олардың психологиясын толық білмейтінімізді жасырмағанымыз жөн. Бәлкім, олардың өмірге, мемлекетке деген көзқарасы бізден қарағанда әлдеқайда озық болуы мүмкін» деді ол.

Источник: DalaNews

Жастар саясаты мемлекет назарында ма?

«Еуразия әлемі» пікірсайыс клубының кезекті отырысы: «Интеграция және жаңа мәдени қатынастар жағдайындағы жастар арасындағы халықаралық әріптестіктің мүмкіндіктері» тақырыбына арналды.

Шараның шымылдығын түркен саясаттанушы Эдуард Полетаев өз сөзінде КСРО дәуірінде өмірге келген аға буын мен тәуелсіз елде дүние есігін ашқан жас буынның арасындағы айырмашылықты атап айтты.

«Содан да шығар аға буын мен өсіп келе жатқан жас буынның арасындағы көзқарас қайшылығы тез көзге ұрып тұр. Бұл тұрғыда әлеуметтік сауалнаманы Спутник ақпараттық агенттігі жүргізген болатын. Осы агенттіктің зерттеулеріне көз жүгіртіп өтсеңіздер.

Сауалнама нәтижесіне сенсек жасы 35-тен асқан аға буынның көпшілігі «КСРО кезінде қазіргіден әлдеқайда жақсы өмір сүрдік» деп санайды. Ал 18-бен 24 жастың аралығындағы жастар керісінше, қазір ол заманға қарағанда әлдеқайда жақсы өмір сүреміз деп санайды» деді ол.
Өз кезегінде саясаттанушы Андрей Чеботарев елімізде жастар саясатымен, жастар ісімен айналысатын ұйымдар жетіп артылатынын, бірақ нәтижесі шамалы екенін тілге тиек етті. «Атап айтар болсам, бұлар Қазақстан жастары Конгресі, Қазақстан студенттері, Жұмысшы жастар одағы, Қазақстанның ауыл жастары Одағы, Қазақстанның жастар парламенті, Қазақстанның жас депутаттар Қауымдастығы, Жас Ұлан, Жас қыран тағысын тағы, жетіп артылады.

Алайда осылардың қайсысы шын мәнінде нәтижелі жұмыс істеп отыр? Ешқайсысы. Шынымды айтсам, бұлардың тау қопарып жатқанын естігем жоқ. Олардың жұмысы көрінбейді. Атқарылған іс көрінбеген болса, ендеше жұмыс жүргізілмеген деген сөз» деді ол.

Тарихшы Ләйлә Ахметованың айтуынша мемлекетіміз жастар саясатымен тұрақты түрде айналыспағандықтан жастарды назардан тыс қалдырдық. «Осының кесірінен олар дінге кетті. Адасты. Арпалысты. Олар өз мемлекетінің өздерінен бас тартқанын түсінді. Иә, Қазақстан халқы Ассамблеясының жанында жастар ісімен айналысатын құрылымдар бар. Бірақ, олар да ілгеріде айтып кеткендей тек керекті кездері ғана көрінеді. Айталық, мерекелік іс-шаралар кезінде ғана бас қосады» деді ол.

Ғалым Мәдина Нұрғалиеваның пікірінше еліміздегі жастардың саны 4 млн. Олардың 60 пайызы ауылдарда. Көпшілігі қазақтілді.

«Біз олардың психологиясын толық білмейтінімізді жасырмағанымыз жөн. Бәлкім, олардың өмірге, мемлекетке деген көзқарасы бізден қарағанда әлдеқайда озық болуы мүмкін» деді ол.

Источник: 365info. Ақпараттық-сараптамалық 365Info порталы

«Без помощи взрослых молодежи сложно реализовать свои шикарные идеи»

«Государственная политика должна открывать горизонты нашей молодежи и социальные лифты», — сказал PR-Консультант, представитель Казахстанской коммуникативной ассоциации Владимир Павленко, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».
StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:
Когда мы говорим о молодежи, надо четко понимать, что молодежь всегда одна и та же. Она просто молодежь. Есть теория поколений. В ней совершенно четко все прописано. А «плохой» или «хорошей» ее делают взрослые в зависимости от текущих обстоятельств, ситуаций, интересов, необходимости влиять и воздействовать на молодежь.
Другой момент, когда молодежь накачивают и сознательно выводят в качестве активной массовки, такого «политического мяса» в тех или иных мероприятиях и протестных акциях.
Есть совершенно четкие технологии. Например, технология конфликтной мобилизации молодежи с помощью социальных сетей.
Профессор МГУ Андрей Манойло в прошлом году написал подробную статью о том, как эта технология работает. На простом примере создания в социальной сети безобидной группы любителей персидских котят автор пошагово показал, как по мере роста группы и ее активности, превращению в настоящее сетевое сообщество меняется повестка, постепенно и незаметно для сознания переключая внимание участников группы на политические проблемы.
Технологически это делается путем контролируемых вбросов специально подготовленной информации.
Этот пример показывает, что перед применением подобных технологий молодежь беззащитна. Ей надо помогать. Как это делать, это другой вопрос, и следует признать, крайне важный.
В структуре Казахстанской коммуникативной ассоциации действует сектор молодежных инициатив. Я два года курировал молодежные проекты этого сектора. Исходя из личного опыта, могу уверенно сказать, что без помощи взрослых молодежи достаточно сложно реализовать свои шикарные идеи.
В этом случае необходимо говорить не только и не столько о сотрудничестве, а о сотворчестве поколений, когда, не давя, не навязывая с готовностью слушать и слышать, где-то подсказывать и участвовать в процессе. Может быть, именно на это стоит обращать внимание, когда мы говорим о передаче опыта поколений, преемственности знаний, умений, мастерства?
При этом надо понимать, что молодежь совсем другая. Даже если смотреть в рамках 10-ти лет. Бывшие практиканты или студенты часто звонят и спрашивают: вы же с молодежью встречаетесь, скажите, какие они? А ведь они сами еще в этой категории. Да, они молодежь, но они быстро меняются.
Если мы говорим о массовой культуре, то обсуждаем явления, события, арт-объекты, относя их к модернизму или постмодернизму. Недавно мне молодой человек говорит: «Это не актуально. Сегодня рулит метамодернизм». На мой вопрос, какое определение можно этому дать, я получил такой ответ: «Метамодернизм – это когда мы плывем в потоке смыслов, они пропитывают нас и из нас выходят». Сразу и не поймешь, верно? Но стоит размышлять, думать, искать и находить точки сотворчества с молодежью, которой сегодня совсем даже непросто взрослеть, становится на ноги, мечтать, стремиться, быть.
Я не силен в государственной политике, но я одно понимаю, что государственная политика должна открывать горизонты нашей молодежи и социальные лифты. Вот тогда будет проще.

Заседание экспертного клуба на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

«Советское государство четко знало, что ему нужно от молодежи. Современное — нет»

«Парадокс, на мой взгляд, состоит в том, что нет системного понимания всей сложности и трудности проблем, с которыми можно столкнуться в молодежной сфере. Поэтому, наверное, сегодня приходится обращать внимание не только на подростковую преступность, но и на терроризм с экстремизмом», — сказал главный редактор ИАЦ «Caspian Bridge», Замир Каражанов, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».
StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:
Мы все родились в СССР, поэтому этот советский опыт накладывает свой отпечаток. Мы привыкли требовать от государства. Но советское государство и нынешнее казахстанское — две большие разницы.
У советской молодежи вся жизнь была расписана: школа, вуз, распределение на работу, культурный и творческий отдых после нее. Да и личная жизнь тоже протекала как по плану, семью создавали до 25-27 лет, заводили детей рано, участвовали в спортивных секциях и привлекались к общественным работам. На каждом этапе жизнь молодого человека была охвачена государством.
Советское государство четко понимало, чего хотело получить от подрастающей молодежи.
А сегодня складывается впечатление, что такое понимание размыто. Воспитание патриотических чувств? Каким образом? Мы живем в другой исторической обстановке.
Мы говорим о невмешательстве государства в личную жизнь человека. По закону даже партия, как общественная организация, не имеет права заниматься агитацией в образовательных учреждениях. С другой стороны, почему воспитание патриотических чувств? Задача молодежной политики не должна сводиться к воспитанию патриотов. И это не самое главное!
Куда более важно, формирование морально зрелой личности, которая осознает ответственность перед обществом и окружающими людьми. Чтобы не получалось так, как сейчас, когда алиментщики убегают от своих детей и долгов.
Очевидно, что в условиях рыночной экономики государство уже не может играть патриархальную роль. Все что оно может сделать, это создать молодым людям условия, при которых они способны реализовать свой творческий, профессиональный потенциал.
Вспомните, когда была предложена идея создания Общества всеобщего труда в Казахстане. Ведь тогда у нас стали говорить о расширении социальных лифтов в обществе. Карьерный рост индивида и повышение его социального статуса должны быть по реальным и значимым заслугам.
Но квазигосударственный сектор, к примеру, не стал для молодых людей трамплином в их профессиональной жизни. Часто приходится от молодежи слышать слова разочарования. Часть ее выезжает за рубеж, где добиться успехов ей кажется проще, чем на родине.
В прошлом году в социальных сетях даже развернулась дискуссия между молодыми людьми. Одни призывали к патриотическим чувствам, другие к прагматизму. Но обе стороны сходились во мнении, что площадок, где молодежь смогла бы реализовать потенциал не так много, как хотелось бы.
Сегодня парадокс, на мой взгляд, состоит в том, что нет системного понимания всей сложности и трудности проблем, с которыми можно столкнуться в молодежной сфере. Поэтому, наверное, сегодня приходится обращать внимание не только на подростковую преступность, но и на терроризм с экстремизмом.
Проще было в советский период, когда партийно-государственный аппарат административными мерами мог регулировать жизнь молодых людей. В условиях рынка и деэтатизации возможности у государства ограничены, а вызовы возникают серьезные. А воспитание патриотических чувств молодежи, это упрощение и усреднение молодежной политики.

Заседание экспертного клуба на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Казахстанская молодежь: прагматичная, циничная, динамичная

По мнению экспертов, молодежь Казахстана сегодня крайне неоднородна, и для работы с ней необходимо выстраивать политику для каждой группы отдельно.

О том, что представляет собой молодежь современного Казахстана, спикеры экспертного клуба «Мир Евразии» беседовали в рамках обсуждения темы «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».
Руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева представила такие параметры современной казахстанской молодежи: «возраст – от 14 до 29 лет.
Согласно данным Комитета по статистике МНЭ РК на начало прошлого года численность молодежи составляла примерно 4 млн 100 тысяч человек, т.е. немногим меньше четверти всего населения. Из них примерно около 60% — это региональная молодежь, не городская, т.е. из аулов, сел, малых городов, преимущественно казахоязычная. Вот это, на мой взгляд, примерный демографический портрет современной молодежи».
Говоря о качественных характеристиках молодежи Казахстана, Мадина Нургалиева отметила, что «Современная молодежь стала мобильная, прагматичная и рациональная, и она не рассчитывает на помощь и поддержку со стороны государства. Наша молодежь думает наперед, высчитывает шаги, но это обусловлено временем».
Глава ОФ «Мир Евразии» Эдуард Полетаев в своем выступлении привел данные, иллюстрирующие различие во взглядах между молодежью и старшим поколением.
Так, «характерное поколенческое различие во взглядах демонстрируют результаты социологического опроса, проведенного в 2016 году в 11 странах бывшего СССР по заказу информационного агентства и радио Sputnik.
Почти во всех странах число жителей старше 35 лет считает, что в СССР жилось лучше, чем после его развала. При этом молодые люди, которые родились после до развала СССР (респонденты от 18 до 24 лет), в своем большинстве считают, что жить стало лучше сейчас. То есть молодежь изменяется, реагирует на современные вызовы. Что еще раз подтверждает необходимость развития комплексного подхода к решению проблем молодежи. Важно, чтобы эти были услышаны властями», — отметил Эдуард Полетаев.
Однако, несмотря на общее позитивное отношение к условиям жизни в обществе, государству требуется более пристально изучать все параметры политической активности и взглядов молодежи. По слова политолога, «мало кто оценивает гипотетический конфликтный потенциал молодежи. Все знают из исторического опыта, что молодежь бывает агрессивной. Но насколько этот процесс управляем? Не факт, что постсоветская молодежь горит желанием устраивать деструктивные акции. Очень тяжело, к тому же, в ее среде найти альтруистов. Все прагматично смотрят на жизнь и если и участвуют в активных молодежных программах, то явно с целью построения карьеры, либо с целью получения дополнительных бонусов, изучения языка, получения определенного опыта. Это тоже мало исследованный процесс сейчас».
Размышляя о том, как именно определить современную казахстанскую молодежь профессор Казахстанско-немецкого университета Рустам Бурнашев высказал мнение, что единой социальной группы, которую можно было бы назвать «молодежью» у нас сейчас нет.
«Что такое молодежь? Речь идет о совершенно разных стратификационных группах, которые имеют совершенно разные структурные основания для выделения. Я понимаю, когда говорят о студентах, когда говорят о рабочей молодежи. Возраст 25-30 лет я могу понять, и то возрастные рамки для меня не совсем очевидны. Когда мы говорим молодежь, на основании чего эта общность выделяется? Почему молодежь в Казахстане – это люди возраста от 14 до 29 лет?» — поставил вопрос эксперт.
Иллюстрируя сложность установления единых возрастных рамок, Рустам Бурнашев привел пример: «есть такая шутка, связанная с работой в Академии наук: молодой ученый – это тот, кто на работу может прийти самостоятельно. Почему возраст молодежи ограничен 29 годами? Например, Всемирная организация здравоохранения не так давно официально пересмотрела возрастные нормы. И теперь молодым человек считается до 44 лет».
По его мнению, сейчас сформировалась «некая универсалистская модель, согласно которой лица с 14 до 29 лет обладают каким-то общим критерием, общим интересом. Исходя из этой общности, начинаются действия. Но какова их эффективность, если существует много видов молодежи и у всех них свои запросы и чаяния».
Руководитель Международного центра казахстанско-китайского сотрудничества CHINA CENTER Адиль Каукенов продолжил тему определения возрастных границ молодежи, предложив разбить в данном случае возраст по профессиональным направлениям. «Возраст — хороший иллюстратор. Вот жизненный пример. Я помню, когда поехал на первый свой молодежный форум в Москву, мне было 23 года. А там был широкий возрастной диапазон участников — до 35 лет. Мне эти 35-летние люди казались старыми. Они были уверены в себе, состоялись в профессии, а мы юнцы, тихо слушали, что обсуждают серьезные люди.
Возраст в науке, бизнесе и т.д. это такая же категория, как весовая в спорте. Потому что молодой человек может быть умнее и талантливее, но профессионал есть профессионал. Но как-то же молодежь должна закаливаться и взрослеть? Поэтому должно быть разграничение по возрасту. Возраст – это когда еще не набрал человек тот необходимый профессиональный опыт, он нуждается в общении и поддержке. И важно, чтобы государство это понимало», — отметил Адиль Каукенов.
Описывая мировоззренческие установки казахстанской молодежи, руководитель Центральноазиатского института стратегических исследований Анна Гусарова высказала мнение, что «современная молодежь прагматична, ориентирована на деньги, карьеру и достаток. И это хорошо, потому что в современном мире по-другому никак. Об этом говорят все международные исследования, проведенные по данной категории лиц.
Если вспомнить самое последнее, которое было опубликовано в начале этого года, то это исследование компании Ernst&Young. Исследование было проведено в 30 странах мира, им было охвачено около 10 тысяч респондентов. Его результаты говорят о том, что молодежь не готова вступать в брак, в частности, потому что нет финансовой стабильности. Молодежь все меньше отличается высоким уровнем доверия».
Также Анна Гусарова выделила специфические характеристики молодежи Казахстана: «если сравнивать постсоветскую молодежь с американской или европейской, то стоит поговорить о волонтерской активности, об участии в политических, гражданских процессах, о молодежных клубах, самоорганизации. И этот процент в Европейском союзе зашкаливает — превышает 50%. Не по всем, конечно, странам, но в среднем цифра такая. В Казахстане и странах Центральной Азии, к примеру, согласно результатам исследования, проведенного фондом им. Фридриха Эберта, только каждый пятый из молодежи готов участвовать в каких-то мероприятиях и гражданских инициативах. Остальным это и не нужно. А взрослые хотят от них активности и самоорганизованности. Это невозможно ментально и физически. Что для молодежи важно? Важно хорошо выглядеть и одеваться – 75% респондентов это отметили. Вот приоритеты».

Источник: Сетевое издание «Zakon.kz»

Будущее начинается сегодня: как воспитывать патриотизм в условиях меркантилизма?

Современная молодежь находит новости по интернет-мемам, ориентирована на материальные ценности, с головой погружена в виртуальное пространство. О том, как мотивировать представителей нового поколения приносить пользу стране, в том числе на ниве международного сотрудничества, говорили участники экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».

Такая разная молодежь

В Казахстане молодежи насчитывается около 4,16 млн. человек, из них 2,5 млн. – сельской, 1,7 млн. – городской. Такие данные в ходе заседания озвучила руководитель Центральноазиатского института стратегических исследований, старший преподаватель Казахстанско-Немецкого университета Анна Гуссарова.«Современная молодежь прагматична, ориентирована на деньги, карьеру и достаток. Об этом говорят все международные исследования, проведенные по данной категории лиц», – объясняет эксперт. Самое последнее исследование от компании Ernst & Young, опубликованное в начале года, охватило около 10 тысяч респондентов в 30 странах мира. Большинство опрошенных ответили, что не желают вступать в брак, потому что нет финансовой стабильности. Но при этом значительная часть американской и европейской молодежи активно участвуют в волонтерском движении, а также в политических, гражданских процессах.

«В Европейском союзе молодежная активность зашкаливает – превышает 50% населения соответствующего возраста. В Казахстане и странах Центральной Азии, к примеру, согласно результатам исследования фонда имени Фридриха Эберта, только каждый пятый из молодежи готов участвовать в каких-то мероприятиях и гражданских инициативах. Остальным это не нужно, – рассказала А. Гуссарова. – Взрослые хотят от них активности и самоорганизованности. Это невозможно ментально и физически. Что для молодежи важно? Важно хорошо выглядеть и одеваться: это отметили 75 процентов респондентов».

«Разной молодежи много. Есть золотая, трудовая, студенческая, безработная, религиозная, – заметил политический обозреватель интернет-газеты Zonakz.net Владислав Юрицын. – Общался я с молодежью, которая находится в условиях сверхэксплуатации. В казино, ресторанах работают. Таким людям не до волонтерства, они выжаты, хотя им еще нет тридцати, все время работа-работа-работа… Заработка не хватает. А с другой стороны, они видят лощеных ровесников на «Гелендвагенах». Как воспитывать патриотизм в условиях меркантилизма?».

Государство: воспитатель, помощник, контролер

В этот риторический вопрос вместо слова «патриотизм» можно подставить много других важных для общества понятий. Тем не менее, как считает главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований Андрей Хан, именно к воспитанию патриотизма сводится воспитательная работа в рамках государственной молодежной политики. «Предполагается, что, опираясь на патриота, мы можем обезопасить себя – уйти от радикализации в религиозном плане, построить развитое общество, добиться других важных целей. Но в обществе потребления, конкуренции и эгоцентризма нет пока инфраструктуры для этого. Раньше были пионеры и комсомольцы с огромной инфраструктурой, пронизывающей всю систему образования. В развитых гражданских обществах есть самоорганизация молодежи. У нас нет ни того, ни другого», – констатировал А. Хан.

Воспитательной работой, как отмечали участники дискуссии, охвачены учащиеся – школьники и студенты. Работающая молодежь занята решением насущных проблем, но остается еще безработная – ничем не охваченная, наиболее подверженная влиянию деструктивных сил. Такая молодежь вызывает наибольшие опасения. «Но если разобраться, какие проблемы выводили людей на улицы, то очень редко это – специфические проблемы молодых», – подчеркнул главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин.

Он считает, что отдельная государственная молодежная политика и вовсе не нужна, по крайней мере в плане социальной поддержки: «Что касается госпрограмм, они хорошо решают только одну задачу – освоение государственных средств. У всех наших госпрограмм обязательный пункт – меры господдержки. Однако в господдержке молодым семьям ничего оригинального нет: наше правительство поддерживает и промышленников-сырьевиков, и акционеров коммерческих банков, хорошо, если что-то доходит и до молодых. С точки зрения экономики важно создавать рабочие места, неважно для молодежи или для людей старше 29 лет. Нужно меньше говорить о какой-то специфичной политике – молодежной, студенческой, а больше внимания уделять человеческому капиталу».

В современном мире внимание к молодежи является обязательным условием существования государств. После развала СССР, где государство вело молодых за руку, начиная с детского сада до гарантированного рабочего места, на пространстве СНГ молодежная политика всегда была в центре внимания. Постсоветские государства все активнее используют в том числе инструменты международного молодежного сотрудничества.

Молодежная дипломатия является объективной необходимостью. Тем более что молодежь в силу ряда характерных особенностей подвержена не только воздействию разнонаправленных глобальных тенденций. Она сама все активнее влияет на социально-культурные, политические и гуманитарные процессы международной жизни. Международная деятельность молодежи стала занимать значимое место среди положительных факторов, оказывающих определенное влияние на формирование имиджа стран и интеграционных объединений.

Молодежная дипломатия – это элемент мягкой силы, с помощью которой страны формируют будущее своих отношений с другими странами, инвесторами, международными организациями. Не просто так государства затрачивают средства на проведение крупных международных мероприятий для молодежи. К слову, ближайшие знаковые мероприятия состоятся в нынешнем 2017 году. В частности, в Казахстане пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества, а в России – Международный фестиваль молодежи и студентов.

Два параллельных мира

Государственная молодежная политика поворачивается лицом и к новым технологиям. «Есть понимание, что сейчас необходимо использовать в том числе и новые каналы интернет-коммуникаций, с каждым годом оказывающих все большее влияние на формирование мировоззрения молодежи. Блогеры и активные участники интернет-пространства становятся новыми лидерами общественного мнения. При этом много неформальных, одновременно непродуктивных стихийных субкультур возникает среди молодежи. Значимость данной проблематики нельзя недооценивать», – считает руководитель фонда «Мир Евразии» Э. Полетаев.

 «Вот откровение, которым со мной поделились 20-летние. Они мне говорят: «Ну как вы читаете новости? В новостной ленте. Это вчерашний день. Мы на новость выходим через мем». Если мем их зацепил, они начинают «копать». Выходят на источник, смотрят подробнее», – рассказал PR-консультант Владимир Павленко из Казахстанской коммуникативной ассоциации. Виртуальный мир зачастую непонятен представителям старшего поколения. Между тем посредством интернета на молодежь оказывается очень большое влияние, иногда оно носит крайне опасный характер. Вспомнить хотя бы сообщество «Синий кит», которое подталкивает детей к суициду.

«Другой момент, когда молодежь «накачивают» и сознательно выводят в качестве активной массовки, «политического мяса» в тех или иных мероприятиях и протестных акциях. Есть, например, технология конфликтной мобилизации молодежи с помощью социальных сетей, – продолжил В. Павленко. – Профессор МГУ Андрей Манойло в прошлом году написал подробную статью о том, как эта технология работает. На простом примере создания в социальной сети безобидной группы любителей персидских котят автор пошагово показал, как по мере роста группы и ее активности, превращения в настоящее сетевое сообщество меняется повестка, постепенно и незаметно для сознания переключается внимание участников группы на политические проблемы. Технологически это делается путем контролируемых вбросов специально подготовленной информации. Этот пример показывает, что перед применением подобных технологий молодежь беззащитна. Ей надо помогать. Как это делать – другой вопрос и, следует признать, крайне важный».

В виртуальном мире, как поясняет политолог Антон Морозов, свой язык, своя иерархия, свои герои и антигерои и даже своя экономика — например на прямых трансляциях видеоигр с комментариями игроков зарабатывают немалые деньги. «Существуют два параллельных мира. Государству надо просто узнавать молодежь, которая находится рядом», – заключил А. Морозов.

_______________________

Фото К. Конуспаева

Источник: Ритм Евразии

Государство не знает и не слышит собственную молодежь – эксперты

Молодежная политика Казахстана есть, а вот механизмы ее реализации слабы. И финансирование есть, но эффективность затрат неизвестна. О традиционном конфликте отцов и детей на государственном уровне говорили на заседании клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».

«Я каждый день смотрю телевизор и уверяю вас, что очень хорошо знаю нашу молодежь», – напомнил цитату из кинофильма «Курьер» политолог Антон Морозов. И добавил: «Складывается впечатление, что люди, ответственные за молодежную политику, тоже черпают знания о молодежи из телевизионных передач». В пример он привел недавние события в России, получившие название «митинги школьников». «Причем на них выходил тот сегмент молодых людей, который по всем характеристикам должен быть охвачен молодежной политикой через школы и вузы. А оказалось, что у людей свой параллельный мир, свои альтернативные взгляды. Кроме того, принято считать, что молодежь не интересуется политикой, но митинги показали, что это не так».
По мнению политолога, ответственным за работу с молодежью взрослым непонятна виртуальная жизнь молодого поколения, его интересы, сила влияния интернета на формирование суждений. «Там своя языковая политика и свой сленг. Своя экономика, причем с реальными деньгами, а следовательно, там присутствует и социальное деление. И примеры, которые вдохновляли наше поколение, не работают. Там свои герои и антигерои, – говорит о виртуальном мире Морозов. – Например, вдохновляют не бизнесмены, которые приватизировали заводы и нефтевышки, а, допустим, стримерша Карина, у которой свой канал на «Твиче» и которая, по разным оценкам, зарабатывает около четырех миллионов рублей в месяц за счет доната и рекламы (стример – человек, который ведет трансляцию окружающих его событий и комментирует их; Twitch – канал прямых трансляций видеоигр; донат – добровольная оплата за что-либо – прим. ИА Total.kz). Вдумайтесь в цифру – 4 миллиона! А эта сфера не то что упущена, она даже не исследована…»
Государство не знает и как относиться к молодежи, считает заместитель главного редактора журнала «Центр Азии» Евгений Пастухов: «Хорошо, когда она прогрессивная, замечательная и не доставляет проблем. Но она бывает разная, в том числе и безработная, активная и энергичная, склонная к разного рода экспериментам в политике или религии. Во все времена молодежь – самый активный участник преобразований в обществе и государстве».
Непонимание порождает немало вопросов, отметил Пастухов. Например, какую молодежь надо поддерживать, а какую опасаться? Ответ, на самом деле, не столь очевиден. Казалось бы, опираться государство может на хорошо образованных молодых людей. Но что если эти умные и активные ребята не смогли найти работу? Как рассказал эксперт, Английской революции 1640 года и Французской революции 1789 года предшествовало экстраординарное увеличение выпускников университетов, тогда как пропорционального роста позиций в государственной и церковной бюрократии, которые отвечали бы запросам, не происходило. Выпускная способность Оксфорда и Кембриджа выросла на 400% – более чем в два раза, в отличие от общего прироста населения. С 1730 до 1880 годов зачисление в ведущие университеты только на юридические факультеты повысилось на 77%. При этом население увеличивалось только на 16%. Результатом стал быстрый рост безработных и неустроенных профессионалов – докторов, адвокатов, журналистов, странствующих проповедников, многие из которых стали отчаянными противниками монархии.
«Социолог Джек Голдстоун подчеркивал проблему «молодежного бугра», то есть когда возрастает процент молодежи в структуре населения, начинаются проблемы социально-экономического и политического характера, – продолжил Пастухов. – Однако тот же Голдстоун подчеркивает, что проблема с молодежным бугром возникает в странах, являющихся переходными, промежуточными между демократией и диктатурой. Самая серьезная проблема с молодежью возникает именно в переходные периоды. «Молодежный бугор» наблюдается в Египте, Тунисе, но он есть и в Пакистане, и в Иране. Почему арабская весна не сработала в Пакистане? Потому что в этой стране есть политические институты, которые не позволили молодежи сломать существующий механизм, изменить статус-кво. В Тунисе же одной из ведущих сил были активные и недовольные профсоюзы».
Пастухов убежден, что политическая активность молодежи прямо коррелируется с эффективностью государства и государственной системы управления. «Если молодежь довольна тем, что происходит, молодые люди нашли работу, которая удовлетворяет их первичные, вторичные потребности, они согласны с происходящим. Как писали братья Стругацкие: в каждом обществе всегда найдутся довольные своим положением, а потому довольные положением этого общества. И неважно, как будет называться политический режим – демократия, авторитаризм, деспотия. Важно, что молодежь чувствует себя удовлетворенной, все свои потребности реализует. И в этом отношении ее бояться не надо», – заключил Пастухов.
Директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев считает, что проблемы в сфере работы с молодежью наблюдаются в неправительственном секторе. «Молодежная политика государства есть, но слабы механизмы ее реализации. Я не говорю про министерства и акиматы. Речь идет об организациях, которым следует активно участвовать в этом процессе и быть партнерами государства. В Казахстане, в частности, действуют Конгресс молодежи Казахстана, Альянс студентов Казахстана, Союз рабочей молодежи, Союз сельской молодежи Казахстана, Молодежный парламент Казахстана, Ассоциация молодых депутатов Казахстана, «Жас Ұлан», «Жас Қыран» и другие. Однако большинство из них работают чисто номинально, не видно их региональных структур и даже веб-сайтов», – констатировал политолог.
Опора государства – это студенческая молодежь, уверена директор Центра ЮНЕСКО КазНУ имени аль-Фараби, доктор исторических наук Лайла Ахметова. Другую, похоже, просто не удалось объединить в сколько-нибудь значимую организационную структуру. «Есть попытки создания партийной молодежи, но они не на виду, а лишь когда надо что-то показать. Я участвовала за эти 25 лет в создании профсоюзных молодежных ячеек, было много трудностей, хотя у профсоюзов есть и деньги, и гранты. Сельской молодежи помогали только международные организации. В крупном бизнесе, например, в нефтяных компаниях, есть молодежные организации, но они существуют сугубо для исполнения внутренних задач», – обрисовала ситуацию профессор КазНУ.
Молодежные ячейки есть и в Ассамблее народа Казахстана, в различных этнокультурных центрах, но они заметны, как правило, только на праздничных мероприятиях.
«Отдельно хотелось бы сказать о Министерстве образования и науки и Министерстве по делам религии и гражданского общества. У них третьим пунктом стоит молодежная политика. По линии МОН РК три-пять лет назад правительство выдавало от миллиарда тенге на работу общественных организаций. Сейчас тоже немалые деньги есть. Я анализировала, куда уходят деньги: на проведение различных форумов. Но какова эффективность проведения этих форумов? Есть ли системность? Государство вкладывает средства в молодежь, но об эффективности этих вложений мы не знаем. Между тем многие молодежные НПО просто прекратили свое существование. Связано это с тем, что они не получают финансовую поддержку», – заключила Ахметова.
Участники экспертного клуба отметили, что в целом к государственной молодежной политике претензий нет, но отдельные проблемные вопросы надо решать. В том числе социальные, которые имеют отношение не только к молодежи, но к другим категориям граждан: бороться с безработицей, обеспечивать население доступным жильем, качественным образованием, медициной и прочими благами.
Внимание же молодежи в Казахстане и на постсоветском пространстве уделялось всегда, заметил политолог Эдуард Полетаев: «На пространстве бывшего СССР молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики. Учитывая значимость проблематики, практически все страны-участники СНГ приняли законы, направленные на правовую защиту интересов молодого поколения». Раз в два года проводится Форум молодежи Казахстана, в рамках которого, как пояснил политолог, принимаются рекомендации по совершенствованию государственной молодежной политики, вырабатываются механизмы укрепления сотрудничества с органами власти.
Большое внимание уделяется и международному молодежному сотрудничеству. «В 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества, – отметил Полетаев. – В свою очередь, в России осенью 2017-го в Сочи будет проведен Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 годах проходили в СССР. Организаторы заявляют, что фестиваль станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия и соберет более 20 тысяч молодых людей из 150 стран мира».
Сергей Михайличенко

Портрет современной молодежи: мобильна, прагматична и рациональна

Нужно ли государству уделять пристальное внимание молодежи и как это делать? Или же государство и так сильно ее опекает? Разные подходы в сфере молодежной политики обсудили участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».

На постсоветском пространстве молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики, отметил политолог Эдуард Полетаев: «Учитывая значимость проблематики, практически все страны-участницы СНГ приняли законы, направленные на правовую защиту интересов молодого поколения», – напомнил он.

К слову, именно СНГ была отведена основная роль в активизации молодежи постсоветских стран в плане развития гуманитарных связей, взаимодействия новых организаций. До 2020 года, как пояснил Полетаев, будет действовать разработанная ранее стратегия международного молодежного сотрудничества государств-участников СНГ. В рамках Содружества 2009-й прошел под знаком Года молодежи. В 2016 году к Форуму молодежи Казахстана было проявлено внимание на самом высоком уровне – в нем принял участие президент Нурсултан Назарбаев. В этом году в нашей республике пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества, а в России осенью в Сочи состоится Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 годах проходили в СССР. На постсоветском пространстве прекрасно понимают силу молодежной дипломатии, как и то, что молодежь может быть использована в качестве разрушительной силы.

«Часто молодежь использовали как инструмент в различных интригах, политических играх. Иногда молодежь сама выступала в авангарде тех или иных изменений. Самый яркий пример – события 1960-1970 годов в США и Европе. Такие молодежные субкультуры, как хиппи, панки, рокеры, эпатировали мир, совершали акции протеста, которые при этом происходили на фоне вполне экономически благополучной ситуации. Где-то это приводило к политическим изменениям, отставкам, а где-то не обошлось и без человеческих жертв. В уходящей эпохе цветных революций на постсоветском пространстве также активно были задействованы молодежные организации», – сказал Полетаев, добавив при этом, что сейчас много стихийных субкультур возникает в интернет-пространстве.

По мнению директора Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрея Чеботарева, есть молодежная политика государства, но слабы механизмы ее реализации. «Я не говорю про министерства и акиматы. Речь идет об организациях, которым следует активно участвовать в этом процессе и быть партнерами государства, – уточнил он. – У нас, в частности, действуют Конгресс молодежи Казахстана, Альянс студентов Казахстана, Союз рабочей молодежи, Союз сельской молодежи Казахстана, Молодежный парламент Казахстана, Ассоциация молодых депутатов Казахстана, «Жас Ұлан», «Жас Қыран» и т.д. Однако большинство из них работают чисто номинально, не видно их региональных структур и даже веб-сайтов».

Андрей Чеботарев считает, что инициатива должна идти снизу – молодежь сама должна проявлять активность.

«В Казахстане же проводится патерналистская молодежная политика, где государство патронирует молодежь, но при этом ее использует, – заявил политолог. – Молодежи надо дать свободу, не ограничивать какие-то ее порывы, создать социально-экономические условия, чтобы молодежь не чувствовала себя ущемленной в материальном плане. А всевозможные государственные социальные заказы и гранты давать реально работающим молодежным организациям, и не на «агитпроп», а на определенные социально значимые проекты. Но, видимо, имеются опасения, что молодежь завтра станет «чересчур свободной» и негативно настроенной».

«Желание государства по максимуму нагрузить молодежь, в том числе где-то на уровне интуиции, исходит из того, что ее активный нерастраченный потенциал может обернуться потрясениями, поэтому так важны образование и трудоустройство, – прокомментировал выступление коллеги Полетаев. – Но многие говорят о том, что в силу влияния того же интернета, эта активность растрачивается в виртуальном мире или, например, за счет любви к спорту – болея за любимую спортивную команду».

Политолог заметил, что конфликтный потенциал молодежи – малоисследованный вопрос. Не факт, что этот потенциал высок. Тем более молодые люди, по сравнению с представителями старшего поколения, более прагматично смотрят на жизнь, «если и участвуют в активных молодежных программах, то явно с целью построения карьеры либо с целью получения дополнительных бонусов, изучения языка, получения определенного опыта».

Руководитель алматинского представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Мадина Нургалиева полагает, что для инициативы снизу не хватает одной из важнейших составляющих – лидеров, причем как на уровне регионов, так и на уровне республики в целом.

«Нет лидеров общественного мнения из числа людей до 29 лет, – заявила она, ссылаясь на проведенное в прошлом году социологическое исследование. – Максимальные рейтинги набрал Азамат Ибраев в Костанайской области, и во многом благодаря тому, что является шоуменом, ведущим. Наверное, трудно сейчас будет назвать таких молодых ребят – лидеров с активной гражданской позицией. В лучшем случае это будут певцы либо спортсмены, например, Кайрат Нуртас».

Нургалиева обрисовала портрет среднестатистического молодого казахстанца. Возраст – от 14 до 29 лет. Численность, согласно данным комитета по статистике Министерства национальной экономики РК, на начало прошлого года составляла примерно 4 млн 100 тыс. человек – немногим меньше четверти всего населения. Из них примерно 60% – это региональная молодежь, не городская, а из аулов, сел, малых городов, преимущественно казахоязычная.

«В нашем исследовании был анализ идентификационных характеристик и совершенно другой образ молодежи. Если, говоря о молодежной активности, мы оперируем категориями «студенческая молодежь», «работающая молодежь», то есть еще и безработная молодежь, которая, к сожалению, представляет значимый костяк нынешней молодежи. Вот куда надо направлять все усилия государства. Самые сложные проблемы у молодежи, находящейся на социальной периферии, – уверена руководитель представительства КИСИ в Алматы. – Прогрессивная молодежь представлена в сфере науки, культуры, спорта. Есть потенциал для того, чтобы развивать какие-то отраслевые направления с участием бизнес-структур. Современная молодежь – мобильна, прагматична и рациональна, и она не рассчитывает на помощь и поддержку со стороны государства».

Главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин тоже высказался за решение, в первую очередь, социальных проблем, напомнив о том, что те же акции протеста обычно не связаны со специфичными проблемами молодежи.

«Лучшие институты развития молодежи – это качественные и доступные образование и здравоохранение. И в этих институтах заинтересованы все, а не только молодежь. Действительно специфическая, поколенческая проблема – переход от обучения к профессиональной деятельности. И если говорить о молодежной политике, то ее ключевой метод – как можно быстрее и эффективнее интегрировать молодых специалистов в профессиональное сообщество. Как только молодежь перестанут считать молодежью и пичкать ее соответствующими подачками и обязанностями, нагружать слово «молодежь» каким-то смыслом в профессиональной деятельности, тем быстрее произойдет процесс профессионализации. Нужно создавать рабочие места, неважно для молодежи или для людей старше 29. Требуется меньше рассуждать о какой-то специфичной политике – молодежной, студенческой, а больше внимания уделять человеческому капиталу. И еще и делать что-то в этом направлении, потому что президент в посланиях постоянно говорит об этом. В контексте этих вопросов раскрываются проблемы не только молодежные, но и проблемы людей любого возраста», – резюмировал Домнин.

Касымхан Ашигали

 

Источник: Total.kz

Молодежное сотрудничество не должно сводиться к разовым акциям, — эксперты

Для выстраивания международных контактов на уровне молодежи не хватает средств, возможностей, а главное – молодежной инициативы, считают эксперты клуба «Мир Евразии».

Казахстан учится эффективно выстраивать свою работу с молодежью зарубежных стран, отметил в рамках заседания клуба на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений» политолог Эдуард Полетаев. Зачем нам это нужно? Ответ кроется в понимании термина «молодежная дипломатия», которая позволяет налаживать связи с теми, кто в будущем может влиять на принятие решений.

«Молодежная дипломатия является объективной необходимостью, – подчеркнул политолог. – Международная деятельность молодежи стала занимать значимое место среди положительных факторов, оказывающих определенное влияние на формирование имиджа стран и интеграционных объединений. В последнее время все более привлекательными в деятельности молодежи в международной среде становятся элементы традиционной дипломатии, направленные на выстраивание отношений со сверстниками с помощью средств государственных, общественных организаций, культуры, науки, спорта».

В качестве примера можно привести опыт западных стран. Так, Германии после Второй мировой войны удалось исправить свой отрицательный образ через молодежный обмен со странами, с которыми она когда-то воевала. В США действует множество программ для молодежи, в которых принимают участие студенты из других государств. Такие программы позволяют прививать молодым иностранцам лояльность по отношению к американцам. Много работают с зарубежной молодежью и страны Западной Европы, особенно в рамках образовательных программ.

«Считается, что в студенческом возрасте у молодого человека окончательно формируются взгляды на жизнь и устанавливаются соответственные принципы», – пояснил причины такого внимания к чужой молодежи Полетаев.

Какие же шаги предпринимает Казахстан? Во-первых, в наших вузах обучаются иностранные студенты. Во-вторых, проводятся различные международные мероприятия для молодежи. В их числе – Универсиада-2017, в которой участвовали не только молодые спортсмены из многих государств мира, но и иностранные волонтеры. В этом году в республике также пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества.

На постсоветском пространстве казахстанская молодежь принимает активное участие в различных проектах. Ближайшее крупное зарубежное мероприятие намечено на октябрь – в Сочи состоится Международный фестиваль молодежи и студентов, в котором примут участие более 20 тысяч молодых людей из 150 стран мира. Пока неизвестно, кто именно будет представлять Казахстан на фестивале, который, как заявляют организаторы, станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия.

Как напомнил директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев, молодежные мероприятия часто проводятся в качестве сопутствующих крупным международным форумам:

«Например, в 2014 году в Астрахани накануне VI Саммита глав прикаспийских государств был проведен Каспийский молодежный саммит. У нас во время Астанинского экономического форума тоже проводятся определенные мероприятия, в частности, по вопросам развития молодежного предпринимательства». Вместе с тем все это разовые акции, говорит политолог.

«При этом механизм отбора участников на эти мероприятия непонятен и непрозрачен. Хотя следует обнародовать информацию о проведении разных международных мероприятий и привлекать желающих на основе подачи заявок, пусть даже в рамках конкурсов», – добавил он.

Возникает вопрос, кто должен и может от Казахстана представлять молодежь на международном уровне? Сейчас, как отметил Чеботарев, это делают только активные студенты. Сельской и рабочей молодежи нет дела до международного сотрудничества. Эта сфера, по его словам, практически не исследована.

«В советское время международное молодежное сотрудничество было поставлено на системную основу. Проводились всемирные фестивали молодежи и студентов. Работал комсомол, у которого были свои международные связи. Сейчас есть молодежная политика государства, но слабы механизмы ее реализации, – считает Чеботарев. – Я не говорю про министерства и акиматы. Речь идет об организациях, которым следует активно участвовать в этом процессе и быть партнерами государства. У нас, в частности, действуют Конгресс молодежи Казахстана, Альянс студентов Казахстана, Союз рабочей молодежи, Союз сельской молодежи Казахстана, Молодежный парламент Казахстана, Ассоциация молодых депутатов Казахстана, «Жас Ұлан», «Жас Қыран». Однако большинство из них работают чисто номинально, не видно их региональных структур и даже веб-сайтов».

Международное сотрудничество должно быть инициативой самой молодежи, чтобы она сама проявляла активность в данном направлении, полагает эксперт.

«Если есть серьезные работающие организации, то они вполне могут установить и поддерживать связь со своими партнерами, в том числе в других странах СНГ. А государству надо не мешать молодежным инициативам. В Казахстане же проводится патерналистская молодежная политика: государство патронирует молодежь, но при этом ее использует. Молодежи надо дать свободу, не ограничивать какие-то ее порывы, создать социально-экономические условия, чтобы молодежь не чувствовала себя ущемленной в материальном плане. Но всевозможные государственные социальные заказы и гранты надо давать реально работающим молодежным организациям, и не на «агитпроп», а на определенные социально значимые проекты», – убежден Чеботарев.

Молодежь инициативу проявляет, когда речь идет о неформальном международном сотрудничестве, отметила главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, доктор исторических наук Леся Каратаева.

«Неформальное международное сотрудничество, в том числе и молодежное, обрело значимый потенциал в результате развития интернета и, в частности, социальных сетей. Как правило, такое сотрудничество имеет нишевый и децентрализованный характер. Несмотря на наличие групп, сотрудничающих на основе проявления гражданской активности, следует признать, что большинство таких сообществ глубоко аполитичны, – заметила Каратаева. – Если рассматривать формальное молодежное сотрудничество, приходится признать, что говорить-то особо не о чем. Можно перечислять многочисленные форумы и съезды молодежи, а также концепции молодежного сотрудничества, но вот каков продукт, который возникает в результате такого взаимодействия, сказать сложно».

Различные молодежные мероприятия, по мнению главного научного сотрудника КИСИ, сводятся к набору канцелярских фраз: «перед собравшимися выступили генеральный секретарь того-то, председатель того-то, руководитель того-то», «модератором секции выступил ответственный сотрудник такого-то министерства», «молодые люди обсудили роль молодежи в обеспечении чего-то».

«Еще один момент, на который стоит обратить внимание – это устойчивость сотрудничества. Что остается у молодых людей после всех этих форумов и съездов, после того, как «взрослые» перестают продвигать молодежное сотрудничество?», – задалась вопросом Каратаева.

Впрочем, если считать самоцелью выстраивание связей со сверстниками из других государств, то все же результат от проведения формальных мероприятий все же есть, ну или проявит себя в будущем.

Сейчас, как рассказала руководитель алматинского представительства КИСИ Мадина Нургалиева, «в молодежной среде нет заметных лидеров, как на уровне регионов, так и на уровне республики в целом». Это показало прошлогоднее исследование среди региональной молодежи, проведенное вместе с Ассоциацией социологов и политологов Казахстана. Самое заметное влияние на молодежь оказывают шоумены, певцы, актеры, спортсмены.

И все же Казахстан проводит работу, которая может способствовать появлению лидеров в молодежной среде и активизации молодежного движения в целом. Профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор центра Евразийских исследований, а также эксперт Независимого аккредитационного агентства (НААР) Галия Мовкебаева отметила, что при аккредитации вузов большое внимание сейчас обращают на условия, созданные для развитие студенчества. В их число входят вопросы самоуправления.

«Побывав в качестве эксперта НААР в разных вузах Казахстана – государственных и частных, можно констатировать тот факт, что студенты действительно становятся равноправными участниками образовательного процесса. Помимо того, что они сами выбирают индивидуальную траекторию обучения с помощью эдвайзеров, студенты участвуют в процессах самоуправления, при поддержке руководства вузов инициируют собственные бизнес-проекты, создают бизнес-инкубаторы, участвуют в дебатных и дискуссионных клубах, создают студенческие сенаты, выбирают деканов», – заключила Мовкебаева.

Аманжол Смагулов, специально для Матрица.kz

Источник: «Матрица.Kz» — Нам доверяют!

Молодежь всегда готова

Молодежная политика есть, а вот механизмы ее реализации слабы. И финансирование есть, но эффективность затрат неизвестна. О традиционном конфликте отцов и детей на государственном уровне говорили на заседании клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений»

«Я каждый день смотрю телевизор и уверяю вас, что очень хорошо знаю нашу молодежь», – напомнил цитату из кинофильма «Курьер» политолог Антон Морозов. И добавил: «Складывается впечатление, что люди, ответственные за молодежную политику, тоже черпают знания о молодежи из телевизионных передач». В пример он привел недавние события в России, получившие название «митинги школьников». «Причем, на них выходил тот сегмент молодых людей, который по всем характеристикам должен быть охвачен молодежной политикой, через школы и вузы. А оказалось, что у людей абсолютно свой параллельный мир, свои альтернативные взгляды. Кроме того, было принято считать, что молодежь не интересуется политикой, но митинги показали, что это не так».
По мнению политолога, ответственным за работу с молодежью взрослым непонятна виртуальная жизнь молодого поколения, его интересы, сила влияния интернета на формирование суждений. «Там своя языковая политика и свой сленг. Своя экономика, причем с реальными деньгами, а, следовательно, там присутствует и социальное деление. И примеры, которые вдохновляли наше поколение, не работают. Там свои герои и антигерои, – говорит о виртуальном мире Морозов. – Например, вдохновляют не бизнесмены, которые приватизировали заводы и нефтевышки, а, допустим, стримерша Карина, у которой свой канал на «Твиче» и которая по разным оценкам зарабатывает около четырех миллионов рублей в месяц за счет доната и рекламы (стример – человек, который ведет трансляцию окружающих его событий и комментирует их; Twitch – канал прямых трансляций видеоигр; донат – добровольная оплата за что-либо, – прим. авт.). Вдумайтесь в цифру – 4 миллиона! А эта сфера не то, что упущена, она даже не исследована…».
Государство не знает и как относиться к молодежи, считает заместитель главного редактора журнала «Центр Азии» Евгений Пастухов: «Хорошо, когда она прогрессивная, замечательная и не доставляет проблем. Но она бывает разная, в том числе и безработная, активная и энергичная, склонная к разного рода экспериментам в политике или религии. Во все времена молодежь – самый активный участник преобразований в обществе и государстве».
Непонимание порождает немало вопросов, отметил Пастухов. Например, какую молодежь надо поддерживать, а какую опасаться? Ответ, на самом деле, не столь очевиден. Казалось бы, опираться государство может на хорошо образованных молодых людей. Но что если эти умные и активные ребята не смогли найти работу? Как рассказал эксперт, Английской революции 1640 года и Французской революции 1789 года предшествовало экстраординарное увеличение выпускников университетов, тогда как пропорционального роста позиций в государственной и церковной бюрократии, которые отвечали бы запросам, не происходило. Выпускная способность Оксфорда и Кембриджа выросла на 400% – более чем в два раза, в отличие от общего прироста населения. С 1730 до 1880 годов зачисление в ведущие университеты только на юридические факультеты повысилось на 77%. При этом население увеличивалось только на 16%. Результатом стал быстрый рост безработных и неустроенных профессионалов – докторов, адвокатов, журналистов, странствующих проповедников, многие из которых стали отчаянными противниками монархии.
«Социолог Джек Голдстоун подчеркивал проблему «молодежного бугра», то есть когда возрастает процент молодежи в структуре населения, начинаются проблемы социально-экономического и политического характера, – продолжил Пастухов. – Однако тот же Голдстоун подчеркивает, что проблема с молодежным бугром возникает в странах, являющихся переходными, промежуточными между демократией и диктатурой. Самая серьезная проблема с молодежью возникает именно в переходные периоды. «Молодежный бугор» наблюдается в Египте, Тунисе, но он есть и в Пакистане, и в Иране. Почему арабская весна не сработала в Пакистане? Потому что в этой стране есть политические институты, которые не позволили молодежи сломать существующий механизм, изменить статус-кво. В Тунисе же одной из ведущих сил были активные и недовольные профсоюзы».
Пастухов убежден, что политическая активность молодежи прямо коррелируется с эффективностью государства и государственной системы управления. «Если молодежь довольна тем, что происходит, молодые люди нашли работу, которая удовлетворяет их первичные, вторичные потребности, они согласны с происходящим. Как писали братья Стругацкие: в каждом обществе всегда найдутся довольные своим положением, а потому довольные положением этого общества. И неважно, как будет называться политический режим – демократия, авторитаризм, деспотия. Важно, что молодежь чувствует себя удовлетворенной, все свои потребности реализует. И в этом отношении ее бояться не надо», – заключил Пастухов.
Директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев считает, что проблемы в сфере работы с молодежью наблюдается в неправительственном секторе. «Молодежная политика государства есть, но слабы механизмы ее реализации. Я не говорю про министерства и акиматы. Речь идет об организациях, которым следует активно участвовать в этом процессе и быть партнерами государства. В Казахстане, в частности, действуют Конгресс молодежи Казахстана, Альянс студентов Казахстана, Союз рабочей молодежи, Союз сельской молодежи Казахстана, Молодежный парламент Казахстана, Ассоциация молодых депутатов Казахстана, «Жас Ұлан», «Жас Қыран» и другие. Однако большинство из них работают чисто номинально, не видно их региональных структур и даже веб-сайтов», – констатировал политолог.
Опора государства – это студенческая молодежь, уверена директор Центра ЮНЕСКО КазНУ имени аль-Фараби, доктор исторических наук Лайла Ахметова. Другую, похоже, просто не удалось объединить в сколько-нибудь значимую организационную структуру. «Есть попытки создания партийной молодежи, но они не на виду, а лишь когда надо что-то показать. Я участвовала за эти 25 лет в создании профсоюзных молодежных ячеек, было много трудностей, хотя у профсоюзов есть и деньги, и гранты. Сельской молодежи помогали только международные организации. В крупном бизнесе, например, в нефтяных компаниях, есть молодежные организации, но они существуют сугубо для исполнения внутренних задач», – обрисовала ситуацию профессор КазНУ.
Молодежные ячейки есть и в Ассамблее народа Казахстана, в различных этнокультурных центрах, но они заметны, как правило, только на праздничных мероприятиях.
«Отдельно хотелось бы сказать о Министерстве образования и науки и Министерстве по делам религии и гражданского общества. У них третьим пунктом стоит молодежная политика. По линии МОН РК три-пять лет назад правительство выдавало от миллиарда тенге на работу общественных организаций. Сейчас тоже немалые деньги есть. Я анализировала, куда уходят деньги: на проведение различных форумов. Но какова эффективность проведения этих форумов? Есть ли системность? Государство вкладывает средства в молодежь, но об эффективности этих вложений мы не знаем. Между тем, многие молодежные НПО просто прекратили свое существование. Связанно это с тем, что они не получают финансовую поддержку», – заключила Ахметова.
Участники экспертного клуба отметили, что в целом к государственной молодежной политике претензий нет, но отдельные проблемные вопросы надо решать. В том числе, социальные, которые имеют отношение не только к молодежи, но к другим категориям граждан: бороться с безработицей, обеспечивать население доступным жильем, качественным образованием, медициной и прочими благами.
Внимание же молодежи в Казахстане и на постсоветском пространстве уделялось всегда, заметил политолог Эдуард Полетаев: «На пространстве бывшего СССР молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики. Учитывая значимость проблематики, практически все страны-участники СНГ приняли законы, направленные на правовую защиту интересов молодого поколения». Раз в два года проводится Форум молодежи Казахстана, в рамках которого, как пояснил политолог, принимаются рекомендации по совершенствованию государственной молодежной политики, вырабатываются механизмы по укреплению сотрудничества с органами власти.
Большое внимание уделяется и международному молодежному сотрудничеству. «В 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества, – отметил Полетаев. – В свою очередь, в России осенью 2017-го в Сочи будет проведен Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 годах проходили в СССР. Организаторы заявляют, что фестиваль станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия и соберет более 20 тысяч молодых людей из 150 стран мира».

Сергей Михайличенко

Источник: Nomad

Э. Полетаев: «Молодежь способна продуктивно участвовать в создании важных экономических проектов»

«В современном мире внимание к молодежи является обязательным условием существования государств, соответственно, она стала перспективным объектом внимания к себе со стороны работодателей, и даже государственных инвестиций, — заявил казахстанский политолог Эдуард Полетаев, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений». — Молодежь — это трудовой потенциал страны, она вносит значительный вклад в ее социально-экономическое развитие. Помимо этого, целесообразным является развитие международного молодежного сотрудничества. Многие виды общественной активности молодежи, разумеется, осуществляемые в рамках закона, заслуживают поддержки». Приводим некоторые выдержки из выступления эксперта.

Экономические и социальные пертурбации недавнего прошлого, связанные с процессами системной дезинтеграции СССР, которые привели к его развалу, оказали серьезное влияние на молодежь 1990-х, которая ощутила в своей жизни сильные перемены. В частности, изменились социальные нормы, из-за безработицы часть молодежи подалась в криминал, набирали популярность разгульный образ жизни, алкоголь и наркотики, наблюдалась потеря ориентации в жизненных целях и смыслах. Рост социальной дифференциации в обществе стимулировал приобщение к культу «делания денег».

Тогда не сформировались еще новые ориентиры будущего, многим молодым людям приходилось жить «одним днем». Начали меняться формы социализации молодежи. Если, к примеру, среди молодых людей в советское время важным институтом социализации была служба в армии, то затем им стало наличие связей, обеспеченных родителей, престижного образования. При этом, с одной стороны, новые времена потребовали от молодежи большей самостоятельности в принятии важных жизненных решений, с другой, далеко не вся она была готова к такой ответственности. Многое зависело от конкретных обстоятельств.

Сегодня уже выросло поколение молодежи, не заставшее советскую жизнь, оно сформировалось в новых условиях. Социологи говорят о наличии поколенческого разрыва между сознанием молодых людей и их родителей. Скажем, многие представители молодежи уверены в недопонимании их со стороны родителей, незнании их чаяний и потребностей. Конечно, к новым практикам молодежи оказалось легче приспособиться. Но, с другой стороны, проблема «отцов и детей» извечна, возникающая перед людьми разных поколений, она давным-давно описана в романе Ивана Тургенева «Отцы и дети», и, в общем то, принципиально не зависит от того, какие экономические, идеологические или социальные конструкты довлеют над тем или иным обществом.

Кроме того, в XXI веке в ряде стран постсоветского пространства сложилась удачная экономическая конъюнктура, положительно сказавшаяся на жизни всех граждан, в том числе и молодежи. Новое поколение успешно освоило западные ценности общества потребления, вошли в моду готовность уехать за границу на заработки, дауншифтерство, предпринимательский дух породил мечту о создании своих стартапов.

Характерное поколенческое различие во взглядах демонстрируют результаты социологического опроса, проведенного в 2016 году в 11 странах бывшего СССР по заказу информационного агентства и радио Sputnik. Почти во всех странах число жителей старше 35 лет считает, что в СССР жилось лучше, чем после его развала. При этом

молодые люди, которые родились после до развала СССР (респонденты от 18 до 24 лет), в своем большинстве считают, что жить стало лучше сейчас. То есть молодежь изменяется, реагирует на современные вызовы. Что еще раз подтверждает необходимость развития комплексного подхода к решению проблем молодежи. Важно, чтобы это было услышано властями.

И такое повышенное внимание к молодежи проявляется. На пространстве бывшего СССР молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики. Учитывая значимость проблематики, практически все страны-участники СНГ приняли законы, направленные на правовую защиту интересов молодого поколения. Именно СНГ была отведена основная роль в активизации молодежи постсоветских стран в плане развития гуманитарных связей, взаимодействии новых организаций. Совет по делам молодежи СНГ организовал множество программ и проектов. На период до 2020 года разработана Стратегия международного молодежного сотрудничества государств-участников СНГ. 2009 год был объявлен Годом молодежи в СНГ, в рамках которого был проведен комплекс крупных мероприятий.

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в конце 2016 года принял участие в Форуме молодежи Казахстана. По традиции это мероприятие проходит раз в два года и в его рамках принимаются рекомендации по совершенствованию государственной молодежной политики, вырабатываются механизмы по укреплению сотрудничества с государственными органами. На форуме, отметив, что отметил, что история успеха страны — это, прежде всего, история успехов ее молодежи, Нурсултан Назарбаев акцентировал внимание на актуальных для молодежи трендах, таких как необходимость получения качественного образования, росте конкуренции, создании стартапов и т.д. В 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум ШОС. Большое внимание молодежи уделяется и на региональном уровне. В частности, в крупнейшем городе Казахстана 2017 год был объявлен «Годом молодежи города Алматы» и разработан проект Дорожной карты поддержки молодежи города. В Алматы за счет внутренней миграции и поступления в вузы контингент ежегодно увеличивается в среднем на 30 тыс. человек.

В свою очередь, в Российской Федерации осенью 2017 года в Сочи будет проведен Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 гг. проходили в СССР. Организаторы заявляют, что фестиваль станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия и соберет более 20 тыс. молодых людей из 150 стран мира.

Благодаря инструментам молодежной дипломатии можно избавлять будущие поколения от негативных стереотипов. В качестве примера часто рассматривается Германия, которая в свое время во многом исправила свой отрицательный образ после Второй мировой войны через молодежный обмен со странами, с которыми прежде воевала.

В США действует несколько сотен программ поддержки и защиты молодежи. Например, самая известная программа Work and Travel, в которой стремится поучаствовать большое количество людей из разных стран мира. Поскольку это и знание английского языка, и контакты, и новые впечатления. Правда, нужна также и определенная степень лояльности молодых людей по отношению к США. При этом молодежь не чурается в рамках программы работать на подсобных и малооплачиваемых по местным меркам должностях.

Много работают с молодежью других стран и страны Западной Европы, особенно в рамках образовательных программ. Считается, что в студенческом возрасте у молодого человека окончательно формируются взгляды на жизнь и устанавливаются соответственные принципы.

Казахстан учится эффективно выстраивать свою работу с молодежью зарубежных стран. Положительные подвижки есть. Например, на Универсиаду-2017 приехало много

иностранных волонтеров. Да и само это спортивное мероприятие – молодежное. Есть возможность зарубежным студентам поучиться в местных университетах. На постсоветском пространстве казахстанская молодежь принимает в различных проектах активное участие. Для многих молодых лидеров зарубежных стран представляются привлекательными международные площадки различных форумов, организуемых в Казахстане.

Есть понимание, что сейчас необходимо использовать, в том числе и новые каналы интернет-коммуникаций, с каждым годом оказывающих все большее влияние на формирование мировоззрения молодежи. Блогеры и активные участники интернет-пространства становятся новыми лидерами общественного мнения. От этого никуда не деться. Но при этом много неформальных, одновременно непродуктивных стихийных субкультур возникает среди молодежи. Значимость данной проблематики нельзя недооценивать.

Стоит отметить, что молодежь вполне способна продуктивно участвовать в создании важных экономических, инфраструктурных проектов. Например, к концу эпохи СССР многие значимые объекты вроде ГЭС, заводов и фабрик, магистралей были «ударными комсомольскими стройками». Кроме того, молодежь сама строила себе жилье – так называемые МЖК (молодежные жилищные комплексы). Так что многое зависит от выбранных ориентиров.

Молодежную политику по-разному рассматривают в мире. Где-то социальную ответственность за молодежь берет на себя государство, как в странах Западной Европы, где-то молодежью больше занимаются НПО, религиозные и спортивные организации. При этом очевидно, что гражданское участие молодежи, в том числе в рамках международного сотрудничества, ведет к лучшим решениям ряда проблем на перспективу, способствует благополучию и развитию самих молодых людей.

 
Источник: Аргументы и Факты в Казахстане

Молодёжь представила проекты по противодействию идеям экстремизма в Интернет-пространстве

В огромном поле мировой Сети Интернет молодёжь в силу своей несформировавшейся жизненной позиции и стремления к самореализации уязвима перед экстремистскими идеями. По данным правоохранительных органов, эта проблема приобретает глобальный масштаб — 80% частников экстремистских групп составляют люди в возрасте от 20 до 30 лет. Как оградить подрастающее поколение от негативной стороны глобальной сети? На этот вопрос искали ответ эксперты в рамках одной из сессий Второго Каспийского технологического форума, начавшегося в Астрахани 20 апреля. Основная тематика форума, приуроченного к 300-летию Астраханской губернии, звучит как «Инновационные возможности стран Каспийского макрорегиона — ресурсы для взаимовыгодного развития в отраслях экономики». Мероприятие объединило на своей площадке представителей инвестиционных, деловых и научных кругов, институтов развития, органов государственной власти, лидеров высокотехнологичных секторов экономики из России и зарубежных стран.
Международный круглый стол «Молодежь и обеспечение безопасного информационного пространства в Каспийском регионе» был организован по инициативе Центра международных и общественно-политических исследований «Каспий-Евразия» при поддержке кафедры информационной безопасности Астраханского государственного университета. Основными спикерами круглого стола стали преподаватели кафедр информационной безопасности Астраханского государственного университета и Астраханского государственного технического университета, представители органов государственной власти, Центра по противодействию экстремизму Управления Министерства внутренних дел по Астраханской области, Астраханского регионального духовного управления мусульман, а также гости «Технокаспий-2017» из Туркменистана.
Открывая экспертное заседание, модератор, руководитель Центра «Каспий-Евразия» Андрей Сызранов отметил, что «современное общество вступило на информационную стадию своего развития. Бурное развитие компьютерных технологий и широкое распространение сети Интернет открывает большие возможности для общения и саморазвития. Интернет — это не только кладезь знаний и возможностей, но и источник угроз. Сегодня количество пользователей российской сети Интернет составляет десятки миллионов людей, и в основном это молодежь. Информатизация несет в себе не только благо для человека и общества, но и серьезную угрозу для их существования и развития в случае злонамеренного использования её возможностей. Информация в настоящее время активно используется различными людьми, группами людей для оказания влияния на психику личности с целью манипулирования ею. Молодежь оказывается уязвимой перед экстремистскими идеями. В результате в последние годы молодежный экстремизм может рассматриваться как угроза национальной безопасности России. Экстремистские идеи и группы в Сети могут привлекать молодежь оригинальностью, альтернативностью, активной и агрессивной жизненной позицией. Сеть Интернет уже стала одним из источников экстремизма».
Искандар Ажмухамедов, доктор технических наук, заведующий кафедрой информационной безопасности Астраханского государственного университета, в своем вступительном отметил, что важно создать безопасное информационное пространство для молодежи, и именно молодёжь является ведущим звеном для решения данной задачи. «Важно обеспечить защиту не только своего внутреннего, личного, но и внешнего информационного пространства, чтобы опасная информация не проникала извне».
Далее вниманию участников заседания были представлены доклады студентов кафедры информационной безопасности АГУ. Будущие специалисты представили свои проекты, направленные на формирование безопасного информационного пространства и подготовленные под руководством преподавателя кафедры Оксаны Князевой.
Студентка Анастасия Меркулова рассказала о методах привлечения молодежи к борьбе с экстремизмом через соревнования по информационной безопасности. Александр Горенков и Артём Карпушов презентовали проект «Интернет-патруль», в рамках которого студенты ведут учёт экстремистских пропагандистских материалов в молодежных социальных сетях. По их мнению, проблема экстремистских материалов в Интернете глобальна, и приблизить её к решению можно с помощью ужесточения российского законодательства и сотрудничества активной молодёжи и правоохранительных органов. Елена Кузнецова и Александр Приходько представили ещё один проект в рамках борьбы с экстремизмом — «Наблюдение за пользователями социальных сетей, распространяющими деструктивную информацию». Их методика подразумевает под собой поиск потенциально опасных для общества личностей с помощью отслеживания их виртуального поведения на просторах глобальной Сети. Уже на данный момент в базу потенциально опасных личностей в соцсетях внесено более 30 человек, которые распространяют экстремистские материалы в социальной сети «Вконтакте». Георгий Полянинов представил методику поиска тех, кто на просторах интернета распространяет наркотические вещества и оружие с помощью ресурсов «теневого» Интернета с помощью анонимных браузеров. Продолжил эту тему Владислав Корнеев, который представил проект по противодействию распространения наркотиков похожим способом – через так называемые «месседжеры».
Проекты юных исследователей вызвали бурное обсуждение у присутствующих. Начальник Центра по противодействию экстремизму Управления МВД по Астраханской области Сергей Боярко предложил молодым «безопасникам» принимать самое активное участие в противодействии экстремизму в молодёжной интернет-среде и при обнаружении запрещенных опасных материалов обращаться в правоохранительные органы для пресечения таких ситуаций и наказания причастных к этому. Муфтий Рауф-хазрят (Джантасов), председатель Астраханского регионального духовного управления мусульман, подчеркнул, что презентованные проекты должны приобрести статус реализованных механизмов работы в деятельности органов власти, правоохранительных органов, образовательных учреждений и духовенства. «Работа по профилактике должна вестись сообща, и только тогда мы сможем сохранить наш и без того хрупкий мир».
В работе международного круглого стола туркменские коллеги — гости «Технокаспия-2017» эксперты Бергенчгельды Ханмаммедов и Гулам Меледжаев. В частности, Б. Ханмаммедов в своем выступлении рассказал, что в Туркменистане существует особая государственная политика по обеспечению информационной безопасности, поэтому проблема распространения потенциально опасной информации стоит не так остро, как в России. За приверженность экстремистским идеям молодых людей ждет не только суровое наказание, но и семейное и общественное порицание.
В завершении встречи А. Сызранов, руководитель Центра «Каспий-Евразия», выдвинул идею в ближайшей перспективе создать особый межвузовский экспертный центр по мониторингу, оценке, профилактике и противодействию экстремистским идеям в виртуальном пространстве, который бы объединил ряд политологов, религиоведов, психологов, специалистов по информационной безопасности и PR-технологиям для совместного решения поставленных задач. Также в этом контексте были бы полезны в будущем новые совместные мероприятия экспертного сообщества и представителей правоохранительных структур стран Каспийского региона.

Молодежная дипломатия как способ изменить будущее

Мягкая сила международного молодежного сотрудничества все активнее влияет на социально-культурные, политические и гуманитарные процессы, считают участники экспертного клуба «Мир Евразии». «Благодаря инструментам молодежной дипломатии можно избавлять будущие поколения от негативных стереотипов. Например, Германия в свое время во многом исправила свой отрицательный образ после Второй мировой войны через молодежный обмен со странами, с которыми прежде воевала», – рассказал в ходе заседания клуба политолог Эдуард Полетаев. В дискуссии на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений» приняли участие известные казахстанские общественные деятели, экономисты, политологи и журналисты, а также представители вузов, не понаслышке знающие об эффективности работы с молодежью. «В нашем университете более 30 общественных организаций, которые активно присутствуют в сети, в науке, общественной и учебной жизни. Многие из лидеров данных организаций ныне известные в Казахстане руководители государственных структур», – привела пример директор Центра ЮНЕСКО КазНУ им. аль-Фараби Лайла Ахметова. Как отметил Полетаев, на постсоветском пространстве молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики. При этом основная роль в активизации молодежи постсоветских стран в плане развития гуманитарных связей и взаимодействии новых организаций была отведена СНГ. В содружестве разработана стратегия международного молодежного сотрудничества до 2020 года. 2009 год в СНГ был объявлен Годом молодежи, в рамках которого был проведен комплекс крупных мероприятий. Политолог напомнил, что в 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум ШОС, а в России – Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 годах проходили в СССР. Молодежная дипломатия является объективной необходимостью, уверен Полетаев. Молодое поколение все активнее влияет на социально-культурные, политические и гуманитарные процессы международной жизни. Повлиять молодежь способна и на формирование имиджа стран и интеграционных объединений. В частности, в США действует несколько сотен программ поддержки и защиты молодежи. Одна из самых известных – Work and Travel, участниками которой стремятся стать жители разных стран мира. Такие программы подразумевают лояльность молодых людей по отношению к США. «При этом молодежь не чурается в рамках программы работать на подсобных и малооплачиваемых по местным меркам должностях, – отметил политолог. – Много работают с молодежью других стран и государства Западной Европы, особенно в рамках образовательных программ. Считается, что в студенческом возрасте у молодого человека окончательно формируются взгляды на жизнь и устанавливаются соответственные принципы». Казахстан учится эффективно выстраивать работу с иностранной молодежью, говорит политолог. Один из успешных примеров в этом отношении – Универсиада-2017. На молодежное спортивное мероприятие помимо спортсменов приехало немало иностранных волонтеров, которые, можно надеяться, увезли с собой приятные впечатления о республике и ее жителях. Зарубежные студенты имеют возможность учиться в местных университетах. В казахстанских медвузах, например, обучается немало выходцев из Индии. На постсоветском пространстве казахстанская молодежь принимает активное участие в различных проектах. Кроме того, для многих молодых лидеров зарубежных стран интересны международные площадки различных форумов, организуемых в Казахстане. Академическая мобильность – один из главных компонентов для любого вуза, заметила профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. аль-Фараби, директор центра евразийских исследований Галия Мовкебаева. Этот компонент показывает, насколько хорошо учебное заведение вписывается в мировое образовательное пространство. Национальный вуз, по ее словам, сотрудничает более чем с 300 крупнейшими университетами мира, в том числе, с международными сетевыми – университетом ШОС и Открытым университетом СНГ. «Очевидно, что для студентов более предпочтительны международные образовательные и обменные программы, хотя есть определенные трудности в процессе адаптации к учебе в вузах на постсоветском пространстве для студентов из разных стран региона: сложности с оформлением документов, языковые проблемы и прочие. Более всего адаптационную готовность проявляют кыргызские и казахстанские студенты, – говорит Галия Мовкебаева. – Вместе с тем понятно, что интеграционные процессы в Евразии будут усиливаться, поэтому надо нацеливать молодежь на евразийские ценности и модели поведения, а также привлекательность наших университетов. К слову, ряд росссийских и казахстанских вузов уже показали высокие рейтинги признания –Московский, Новосибирский и Санкт-Петербургский госуниверситеты возглавили рейтинг QS (рейтинговое агентство World University Rankings) «Развивающаяся Европа и Центральная Азия», КазНУ им. аль-Фараби – на 11 месте». Представительница вуза также рассказала о том, что в его стенах, на факультете международных отношений, начинается цикл лекций по евразийской интеграции, организованной партнерами по Евразийской научно-инновационной сети (ЕНИС) в университетах Армении, Казахстана, России. Мовкебаева также добавила, что в Казахстане хорошо представлены различные международные и европейские образовательные организации, структуры, фонды. Однако в этой работе могут заключаться не только плюсы для отдельных студентов и молодежной дипломатии в целом, так и риски, предупреждает заместитель главного редактора журнала «Центр Азии» Евгений Пастухов: «Международное сотрудничество – это великолепная штука. Но почему государство как ратует за международное сотрудничество, так и опасается этого? Потому что любое международное, в том числе, студенческое сотрудничество – это элемент мягкой силы. Например, Узбекистан ранее блокировал попытки ряда стран работать по направлению молодежного сотрудничества». Однако мягкая сила работает в обе стороны, возразил генеральный директор Международного центра казахстанско-китайского сотрудничества China Center, политолог Адиль Каукенов. Он назвал себя противником закрытости из опасений, что международное молодежное сотрудничество и программы обмена могут оказать влияние на неокрепшие юношеские умы. «Мы должны понимать, что наша молодежь – это тоже мягкая сила, которая может благотворно воздействовать на будущих лидеров других стран (если мы говорим о ШОС, то это Россия, Китай, Кыргызстан). Молодежь – это послы от Казахстана, носители нашей культуры. Когда казахстанская молодежь участвует в международных гуманитарных контактах, то создает своей стране в плане бизнеса и других полезных взаимоотношений мощную основу. Когда-то эти люди будут принимать решения и станут влиятельными. Мы знаем, что в мире бывали конфликты, которые не перешли в горячую фазу просто потому, что представители руководства тех или иных стран учились когда-то вместе в зарубежном вузе, знали друг друга, у них была возможность позвонить друг другу, объясниться и остановить конфликт. В бизнесе выход компаний на другой рынок тоже часто основан именно на молодежных международных связях», – подчеркнул Каукенов. Молодежную дипломатию нужно поддерживать, убеждены участники экспертного клуба «Мир Евразии». Но также требуется решать проблемные вопросы. Например, международное сотрудничество представлено исключительно студенческой молодежью, а рабочая и сельская даже не знают, что это такое. Между тем обмен опытом и знаниями в сельскохозяйственной и промышленных отраслях мог бы способствовать развитию данных сфер. Профессор Ахметова также подняла тему финансирования различных молодежных мероприятий, об эффективности которых ничего неизвестно. Нет информации, по ее словам, и о том, что будет представлять Казахстан на международном форуме в Сочи. Прозрачность таких процессов важна для развития всего молодежного движения, а значит, и для будущего стран и народов.

Виктор Санькович

Источник: Пресс-клуб «Содружество»

Будущие лидеры Казахстана – кто они?

«Безработная молодежь, к сожалению, представляет основной костяк нынешней молодежи. Вот то, куда надо направлять все усилия государства. Самые сложные проблемы у молодежи, находящейся на социальной периферии», — заявила руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».
StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:
Параметры молодежи
Предлагаю очертить количественные характеристики молодежи Казахстана. Возраст – от 14 до 29 лет. Согласно данным Комитета по статистике МНЭ РК на начало прошлого года численность молодежи составляла примерно 4 млн 100 тысяч человек, т.е. немногим меньше четверти всего населения. Из них примерно около 60% — это региональная молодежь, не городская, т.е. из аулов, сел, малых городов, преимущественно казахскоязычная. Вот это, на мой взгляд, примерный демографический портрет современной молодежи.
Сотрудничество молодежи
В Астане проводится Молодежная евразийская школа. Проводится второй год подряд. Четыре дня будет идти мероприятие, куда собираются молодежные лидеры. Думающая, студенческая молодежь. Организаторами выступают порядка 10 организаций, большая часть которых представлена российской стороной.
Только Евразийский национальный университет и аналитический центр библиотеки Первого Президента представляют Казахстан.
Отбор – заявки и эссе, которые анализировала конкурсная комиссия. То есть какие-то попытки соорганизовать молодежь в межгосударственное взаимодействие прослеживаются. Целью проекта является популяризация евразийской интеграции, формирование позитивного образа ЕАЭС.
В целом, я вспоминаю, что 4 года назад, когда я совмещала работу в КИСИ и КИПР, мы проводили круглый стол по молодежной проблематике. Там выступала Ирина Медникова из Молодежной информационной службы Казахстана. Мне кажется, что это — один из лучших примеров того, как можно активно работать и выражать свою гражданскую позицию от лица молодежи Казахстана. И искали спикера от лица государства. Тогда руководителем управления внутренней политики города Алматы был Санжар Бокаев, и он как раз нам помог и порекомендовал активных молодых ребят из числа студенческой молодежи.
Тогда меня поразило вот что: пришла молодежь настолько патриотичная, что удивительно. Если можно это назвать юношеский патриотизм, настолько все было по максимуму. В самом лучшем казахстанском патриотичном духе.
Ребята собранные, организованные. Для них безусловный лидер и авторитет – Санжар Омарович Бокаев, как он сказал, так и есть, и будет. Это, конечно, все хорошо, с точки зрения работы власти с молодежью. Мы не представляли, что среди нашей молодежи такое бывает.
Но есть и обратные примеры – в прошлом году были срывы молодежных мероприятий МИСК в регионах, а между тем формат ZhasCamp – один из самых лучших и прогрессивных.
Еще одной характеристикой молодежи можно назвать отсутствие заметных лидеров, как на уровне регионов, так и на уровне республики в целом.
В прошлом году мы с АСИП проводили исследование среди региональной молодежи. Понимаете, нет лидеров общественного мнения из числа людей до 29 лет. Максимальные рейтинги набрал Азамат Ибраев в Костанайской области, во многом благодаря тому, что он является шоуменом, ведущим. Наверное, трудно сейчас будет назвать таких молодых ребят – лидеров с активной гражданской позицией. В лучшем случае это будут певцы либо спортсмены, Кайрат Нуртас, например.
В нашем исследовании был анализ идентификационных характеристик и совершенно другой образ молодежи. Если вы сейчас оперировали категориями «студенческая молодежь», «работающая молодежь», то есть еще и безработная молодежь, которая, к сожалению, представляет основной костяк нынешней молодежи. Вот то, куда надо направлять все усилия государства. Самые сложные проблемы у молодежи, находящейсся на социальной периферии.
Ну а в целом мне кажется, что прогрессивная молодежь представлена в сфере науки, культуры, спорта. Есть потенциал для того, чтобы развивать какие-то отраслевые направления с участием бизнес-структур. Современная молодежь стала мобильная, прагматичная и рациональная, и она не рассчитывает на помощь и поддержку со стороны государства.
Наша молодежь думает наперед, высчитывает шаги, но это обусловлено временем.
Хотелось отметить молодежь КазНУ им. аль-Фараби, похвалить Факультет философии и политологии. В прошлом году была у них на защите дипломных работ, на государственных экзаменах. Это ребята новой генерации — трехъязычная, абсолютно свободно мыслящая, не зашоренная молодежь, она готова высказывать и отстаивать свои позиции, местами она критична, а порой бывает и в розовых очках, но это ребята, которые будут представлять будущее Казахстана.

Заседание экспертного клуба на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Эксперты: «Международное сотрудничество должно быть инициативой самой молодежи»

Во второй декаде апреле текущего года г. Алматы состоялось заседание экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений». В мероприятии приняли участие известные казахстанские общественные деятели, экономисты, политологи и журналисты. Тема обсуждения вызвала значительный интерес у экспертов и вот почему.

В современном мире внимание к молодежи является обязательным условием существования государств, соответственно, она стала перспективным объектом государственных инвестиций. Молодежь — это трудовой потенциал страны, она вносит значительный вклад в ее социально-экономическое развитие. Важной характеристикой положения молодежи является ее политическая и общественная активность и для устойчивого развития общества необходима сбалансированная молодежная политика. Помимо этого, целесообразным является развитие международного молодежного сотрудничества.

Молодежь в силу ряда характерных особенностей подвержена не только воздействию разнонаправленных глобальных тенденций. Она сама все активнее влияет на социально-культурные, политические и гуманитарные процессы международной жизни. Международная деятельность молодежи стала занимать значимое место среди положительных факторов, оказывающих определенное влияние на характер формирования имиджа стран и интеграционных объединений. В последнее время все более привлекательными в деятельности молодежи в международной среде становятся элементы традиционной дипломатии, направленные на выстраивание отношений сверстниками с помощью средств государственных, общественных организаций, культуры, науки, спорта и т. д.

«Международное сотрудничество должно быть инициативой самой молодежи, чтобы она сама проявляла активность в данном направлении, — считает политолог, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев. — Если есть серьезные работающие организации, то они вполне могут установить и поддерживать связь со своими партнерами, в том числе в других странах СНГ. А со стороны государства надо не мешать молодежным инициативам».

Эффективная работа с молодым поколением – один из основополагающих элементов в интеграционных процессах. Учитывая значимость молодежной проблематики, практически все государства-участники СНГ приняли законодательные акты, направленные на правовую защиту интересов молодежи. В настоящее время реализуется стратегия международного молодежного сотрудничества государств — участников СНГ на период до 2020 г. Совет по делам молодежи СНГ играет важную роль в продвижении молодежных программ и проектов. В 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум ШОС. Осенью 2017 г. в г. Сочи (РФ) будет проведен XIX Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 гг. проходили в СССР. Ожидается, что фестиваль станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия и соберет более 20 тыс. молодых людей из 150 стран мира.

Международные молодежные мероприятия не утратили своей актуальности, с их помощью можно избавлять будущие поколения от негативных стереотипов. В качестве примера часто рассматривается Германия, которая в свое время во многом исправила свой отрицательный образ после Второй мировой войны через молодежный обмен со странами, с которыми прежде воевала.

«Молодежную политику по-разному рассматривают в мире, — сказал политолог Эдуард Полетаев. — Где-то социальную ответственность за молодежь берет на себя государство, как в странах Западной Европы, где-то молодежью больше занимаются НПО, религиозные и спортивные организации. При этом очевидно, что гражданское участие молодежи, в том числе в рамках международного сотрудничества, ведет к лучшим решениям ряда проблем на перспективу, способствует благополучию и развитию самих молодых людей».

Поэтому неслучайно в современном общественном сознании широко распространилось мнение о том, что молодежь как социально-демографическая группа выступает наиболее активной, лидирующей частью общества, проявляя энергию, инициативность на пути к постоянному изменению и обновлению. И, в этом смысле, тяга молодежи ко всему новому, оригинальному, экстремальному, действительно, представляет собой важнейший ресурс общественного развития.

Источник: Контур — информационно-аналитическое издание

Портрет современной молодежи: мобильна, прагматична и рациональна

Нужно ли государству уделять пристальное внимание молодежи и как это сделать? Или же государство итак сильно ее опекает? Разные подходы в сфере молодежной политики обсудили участники экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений».

На постсоветском пространстве молодежь никогда не выходила из поля зрения государственной политики, отметил политолог Эдуард Полетаев. «Учитывая значимость проблематики, практически все страны-участницы СНГ приняли законы, направленные на правовую защиту интересов молодого поколения», – напомнил он.

К слову, именно СНГ была отведена основная роль в активизации молодежи постсоветских стран в плане развития гуманитарных связей, взаимодействии новых организаций. До 2020 года, как пояснил Полетаев, будет действовать разработанная ранее стратегия международного молодежного сотрудничества государств-участников СНГ. В рамках Содружества 2009-й прошел под знаком Года молодежи. В 2016 году к Форуму молодежи Казахстана было проявлено внимание на самом высоком уровне – в нем принял участие президент Нурсултан Назарбаев. В этом году в нашей республике пройдет молодежный форум Шанхайской организации сотрудничества, а в России осенью в Сочи состоится Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 годах проходили в СССР. На постсоветском пространстве прекрасно понимают силу молодежной дипломатии, как и то, что молодежь может быть использована в качестве разрушительной силы.

«Часто молодежь использовали как инструмент в различных интригах, политических играх. Иногда молодежь сама выступала в авангарде тех или иных изменений. Самый яркий пример – события 1960 – 1970 годов в США и Европе. Такие молодежные субкультуры, как хиппи, панки, рокеры эпатировали мир, совершали акции протеста, которые при этом происходили на фоне вполне экономически благополучной ситуации. Где-то это приводило к политическим изменениям, отставкам, а где-то не обошлось и без человеческих жертв. В уходящей эпохе цветных революций на постсоветском пространстве также активно были задействованы молодежные организации», – сказал Полетаев, добавив при этом, что сейчас много стихийных субкультур возникает в интернет-пространстве.

По мнению директора Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрея Чеботарева, есть молодежная политика государства, но слабы механизмы ее реализации. «Я не говорю про министерства и акиматы. Речь идет об организациях, которым следует активно участвовать в этом процессе и быть партнерами государства, – уточнил он. – У нас, в частности, действуют Конгресс молодежи Казахстана, Альянс студентов Казахстана, Союз рабочей молодежи, Союз сельской молодежи Казахстана, Молодежный парламент Казахстана, Ассоциация молодых депутатов Казахстана, «Жас Ұлан», «Жас Қыран» и т.д. Однако большинство из них работают чисто номинально, не видно их региональных структур и даже веб-сайтов».

Андрей Чеботарев считает, что инициатива должна идти снизу – молодежь сама должна проявлять активность. «В Казахстане же проводится патерналистская молодежная политика, где государство патронирует молодежь, но при этом ее использует, — заявил политолог. — Молодежи надо дать свободу, не ограничивать какие-то ее порывы, создать социально-экономические условия, чтобы молодежь не чувствовала себя ущемленной в материальном плане. А всевозможные государственные социальные заказы и гранты давать реально работающим молодежным организациям и не на «агитпроп», а на определенные социально значимые проекты. Но, видимо имеются опасения, что молодежь завтра станет «чересчур свободной» и негативно настроенной».

«Желание государства по максимуму нагрузить молодежь, в том числе, где-то на уровне интуиции исходит из того, что ее активный нерастраченный потенциал может обернуться потрясениями, поэтому так важны образование и трудоустройство, – прокомментировал выступление коллеги Полетаев. – Но многие говорят о том, что в силу влияния того же интернета, эта активность растрачивается в виртуальном мире, или, например, за счет любви к спорту – болея за любимую спортивную команду». Политолог заметил, что конфликтный потенциал молодежи – малоисследованный вопрос. Не факт, что этот потенциал высок. Тем более, что молодые люди, по сравнению с представителями старшего поколения, более прагматично смотрят на жизнь, «если и участвуют в активных молодежных программах, то явно с целью построения карьеры, либо с целью получения дополнительных бонусов, изучения языка, получения определенного опыта».

Руководитель алматинского представительства Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Мадина Нургалиева полагает, что для инициативы снизу не хватает одной из важнейших составляющих – лидеров, как на уровне регионов, так и на уровне республики в целом. «Нет лидеров общественного мнения из числа людей до 29 лет, – заявила она, ссылаясь на проведенное в прошлом году социологическое исследование. – Максимальные рейтинги набрал Азамат Ибраев в Костанайской области, во многом благодаря тому, что он является шоуменом, ведущим. Наверное, трудно сейчас будет назвать таких молодых ребят – лидеров с активной гражданской позицией. В лучшем случае это будут певцы либо спортсмены, например, Кайрат Нуртас».

Нургалиева обрисовала портрет среднестатистического молодого казахстанца. Возраст – от 14 до 29 лет. Численность, согласно данным Комитета по статистике Министерства национальной экономики РК, на начало прошлого года составляла примерно 4 млн 100 тыс. человек – немногим меньше четверти всего населения. Из них примерно около 60% – это региональная молодежь, не городская, а из аулов, сел, малых городов, преимущественно казахоязычная.

«В нашем исследовании был анализ идентификационных характеристик и совершенно другой образ молодежи. Если, говоря о молодежной активности, мы оперируем категориями «студенческая молодежь», «работающая молодежь», то есть еще и безработная молодежь, которая, к сожалению, представляет значимый костяк нынешней молодежи. Вот куда надо направлять все усилия государства. Самые сложные проблемы у молодежи, находящейся на социальной периферии, – уверена руководитель представительства КИСИ в Алматы. – Прогрессивная молодежь представлена в сфере науки, культуры, спорта. Есть потенциал для того, чтобы развивать какие-то отраслевые направления с участием бизнес-структур. Современная молодежь – мобильна, прагматична и рациональна, и она не рассчитывает на помощь и поддержку со стороны государства».

Главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан» Сергей Домнин также высказался за решение, в первую очередь, социальных проблем, напомнив о том, что те же акции протеста обычно не связаны со специфичными проблемами молодежи. «Лучшие институты развития молодежи – это качественные и доступные образование и здравоохранение. И в этих институтах заинтересованы все, а не только молодежь. Действительно специфическая, поколенческая проблема – переход от обучения к профессиональной деятельности. И если говорить о молодежной политике, то ее ключевой метод – как можно быстрее и эффективнее интегрировать молодых специалистов в профессиональное сообщество. Как только молодежь перестанут считать молодежью и пичкать ее соответствующими подачками и обязанностями, нагружать слово «молодежь» каким-то смыслом в профессиональной деятельности, тем быстрее произойдет процесс профессионализации. Нужно создавать рабочие места, неважно для молодежи или для людей старше 29-ти. Требуется меньше рассуждать о какой-то специфичной политике – молодежной, студенческой, а больше внимания уделять человеческому капиталу. И еще и делать что-то в этом направлении, потому что президент в посланиях постоянно говорит об этом. В контексте этих вопросов раскрываются проблемы не только молодежные, но и проблемы людей любого возраста», – резюмировал Домнин.

ЮЛИЯ МАЙСКАЯ

Источник: Интернет-издание SPIK.KZ

И для поддержания режима, и для «урюковой революции» нужна молодежь

Власти не знают, какая в стране молодежь, а потому на всякий случай ее боятся. Правильнее было бы изучать

«Сейчас опора государства – студенческая молодежь», – считает Лайла Ахметова, историк, профессор КазНУ им. аль-Фараби. В ходе экспертного клуба ОФ «Мир Евразии» называли еще «золотую молодежь», трудовую, религиозную, безработную, сельскую, криминальную… Вот только какая из них представляет угрозу для власти не определились, ибо та же «золотая молодежь» включает в себя умный и тупой сегменты, а религиозность молодых людей может проявляться в самом широком диапазоне взглядов и поступков. Зато все сошлись во мнении, что молодежь (люди в возрасте 14-29 лет) нужно обязательно изучать и выстраивать соответствующую государственную политику в отношении нее стратегически.

«К молодежи в последнее время повышенное внимание со стороны власти», – отметил Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба. Сама тема заседания была определена как «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений». Но даже в таком сравнительно узком сегменте четкую картину происходящих процессов, разделяемую всеми экспертами, установить трудно. «Никакого международного молодежного сотрудничества нет. Есть международные молодежные проекты», – полагает Леся Каратаева, КИСИ. «Ни один из проектов молодежного сотрудничества без финансирования работать не продолжил», – аргументировала она свой тезис.

молодежная политика

Академический туризм (для студентов и молодых ученых) г-жа Каратаева видит в качестве хорошего мотиватора в международных проектах. «На евразийском пространстве больше всего интегрированы студенты из Казахстана и Кыргызстана», – считает Галия Мовкебаева, профессор КазНУ.

В разных ракурсах затрагивался XIX Международный фестиваль молодежи и студентов, который осенью 2017 года пройдет в Сочи (ожидается более 20 тысяч молодых людей из порядка 150 стран мира). Но если подобные фестивали в СССР в 1957 и 1985 гг. были понятны и органичны для той политической системы – молодежь левых взглядов со всего мира – то кто поедет в этом году? «В Казахстане механизм отбора на такие мероприятия не прозрачен, – подчеркнул политолог Андрей Чеботарев. – Много молодежных организаций страны имеют республиканский статус, но найти их офис очень трудно, даже если искать специально и настойчиво».

В США около 400 международных молодежных программ. В России широко известен «Селигер». Казахстан из данного поля в целом выпал, а последняя Универсиада стала исключением, подтверждающим правило. Лайла Ахметова обратила внимание на то, что идея провести Форум работающей молодежи в 2008-2012 гг. поддержки у государства не нашла, а профсоюзы побоялись взяться за такое дело. «Ассамблея народа Казахстана занимается молодежью на уровне песен и плясок», – заметила эксперт.

молодежная политика

«Молодежи надо бояться или на нее опираться?» – задал принципиальный вопрос Евгений Пастухов, ИМЭП. Он привел статистическую информацию по Английской и Французской революциям 1640-ых и 1780-ых годов соответственно. В обоих случаях оказался большой переизбыток образованной молодежи, для которой не оказалось ниш в госаппарате, экономике, церкви. «Больше всего проблем молодежь создает в переходных странах (между демократией и диктатурой) и в переходные моменты, – отметил эксперт. – Политическая активность молодежи прямо коррелирует с эффективностью государства». В общем, если молодежь довольна, то она не бузит.

Мадина Нургалиева, руководитель представительства КИСИ в Алматы, перечислила несколько разновидностей молодых людей, которые очень сильно не похожи друг на друга (от «сильно патриотической» до «незашоренной, но без жизненного опыта») и отдельно остановилась на безработной молодежи. Такой молодежи много, она находится на социальной периферии и не рассчитывает на поддержку государства. Потом участники дискуссии добавили про «работающую молодежь, находящуюся в условиях сверхэксплуатации». Социальные настроения в данной группе молодых людей тоже не радужные.

молодежная политика

Несколько раз в ходе обсуждения всплывали цитаты из советского кинофильма«Курьер», а фраза героини Агнессы Ивановны «я смотрю телевизор и хорошо знаю современную молодежь. У нас замечательная молодежь» употреблялась дважды. Все это в контексте того, что образ молодежи, создаваемый телевидением, может очень сильно отличаться от реальности или как минимум не охватывать очень большого числа различных групп молодых людей. Политолог Рустам Бурнашев указал на размытость границ самого понятия «молодежь». Когда представители государства предлагают строить для молодежи общежития без туалетов и кухонь – это все равно патерналистская модель государственного поведения. Другая сторона данного процесса – установка на паразитирование.

«Нужно говорить о возрастной политике», – предложил востоковед Адиль Каукенов. Заводская молодежь созревает раньше, чем молодежь научная, а потому для них требуются отличающиеся институты и механизмы социализации. Социолог Андрей Хан согласился с таким подходом и сообщил о японском подходе, при котором фронтир находится внутри человека и обеспечивает его развитие на всех этапах жизни. Для Японии данная тема стала особо актуальной в силу высокой средней продолжительности жизни населения.

молодежная политика

Еще г-н Хан вывел дискуссию на необходимость разделения государственной молодежной социальной политики (образование, социальные лифты, жилье) и воспитательной политики государства. Власть различными способами пытается воспитать в молодежи патриотизм, однако в свете насаждаемой государством же меркантильности в итоге получаются причудливые и уродливые варианты.«Растить патриотическую личность – это бред. Задача государства сформировать морально здоровую личность, – считает политолог Замир Каражанов. – Государство должно создавать условия, чтобы молодые люди реализовали свой потенциал в работе, семье, увлечениях». В общем, необходимы условия для реализации заурядных и незаурядных людей, то есть всех.

«Молодежная политика строится так, будто инструменты (институты) – детсад, школа, вуз, армия, производство – есть, а их нет», – заметил Антон Морозов, политолог. Относительно заявленной темы заседания экспертного клуба он указал, что Интернет – одна из форм и организующих сил международного сотрудничества, включая молодежное. Многие игры от «Танков» до «Доты» имеют свою иерархию, экономику, сленг и тоже являются одной из форм социализации для определенного типа молодых людей.

«Любой международный проект неустойчив», – считает Анна Гусарова, КИСИ. А что касается молодежи, то она ориентирована на деньги, карьеру и достаток, из-за чего не готова вступать в брак, поскольку не располагает финансовой устойчивостью.

молодежная политика

«Молодежь у нас одна и та же, а плохой или хорошей ее делают взрослые», – акцентировал Владимир Павленко, PR-консультант. У власти присутствует боязнь в отношении молодежи, поскольку технологии ее «накачки» в качестве политического пушечного мяса она наблюдает, а как этому противостоять и как с такой данностью работать – не знает в силу дефицита профессионализма.

«Лучшие институты развития для молодежи – это качественные образование и здравоохранение, – уверен Сергей Домнин, главный редактор «Эксперт Казахстан». – Лучшая социализация – это как можно более быстрая интеграция в профессиональное сообщество. Нужно говорить, точнее делать, в плане человеческого капитала».

«Современная молодежь – она не плохая, и не хорошая, она другая, – подчеркнул журналист Сергей Козлов. – В чем-то срок инфантилизма удлинен, в чем-то она гораздо более развитая».

 

Источник: ZONAkz

Эксперты: «Международное сотрудничество должно быть инициативой самой молодежи»

Активность молодежи представляет собой важнейший ресурс общественного развития

В апреле 2017 г. в г. Алматы состоялось заседание экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Возможности международного молодежного сотрудничества в условиях интеграции и новая культура отношений». В мероприятии приняли участие известные казахстанские общественные деятели, экономисты, политологи и журналисты. Тема обсуждения вызвала значительный интерес у экспертов и вот почему.

В современном мире внимание к молодежи является обязательным условием существования государств, соответственно, она стала перспективным объектом государственных инвестиций. Молодежь — это трудовой потенциал страны, она вносит значительный вклад в ее социально-экономическое развитие. Важной характеристикой положения молодежи является ее политическая и общественная активность и для устойчивого развития общества необходима сбалансированная молодежная политика. Помимо этого, целесообразным является развитие международного молодежного сотрудничества.
Молодежь в силу ряда характерных особенностей подвержена не только воздействию разнонаправленных глобальных тенденций. Она сама все активнее влияет на социально-культурные, политические и гуманитарные процессы международной жизни. Международная деятельность молодежи стала занимать значимое место среди положительных факторов, оказывающих определенное влияние на характер формирования имиджа стран и интеграционных объединений. В последнее время все более привлекательными в деятельности молодежи в международной среде становятся элементы традиционной дипломатии, направленные на выстраивание отношений сверстниками с помощью средств государственных, общественных организаций, культуры, науки, спорта и т. д.
«Международное сотрудничество должно быть инициативой самой молодежи, чтобы она сама проявляла активность в данном направлении, — считает политолог, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев. — Если есть серьезные работающие организации, то они вполне могут установить и поддерживать связь со своими партнерами, в том числе в других странах СНГ. А со стороны государства надо не мешать молодежным инициативам».
Эффективная работа с молодым поколением – один из основополагающих элементов в интеграционных процессах. Учитывая значимость молодежной проблематики, практически все государства-участники СНГ приняли законодательные акты, направленные на правовую защиту интересов молодежи. В настоящее время реализуется стратегия международного молодежного сотрудничества государств — участников СНГ на период до 2020 г. Совет по делам молодежи СНГ играет важную роль в продвижении молодежных программ и проектов. В 2017 году в Казахстане пройдет молодежный форум ШОС. Осенью 2017 г. в г. Сочи (РФ) будет проведен XIX Международный фестиваль молодежи и студентов, подобный тем, что в 1957 и 1985 гг. проходили в СССР. Ожидается, что фестиваль станет крупнейшим событием в сфере международного молодежного взаимодействия и соберет более 20 тыс. молодых людей из 150 стран мира.
Международные молодежные мероприятия не утратили своей актуальности, с их помощью можно избавлять будущие поколения от негативных стереотипов. В качестве примера часто рассматривается Германия, которая в свое время во многом исправила свой отрицательный образ после Второй мировой войны через молодежный обмен со странами, с которыми прежде воевала.
«Молодежную политику по-разному рассматривают в мире, — сказал политолог Эдуард Полетаев. — Где-то социальную ответственность за молодежь берет на себя государство, как в странах Западной Европы, где-то молодежью больше занимаются НПО, религиозные и спортивные организации. При этом очевидно, что гражданское участие молодежи, в том числе в рамках международного сотрудничества, ведет к лучшим решениям ряда проблем на перспективу, способствует благополучию и развитию самих молодых людей».
Поэтому неслучайно в современном общественном сознании широко распространилось мнение о том, что молодежь как социально-демографическая группа выступает наиболее активной, лидирующей частью общества, проявляя энергию, инициативность на пути к постоянному
изменению и обновлению. И, в этом смысле, тяга молодежи ко всему новому, оригинальному, экстремальному, действительно, представляет собой важнейший ресурс общественного развития.

Каспийский маятник: от равнодушия к открытой конкуренции

«Неравномерность распределения нефтегазовых ресурсов является объективной причиной разногласий в вопросе определения правового статуса Каспия. Цена вопроса велика, так как при различных вариантах раздела дна Каспийского моря максимальные и минимальные оценки ресурсов нефти и газа, приходящихся на долю отдельных каспийских государств, варьируются», — заявил политолог Эдуард Полетаев, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Море дружбы и сотрудничества: состоится ли прикаспийский прорыв?»
StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:
Проблематика решения каспийских вопросов переговорным путем, среди прочих причин, зачастую упирается в то, что Каспий, по принципу маятника, то превращается из надежды в разочарование, то из разочарования в надежду.
К примеру, бассейн Каспия является старейшим нефтедобывающим районом в мире, но по сей день он считается не до конца изученным с точки зрения величины извлекаемых, перспективных и прогнозных запасов углеводородного сырья.
Много говорится о Каспии, который становится ареной противостояния и пристального внимания внешних сил, однако, даже поверхностный контент-анализ зарубежных научных работ и материалов ведущих зарубежных СМИ показывает более слабый внешний интерес к Каспию, по сравнению со многими другими нефтегазоносными регионами мира.
Постоянно говорится о том, что планируется раздел акватории Каспийского моря, а сенсационных новостей все нет, и встречи высокопоставленных лиц кажутся дежурными. В конце концов, до сих пор нет согласия в научных кругах в вопросе отнесения Каспия к морю или озеру.
Тем не менее, сама проблема сближения интересов становится все более актуальной, особенно в условиях возрастающей напряженности в мире. Это видно как по динамике работы экспертных советов и количеству встреч и конференций, так и по тональности заявлений о статусе Каспия, звучащих из уст компетентных представителей практически всех стран, заинтересованных в разделе каспийского шельфа. Особенно много позитива наблюдается в нынешнем году.
Хронология встреч и смена тональности в переговорах
О каспийском прорыве, о подписании Конвенции о правовом статусе Каспийского моря говорят около 20 лет. Уже прошло четыре саммита лидеров пяти прикаспийских государств. Первый саммит прошел в Ашхабаде 23-24 апреля 2002 года. Второй состоялся в Тегеране 16 октября 2007 года.
Была подписана Декларация, которая обозначила общие подходы к выработке конвенции о правовом статусе Каспия. На третьем каспийском саммите, состоявшемся 18 ноября 2010 года в Баку, было подписано Совместное заявление президентов «каспийской пятерки», а также Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море.
Четвертый Каспийский саммит прошел 29 сентября 2014 года на российской территории в Астрахани. 2017 год фокусирует на себя серьезные ожидания в том, что данный документ, возможно, будет подписан на саммите, который предполагается провести в Астане. Даты саммита не определены, поскольку до него министры иностранных дел должны собраться в Ашхабаде. Когда? Точно пока не известно. И там, в Туркменистане, главы МИД должны согласовать проект Конвенции.
По данным, озвученным министром иностранных дел Азербайджана Эльмаром Мамедъяровым, на 80 процентов проект Конвенции уже согласован. Но что содержится в остальных 20 процентах и насколько они принципиальные, пока в открытом доступе об этом ничего нет. Тем не менее, число неурегулированных вопросов становится меньше. Понятно также, что Конвенция — системный и масштабный документ.
Множество раз говорилось, что неравномерность распределения нефтегазовых ресурсов является объективной причиной разногласий в вопросе определения правового статуса Каспия. Цена вопроса велика, так как при различных вариантах раздела дна Каспийского моря максимальные и минимальные оценки ресурсов нефти и газа, приходящихся на долю отдельных каспийских государств, варьируются.
Относительно недавно начал наблюдаться прогресс в переговорном процессе пятистороннего формата. Не секрет, что страны на севере Каспия оказались более договороспособны. Позиция Ирана, например, за прошедшие годы не была четко сфокусирована. Понятное дело, что решение этой проблемы осложнено (да и возникла она благодаря) развалу СССР.
Последний договор о правовом статусе Каспийского моря был подписан в 1940 году между СССР и Ираном. Ситуация осложнилась тем, что после распада СССР стало 5 государств, обладающих выходом к Каспию — Россия, Казахстан, Азербайджан, Туркменистан и Иран. Интересов стало больше. Это сложнее.
Все усугубляется тем, что три бывших республики СССР (Казахстан, Азербайджан и Туркменистан), если Россию не считать новым государством, поскольку она является правопреемницей Союза, вдруг стали морскими державами. Каспий у них – единственное море. У этих же стран основные месторождения нефти и газа (экспортного товара) как раз находятся на Каспии и близ него. В то время как основная масса месторождений Ирана и России расположена в иных регионах.
В свою очередь проблема милитаризации Каспия, на мой взгляд, несколько гипертрофирована. Во многом благодаря самоощущению новых стран, как морских, у них и появляются военно-морские силы. Но так просто должно быть скорее формально. Ведь серьезных конфликтов не было и нет. Доминирует понимание: лучше договориться, чем ссориться.
Сложность в подписании Конвенции о правовом статусе также зависит от того, считать Каспий озером или морем. То, что нет прямой связи с мировым океаном – это проблема достаточно серьезная. Поэтому к Каспию нельзя применить принципы разделения территориальных вод, как для «настоящего» моря.
Активное освоение нефтегазовых ресурсов активно влияет на схемы разграничения дна. До сих пор не решен вопрос между Азербайджаном и Туркменистаном по трем спорным месторождениям, которые азербайджанцы считают своими, потому что еще бакинские нефтяники их осваивали. А они географически ближе к Туркменистану, который также их читает.
Также не стоит забывать, что Каспийское море является пространством, объединяющее сразу несколько макрорегионов евразийского материка (Ближний Восток, Центральную Азию, Закавказье и т.д.). Некоторые аспекты развития Прикаспийского региона носят трансграничный и глобальный характер (например, определение маршрутов транзита сырья) и не могут быть решены в узких рамках. Поэтому особое значение имеет сотрудничество каспийских стран, и альтернатив этому нет.
Сближение интересов пяти стран становится более актуальной задачей. Эксперты какой-то конструктивный климат вносят по поводу правового статуса Каспийского моря. Анализ показывает, что есть проблема доминирования одних и тех же оценок и фактов, но, к сожалению, какого-то прорыва в данной теме не наблюдается.

Заседание экспертного клуба на тему «Море дружбы и сотрудничества: состоится ли прикаспийский прорыв?» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

Источник: StanRadar.com

Прикаспийские страны идут на сближение

Уже более 20 лет стороны переговорного процесса не могут прийти к единому мнению относительно статуса Каспийского моря, от которого зависит вопрос разграничения дна. До сих пор статус регулируется договором 1921 года между Россией и Персией и договором о торговле и мореплавании 1940 года между СССР и Ираном. Новый документ уже между пятью прикаспийскими странами – Ираном, Россией, Казахстаном, Азербайджаном и Туркменистаном – может быть подписан в этом году. Перспективы урегулирования обсуждались в рамках заседания экспертного клуба «Мир Евразии» на тему «Море дружбы и сотрудничества: состоится ли прикаспийский прорыв?».

Конвенция о правовом статусе Каспийского моря, возможно, будет подписана на саммите глав прикаспийских государств в Астане. Дата проведения саммита еще не определена. Более того, встреча на высшем уровне, судя по опыту прошлого года, может и вовсе не состояться. Тем не менее надежды на урегулирование ситуации крепнут. По данным, озвученным министром иностранных дел Азербайджана Эльмаром Мамедъяровым, на 80% проект конвенции уже согласован. Но что содержится в остальных 20% и насколько они принципиальные, пока в открытом доступе об этом ничего нет. И все же число неурегулированных вопросов уменьшается.

Проблема сближения интересов прикаспийских государств становится все более актуальной, особенно в условиях возрастающей напряженности в мире. Это видно как по динамике работы экспертных советов и количеству встреч и конференций, так и по тональности заявлений о статусе Каспия, звучащих из уст компетентных представителей практически всех стран, заинтересованных в разделе каспийского шельфа.

Нельзя забывать, что Каспийское море объединяет сразу несколько макрорегионов Евразийского материка, в том числе Ближний Восток, Центральную Азию и Закавказье. Некоторые аспекты развития Прикаспийского региона носят трансграничный, глобальный характер и не могут быть решены в узких рамках – например, определение маршрутов транзита сырья. Поэтому сотрудничество каспийских стран имеет особое значение и альтернатив этому нет.

Участники экспертного клуба «Мир Евразии» констатировали: из-за того что прикаспийские государства не могут поделить между собой внутреннее море, экономика региона не получила должного развития, нет необходимой активности и в решении других задач. В ходе дискуссии прозвучала метафора – спящий Каспий.

«Если говорить образно, то все процессы жизнедеятельности продолжаются: сон, спокойное дыхание, обмен веществ, но «пациент» особой активности не проявляет, – сказал политолог Антон Морозов. – Было множество всяких планов относительно интеграционного сотрудничества на Каспии: создание Организации каспийского экономического сотрудничества, транспортные проекты, вопрос правового статуса – все это решается очень медленно. Контакты по каспийской проблематике стоят на консервативных позициях».

Есть и противоположные мнения, которые можно назвать алармистскими. «Ряд экспертов, – добавил А. Морозов, – полагает, что страны уже опаздывают с разработкой межгосударственной стратегии и тактики обеспечения безопасности Каспийского региона. Этот гипотетический документ должен стать основой внешней политики как государств региона, так и стран, имеющих здесь серьезные экономические интересы и заинтересованных в безопасности собственных инвестиций, ресурсных и логистических проектов. Опаздывают потому, что как только США «утрясут» проблемы на Ближнем Востоке, то начнут «утрясать» уже Каспийский регион, обозначенный как «зона жизненно важных интересов США».

Если оставить в стороне геополитические игры, вопрос безопасности Каспийского региона не становится менее острым. Координатор проектов по внешней политике Института мировой экономики и политики при Фонде первого президента РК историк Аскар Нуршаполагает, что странам не стоит зацикливаться на вопросах статуса, нужно идти по пути отраслевых договоренностей. «Одна из перспективных сфер сотрудничества – это тема радикального экстремизма и терроризма, объединение усилий в борьбе с этими явлениями, – считает он. – В перспективе значимость данной темы будет возрастать с учетом сложной ситуации на Северном Кавказе, в Нагорном Карабахе и в контексте роли Ирана во внешней политике США».

В ходе дискуссии возник вопрос о создании каспийской идеологии, которая помогла бы государствам объединиться вокруг «моря дружбы» для решения общих проблем. Задачу усложняет тот факт, что для России, Ирана, Казахстана и Туркменистана побережье Каспия – это периферия. Только у Азербайджана иное отношение к внутреннему морю: его столица Баку – самый крупный город на каспийских берегах.

Примечательно, что школы каспиеведения существуют только в Азербайджане и России, отметила старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского института Лидия Пархомчик, а вот в Казахстане не поднимался вопрос о создании такой школы.

Каспий – это море дружбы под эгидой России, считает web-издатель Джанибек Сулеев. В то же время генеральный директор Международного центра казахстанско-китайского сотрудничества China Center политолог Адиль Каукенов высказал мнение о том, что о регионализации на Каспии говорить не приходится. В пример он привел АСЕАН: в этой организации выработано множество различных форматов для сотрудничества, на Каспии этого нет.

«Регионалистика Каспия достаточно сложная, – поддержал коллегу профессор Казахстанско-немецкого университета, кандидат философских наук Рустам Бурнашев. – В начале 2000-х в исследованиях постсоветского пространства звучал тезис о том, что Каспий – это не объединяющее, а в большей степени разъединяющее начало. Конечно, ситуация изменилась, и о разъединении сейчас никто не говорит. Но и объединения не просматривается».

Эти объединяющие начала надо искать. Имидж Каспийского региона достаточно противоречивый, словно собран по лоскутам. Образ прикаспийских государств влияет на восприятие Каспия, а вот обратной трансляции нет. Древнее море, о котором писали Аристотель, Геродот и Гомер, безусловно, заслуживает большего внимания. Каспийское море окружают достаточно разные государства по уровню социально-экономического развития, менталитету жителей и прочим показателям, но при этом у всех есть понимание, что регион – общий. Так что поиски оптимального сотрудничества в каспийском формате будут продолжаться.

Участники дискуссии (слева направо): Сергей Домнин, Адиль Каукенов, Рустам Бурнашев

Дальнейшее развитие событий может идти по разным сценариям. Есть вероятность выработки особого международно-правового статуса Каспия, с помощью пакетно-комплексного или рамочного решения проблемы. Есть прецедент раздела Северного моря: статус Каспия может определиться с помощью Международного суда и видоизмененных положений Конвенции ООН по морскому праву.

Но как бы ни развивались события вокруг Каспия, очевидно одно: рано или поздно странам все равно придется договориться. Для этого важно учитывать политическое, экономическое, национальное, культурное и религиозное многообразие, твердо придерживаться принципов взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности, взаимного ненападения, невмешательства во внутренние дела друг друга, равенства и взаимной выгоды, мирного сосуществования. А также взвешенно строить отношения с крупными центрами силы и международными структурами безопасности.

Источник: «Ритм Евразии»

Почему страны Каспийского региона не доверяют друг другу?

«Долгое время вокруг Каспия создавался имидж нефтяного Клондайка, который позволял странам региона привлекать инвесторов и отчасти зарубежные кредиты. Сегодня пришло время провести ребрендинг», — сказал политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge Замир Каражанов, выступая на заседании экспертного клуба на тему: «Море дружбы и сотрудничества: состоится ли прикаспийский прорыв?».

StanRadar.com приводит выдержку из выступления эксперта:

Принципы сосуществования стран Каспийского моря были достигнуты в рамках Астраханской встречи глав государств в 2014 году. Это касается раздела водной толщи, а также соглашений в сфере безопасности. Документально все было закреплено. Но многое упирается в детали реализации.

Например, был принцип, чтобы военных баз третьих стран не было в Прикаспийском регионе. Или принцип, когда Азербайджан настаивал на равной безопасности, потому что опасался усиления военного потенциала других стран.

Одно дело декларировать принципы, другое – реализовывать. Где гарантия того, что какую-то из стран все это сдержит и она не милитаризуется в большей степени, чем другие? Это опасение сковывает подписание документа о статусе Каспия. Но, в общем и целом государства выступают однозначно за то, чтобы достичь соглашения по статусу, осталось детали утрясти.

Что касается военной составляющей. История получилась курьезной. Скажем, в России шла программа перевооружения армии. И она не преследовала цель усиления военной мощи России на Каспии. Цель заключалась в доведении российской армии до уровня требований современных армий мира. В итоге у России сформировался крупный и боеспособный флот на Каспии.

Все понимают, что его существование не направлено против каспийских государств. При этом у всех стран региона росли военные бюджеты.

Парадокс в том, что этот рост никогда не был связан с ситуацией в сфере безопасности на Каспии. У России были непростые отношения со странами НАТО. У Азербайджана рост был продиктован конфликтом с Арменией. У Ирана — из-за его ядерной программы и натянутых отношений с западными странами. У Казахстана врагов и противников нет, но у него росла экономика и пресловутый один процент от ВВП на оборонные расходы.

Несмотря на все нюансы, у государств Прикаспия есть высокое политическое доверие друг к другу. Это доверие обычно перетекает в плоскость торговли. Но на Каспии этого не происходит.

Торговля между Казахстаном и Азербайджаном – индикатор того, как развиваются отношения стран на Каспии. Это две достаточно крупные нефтяные экономики, которые не связаны сухопутными границами, только морем. При этом обе страны никак не могут достичь заявленного объема товарооборота свыше 500 млн долларов.

Проблема покоится глубже, в региональной экономике. Все страны Каспия являются нефте- и газодобывающими. Это их счастье, и в то же время – беда.

Это сдерживает развитие отношений. Например, Азербайджан и Казахстан добывают нефть, это их богатство, но им самим она не нужна! Главный потребитель их продукта находится не в каспийском регионе. Поэтому странам трудно предложить друг другу товары и услуги, объем которых превышал бы 500 млн. долларов. Был момент, когда Казахстан с помощью Азербайджана попытался восполнить дефицит бензина на внутреннем рынке, но наш партнер как оказалось, сталкивается со схожей проблемой, и помочь не мог.

Достаточно сильное негативное влияние «углеводородная» экономика региона оказывает и на социальную инфраструктуру. Рабочие места связанны в основном с нефтегазовым сектором, при этом наблюдался приток рабочих рук, за которым не поспевало развитие городов и населенных пунктов, имели место нехватка школ, детсадов и т.д. Не стоит забывать об экологии и, как следствие, о здоровье населения.

Для Казахстана сотрудничество на Каспии играет большую роль. Проблема в том, что казахстанские регионы имеют разный уровень развития. Есть лидеры и аутсайдеры, есть густонаселенные, есть малонаселенные регионы.

Проблема Мангистауской области – это транспортная удаленность, которая затрудняет ее развитие. Можно развивать регион с помощью госпрограмм, но как показывает практика, это не всегда приносит должный эффект, а главное, очень накладно для бюджета. Оптимально пойти другим путем – наращиванием приграничного сотрудничества. Необходимо вовлечение Мангистау в региональную торговлю, которая затем внесет вклад в диверсификацию областной экономики. Посредством создания особого режима торговли, расширения экономического сотрудничества, инвестиций в инфраструктуру.

Долгое время вокруг Каспия создавался имидж нефтяного Клондайка, который позволял странам региона привлекать инвесторов и отчасти зарубежные кредиты. Сегодня пришло время провести ребрендинг. Нефть — это не всегда хороший имидж, он, например, плохо сочетается с развитием туризма, особенно когда говорят о туристическом хабе на Каспии. Поэтому вопрос диверсификации региональной экономики, должен увязываться и с изменением имиджевой политики.

Есть еще одно полезное направление для сотрудничества. В 2016 году на нефтепромыслах Азербайджана произошла авария, были человеческие жертвы.

Событие показало опасность техногенных аварий и в то же время необходимость координировать действия стран региона в подобных случаях. Тем более, что нефте- и газодобычу ведут все прикаспийские страны. С подобными рисками может столкнуться любое государство, а последствия ощутить все.

Хорошим подспорьем для каспийского региона обещает стать растущее влияние Китая, интерес к сотрудничеству с которым проявляют государства Персидского залива, Турция.

Они не имеют общих границ с КНР. Зато расстояние сокращается, если дела вести через страны Каспия и Центральной Азии, что усиливает их транзитные возможности. В 2016 году в Китае президент России Владимир Путин инициировал процесс сопряжения ЕАЭС и Экономического пояса Нового Шелкового пути. По сути, речь шла о «Большой Евразии», куда обещают быть вовлечены интересы множества стран и целых регионов. А это открывает большие перспективы для каспийского региона.

 

Заседание экспертного клуба на тему «Море дружбы и сотрудничества: состоится ли прикаспийский прорыв?» было организовано ОФ «Мир Евразии». Материал предоставлен организаторами мероприятия.

 
Источник: stanradar.com

Эксперты: Родительские ассоциации – путь к укреплению семьи

Пока современные СМИ очень мало внимания уделяют семейным ценностям.

Формирование семейных ценностей и стереотипов поведения должно проходить как сверху, путем целенаправленной информационной политики, так и снизу – в процессе работы родительских ассоциаций, утверждают экперты.
На прошедшем 24 февраля заседании экспертного клуба «Мир Евразии» казахстанские эксперты обсудили состояние и проблемы развития института семьи в стране и на всем постсоветском пространстве. Особое внимание было уделено обсуждению путей укрепления семьи и формированию нравственных ценностей в современном обществе.
По словам руководителя Общественного фонда «Мир Евразии» политолога Эдуарда Полетаева, «…В Казахстане институту семьи, несмотря на тяжелые 1990-е годы, уделяют внимание достаточно давно. Уже в 1995 году был создан Совет по проблемам семьи, женщин и демографической политике при Президенте РК, который в 1998 году преобразовался в Национальную комиссию по делам семьи и женщин при Президенте РК, с более широкими полномочиями».
Среди позитивных тенденций в семейной политики Эдуард Полетаев указал также и то, что «ежегодно в национальном конкурсе «Мерейлі отбасы», который направлен на возрождение нравственных ценностей и культивирование позитивного образа семьи и брака, повышение статуса семьи, принимают участие тысячи участников. Многие из них являются многодетными семьями».
В то же время, считать проводимую работу достаточной и полностью эффективной, по мнению политолога, еще рано. Это связано и с вопросами достижения гендерного равенства, особенно в свете нарастающего разрыва по этому показателю между городом и сельской местностью, и с сохраняющейся проблемой семейного насилия.
Об интересном и полезном опыте проекта «Инклюзивный спорт» в рамках большого проекта «Аутизм победим» рассказала экспертам журналист и общественный деятель Салтанат Мурзалинова-Яковлева. Будучи координатором движения «Инклюзивный спорт», Салтанат Мурзалинова-Яковлева на его примере показала, насколько эффективной и воодушевляющей может быть организация родительских ассоциаций, созданных для общественно значимых целей.
«Наша аудитория — семьи, где есть особенные дети – аутизм, задержка психического развития. Но в Алматы в этот проект вступили семьи и с обычными детьми. Результаты работы невероятные», — рассказывает эксперт.
Как сообщила Салтанат Мурзалинова-Яковлева, «в Казахстане существуют четыре родительские ассоциации: в Алматы, Караганде, Павлодаре, Актау, еще одна формируется в Петропавловске. Мы их называем инклюзивные родительские ассоциации. В каждой насчитывается не менее 20 активных семей. То есть, это двадцать мам и пап, минимум двадцать детей, а также братья, сестры, племянники и т.д. Это активный состав. В резерве обычно до 80 семей. Идея в случае инклюзивной ассоциации понятна – развитие и социализация детей, чтобы семьи укрепились. В ассоциациях есть определенный свод правил, что тоже благотворно влияет на построение позитивных отношений. И, конечно, есть костяк семей, лидеры.
К нам водят обычных детей, потому что только у нас они получают такие знания и такие навыки, которые позволяют им дальше развиваться. У нас эти ребята обретают собственную миссию, дело».
О том, что подобные ассоциации консолидируют семьи за счет того, что в них получают возможность проявлять активность все члены семьи, спикер рассказала на примере карагандинского опыта. «Мы задействуем как пап, так и мам. Папы проводят бесплатно инклюзивный спорт на площадках. Это в Караганде. В Павлодаре обычные подростки приходят помогать особенным. Что их туда тянет, почему они приходят два раза в неделю? Это к вопросу о том, что у нас часто говорят, что люди якобы инертные. Вот форма, не требующая никаких затрат».
Тему важности вовлечения в семейную политику всех членов семей продолжил представитель Казахстанской коммуникативной ассоциации PR-консультант Владимир Павленко.
«Совет отцов – отличная инициатива. У меня Совет отцов ассоциируется с деятельностью государственной детской библиотеки им. Сапаргали Бегалина. Ее директору Софие Раевой в середине «нулевых» пришла такая идея. Для меня тема эта была напрямую связана с детским чтением, пропагандой семейного чтения», — поделился Владимир Павленко.
По его словам сейчас казахстанскому обществу необходимо продвигать и освещать в СМИ проекты, построенные так же, как и инклюзивный проект, описанный Салтанат Мурзалиновой-Яковлевой, так как это «именно те проекты, когда конкретно люди получают то пространство, в котором они чувствуют не только безопасность, но еще и возможность развиваться и быть уверенными в этом».
Идею усиления работы со СМИ в рамках продвижения семейной политики поддержала руководитель представительства КИСИ при Президенте РК в Алматы Мадина Нургалиева. По ее мнению, «есть смысл создать семейный телеканал, который будет ориентирован в целом на семью. Был такой интересный проект «Забег в ползунках» — детские соревнования, в которых много людей с удовольствием приняли активное участие. Нужны семейные центры досуга».
Мадина Нургалиева также отметила: «на мой субъективный взгляд, вопросами семейной политики должны заниматься люди зрелые в возрастном плане. Мне кажется, это принципиальный вопрос, потому что вопросы семьи требуют житейской мудрости, какого-то опыта».
О важности и полезности более активного подключения СМИ к формированию позитивных семейных ценностей высказался и Эдуард Полетаев.
Руководитель ОФ «Мир Евразии» справедливо обратил внимание на то, что «современные СМИ очень мало внимания уделяют семейным ценностям. Я помню, что в советское время у газеты «Известия» было приложение — еженедельник «Семья» — один из самых тиражных. Таких изданий сейчас нет. Но сегодня, в информационный век, будущее семей во многом зависит от того, какие ценности будут усвоены новыми поколениями. А ценности эти во многом продвигают именно СМИ. Также они формируют стереотипы поведения.
Если проанализировать сетку вещания того или иного популярного телеканала, или пролистать тиражную газету, создается впечатление, что предпочтение отдается политике, экономике, шоу-бизнесу, скандалам и расследованиям, криминальным новостям. Семейный позитив, воспитательный и образовательный контент пока проигрывает погоне за сенсациями».
Усиление миграции в города в Казахстане сегодня приводит к ситуации, когда городская среда просто не готова обеспечить качественный семейный отдых всем желающим. Об этом говорил в рамках заседания клуба главный редактор информационно-аналитического центра «Caspian Bridge» политолог Замир Каражанов.
Эксперт подчеркнул: «мы сталкиваемся сегодня с процессом урбанизации. Этот процесс оказывает сильное влияние на семью. Что у нас есть для того, чтобы поддержать семью? Есть ли у нас места для семейного отдыха, кроме торгово-развлекательных центров? Прошедшая Универсиада показала, что у алматинцев есть сильный запрос на семейный отдых. Всегда возникает вопрос, где отдохнуть с семьей».
В этой связи политолог указал на важность регулирования городской среды: от создания мест досуга до оптимизации вопросов дошкольного и школьного образования. Кроме того, Замир Каражанов привел интересный зарубежный опыт деурбанизации, когда для более благоприятного развития семей власти стимулировали развитие пригородных зон как территорий, более удобных для семейной жизни, особенно многодетных семей.

Источник: